Mr. Brightside

Трепетно жду предстоящее интервью для кого-то там журнала, или сайта, да все равно. Главное, что я увижу Патрика. Теперь мне предстоит обдумать план его похищение. Нет, я не думаю красть его, запирать в своём подвале и морить его там голодом. Хотя… Нет, нет, нет. У меня нет подвала. Только по этой причине я не буду делать этого. Может мне сделать вид, что я неизлечимо болен, и мне осталось жить два-три месяца, и тогда в нём проснётся жалость, и последние дни моей жизни проведёт со мной, а потом я скажу ему, что врачи нашли лекарство, и я выздоровел, но он поймёт, что уже привязался ко мне? Гениально! Но жизненный опыт подсказывает мне, что это плохая идея. Можно позвонить ему, и сказать, что меня похитили. Допивая утренний кофе, я с лукавым взглядом перебирал в голове возможные варианты. Меня отвлёк звонок в дверь, и от неожиданности я пролил горячий напиток себе на штаны, в район паха, что мгновенно доставило ужасно болезненные ощущения. Я, конечно, не Челентано, но кричал громко. Звонковая трель всё не утихала, и резала своим звуком мне уши. Я что-то простонал в сторону двери, и, спотыкаясь, открыл её. По ту сторону стоял мальчишка-курьер. Он, нервно поглядывая на мои штаны, пробормотал: « Служба доставки цветов. Распишитесь, пожалуйста!». Я облегчённо выдохнул, взял ручку, которую он протягивал мне, и расписался в бланке. Затем получил огромный букет каких-то экзотических цветов, от которым мне захотелось чихать, и поспешил закрыть дверь. Курьер уже развернулся и зашагал прочь, но я крикнул ему в след: -А от кого цветы-то? -Автор попросил не называть его имя! – ответил он, им скрылся за поворотом. Я пожал плечами, небрежно кинул букет куда-то в угол, и, скорее всего, забыл про него, потому что спустя месяц, я обнаружил сухой веник , состоявший из всё ещё неизвестных мне растений за шкафом. Отвлёкшись на звонок в дверь, я совсем забыл о своих планах. Придётся обходиться подручными средствами. А ещё следовало бы поменять штаны. Уж больно прохладно стало. Интервьюер не задавал никаких интересных вопросов. Всё по стандарту. Почему вернулись? Почему ушли? Как придумали название альбома? Что планируете делать дальше? Скука. А пока остальные участники группы с неестественным интересом отвечают на выше описанные вопросы, давайте пока вспомним удивительные события прошлых недель, благодаря которым я выбрался из ужасной чёрной ямы депрессии, которую сам себе и выкопал. История очень длинная, изложу тезисно. Я посмотрел на все свои проблемы с другой стороны. Они, всё же, были ничтожны, по сравнению с действительно ужасными вещами. Я не потерял ногу в Афганистане, потому что я никогда не был в Афганистане, на моих глазах не изнасиловали мою дочь, потому что у меня нет дочери, моя мать не умерла на моих руках от онкологического заболевания. Я просто дурак, который думает, что он шишка всего мира. И пока я поглядываю на бритвенную кассету, думая над тем, как бы перерезать себе вены, моё время уходит, моя жизнь уходит. А это обидно! Когда ты живёшь, но и не живёшь. Только потому, что сам себя убеждаешь в том, что все вокруг против тебя, а тебе пытаются помочь. Сия мораль такова: Я – идиот. Но, с другой стороны, все люди - идиоты. Но для них это так привычно, что они не замечают этого, и считают себя нормальными. Так вот, я решил, что пора менять себя, и, для начала, бегать по утрам. Или по вечерам. Это отличный антидепрессант. Лучше всяких таблеток. Можно покупать цветы и конфеты и дарить их каждой проходящей девушке, можно, сидя в автобусе, махать рукой грустным людям, и улыбаться, видя, как улыбаются они. Можно. Всё можно, если захочешь. И я захотел, и я стал чаще улыбаться. Я почувствовал, что кто-то толкнул меня. Я будто прозрел, и зря. Потому что с прозрением ко мне пришло осознание того, что я сейчас сижу на диване, а передо мной целая толпа народу, фотографов и прочих, которые ждут, пока я отвечу на вопрос. Но есть ещё одна проблема, я не помню вопрос. Не помню, потому что не запоминал. Не запоминал, потому что не слышал. Не слышал, потому что всё равно. Я бы переспросил, но по лицам других, я понял, что этот вопрос мне задали уже больше одного раза. Хорошо, импровизация поможет: -Да. Я думаю, что это просто прекрасно. – Как можно непринуждённее ответил я. Но весь зал уставился на меня так, будто на моей голове осьминог танцует румбу. -То есть… То есть ты считаешь, что глобальная проблема с массовым самоубийством подростков по всему миру… Это хорошо? – Уж лучше б я молчал. Теперь из-за моих слов девочки им мальчики наглотаются таблеток и спрыгнут с моста. -Нет! Нет. Что вы! – я активно жестикулировал руками,- Это ужасно. Я имел в виду, что прекрасно то, что разные социальные службы борются с этим, и психологи следят за поведением проблемных детей, - а затем, посмотрев в камеру, с серьёзным видом, я произнёс, - никогда, слышите, никогда не делайте так, дорогие дети, вы слишком хороши, чтоб умирать. – Мой вердикт вынесен. Попытавшись исправить ситуацию, интервьюер растеряно произнесла: «Это был группа fall Out Boy, всем у дачи, смотрите другие программы на канале F......», а потом добавила парню с камерой: «Вырежем при монтаже». Я выдохнул с облегчением. В коридоре меня догнал Патрик: -Пит, что за ерунду ты нес сегодня? – он улыбнулся своей чудесной невинной улыбкой. Я почесал затылок и ответил: -Да я просто не в духе был. Да она такие вопросы глупые задавала. Надеюсь, мы с ними больше никогда не увидимся. -Ладно, уже. Пошли к машине, Пит. – Позвал меня он. Я было собрался последовать за ним наружу, но тут Патрик остановился и зашарил по своим карманам. – Пит, я, кажется, телефон там оставил. Не сходишь?- я уже почти согласился, но опешил. -Слушай, твой телефон – ты и иди. А я там больше ни ногой. Они меня и так за сумасшедшего приняли. – Отрезал я. -Пожалуйста, - надул губы Стамп, как ребёнок. Разве я могу отказать? -Хорошо, но если завтра в интернете появиться сообщения о том, что Пит Вентц страдает психическим расстройством, это будет на твоей совести. – Да, я идиот. Но если ты хочешь, чтобы я им был – я буду. Я зашагал в сторону зала, который десять минут назад покинул с огромной радостью. Главное, незаметно зайти, взять этот телефон, и так же незаметно выйти. Мне повезёт. Если зал уже пуст. Кто-то пролил воду на полу, рядом с дверным проёмом. Угадайте, что произошло? Конечно же, я не упустил возможности разложиться на полу, и наделать изрядно шуму. К моему же несчастью, репортёрша и ещё пару парней не ушли, и, разумеется, сбежались на источник шума. Между тем, в дверном проёме я расположился на боку, положим руку под голову, оперившись на локоть, и эффектно согнувши одну ногу в колене, лукаво взглянув на женщину, ехидно спросил: -Телефончик не подадите? - при этом указав пальцем на стол, где, собственно говоря, и лежал телефон. Из зала я вышел красный, как варёный рак. А вообще раки зелёные. -Что случилось? – удивился Патрик, когда увидел меня. -Её сомнения в том, что и сумасшедший только что подтвердились. – Патрик в ответ усмехнулся, и сказал, словно самому себе: -Человек-проблема. Мы двинулись в сторону выходу. На улице сегодня солнечно. Патрик прищурил глаза и спросил: -Тебе, к слову, утром сегодня ничто не приходило?