Абонент вне зоны доступа

–Сколько мне ещё раз повторить, Дамиано, что мне не плевать на тебя и твои проблемы? Но весь этот пиздец, который ты сейчас здесь устроил, не стоит большего, чем обычный разговор по душам. А ты... Басистка тычет своим маленьким пальчиком прямо ему в грудь, стоя на носочках и пытаясь высказать почти что в лицо все то, что накипело, пока Дамиано просто стоит в постойке смирно, пытаясь то ли не заржать, то ли принять её слова к сведению. Злая Виктория – чертовски умилительное зрелище. Однако подумает он об этом немного позже. –Ты не заметила, что весь промо-тур мне приходилось тянуть на себе не только свои проблемы, но и временами защищать тебя от тех долбоебов, которых, как ты говоришь, сама способна держать на расстоянии. А что я получаю в ответ? Я, блять, даже простого человеческого "спасибо" не дождался. Старается говорить как можно более спокойно, просто перекачиваясь с пятки на носок. Та небольшая книга с психологическими трюками явно пошла ему на пользу. Виктория почти что закипает. Отходит от парня на пару шагов, потому что желание треснуть по нему чем-нибудь не самым лёгким возрастает с каждой секундой. –Да ты ненормальный, Дами! Сам просил быть собой и показывать свои улучшения, а теперь что? Хочешь, чтобы я кидалась тебе на шею каждый раз, когда ты соизволишь впихнуть свою руку помощи туда, куда тебя не просили? Кажется, глаз Дамиано дёргается, а между бровей тут же появляется небольшая складочка. Он хмурится, пытаясь осознать то, что сказала девушка, но определённо точно не хочет в это верить. Не было ещё такого, чтобы Виктория отказывалась от его помощи. Безусловно, злилась, отрицала, обижалась, говоря, что и сама все может...но... Из груди выбивает дыхание и ладони начинают жутко потеть, когда в голове Дами проносится мысль о том, что когда-то Вик может отказаться от него самого. Сейчас он пытается запихнуть эту чёртову мысль в самую глубину своего сознания, потому что молодому двадцатидвух летнему горячему рокеру конкретно насрать, что будет потом. На взводе он сейчас, а со своими ошибками разберётся как-нибудь позже. –Не просила помощи? Когда ты ревела в полночь в своём номере, не давая никому из нас войти, так что Томасу пришлось просить запасной ключ у персонала, это было что? Когда хваталась за меня в клубе, потому что чувствовала, как начинаешь паниковать. Ты, блять, уверена, что тебе не нужна была помощь? Кажется, Дамиано чувствует, как мозг девушки начинает плавиться. Её щеки красные от напряжения, а сама она стискивает руки в замок, потому что деть их просто некуда. Сейчас бы они прекрасно смотрелись, пережимающими шею великолепного вокалиста, однако это уже крайние меры. –Может и нужна была. Но не твоя! Грубо, со злостью и ненавистью буквально выплевывает ему в лицо, а Дамиано не понимает, чем заслужил такое отношение к себе. Опускает голову, потирая глаза и громко выдыхает, но молчит. Он пытался быть образцовым: проводил много времени с ней рядом, шутил, помогал, дарил различные безделушки. Но, видимо, Виктории это не было нужно. Он пытался быть для неё образцовым парнем, а она видела в нем лишь друга...и все эти маленькие недомолвки, путаницы, мысли, которые мешали спокойно спать по ночам, сейчас портят все то хорошее, что они успели построить за долгие годы знакомства. Солист чувствует, как его глаза становятся мокрыми, а дыхание непроизвольно учащается. Дамиано слишком раним, когда дело доходит до чувств. Но он не будет это показывать, потому он тоже сильный. И не только ему плясать под дудочку симпатичной басистки из Måneskin. –Уйди, Виктория. Я не хочу этого слышать. Мне надоело. Дамиано говорит тихо, чётко, с расстановкой, почти шёпотом, поднимая на неё свой рассерженный, но при этом абсолютно пустой взгляд. Вик смотрит на его лицо несколько секунд с полным непониманием, молчит, а после хватает со спинки кресла свой пиджак и стремительно направляется к выходу, специально задевая Дамиано своим плечом. Громкий хлопок двери, и парень остался один в пустой мрачной студии, пока за окном медленно исчезало солнце... *** Уже начинает темнеть, однако Дамиано не думает вызывать такси. Он отошёл от студии на пару кварталов и планировал дойти до дома в полном одиночестве. Ему о многом нужно было подумать. Где-то вдалеке пару раз сверкнула молния, и, кажется, скоро начнётся дождь. Однако об этом парень старался не думать, потому что "гулять под ливнем грустным из-за того, что поссорился с дорогим тебе человеком, прямо как в сопливых мелодраммах". Но вокалист точно понимал, что не сможет сейчас находится рядом с кем-либо. Ему нужна была тишина, а дома как на зло ждали коты и Джорджия... –Дами, ты поёшь на тональность ниже, чем мы планировали. Соберись. Итан говорит довольно раздражительно, потому что они торчат на студии уже хорошую половину дня, вместо положенной пары часов. Вокалист оставляет это замечание без комментариев, просто кивая головой. Он слышит, как где-то слева Томас копошится с гитарой, пытаясь выкрутить наилучшее звучание. Смотрит на Вик, которая сейчас с широкой улыбкой записывает видеосообщение сестре, уверяя, что они почти закончили запись альбома, и уже совсем скоро она навестит её в Милане. Они все устали, конечно же. Хотят отдохнуть и просто пожить обычной жизнью. Хотя бы недельку или две. –Ладно, Дам, давай еще раз сыграем и разойдемся на сегодня. Ты что-то совсем раскис. Томас кладет руку на плечо другу, замечая его поникшее состояние. Итан тоже подрывается со своего места, пытаясь узнать, точно ли все в порядке. В то время как Вик не делает ровным счётом ничего, откладывая смартфон и беря в руки гитару. Даже не смотрит на него, чем заставляет последние нити сдержанности и работоспособности парня оборваться в один миг. Туры выматывают не только физически, но и эмоционально. Дамиано старался держаться изо всех сил...Сейчас же ему грустно. Ему просто грустно. Когда они заканчивают репетицию, парень ждёт, пока все выйдут, под предлогом, что ищет сумку, а после закрывает жалюзи и входную дверь, в надежде провести ночь здесь, потому что общество Джорджии сейчас не то чтобы его радовало. Но не замечает Викторию, которая только что вышла из уборной и теперь с полным непониманием смотрит на вокалиста. *** –Дами, дорогой, почему ты так поздно? Джорджия встречает своего парня в прихожей, когда время перевалило за полночь. Видит его состояние и без вопросов помогает снять верхнюю одежду, под руку провожая в гостиную. Джорджия шикарная девушка, и Дамиано не перестанет говорить ей этого. Она заботливая, понимающая и очень нежная, когда ему это необходимо. Она всегда поддерживает его, даже в моменты своего рецидива. Дамиано любит её, однако он не хочет быть её парнем, потому что...потому что что-то гложет его внутри, говорит, что он поступает неправильно, обнимая её по ночам, но думая в это время о такой родной басистке с дурным характером. Парню очень плохо. Он не знает, что делать. Он хочет взорваться. Или сорваться, чего он боится очень сильно. Он не хочет кричать на Джоджию, не дай Бог сделать ей больно, однако процесс уже пошёл... –Джо, пожалуйста, оставь меня одного. Он вырывает свои руки из её хватки как-то даже слишком резко, когда та усаживает его на диван и сама садится рядом. Девушка смотрит удивлённо, однако встаёт со своего места, не перечит и без того подавленному парню. Дамиано, кажется, даже дышать начинает свободнее. –Хочешь воды? На грани слышимости интересуется девушка, вглядываясь в лицо парня, который сейчас старательно прячет его в ладонях. Дамиано хочет лишь плакать. Плакать от своей беспомощности и ненужности. Он не нужен той, которую больше всего ценит. Вот только осознание накрывает его слишком поздно... –Нет! Вырывается из него слишком резко и громко, отчего Джорджия вздрагивает. Дамиано хватается за голову, в попытке унять свои эмоции. Ему жалко себя, жалко Джорджию, жалко весь ебаный мир, который заставляет его сейчас страдать. В мыслях ледяные глаза в обрамлении чёрной подводки, и парень хочет потерять сознание, чтобы только перестать видеть этот образ. Сжимает в кулаки коротко обрезанные волосы на макушке и опусташенно вздыхает, чувствуя, как по правой щеке катится тёплая слеза. Джорджия все ещё стоит рядом, а он, кажется, уже забыл о её существовании... –Томас! Посмотри на свою спину, она вся красная! Виктория визжит, бегом направляясь к другу, который только что совершил героический прыжок в ледяную воду бассейна. Итан протягивает приятелю полотенце, тоже смеясь над этой ситуацией, пока Дамиано снимает их на камеру, сидя на широком мягком кресле неподалёку. Они отдыхают на своей вилле и после в холодном декабре, во время тура где-нибудь в Германии, эти летние, беззаботные, коротенькие видео будут греть лучше любых воспоминаний. –Эй, Дами, не снимай, я же без макияжа! Секунда и Виктория направляется к лучшему другу с явными намерениями вырвать смартфон из его рук. Итан успевает вперёд, хватая её и переставляя в сторону. Летят с Томасом наперегонки, кто первее заберёт и поснимает, пока Дамиано заливисто смеется, наблюдая за всем этим. –Дай мне тоже! Камера оказывается в руке Томаса, и тот уже несётся в дом снимать Чили под диваном, пока Итан старается успеть за ним, чтобы тоже хоть ненадолго попасть в кадр. Уставшая от этой шуточной борьбы Виктория падает на кресло рядом с парнем. Дамиано чуть двигается, разрешая девушке устроиться поудобнее, закидывает её ноги на свои бедра, а саму тянет на себя, обнимает как-то даже слишком крепко. –Ну Дами, жарко же, пусти. Вик смеется, шуточно ударяя его по плечу, на что Дамиано лишь крепче прижимает её к себе, потому что: –Хочу обнимашки! Смирившись со своей участью, девушка лишь кладет голову ему на грудь, одной рукой начиная перебирать коротенькие волосы на затылке парня, заставляя его тихо мурчать. Большой наглый кот. –Ты невыносим. Но за это я и люблю тебя... Воспоминания бьют Дамиано камнем по голове. Он сползает на пол, будто под давлением чего-то тяжёлого, и в панике обхватывает себя руками. Слезы бегут уже не переставая, и он не знает, что с этим делать. Осознание всего пришло даже слишком поздно. Сколько бы он не пытался скрывать свои чувства, маскировать их под что-то другое, они все равно прорвались. Всё равно сделали больно. Сложить два плюс два для Дамиано теперь кажется сложнее, чем понять то, что он просто без ума от Виктории и менять это явно не собирается. В голове картинками мелькают тысячи моментов, их совместных воспоминаний, ночевок, посиделок на крыше клуба после концерта. Кажется, Дамиано даже скулит от беспомощности. Ведь эта ссора разрушила то последнее хорошее, что оставалось между ними. Он больше не нужен Виктории. Усталость вновь накрывает с головой, но парень держится. Джорджия все ещё рядом и он должен все разъяснить. –Я люблю Викторию, Джо. Прости меня. Дамиано смотрит вперёд, как безумец, будто он говорит это сам себе, будто Джорджии сейчас нет рядом. По телу девушки бегут мурашки, и внутри все сжимается: она боится такого Дамиано, она не понимает, что с ним происходит. Однако слова о Виктории не задевают её. Это было предсказуемо и девушка не раз ожидала услышать их от солиста, однако он тактично молчал, и Джорджия уже начинала верить, что сама себе все напридумывала, но после снова слышала сквозь сон, как он в кошмаре произносит её имя... Ближайший автобус в центр Рима через пятнадцать минут. Она успеет собрать вещи. Дами невменяем, Джо поговорит с ним позже, а пока девушка звонит подруге, предупреждая о том, что сегодня переночует у неё. *** Лицо опухло и кружится голова. Дамиано стоит на балконе с сигаретой в руке. Наверное, это уже десятая. Виски не помогает. Ром тоже. Парень недавно притащил с кухни бутылку водки. Где-то в далеке уже видны первые лучи солнца, которые сейчас так некрасиво оттеняют красные щеки и нос. Перед глазами все плывёт, однако Дамиано безошибочно набирает заученнные, выгравированные на подкорке сознания числа. Ему необходимо услышать её голос. –Абонент временно не доступен либо находится вне зоны действия сети...