colder than ice

      У каждого лиса при достижении подросткового возраста, когда и гормоны шалят, и чувств тёплых хочется, и пары, несомненно, тоже, наступает такой период под названием «охота». Это не значит, что они ищут лёгкий секс, каких-то временных отвлечений или, например, временных пар, нет, обычно в данный период времени все лисы (обязательно чистокровные) находят свою пару — того самого представителя их же вида (в редких случаях другие виды), с которым и чувства пылают даже спустя десять лет как в первый раз, и в принципе все ощущения слишком остры и заставляют бабочек в животе порхать, каждый раз врезаясь в желудок приятным трепетом и щекоткой. Проходит этот промежуток времени обычно быстро — достаточно недели для того, чтоб почувствовать своего человека, однако даже если лис и не находит себе пару, то плохим признаком это не считается. Подобные периоды, вплоть до появления пары, будут проявляться каждый месяц.       Родители Тэхёна именно так и познакомились. Столкнулись в коридоре универа, совершенно случайно и неловко, врезаясь друг в друга и падая на пол и были готовы кинуться друг на друга оскорблениями и матами, однако застыли, когда взгляды столкнулись, а хвосты за спинами замерли, говоря об одном — нашёлся.       И Ким хотел также. О нет, он вовсе не романтик, не читает все эти книжки о любви и не смотрит грустные дорамы, где люди находят друг-друга и живут до конца своих дней легко и просто, не испытывая никаких проблем и создавая семью, просто… ну хотелось. Хотелось встретить свою пару как можно быстрее, хотелось почувствовать ту и наконец обнять, потрогать, изучить. В шею уткнуться, чужой запах улавливая, мурчать подобно коту от удовольствия и прикрывать глаза, радуясь подобно щенку, что нашёл своего хозяина, прыгая вокруг своего будущего парня, отчего каждый раз на душе становилось тускло, когда его верные друзья находили своего истинного, а Ким всё ходил в мальчишках, лишь понуро опуская ушки каждый раз, когда слышал новости о новой паре.       — Я не грущу. — бурчит тот, когда его верный и незаменимый друг — никто иной, как сам Джунг — замечает очередной грустный взгляд его друга-лиса в сторону девушки и парня, что замирают на месте, наконец встречаясь. Киму совсем не завидно! Вот нисколько! Ну может немножко… или больше, чем немножко… в общем, не важно. — Правда, Джу, всё хорошо.       — Прекрати врать хотя бы мне, Тэ, — ворчит всегда проницательный парень, выуживая из портфеля, что всё время висел на одном плече, шоколадную булку и протягивая ту другу, что сначала недоверчиво смотрит, а затем без лишних вопросов принимает некий подарок в руки под облегчённый выдох. Если ест — значит не всё так плохо. — Твоя пара появится, Ким, никто без неё не останется.       — Но как же тётушка Хуан? Она же без пары… — вспоминая ту добрую старушку с его улицы, которая любила подкармливать Тэхёна своими обалденными пирожками, тот опечаленно выдыхает, опуская голову. Даже у такой прекрасной женщины нет пары…       — Её пара умерла, Ким. Это… немного другие вещи, понимаешь?       Ким лишь еле заметно кивает, распечатывая шуршащую упаковку булочки и неловко ту кусая, чувствуя приятный привкус шоколада на языке. И он был готов замычать от удовольствия, вот только сдержался. Он же, вроде как, грустит тут.       Джу же покачивает головой, глядя на своего взбалмошного и вечно неугомонного друга, раздумывая, кто же ему в пару пойдёт и сможет ли эта пара сдержать такой… своеобразный характер. Не то, что Ким плохой, нет, он — великолепный человек, просто немного… чудной?       Тэхён всегда был тихим и спокойным парнем, который не влезает в конфликты и лишний раз носа не показывает, вот только поклонниками он обладал в таком количестве, что даже любая звезда позавидует. И если при чужих ему людях тот ещё держал свою маску «злобный и агрессивный лис», то с друзьями становился другим: весёлым, игривым, вечно куда-то стремящимся и спешащим. Поймать его было фактически невозможно, отчего Джунг уже мысленно желает удачи этому незнакомцу, что должен будет придти по сердце этого малыша и нагло то украсть, делая своим.       — Слушай, Джу, а если…       Не успевает договорить тёмноволосый парень, как сбоку слышится какая-то возня и крики, а дверь соседнего класса распахивается с грохотом и стуком, заставляя парней неловко прижать уши в попытках спрятаться от слишком громкого звука, и вскинуть плечами от столь необычной неожиданности в их универе. Обычно здесь тихо и спокойно, ни конфликтов, ни ссор, однако сейчас, видимо, намечалось что-то намного серьёзнее, чем просто «ругань».       В коридор вываливаются два парня. Те неловко разворачиваются в проходе, а затем звучит стук глухого удара чьего-то кулака об лицо. Один из них падает на пол, издавая тихий стон и хватаясь за сломанный нос, а второй — причина сломанного носа — возвышается над тем, видимо, не собираясь останавливаться. И парень, вроде как, планировал уже было сесть на чужой живот и продолжать бить, однако неожиданно замирает, принюхиваясь.       Тот резко глаза поднимает, начиная взглядом гулять по скопившейся тут толпе студентов, что прибежали посмотреть на необычное явление под названием «драка», толкает всех подряд и неловко пятится на месте, видимо, теряясь. Конечно, в изобилии стольких чужих запахов сложно ориентироваться, однако тёмные глаза, прикрытые синего оттенка чёлкой, всё же останавливаются, замирая.       И Тэхён тоже замирает.       Нашли.       В коридоре повисает тишина, однако в следующую секунду по коридору эхом летят тяжёлые шаги, а в сторону испугавшегося столь неожиданного к нему рывка лиса надвигается тот самый некогда неизвестный ему незнакомец, что без лишних колебаний перехватывает изящное тело за руку и тянет на себя, уводя куда-то вдаль. Тэхён тушуется даже, ведь, чёрт, с ним же не должны так обращаться, тем более его истинная пара, и кидает взгляд, полный надежды, на Джунга, однако парень лишь качает головой, мол говоря «нет, братан, я не пойду, это твоя проблема». Чёртов предатель!       Кима очень резко и вовсе не нежно заводят в подсобку, а дверь за спиной незнакомого парня закрывается с громким хлопком. За той слышится чья-то тихая ругань и затем абсолютная тишина, а слабый свет единственной здесь лампы не даёт полного обзора и видимости. Лис напрягает зрение, стараясь привыкнуть к почти полной темноте, и наконец различает человека перед ним.       У парня напротив достаточно… крепкое телосложение. Широкие плечи, что периодически вздымаются в такт тяжёлым вздохам и выдохам, вздымающаяся от учащённого дыхания грудь, очертания которой можно было проследить сквозь тонкую ткань какой-то чёрной толстовки и, чёрт возьми, это была колоссальная ошибка Тэхёна. Он опустил взгляд вниз и тяжело сглотнул, замечая джинсы с дырами на коленях, что непременно идеально обтягивали крепкие и сочные бёдра неизвестного, заставляя неловко поднять взгляд вверх и наткнуться на… капюшон?       — Извини за мою резкость.       В кладовке раздаётся хриплый басистый голос, немного посаженный, видимо парень напротив курит, однако заставляющий лиса замереть вновь и снова тяжело сглотнуть скопившуюся у горла слюну. Блядство, Ким действительно надеется, что сможет выдержать это.       — Я хотел побыстрее оказаться в тишине без лишних взглядов. — незнакомца понять можно. Тэхёну тоже было неприятно столкнуться со своей парой в коридоре. В коридоре, где недавно была драка.       — Всё хорошо, не извиняйся. — шепчет тот еле слышно, опуская руки на чужие ладони, обводя взглядом сетку из синеватых вен, что красиво украшала ту и поднималась выше, пропадая за рукавами. У юноши на пальцах какие-то кольца, достаточно широкие, связанные между собой цепями и очень красивые. Тэхён готов уверить, что даже ногтевая пластина его истинного сексуальная… стоп, что? — Может снимешь капюшон? — Киму приходится поднять голову, потому что юноша перед ним на порядок выше. У лиса в принципе росточек небольшой — примерно сто шестьдесят восемь, а здесь… наверное чуть больше ста восьмидесяти. Не летально и не смертельно, но чувственно.       — Ах, извини. — тут же копошится незнакомец, протягивая пальцы к капюшону и подхватывая его края, почти снимая, однако останавливаясь и даже так Тэхён ощущает на себе недоверчивый взгляд. Ушки призывно дёргаются, выражая интерес, а хвост обвивает тонкую талию в защитном жесте. — Я… ты лис? — звучит как-то… огорчённо? Его пара огорчена тем, что Тэ — лис?       Последний же ничего не отвечает, замечая чужое замешательство. Всё так плохо? Тэхён плохой? Он отвратительный? Некрасивый?       — А ты другой хищник? — Ким интересуется очень неосторожно и замечает чужие вздрогнувшие плечи и опустившиеся вниз руки. Парень напротив что-то обдумывает, молча с минуту, а затем разворачивается на пятках и хватается за ручку двери, намереваясь покинуть тесноватую кладовку. Тэ замирает, однако ему хватает пары секунд чтоб понять намерения неизвестного истинного, что уже готовится бежать, и резко хватает того за руку, дёргая на себя. Позади слышится грохот железных вёдер и упавших швабр. — Почему ты бежишь?!       Юноша молчит подобно партизану, даже не поднимая головы. Лис же не понимает того, что сделал не так.       Тэхён протягивает ладонь к капюшону дабы тот наконец снять, однако сталкивается с сопротивлением напротив. Да что не так с этим парнем?       На протяжении пяти минут шла жестокая война и борьба за попытку снять капюшон и Ким, не выдержавший такого хамства, просто хватает незнакомого ему юношу за грудки и притягивает к себе, резко касаясь покусанных и немного пересохших губ напротив своими. Они же истинные, так? Тогда чего ему стесняться? Тем более парень, ошарашенный неожиданным соприкосновением губ, теряет свою сноровку и позволяет наконец сдёрнуть со своей головы мешающую ткань.       Лис замирает.       — Ты… — Тэхён смотрит ошарашенно, наблюдая за тем, как длинные уши зайца, по природе своей держащиеся в стойке, замирают, а их обладатель резко подаётся назад, спотыкаясь об стоявшее позади ведро. Откуда оно вообще там взялось? — Ты заяц?       — Нет блять, лев. — издаётся гортанное рычание и лис даже замирает, однако быстро приходит в себя, не позволяя попытавшемуся юноше вновь натянуть на себя капюшон, перехватывая его ладони. — Отпусти.       — Почему?       Ким правда не понимает того, почему он должен отпустить его истинного. Да, в их мире союз двух разных видов уже обычное дело, однако обычно они все подходят друг-другу под классы и редко бывают ситуации, когда в паре находится представитель хищников и травоядных. Да, он шокирован, но не разочарован. Личико у незнакомца было очень даже ничего. Тёмные пряди волос, кончики которых были выкрашены в синий, а ближе к корням плавно перетекали в чёрный, тёмные карие глаза, которые обрамляли густые ресницы и ровные брови. Тонкие губы, по которым нервно скользит язык, выраженные скулы и аккуратная родинка под нижней. Юноша напротив — заяц, но, Ким должен признать, очень сексуальный и мускулистый заяц.       — Мы не подходим друг-другу. — звучит как гром среди ясного неба, заставляющий лиса сначала разозлиться, а потом возмутиться. В смысле не подходят? Ещё как подходят! — Я — заяц, ты — лис, мы не пара. Извини.       И юноша вновь стремится убежать, однако вновь оказывается перехвачен. Чёрт, он когда-то отсюда выйдет?       — Ким Тэхён. — коротко произносит лис, затаивая дыхание, глядя прямиком в чёрный омут чужих глаз, которые внимательно смотрят в ответ. Тэ вновь неловко сглатывает слюну.       — Чон Чонгук.       Этого хватило для того, чтоб сорвать тормоза. Ким, подобно изголодавшемуся зверю, набрасывается на своего истинного, ловко обвивая крепкий торс ногами и обнимая руками за широкую шею, пока Чонгук ловко подхватывает юношу под бёдра и прижимает к себе, впиваясь в мягкие губы причудливой формы грубым поцелуем.       Тэхён воет от того, как Чон ахуенно целуется.       Тот обводит его губы острым кончиком языка, щекочет и играется, кусает за верхнюю и всасывает нижнюю, чередуя, пробуя и смакуя привкус на языке, изучает, не позволяя себе пока что лишнего, а Ким, подобно доверчивому и слепому котёнку, позволяет творит с ним всё, что угодно чужому уму и душе, дотрагиваясь своей грудной клеткой до гуковской, ощущая, как сердце начинает биться чаще.       — Тэхён, я… — хочет было сказать Чон, однако оказывается нагло прерван новым поцелуем. На этот раз руководит Ким. Тот прикусывает нижнюю губу истинного, оттягивая и покусывая, наказывая, ведя острыми клыками по тем и опасно легонько сдирая кожу, ощущая привкус металла на языке, ухмыляясь, а затем в пригласительном жесте ведёт своим языком меж губ застывшего Чонгука, приоткрывая свой рот и тяжело выдыхая через нос. Этого зайцу достаточно для того, чтоб поддаться вперёд, нагло протолкнуть свой язык в лисий рот и начать тот бесстыдно и жадно исследовать, обводить нёба кончиком и тем самым щекотать, слыша чужое довольное хихиканье, перемешивать их слюну и наконец сплетаться языками под довольное урчание двоих. Безумство, это лучший поцелуй на памяти двоих! А у Тэхёна и подавно первый! — Детка, подожди…       Чонгук переходит на ласковое прозвище, ощущая, как чужая шаловливая ладонь скользит вниз и царапает ноготками шею, дотрагиваясь до груди и обводя её пальцами, вызывая довольный вой. Блядство, Чон действительно ходячие мускулы!       Заяц же лишь выдыхает тяжело, когда лис, заинтересованный изучением теперь предоставленного ему тела его истинного, ведёт рукой по животу, очерчивая кубики пресса. На этот раз оба воют от приятных ощущений: Чонгук от касаний, а Тэхён от ощущениями под пальцами. Они действительно подходят друг-другу.       Чон уже хочет трахаться целоваться, а Тэхён хочет поскорее сесть на эти сочные бёдра и заскользить по ним.       — Молчи, зайчонок, — дразнит лис, ощущая, как чужие губы скользят по шее и оставляют за собой отметины, заставляя запрокинуть голову и открыть больше места, — Мы идеально подходим.       Чонгук ничего не говорит, лишь мычанием соглашается, сжимая аппетитные ягодицы в руках. И, наверное, всё зашло бы дальше, если бы не требовательный стук в дверь, который оба слышат только сейчас, и затем недовольный кашель за той.       — Молодые люди, весь этаж вами провонял! Покиньте универ или разойдитесь по кабинетам! — директриса, понимающая причины такого несдержанного поведения, особых замечаний не делает, лишь просит быть потише и наконец уходит куда-то дальше, стуча длинными каблуками.       — Безумство. — произносит лис.       — Блядство. — произносит заяц перед тем, как впиться в мягкие губы новым поцелуем.       «Охота» лиса прошла успешно. Сегодня он нашёл своего зайчонка. Перекаченного, огромного и высокого зайчонка, что обожает оверсайз одежду и тёмные тона, носит тяжелейшие берцы каждый день и по несколько серёжек в каждом ухе, красивые кольца и следы чужого собственничества на шее. В принципе, по поводу засосов не отставали оба.