Когда небо разделится на "до" и "после"...

      Обложка «Детей капитана Гранта» стёрта в местах, где располагаются пальцы Чифую. Пожелтевшие от времени страницы приятно шелестят, отдавая слабым запахом прошедших лет.       Мацуно настоял на том, чтобы его кровать стояла возле окна, и не пожалел о своем решении. И вот сейчас в полусидячем положении он читает книгу, изредка глядя в окно. Он разглядывает случайных прохожих, семенящих ногами. Все торопятся по домам, ведь с минуты на минуту небо сорвется и заплачет. Слышатся раскаты грома. Возможно, небо разгневано? На что?       Чифую возвращается к тексту. Если бы взгляд был хоть капельку материальным, то Мацуно стер бы им книгу в пыль, настолько часто он ее перечитывал. Но классика в лице Жюля Верна никогда не надоест.       Темнеет. Тучи свинцового цвета сгущаются, сталкиваются, сливаются и гремят, гремят, гремят. Что же, это добавляет некоторой атмосферы главе, в которой герои живут как птицы.       Мацуно сдувает мешающиеся пряди, выбившиеся из общего пучка волос, прежде чем продолжить чтение. Но не проходит и минуты, как он бросает взгляд в окно: молния змеей рассекает на две половины небо. Теперь оно неприветливо до неприличия, едва сдерживающееся, угрюмое и мрачное. Через минуту начинается дождь. Ещё через две он превращается в оглушающий ливень.        Краем уха Чифую улавливает хлопок двери и уже знает, кто к нему пришел. Он молчит, когда слышит тихие шаги. Молчит, когда дверь в его комнату приоткрывается, и в щель просовывается голова Баджи. Молчит, когда тот ложится рядом и тычется лицом в живот младшего. Молчит, когда запускает пальцы в пряди смоляных волос, пропуская их между фалангами и немного трепля.       Мацуно откладывает книгу лишь тогда, когда освещение становится слишком плохим. Вслушивается в размеренное дыхание Кейске и понимает: тот уснул. Чифую аккуратно убирает волосы с лица Баджи, смотрит на умиротворенного парня.        Звуки дождя за окном постепенно стихают, но молнии все еще раскалывают небосвод на части. Гром гремит не так яростно, но чувствуется, что в ближайшее время он не стихнет.       Он неподвижно сидит, охраняя сон Баджи. Тот в свою очередь поджимает ноги, пытаясь согреться. Мацуно накидывает на него старый плед, расправляя ткань. Кейске во сне немного хмурится, и тогда Чифую проходится ладонью по теплому лицу, разгоняя плохие сны.       Гром отступает. Молний почти не видно. И когда все закончится, Мацуно обязательно сообщит об этом Баджи коротким поцелуем в лоб.