Впервые

Джим уже привычно зашел в каюту Спока без стука и замер, как вкопанный, открыв рот для приветствия и так и не закрыв его. — О да, о, он такой большой! — сладострастно простонал компьютер Спока мужским голосом, в то время как сам Спок сложил пальцы домиком и внимательно смотрел на происходящее. Джим имел некоторое представление, что именно он мог там видеть, но… — Спок?! — то ли вскрикнул, то ли прошипел он, и сделал шаг в сторону стола. Спок повернулся к Джиму, так и не поставив воспроизведение на паузу, но немного уменьшив громкость. — Добрый вечер, Джим, — спокойно кивнул Спок, а компьютер опять громко и почти надрывно простонал. Джим поморщился: он не любил звук в порно. — Что ты делаешь?! — вот теперь Кирк точно вскрикнул («О да, сильнее!» — вторил ему голос с экрана). — После досадного недоразумения с поцелуем я осознал пробел в сфере знаний о сексуальности человека — «Вставь мне!» — и решил провести исследование, включающее в себя в основном гомосексуальные отношения, поскольку они непосредственно — «О, как хорошо, о да-а» — касаются меня, — закончил наконец свою мысль Спок и все же нажал на паузу. Джим пару раз хихикнул, а потом расхохотался, глядя на Спока со смесью нежности и веселья. — И как успехи? — чуть отдышавшись, спросил он, подтянул второе кресло поближе к экрану и упал в него. — Я обнаружил неполноту научных данных относительно сексуального поведения, и решил обратиться к общей сети. По тому, что я успел увидеть, люди преимущественно издают громкие звуки во время коитуса, и сам он довольно продолжителен, и занимает от пятнадцати до тридцати минут, иногда достигая часа. Это вступает в противоречие с научными данными, где утверждается, что среднее время до эякуляции составляет 5,4 минуты, хотя результат и может варьироваться, — Джим всегда удивлялся, как Споку удается произносить настолько длинные речи на одном выдохе, сейчас же он прислонил ладонь ко лбу и прикрыл глаза. — Спок, я бесконечно уважаю твой научный подход, — Джим не сдержался и хохотнул, — но порно — это просто фильм, люди ведут себя по-разному во время секса… — он прервался, глянул на серьезного Спока, потом на экран, где в нелепой позе застыла пара парней, — Господи, я не мог даже представить, что мы будем обсуждать порно раньше, чем вообще займемся сексом. Это видео должно возбуждать, Спок, но не научный интерес, право слово, — брови Спока взлетели. — Почему меня должно возбуждать наблюдение за чужим коитусом? Джим стукнулся лбом о стол. В его личном списке абсурдных ситуаций эта заняла почетное десятое место. — Бо-о-о-же, — простонал Джим, — думаю, люди проецируют на себя одну из ролей, и переживают весь процесс сами, помимо тех, кому просто нравится наблюдать. — Логично, — сказал Спок, и Джим загордился бы собой, не будь тема настолько странна, — тогда полагаю, что для достижения описанного тобой эффекта от порнографии необходим личный опыт. Я предпочел бы получить его с тобой. Джим вскинул голову так резко, что почти стукнулся затылком о переборку. — Что?! Сейчас?! — внутренний романтик в Джиме издавал какие-то полузадушенные вопли, — но… Нет, ты не подумай, я не против, наоборот, поскольку мы встречаемся, но я представлял это как-то более… — Джим чувствовал, что покраснел, — романтично? Ну, то есть, чтобы это было чем-то особенным. — Джим, — Спок положил ладонь на его предплечье и с силой провел вверх, и Джим почувствовал, как покрылась мурашками его кожа, — я не знаком с понятием романтичности, но уверен, что в любых обстоятельствах наше взаимодействие будет особенным, — чуткие пальцы Спока прошлись под воротником капитанской форменки, безошибочно находя чувствительное место у основания шеи, и Джим непроизвольно склонил голову вбок, давая больший доступ. — Как у тебя это получается, а? — спросил Джим жалобно, — то ты являешь собой квинтэссенцию прагматизма, а то вдруг выдаешь что-то такое, что не каждый отчаянный романтик сможет произнести, — пальцы Спока нажали на зажатую мышцу в шее, и Джим подавился воздухом и почти застонал, — и все это — с одним и тем же выражением лица, — закончил он и посмотрел на Спока, который был полностью сосредоточен на массаже капитанской шеи. Пальцы вулканца поднялись выше, задели короткие волоски у основания черепа, нежно погладили, спустились ниже, попытались подобраться ко второму плечу, но оно было прижато к спинке кресла, и пальцы замерли в нерешительности. — М-м-м, не останавливайся, — пробормотал Джим, чувствуя, как усталость от долгой смены растворяется в томной неге, — мне развернуться? — Думаю, логичнее будет лечь, Джим, так мышцы расслабятся больше, — Спок еще раз нажал на сплетение нервных окончаний у основания шеи, и Джим блаженно улыбнулся, протянул руку, коснулся краешка его уха — ему всегда хотелось это сделать, но он долго не позволял себе — немного подался вперед и медленно и глубоко поцеловал Спока. — Предполагалось, что это я буду тебя соблазнять, — прошептал Джим практически в губы вулканца, прислонившись лбом к его лбу, — мне надо научиться не строить ожиданий. Они как-то вместе, не сговариваясь, встали со своих мест, не разрывая полуобъятий. — Это точно, — мягко произнес Спок и шагнул к Джиму, заставляя его сместиться назад, ближе к кровати, — вулканцы гораздо лучше умеют строить прогнозы, нежели люди. Он подтолкнул Кирка еще на один шаг, сокращая дистанцию, прижимаясь всем телом, потеребил нижний край форменки, залез под нее пальцами, провел вверх по позвоночнику, и Джим выгнулся, стянул с себя кофту, отбросив ее куда-то в сторону кресел, положил руки на грудь Спока, огладил ее, и впалый живот, потянул синюю ткань. — Сними, — Спок послушался, снял форму через голову, скомкал в руках, оглядываясь, кинул ее точно на стол. Джим впитывал игру сухожилий и мышц, и зеленоватый оттенок кожи, — еще более зеленой сейчас, кажется, — прикоснулся, сначала несмело, потом все более жадно лаская, сам упал спиной на кровать, потянув на себя Спока, чуть не стукнувшись носом о его лоб, перекатил их обоих на бок. Неловкое движение быстро растворилось в поцелуе, в ненасытных руках — Джим не подозревал, что настолько жаждал прикоснуться к Споку, и что тот хотел не меньше. Он просунул ладони под брюки Спока, огладил твердые ягодицы, притянул ближе, толкаясь бедрами, широко лизнул шею и скорее почувствовал, чем услышал, как Спок тихо застонал. Этот звук прошелся по нервным окончаниям легчайшей щекоткой, стек в член, и тот дернулся, больно упираясь в молнию. Джим открыл непонятно когда закрытые глаза, посмотрел на раззеленевшегося, тяжело дышащего Спока, пальцами провел по кромке брюк, остановился около ширинки. Задохнулся, когда Спок, не разрывая зрительного контакта, повторил его движение; кончики длинных пальцев едва касались головки через ткань, и хотелось больше, сильнее. Джим наощупь — казалось, что мир обрушится, если он потеряет взгляд Спока — расстегнул пуговицу, медленно потянул язычок молнии вниз; Спок повторял его движения с практически хирургической точностью. Джим попытался стянуть со Спока брюки, но это было неудобно, так что он влажно поцеловал его открытым ртом, привстал на коленях, толкнул Спока на спину. Тот, кажется, без слов понял его намерение, прогнулся в пояснице, помогая руками и корпусом снять с себя брюки с трусами. Крупный зеленоватый член влажно шлепнулся о низ живота, и Джим сглотнул, торопливо и неуклюже снимая с себя остатки одежды. Спок смотрел на его движения потемневшими глазами, его рот был приоткрыт, губы припухли и блестели от слюны, и Джим отклонился назад, стараясь запечатлеть эту картинку в памяти, но Спок не позволил ему этого, приподнявшись и опрокидывая Джима на себя сверху, и Кирк еле успел поставить колено на кровать, чтобы не причинить Споку боль своим весом. Джим перекатил их обратно на бок, прижался бедрами и обхватил ладонью оба члена. Толкнулся на пробу, замычал неудовлетворенно, разжимая руку: слишком сухо, и его ладонь не могла обхватить их обоих так, чтобы это было приятно. — Дай свою руку, Спок, — попросил он, переплел на мгновение их пальцы, подтянул сцепленные руки ко рту, перехватил за запястье и лизнул центр ладони. — Что… — Спок распахнул чуть влажные ресницы, — Ах, — Джим повторил движение и принялся облизывать всю ладонь, не жалея слюны, — Джим! — Спок выглядел совершенно потерявшимся в удовольствии, Джим чувствовал, как дергается его член, чувствовал его дрожь и возбуждение, как свои собственные. Он направил руку Спока вниз, и тот сжал их члены, сам толкнулся первым, и тихо застонал. Джим замычал, прижался ртом к шее Спока, не столько целуя, сколько лихорадочно дыша в нее, накрыл его руку своей. Им потребовалось несколько движений, чтобы найти единый ритм. Джим жмурился, чувствуя слишком много всего разом, прикусывал тонкую кожу, толкался, не выдерживая уже ритма, ощущая, что и Спок близок к оргазму. Джим потер пальцы его свободной руки, прислонил свои средний и указательный к его, втянул кожу в рот, посасывая. Он почувствовал выдох и укус в свое плечо, понял, что больше не может сдерживаться, когда услышал глухое, почти жалобное: «Джим, о-ох», кончил, выдыхая имя вулканца. С минуту он лежал, пытаясь отдышаться, и чувствуя на своем плече такое же тяжелое дыхание Спока. А потом кое-что подумал и рассмеялся. — Джим? Что тебя рассмешило? — поинтересовался Спок и немного подвинулся. — «Вулканцы гораздо лучше умеют строить прогнозы», — передразнил он Спока, — ты все это спланировал, признай, — все еще смеясь, произнес Джим, — тебе хотелось попробовать, но ты не знал, как попросить, да? Спок лениво поцеловал его и поднялся. — Могу парировать это тем, что, судя по произошедшему, тебе хотелось не меньше, Джим, — произнес Спок и пошел в ванную. На полпути он остановился и обернулся на все еще лежащего Джима, — Ты хочешь присоединиться? Джим поднялся, улыбаясь, подумал, что не знает, за что ему досталось такое счастье, и пошел за Споком.