Извините, я не знаю, что такое "нормально"

Проснувшись утром, Арсений чуть не охнул вслух от осознания того, что именно он вчера сделал. Сейчас он винил себя за то, что нашёл приключения и, возможно, проблемы на свою голову. Однако отказываться от своих слов было не в его правилах. Мужчина был требователен ко всем и во всём. В том числе и к себе. Наверное, во многом благодаря этому в свои двадцать шесть он имеет собственную фирму, довольно быстро растущую сейчас на рынке. Надев домашние шорты и свободную футболку, он выбрал похожие вещи для саба и пошел его будить, по пути продумывая план действий на сегодня. Для начала надо было выяснить, как к этому всему относится саб и действительно ли правильно он вчера поступил, когда забрал его к себе. Конечно, если бы Антон высказал своё нежелание такому повороту событий, то дом ничего бы не предпринял, однако вчера мальчик выглядел слишком уж несчастно. — Антон, я войду? Арс тихонько постучал в дверь и, не дожидаясь ответа, распахнул её. От развернувшийся здесь картины, глаза грозились выпасть из орбит… Мальчик спал, свернувшись калачиком, но когда дверь открылась, проснулся и попытался подняться. Всё бы ничего, но он делал всё это на полу в дальнем углу комнаты. Антон запутался в простыне, которой укрылся ночью, и теперь не мог встать. Арсений преодолел режим остолбенения от шока и подошёл к всё ещё брыкающумуся подростку. Одним движением руки он освободил саба от куска ткани и, кажется, слишком резко спросил: — Почему ты спал тут? Мальчик сел на колени, как только почувствовал себя освобожденным. Опустив голову, он прошептал: — Извините, Господин. Арс ничего не понимал. Кажется, этот мальчик специально выводит его из себя. Показывает свой характер. Зачем? Проверить границы дозволенного? — Я не просил от тебя извинений. Я сказал объяснить, почему ты спал на полу, — мужчину уже начинала выводить эта ситуация. — Извините, Господин, но вы сами привели меня сюда вчера вечером, — почти прошептал сдавшийся от страха подросток. — Да, и чётко показал тебе на кровать и положил на неё чистое постельное бельё, которым ты обещал воспользоваться, — уже спокойнее сказал Арсений. — Но я же взял его, Госп… — Почему ты спал не на кровати, Антон?! — А мне можно было, — то ли спросил у дома, то ли сказал самому себе мальчик, неверяще подняв округлившиеся глаза на Арса, но тут же поспешно их опустив, будто опомнившись. — Значит так, — успокаивая себя, выдохнул мужчина. Вряд ли мальчик так хорошо играл, привлекая этим внимание и испытывая нового дома на прочность. Похоже то, как он вел себя, действительно было его привычками. И это не могло не шокировать мужчину. С этим срочно нужно разобраться. — Значит так, — повторил Арс, растягивая гласные. — Ты сейчас встанешь, возьмёшь всё, что я тебе принёс, переоденешься, почистишь зубы, умоешься… В общем, сделаешь всё то, что обычно делаешь утром. Где ванна, ты помнишь. Все принадлежности я оставил тебе там на стиральной машине. Затем приходи на кухню. Мы позавтракаем, а потом уже всё спокойно обсудим. Ты понял? — Да, Господин. — Антон, я же ясно попросил вчера не называть меня так. — Простите… А… Арсений, — прошептал мальчик, сжавшись ещё сильнее. Дом решил оставить его без ответа. Он развернулся на пятках и пошёл на кухню делать тосты. Он не знал предпочтения саба в еде и поэтому решил, что тосты — идеальный вариант, потому что их, вроде как, едят все. Спустя некоторое время, когда у него как раз всё было готово, мальчик появился в дверном проёме. Арс сел за стол и сказал сабу: — Садись. Я не знал, любишь ли ты кофе, поэтому сделал тебе чай. — Спасибо, — прошептал мальчик. Мужчина перестал дышать то ли от шока, то ли от злости, то ли от непонимания, когда понял, что мальчик сел на колени у его ног. — Напротив меня, Антон! — Простите, простите, Господин. Не наказывайте, пожалуйста, я не знал. Бормоча всё это без порядка, подросток на четвереньках переполз под стол и сел там, сильно сгорбившись, так как явно даже на коленях был выше кухонного стола. Мысленно досчитав до десяти, мужчина решил не выяснять это сейчас, а просто как можно спокойнее пояснить свой приказ, чтобы саб понял. — Сядь на стул напротив меня, Антон. — На стул? Мальчик неуверенно поднял взгляд на Доминанта, но так же быстро, как в комнате, опустил его, будто чего-то испугавшись. А мужчину вдруг стали одолевать такие чувства, от которых он максимально ласково, с нежной улыбкой сказал: — На стул. Конечно, на стул, Антош. Кушай. Потом поговорим. Наверное, мужчина наконец-то поверил в то, что мальчик делает это всё не специально.

***

На улице светило солнце, но в гостиной мужчины специально были плотные коричневые шторы, которые защищали от яркого света. Здесь всё было в коричневом цвете и выглядело дорого. — Итак, Антон. Я думаю, нам многое нужно обсудить. Во-первых, посмотри на меня, обещаю, что не превращу тебя в камень, — усмехнулся Дом. За всё то время, пока они завтракали, шли в гостиную, пока мужчина устраивался на диване и усаживал саба напротив, тот так и не взглянул на него ни разу. И сейчас, сидя в метре от дома, будто боялся взглянуть ему в глаза. — Хорошо, Антош, — улыбнулся мужчина, когда мальчик сделал то, что от него требовалось. — Не такой уж я и страшный, правда? — Совсем нет, — тихо пробормотал подросток. — Почему ты не смотрел мне в глаза до этого? — Я не знал, что можно, — пробормотал мальчик, отводя взгляд. — А я говорил, что нельзя? — Нет. — Смотри на меня. Итак, хорошо. Я так понимаю, что ты спал на полу и есть планировал там же по этой же причине? — Да, эмм… Арсений. — Хорошо, Антон. Знаешь, я думаю, что мне нужно тебе кое-что объяснить. У каждого доминанта свои требования к сабмиссиву. Я считаю, что ты такой же человек, как и я, что, кстати, даже прописано в законе, а значит имеешь право на ту же кровать и тот же стул, что и я, потому что ты не раб. Если ты будешь жить со мной, то ты будешь спать на кровати и есть за столом, Антон. И вообще, честно сказать, я крайне возмущен порядками, в которых ты жил до этого. Спать на полу — ненормально! Ты был вправе подать заявление на Матвиенко, если не хотел просто разрывать контракт. Почему ты никогда не отстаивал себя? — Он говорил, что в дет доме я сгнию, — тихо признался саб. — Ясно… Почему ты думал, что я буду тебя за что-то наказывать, когда я сказал тебе пересесть? — Вы были рассержены на меня с утра. Значит я рассердил вас, сэр. Простите меня. Мальчик снова отвёл взгляд, и дом тут же ему напомнил: — Антон, в глаза. И меня зовут Арсений. — Простите, Арсений, — сказал саб, выглядевший растерянным. — Что ж, во-первых, я злюсь не на тебя, Антош, а на твоего бывшего доминанта. А во-вторых, я не устанавливал тебе никаких запретов, за которые могу наказать. У нас ещё даже нет контракта, Антон. К слову, думаю, пора уже спросить, у тебя было достаточно времени для того, чтобы взвесить все «за» и «против». Ты готов заключить со мной контракт, Антош? — Да, Арсений. — Хорошо, я думаю, мы возьмём стандартный. Здесь заполнишь свои данные: ФИО, дата рождения, модус и полис. Смотри, а тут нужно поставить галочки напротив тех практик, которые ты был бы непротив попробовать, точки напротив тех, в которых сомневаешься, и крестики там, где табу. Понял? — спросил мужчина, подвинув к сабу журнальный столик. — Да… — Я думаю, для начала будем использовать цветовую систему, как специальные слова. Ты согласен? — Да, сэр. — Арсений, — снова поправил его дом. — Так, думаю, это всё, — протянул он, смотря в документ, который ему отдал саб, когда закончил писать. — Отлично, поставь подпись тут, и тут. Когда мальчик сделал все, что от него требовалось, он снова опустил голову и задумался. — Антон, я хочу знать, что ты об этом думаешь. И вообще что-то о твоих чувствах. Скажи, ты рад, что я забрал тебя у Сергея? — Да, Арсений. — Нет, Антон. Так дело не пойдет. Ты должен быть честен со мной, чтобы я понимал тебя и мог правильно заботиться. Ты понимаешь? — Да, Арсений. — Тот же вопрос. — Я рад, — ответил мальчик, но его лице не дрогнул ни один мускул. — Антон, — почти рявкнул мужчина, начавший раздражаться снова. — Я хочу знать, что ты реально чувствуешь. Взамен я расскажу тебе, что чувствую я. А чтобы мы лучше поняли друг друга, с этой минуты за каждое твое враньё ты будешь наказан. Ты понял? — Да, сэр. При мысле о наказании мальчик сжался и продолжил смотреть на Арса взглядом, полным одновременно и страха, и решимости, видимо, из-за стараний не отводить взгляд. Мужчина усмехнулся, увидев это, однако пока не понимал, действительно ли мальчик боится и чего именно: наказания или самого дома. — Тош, меня зовут Арсений. А подобные обращения оставим для сессий. Мы сейчас почти на равных. Да, я всё равно остаюсь главным, но тебе не нужно вести себя так, будто у нас сессия. А теперь продолжим. Знаешь, я просто терпеть не могу, когда мне врут. Антон, тот же вопрос. Ты рад, что оказался у меня? — Я не знаю, — мальчик хотел было остановиться на этом, но под внимательным взглядом дома пришлось продолжить. — Мне страшно. Подросток думал, что, высказав эти сомнения, выведет мужчину из себя, но тот неожиданно улыбнулся самой тёплой искренней улыбкой. — Хорошо, Тош, я понимаю. Честно сказать, я тоже волнуюсь, потому что то, к чему ты привык, я считаю неприемлемым в отношениях с людьми. С рабами — да, но не с людьми! — Простите, Арсений. — Глаза, Антон. Не забывай смотреть на меня. И тебе не за что извиняться! Ты же понимаешь, что это не твоя вина. — Да, простите. — Антон… Хватит за всё извиняться. Пока что я обещал наказать тебя только если ты будешь мне лгать. Успокойся. — Хорошо. Спасибо. — Отлично. Итак. План такой: я сканирую договор и отправляю его на регистрацию. Ты в это время можешь заняться чем угодно в той комнате, в которой ночевал. Вообще она гостевая. Там есть телевизор, ноутбук, книги. Всё в твоём распоряжении. Ещё составь список всего того, что тебе хотелось бы купить, потому что, думаю, мы не будем заезжать к Сергею за твоими вещами. Часа через два-три должно прийти подтверждение. Как только я его получу, мы немного поиграем, чтобы узнать друг друга получше. — Да, сэр, — почти прошептал мальчик, смотря на Дома вмиг остекленевшим взглядом. — Антон, ты не раб. Если тебе что-то не нравится, говори. Ты мой сабмиссив, я о тебе забочусь и оберегаю, в этом смысл, понимаешь? А не в том, чтобы всё запрещать и делать больно. Я не садист. Ох, мальчик, я очень надеюсь, что когда-то ты меня поймёшь. Иди, отдохни. Думаю, тебе нужно переварить всё это. — Да, спасибо… Арсений, — произнёс мальчик, поднимаясь с дивана. — И да, Тош. Ты можешь говорить мне всё, что у тебя в голове. Я никогда не накажу тебя за твои мысли и мнение. — Хорошо, спасибо. — Ох, иди уже, ребёнок… Как только мальчик скрылся в дверях, дом решил проверить, что тот отметил в договоре, чтобы изучить его предпочтения, и понял, что придётся печатать новые бланки… Решив отключиться от всего этого на несколько минут, он взял свой телефон и обнаружил несколько пропущенных от друга.

Арс: «Паш, ты звонил, я не слышал Это важно? Мне походу нужна твоя помощь»

Пашка: «Нет, это не так важно, хотел позвать тебя в бар завтра, давно не болтали с тобой нормально Что случилось?»

Арс: «Ты сможешь приехать ко мне?»

Пашка: «Да, конечно. Во сколько?»

Арс: «Буду ждать тебя часам к 5»

Пашка: «Ок. Вино? Виски?»

Арс: «Сегодня без алкоголя Мне реально нужна твоя профессиональная помощь»

Пашка: «Понял»