Bitter love

Звонок разбивает повисшую тишину на кухне. Чай уже остыл, а в микроволновке давно уже стоят забытые бутерброды. Парень тянется к телефону подавляя в себе желание просто выключить звук и забить — настроения общаться с кем либо не было от слова совсем. Он лениво тянется к разрывающемуся смартфону и замирает, когда видит на экране имя. То самое имя, от которого внутри появляются всё эмоции одновременно. "Гук-и" Палец замирает около кнопки "принять вызов", не потому что не хочет, а потому что знает, что будет после этого звонка. Что будет с Тэхёном после этого чертового звонка. Но он отвечает, и делает это даже без мысли о том, что может нужно оклонить — Чонгуку нельзя, он никогда себе этого не позволит. — Ты чего там, уснул что-ли, — сразу раздается в трубке, а Тэхён лишь улыбается тому, что снова слышит этот голос. Его голос. — Завтрак готовил, — врёт парень. Он это сделал ещё пол часа назад. Тут лучше подойдёт — пытался вызвать аппетит с помощью Бога, жаль что он атеист. — Ага, в час дня, — он смотрит на часы, и да, правда уже час дня, так быстро. — Ладно, ты сегодня занят? — спрашивает Чонгук обыденую фразу, а Тэхёну хочется исчезнуть, спрятаться, сказать, что да, занят, но в то же время хочется прямо сейчас сорваться и поехать туда, где бы не находился парень, хочется сказать, что для него он всегда сможет всё бросить в сию же секунду. Вот только он лишь молчит, а после прячется под маской безразличия. — Сегодня вроде бы нет, — всё что произносит Тэхён — холодно, безразлично, отчужденно. — А ты что-то хотел? — Да так, думал может сходим куда-то, в бар к примеру. Просто в голове лишь работа, что уже конкретно заебала, хочется развеяться и отдохнуть. Так что, составишь компанию? — в ответ получает лишь покорное "хорошо". Они договориваются о времени и месте встречи, а после Тэхён слышит протяжный гудки, что говорят о том, что вызов закончен и маску можно снять. Он с с выдохом кладёт телефон на стол, радуясь тому, что этот разговор закончен, но после к нему приходит осознание того, что через пару часов они встретятся, и он снова должен будет заставлять себя продолжать носить безразличное лицо и притворяться. От этих мыслей скручивает, а боль снова рвётся на ружу. И Тэхён позволяет. Сейчас можно. Чай так и остаётся стоять не тронутым, а бутерброды, кажется, давно утратили надежду на то, что их наконец достанут из микроволновки. Теперь по кухне разносятся лишь тихие всхлипы и шум ветра за окном — погода снова даёт сбои, как и состояние Тэхёна. Его сейчас главная цель выплакать всё, что он чувствует и тогда, возможно, встреча пройдёт легче. Хоть он и глубоко внутри осознает, что даже маленький ребёнок посмеется с его наивности, но ему же нужно найти причину того, почему он рыдает третий раз за утро. Время летит быстро и когда он ловит взглядом настенные часы, то осознает что должен прямо сейчас начать собираться. Он решает замазать синяки под глазами, чтобы у парня не было лишних вопросов, хотя, когда его это вообще волновало, потом он некоторое время думает какой свитер ему надеть, так как на улице весьма прохладно. Собравшись, он ещё несколько минут мнется у порога пытаясь справиться с внутренней тревогой, а причина её появления, как и многих других проблем в жизни парня одна — Чон Чонгук. Он трясёт головой, якобы это поможет выкинуть всё ненужное из головы, и вздыхая выходит из квартиры. Пару минут и он уже сидит в такси тупо пялясь в окно незамечая попытки водителя завести с ним разговор. Парень одевает наушники отгораживаясь от всего мира под названием таксист, и пытается сосредоточиться на виде, что открывается из окна автомобиля. Мелькают стеклянные, однообразные высотки, прохожие гуляющие с собаками, магазины с кричащими названиями и яркими вывесками. Такую прекрасную идиллию лишь портит один весьма молодой человек, что пялится в окно своим пустым и безнадежным взглядом отпугивая от себя, кажется, даже мимо пролетающих птиц. Когда они доезжают до места встречи водитель паркуется возле какого-то магазина. Тэхён расплачивается и дарит ему свою фальшивую улыбку. У него их много, ему не жалко. Он оборачивается по сторонам и замечает идеальную спину парня, что закрывает чёрное, длинное пальто до колен. Сегодня он оделся полностью в чёрное, даже кроссовки подходящего цвета. Тэхён на его фоне будет казаться каким-то маленьким мальчиком в ярко красном свитере, широких джинсах, и всё это недоразумение дополняют классические конверсы. Он двигается по направлению к парню, что до сих пор стоит к нему спиной, и внутри всё предательски начинает выть и кричать, а ещё появляются никому не прошеные бабочки в животе и некая тревога, которую парень не может прогнать хоть и прикладывает для этого кучу сил. Когда он оказывается рядом с Гуком, то чувствует аромат его привычных духов, которыми парень пользуется каждый день. Тэхён стоит не в состояние даже пошевелиться, а тот даже ухом не ведёт продолжая залипать в телефоне, он разглядывает не прикрытую шею парня, идеально уложеные волосы, широкие накаченые плечи и кажется, будто нет на свете идеальней человека, чем стоящий перед ним парень. Он кашляет, чтобы привлечь внимание парня и тот содрогается от неожиданности. — О, ты уже тут, — улыбается Гук и кладёт телефон в карман пальто. — Странно, обычно ты опаздываешь более чем на пол часа, ты всё тот же Ким Тэхён которого я знаю? — смеётся он. — Наверное, хотя кто знает, — он выдавливает из себя улыбку, и надеется, что получается весьма реалистично. Конечно он тот самый Ким Тэхён, которого знает Чонгук. Вот только есть маленькая загвоздка, он абсолютно не знает, что именно из себя представляет этот Тэхён, кем он является, и что чувствует. Но ему не хочется рушить такую идеально выстроенную картинку в голове парня, пускай думает, что знает его идеально. Да ему и всё равно на то, кто такой Ким Тэхён и что он из себя представляет как человек. — Выглядишь сегодня, — он оглядывает изучающим взглядом парня, — весьма ярко, — заключает Чонгук. Он поправляет чёрную панаму и теперь Тэхёну открывается прекрасный вид на чоновы глаза, такие же тёмные как и он сам. — На фоне тебя я буд-то из цирка збежал, — он прикусил губу и отвернулся от взгляда которым парень на него всегда смотрит — это одна из чоновых привычек, смотреть на людей словно через сканер. Хотя на деле максимум увелечитильное стекло. — Да ладно тебе, клёвый прикид, — он отворачивается от него и словно что-то ищет. Когда находит какое-то здание в далеке Чонгук будто оживает и расплывается в улыбке. — Вон, — он указывает на высотку у которой на одном из этажей находится огромная неоновая вывеска, что режет глаза прохожим, — туда мы пойдём. — И что это? — недоумевает Тэхён, но даже прочитав название в голове не было не одной догадки. — Самый масштабный и элитный клуб в Сеуле, — гордо заявляет парень. Тэхён на это лишь выгибает бровь, а после спрашивает: — А на чей счёт я буду жить весь последующий месяц пока мне не дадут зарплату? — Чонгук раздраженно закатывает глаза, а после подходит к парню слишком близко, а у Тэхёна в это время кажется всё замирает и то ли от страха то ли от того, насколько прекрасно пахнет парень возле него. Он смотрит парню в глаза, а после видит как он приближается ещё больше и расстояние между ними равно нулю. Вот только лишь физически между ними его нет, лишь в эту секунду когда Гук говорит ему прямо на ухо шёпотом, а Тэхён млеет от этого голоса, млеет от того, насколько парень близок к нему самому, от крепкой руки Гука, что сжимает его предплечье. — Думаю тебе не стоит об этом беспокоиться, Тэхён, — выдыхает на ухо парню и ему кажется, что в этот момент по телу парня пробегаются мурашки. И Чонгуку это нравится, он наслаждается таким Тэхёном — сбитым с толку, растеряным. Гук не идиот, он знает, что нравится парню, единственное что он упустил, когда именно это произошло. Вот только Чонгук не чувствует того же, да и не хочет. Какой вообще толк в этой любви, без неё можно прожить прекрасную и долгую жизнь. Он от чего-то уверен, что скоро это пройдёт, что чувства Тэхёна по отношению к нему исчезнут и он забьёт на него. Глупый, наивный Чонгук, но что поделать, он был таким всю свою жизнь, а меняться не в его правилах, да и зачем, лично его всё устраивает. Тэхён в этот момент теряется настолько, что даже не замечает как парень отстараняется от него и разворачиваясь начинает идти в сторону клуба. Улицы ночного Сеула оживают, а Тэхён в свою очередь умирает. Внутри образовывается какое-то странное предчувствие, но Тэхён не может понять из-за чего, поэтому просто решает постараться забить на него. Когда они доходят до стеклянного здания их встречает охрана в форме и с огнестрельным оружием. Несколько парней стоят в черных бронежилетах, на месте пояса висят черные, кожаные поясные сумки в которых, как догадывается парень, лежит холодное оружие, через плечо у каждого подвешена кобура с револьвером внутри. Тэхён перебывает в неком шоке от такого, но пытается держать лицо и выглядеть солидно, всё же самый дорогой ночной клуб как ни как. Он просто решает следовать за Гуком, чтобы не заработать себя неприятностей. Охрана кидает на них взгляды, но лишь для того, чтобы убедиться, что те не представляют собой опасности. Когда они заходят в здание и оказываются на наедине в лифте Тэхён решает спросить: — Зачем тут столько охраны? — Чонгук хмикает явно удивляясь тому, что парень этого не знает. Он поворачивается к зеркалу снимает свою излюбленую панаму и поправляет волосы. — В этом здании помимо дорого ночного клуба есть дорогущие апартаменты в которых живут одни из самых влиятельных Кореи, — Тэхён от удивления еще сильнее распахнул глаза, а парень продолжал рассказывать о том, что представляет из себя это место. — После одного инцидента охрана тут стоит на каждом шагу. Это было несколько лет назад, один из самых известных людей в шоу бизнесе, не только в Корее, а и во всем мире, жил на предпоследнем этаже, ему обещали полную безопасность, но что-то у них не сложилось с этим. Думаю ты понимаешь, что у всех мировых звезд есть завистники по всему миру, но есть те, кто строчит о них всякое дерьмо не выходя из своей кровати, а есть те, кто доходит до немыслимого — убийства. — Ты же не хочешь сказать... — Тэхён испуганно смотрит на парня, а тот лишь выдавливает грустную улыбку. — Думаю, ты всё правильно понял. Ночью один псих пробрался в здание с тонной оружия, как потом оказалось оно было украденным, и застрелил его прямо во сне, а до этого еще нескольких человек с охраны, что пытались его остановить. В этом инциденте пострадали еще несколько невинных людей, что просто оказались случайными свидетелями этих убийств. — Даже представить страшно, что чувствовали его родные в этот момент, — как бы сильно он не хотел, но в мыслях пронеслась эта картина, но не с тем парнем, с Чонгуком. Он честно не знает, что было бы с ним если бы Чонгука в один момент не стало. Какую бы боль пришлось ему пережить, и пережил бы он её вообще. Да, он часто хотел чтобы парня не стало, чтобы вместе с ним ушли и его страдания каждую их встречу, чтобы больше ему не пришлось видеть эти глаза, в которых Тэ может смотреть как в зеркало, когда тот на него смотрит — они стеклянные, в них нет ничего, но он придумывает сам в них целую вселенную. Он ночами рыдал и умолял о том, чтобы больше не видеть эти губы — это банально, но это до ужаса больно. Но в глубине души он прекрасно понимает одну простую вещь — без Чонгука он сдохнет. Пускай тот от него далеко, пускай Тэхён для него ничего не значит, пускай ему глубоко плевать на его чувства и проблемы, но он рядом и для парня этого достаточно. Из мыслей его вырывает открывающееся дверца лифта. Парни оказываются в тёмном, длинном коридоре с конца которого доносится громкая басистая музыка, что приглушается толстыми стенами здания. Чем дальше они идут, тем громче она становится. Они подходят к огромным полупрозрачным дверям, которые переливаются всеми цветами ночного клуба, на входе стоит охрана проверяющия билеты: два высоких крупных парня одеты во всё чёрное и дополняет их брутальный образ темные солнцезащитные очки. Тэхён бы спросил у них, зачем они их носят, но решил оставить этот вопрос при себе ради своей же безопасности. Чонгук протягивает одному из охранников билеты и тот в течение минут пытается что-то выискать в них, но видимо убедившись, что ничего такого там нет кивает парням и пропускает их в храм алкоголя и музыки, что бездушно бьёт по ушам. Когда они заходят в долгожданный клуб у Тэхёна начинают с непривычки болеть глаза: яркие, цветные прожектора ослепляют парня и он начинает щюрится, чтобы хоть что-то развидеть. Клуб забит людьми, что хотят развееться, потанцевать или же просто напиться, а может и всё сразу. Кажется, на один квадратный метр приходится как минимум человек пятнадцать: все друг о дружку трутся, задевают то и дело локтями, но всех всё устраивает помимо одного парня, что слишком ценит личное пространство. Тэхён стоит на одном месте и не знает как ему дойти хотя бы до барной стойки максимально избежав телесного контакта, если это конечно не Чон Чонгук. Тот же в свою очередь чувствует себя наконец в своей тарелки: после долгой, мучительной недели, когда все сотрудники выносят мозг, а дедлайны горят, ночной клуб с тонной алкоголя и лучшим другом самое то. — Пошли сядем закажем что-то, — кричит он на ухо Тэхёну, а тот кажется вздрагивает, вот только не понятно от чего: от голоса Чонгука или от того, что какой-то идиот не умеет ходить и наступает парню на ногу. — Эй, тебя кто учить ходил, — слишком агрессивно говорит Гук и видит как мужик, явно в хлам, разворачивается и сводит брови. — Напрашиваешся, педик, — хрипит мужик еле стоя на ногах. — Как ты блять меня назвал, — удивляется парень и сжимает кулаки пытаясь справиться с наступившей злостью. — Чонгук... — пытается успокить Тэхён дергая того за рукав пальто. — Да от тебя за километр гейством несёт, вон, — переводит взгляд на Тэхёна, что тут же напрягается, — наверное его каждую ночь трахаешь, — глаза Тэхёна лезут на лоб, а злость охватывает всё тело, теперь кажется нужно не Чонгука успокаивать, а его, потому что... — Ну сука, ты напрасился, — он дёргается в сторону мужика, что явно охерел от такой внезапной смены настроения парня, но вмазать придурку не выходит так как кто-то держит его обеими руками за плечи не давая вырваться из хватки. — Отпусти, — низким голосом шипит Тэхён. — Чтобы ты ему пол лица расквасил, а после несколько недель в тюряге сидел, ну уж нет, — кивает головой Гук, а после переводит взгляд на пьяного мужика, что на удивление до сих пор держится на ногах. — Я даю тебе пять секунд съебаться от сюда, или я сам тебе подкоректирую твой везде лезущий носик, — сказал он и скривил свою фирменную победную ухмылку, когда парень отсупил и что-то бурчя себе под нос пошёл в сторону уборной. Тэхён разворачивается к парню всё ещё перебывая не в самом положительном настроение, но когда он вспоминает о том, что Гук хотел его защитить на его лице появляется квадратная улыбка. Чонгук редко проявляет в его сторону заботу или беспокойство, а тут чуть не подрался из-за него. — Почему такой идеальный вечер был испорчен таким дерьмовым человеком, — хмурится Гук, а Тэхён лишь улыбается, когда видит на его переносице маленькую морщинку, что появляется всегда когда парень чем-то огорчён. Тэхён уже выучил это наузисть как и многие другие особенности парня. — Ладно тебе, ничего он не испорчен, всё только начинается, — лыбится парень, а после не отдавая отчёта в своих действиях берёт парня под руку и ведёт в сторону бара не замечая огромное количество людей. Он с Чонгуком и это самое главное. Этот парень всегда на него так влияет, с ним он становится самым счастливым человеком, кажется, на всей планете, и именно с ним он может снова дышать. Они подходят к барной стойке музыка долбит по ушам, а пол, кажется, трясёт от такого количество людей на танцполе. Бармен за стойкой выглядит довольно молодо, его одежда состоит из темной формы идеально сочитающейся с элитным ночным клубом, волосы уложены назад, видимо чтобы во время работы не раздражали. Парень улыбается всем, кто подходит к бару, а когда ему озвучивают заказ он начинает жонглировать стеклянными бутылками с элитным спиртным так, словно делает это обычными теннисными мячами. Тэхён залипает на то, как умело он это делает и приходит в себя лишь тогда, когда Гук спрашивает что тот будет пить. — Не знаю, а ты уже решил? — спрашивает Тэхён разглядывая предложение напитки в меню. Цены боснословные, и это ещё легко сказано. — Я наверное возьму вот этот, — указывает пальцем на строчку с названием коктейля. Тэхён пару секунд думает, а после обращается к бармену: — Давайте два таких, — говорит Тэхён и краем глаза замечает довольную ухмылку Гука. И что с этим парнем не так, то хрен дождёшься от него хоть одной доброй фразы в свою сторону, то он целый вечер тебе улыбается и пытается подсесть ближе, как например сейчас, когда они сели за столик в конце клуба. Кожаный красный диван выделяется на фоне тёмного клуба. Когда им приносят коктейли Тэхён берет один, а другой протягивает парню, что сидит слишком близко к нему. Яркие прожектора окрашивают помещение всеми возможными цветами, свет мигает в такт музыке, а силуэты людей превращаются в одну огромную неразбериху. Каждый из них танцует не так как нужно, а так как им того хочется. Тут нет правил, нет строгого учителя танцев, что будет орать на тебя, что ты не дотягиваешь носок, тут лишь ты и музыка, с ней ты сливаешься в одно целое и именно она гонит прочь всё твои мысли и предрассудки. Рамки остаются где-то там, за дверью клуба, а пока ты тот, кем являешься без тонны масок и фальшивых чувств. Ты, музыка и алкоголь. Тэхён чувствует как чья-то рука бесстыдно сжимает его бедро, а когда переводит взгляд на Гука то видит как парень смотрит на него. Взгляд, кажется, пронзает его насквозь, там алкоголь, страсть и всё. Там лишь дикое желание, но ничего больше. Если бы он сейчас был бы не под действием алкоголя, то наверняка разрыдался от такой картины, но в нем несколько весьма крепких коктейлей и поэтому последнее, что он может контролировать так это себя. Он проводит рукой по щеке парня, а после спускается к побродку ведёт пальцами по кадыку, и улыбается, когда Чонгук нервно сглатывает. Тэхён заводит руку за шею парня и притягивает его ближе к себе. Между ними больше нет расстояния, каждый слышит и чувствует дыхание другого, а тело наполняется желанием. — Тэхён... — выдыхает Гук, когда тот проводит пальцами по груди парня и случайно задевает соски. Кажется перед глазами Чонгука проносится вся жизнь, голова кружится то ли от ощущений, то ли от количества алкоголя в крови. Не в силах больше ждать Тэхён тянет Гука к себе и жадно впивается губами. Он ждал этого момента столько лет, он изводил себя ночами представляя Чонгука и его идеальные губы, он часами мог залипать на них разглядывая фотки парня, а после отчаянно пытался их забыть. И вот наконец он не просто бесстыдно на них залипает, а сминает их своими кусая их. Чонгук приоткрывает рот пропуская язык парня. Поцелуй превращается вот что-то настолько страстное, горячее и возбуждающее, что если бы под ним сейчас не было дивана он бы просто упал на пол от переполняющих чувств. Всё происходит как в тумане, ни Тэхён ни рядом сидящий Чонгук у которого руки тянутся к ширинке парня, не понимают, что происходит. Кажется, будто и нет этого клуба, этих людей, этой оглушающей музыки. Лишь они вдвоём. — Чонгук, — разрывает поцелуй Тэхён сбито дыша. — Думаю стоит остановиться, — говорит парень, но когда видит в глазах парня дикое возбуждение, то понимает, что это была дерьмовая и абсурдная идея. К Чонгуку тянет, Чонгука хочется, вот только его хочется не тем, что внизу, а сердцем, чего нельзя сказать про самого Гука, но алкоголь делает своё дело и мысли затмевает спирт и похоть. — Давай к тебе? — говорит Тэхён заглядывая в глаза и пытаясь найти там то, чего нет и он это прекрасно знает. Сердце предательски стучит вырываясь из грудной клетки, а алкоголь лишь усиливает ощущения. — Разве я в силах тебе отказать, — улыбается Гук и встаёт беря парня за талию. А Тэхёну сейчас хочется разрыдаться от этой картины, но он не позволяет себе этого, поэтому пытается засунуть свои чувства куда подальше. Они выходят из клуба и направляются в строну лифта, когда дверь лифта открывается и Тэхён смотрит в зеркало напротив, то видит там ту картину, о которой мечтал всю жизнь: Чонгук принимается к Тэхёну так, словно тот сейчас сбежит от него, а талию парня обхватывает накаченая рука Гука. Дверца лифта закрывается, а Тэхён вскрикивает от неожиданности, когда Гук разворачивается к нему и толкает его прямо к холодной стенке заставляя облокотиться на неё. Тэхён смотрит на него огромными глазами пытаясь понять, что хочет парень, а тот лишь криво улыбается приближаясь ближе к парню, и когда он прижимается бёдрами то чувствует через джинсы возбуждение Гука. В глазах темнеет, и кажется он еле стоит на ногах. В лифте становится слишком жарко. Чонгук ведёт носом по шее Тэхёна, а тот не в силах себя сдерживать стонет от его прикосновений. Взгляд падает на зеркало перед ними и кажется, что в этот момент Тэхён теряется напрочь. Вид в зеркале настолько горячий и шикарный, что хочется кончить лишь от их вида. Гук старательно выцеловывает каждый сантиметр на шее парня, а тот выглядит настолько растрепаным и возбужденым, словно его всю ночь трахали без остановок. — Если ты сейчас не остановишься... — очередной стон слетает с его губ, а мысли плывут, — я кончю прямо тут, — и он сейчас готов молится, чтобы это сделать, но на удивлён парень останавливается, отходя от него. — Может хватит пялится? — сводит брови Тэхён ловя на себе пристальный взгляд Чона, от которого по спене бегут мурашки. — Ты сейчас выглядишь так... — он оглядывает Тэхёна с ног до головы задерживаясь на его раскрасневших губах и шее. Парень дышит тяжёло, а в глазах тьма в перемешку с желанием, и Чонгука ведёт. От парня сносит крышу или это можно скинуть на алкоголь? Отчего-то к нему тянет, к его бёдрам, талии, губам. Он хочет его всего и сразу, но от куда такое сильное желание? — Как, — переспрашивает Тэ, но ответа не получает. Кажется, будто что-то остановило Чонгука на полуслове, или не кажется? Они выходят из здания и видят такси, что уже подъехало. Холодный воздух заставляет обоих слегка протрезветь и остыть. Тэхён ежится от холода, а Гук не замечает, лишь подходит машине и садится на переднее сиденье возле водителя. Тэхён лишь хмыкает, убедившись в очередных своих догадках и открывает заднюю дверцу такси. Ночной Сеул прекрасен. Он прячет дерьмовых людей под темной пеленой ночи давая им шанс выйти бесстыдно на улицы. Ночью просыпается страсть, ночью открывает глаза жажда, а после закрывает их всех боль. Жаль не каждый расценит судьбу ночи правильно: одни поддаются её влиянию, а другие прячутся от неё как можно дальше. Тэхён же может и был бы одним из тех, кто закрыл глаза, утонул в страсти и похоти ночи, поверил бы людям, что кроются за её тенью, вот только он устал. Он верил, каждый раз натыкался на одни и те же грабли, а толку? Ничего не меняется, он не в силах менять людей. Он больше не готов выдерживать эту боль. Тэхён больше не готов с этим мириться изо дня в день. С него хватит. Чонгук не разрывая поцелуя стягивает с себя пальто, а после помогает Тэхёну расправиться с его свитером. Одежда летит на пол, а Гук на кровать. От такого Тэхёна темнеет в глазах, сейчас он не тот смазливый мальчик, что появляется днем. Гука ведёт от резких и не сдержаных действий парня, от его скорости, от его возбуждения. И почему он раньше не прознал о таком Тэхёне. Как много он потерял. Тэхён ведёт кончиками пальцев по накаченой груди, а после спускается к торсу с идеальными кубиками пресса — Чонгук всегда был прекрасен, вот только оказывается лишь телом. Он спускается ниже и тянет резинку боксёров, а Гук напрягается ещё больше, что тот сразу замечает. А ещё замечает то, как смотрит на него парень, как хочет его, как нуждается в нем. Вот только маленькая загвоздка — не в нем, а в его теле. Когда один палец Тэхёна оказывается внутри Гука тот издаёт стон, что больше походит на вопль. Второй, а затем третий, и Чонгук начинает сам насаживаться на тэхёоновы пальцы прося о большем. А Тэхён лишь исполняет его просьбы, сегодня можно. Он входит медленно всматриваясь в лицо парня, чтобы если что остановиться если тому станет больно, не увидив на его лице ничего кроме желания Тэхён начинает немного ускорять темп. Одной рукой обхватывает Чонгука за талию, а второй сжимает один из сосков от чего Гук издаёт несдерженный и весьма громкий стон. — Тэхён, быстрее, — умоляет Гук пытаясь насаживаться на член парня. Парень ускоряется, а стоны разносятся по всей комнате. Чонгук сжимает руками белоснежные простыни, а Тэхён сжимает в руках Гука. Он смотрит на такого Чонгука и понимает, что видит его в таком состоянии первый и последний раз: с намокшей чёлкой, молящий о большем, с диким возбуждением в глазах. Внутри сжимается всё настолько больно, что перегрызает нахрен глотку. Больше нет их, да и разве они когда-то были. Толчки становятся режче, а Чонгук выгибается в спине содрогась в оргазме. Тэхён кончает через пару секунд, а после падает рядом с парнем на влажную холодную кровать. В квартире тепло, между ними холодно. — Ты был невероятен, — первым говорит Чонгук немного отдышавшись. Тэхён лишь выдавливает из себя улыбку пытаясь скрыть то, что таится у него внутри. Эта ночь была лучшая в его жизни. Ни с кем ему не было настолько хорошо, и как бы сильно он хотел, чтобы она повторилась, а потом опять и опять. Но в жизни есть одно горькое правило — всё имеет свойство заканчиваться: ночь перетекает в утро, а они к утру перестанут существовать, словно в сказке про золушку. Тэхён чувствует себя той самой золушкой, которой в один момент дали надежду на лучшее, а после разбили её в дребезги. До утра пару часов и до конца смысла существования Тэхёна тоже. Он поворачивается к Чонгуку, что уже сопит на подушке и на несколько минут просто перестаёт дышать. Парень разглядывает каждую ресничку, шрам, что за долгое время он так полюбил, губы, что парень мило поджал во сне. Чонгук прекрасен, а особенно во сне. Всю жизнь он мечтал вот так вот лежать рядом с ним и слушать его дыхание, чувствовать его спокойный пульс, иметь возможность просто взять и обнять, но какой во всем этом смысл если этого же никогда не хотел Гук, разве есть смысл продолжать эту игру если она идёт только от одного. Слеза скатывается вниз и падает куда-то на подушку, а парень засыпает, и как бы сильно он хотел больше не просыпаться. Сегодня был прекрасный день, но завтра будет ещё лучше, но это не про их историю. "Я буду с тобой всегда", — звучит где-то во сне Тэхёна слова, что Чонгук сказал ему в первый год их дружбы, и тот поверил. Жаль, что он не смог сдержать того же, хоть и не давал клятву Чонгуку. Он дал её себе. Правда он провалился. Он упал перед самим собой и от этого отвратней вдвойне. — Сладких снов, Гук-и, — шепчет Тэхён зажмуривая глаза от боли счастья.