(Не) Идеальная Воровка

В этот раз моё пробуждение было в разы хуже, чем в салоне самолёта. Если там просто горела моя пятая точка, то теперь такое ощущение, что меня переехал поезд и оставил прям на путях. Я далеко не с первой попытки смогла открыть глаза, свет ослепил меня. Мне пришлось открыть один глаз, чтобы определить точное местоположение. Последнее, что я помню, это как я пила текилу с Алиной возле бассейна. А сейчас я точно лежу на мягкой кровати, а свет, который меня бесит, был естественный, исходящий из окна. Я попыталась подняться, чтобы понять, где я и вообще сколько время, почему я ничего не помню. Но стоило начать подниматься, как я поняла, что я лежу голой, на мне только мои хлопковые трусики, у меня ужасно болит голова даже сильней, чем попа. Почему я голая? Кто меня раздел? Где я? Я поморщилась и оглянулась в поиске воды, наткнулась на бутылку на столе, решила, что могу взять её, закуталась посильней в одеяло, чтобы дойти до ней. Почему я так сильно хочу пить. Я трясущими руками открыла бутылку и сделала такой нужный мне глоток воды. Господи, как хорошо. — Очухалась уже? Мне было так плохо, что я и не заметила, что в комнате не одна. Я от испуга подпрыгнула и отпустила руки. Одеяло упало ко мне к ногам, теперь Багримов мог меня рассмотреть в чем мать родила. Он сидел в дальнем кресло и смотрел на меня. Интересно. Он меня раздевал? — Я, кажется, вопрос задал! — прикрикнул на меня он, когда я не ответила. — Д-д-да, — тряпка, соберись или хотя бы прикройся, но стоило мне потянуться к одеялу, как Багримов снова дал приказ. — Не смей, — коротко и ясно, а самое страшное, что моё тело ему подчинилось. Не мой мозг, а тело послушало не мой приказ, а его. — Что вчера ты вытворяла? — Я просто была с Алиной, — попыталась объяснить. — Я думала, ты не будешь против, если пока ты общаешься с друзьями, я составлю общество сестры твоего друга. — Ты права, я был бы не против, — кивнул он, я даже успела выдохнуть, что все нормально, пока он не продолжил. — Но мне пришлось по окончанию ваших посиделок вытаскивать тебя из бассейна, пока ты не утонула, и нести тебя в комнату. Мне интересно, что у тебя должно быть в голове, чтобы прыгнуть в воду, не умея плавать? — Я умею, — возразила я. Ведь это была правда, я умею плавать, меня учил отец. — Тогда какого хера ты тонула? — заорал он, что я отпрыгнула назад. — Неужели смерть тебе показалось милосердней, чем две недели со мной? Что, я не достоин твоей целки? Стасов больше подходил на эту роль? — Откуда ты?.. — Откуда мне известно, что твоя «девочка» не познала член? — насмешливо уточнил он. — Ты думаешь, я бы притащил с собой на свадьбу друга девку, будучи не уверен, что не подцеплю от нею заразу? И правда. Я ещё дома удивилась, что он не отправил меня к гинекологу на обследование, а оказалось, что его люди уже нашли всю информацию обо мне. — Паршиво выглядишь, — оглянул меня проговорил Багримов. — Топай в душ. Я послушно проскакиваю, внутри радуюсь, что обошлось. Быстро стягиваю трусики и захожу в душевую кабинку, даже не посмотрев на себя в зеркало. Не хочу. Врубаю холодную воду, мне надо освежиться и прийти в норму. Багримов озвучил рамки, что моя девственность не проблема, а только плюс. Поэтому бросила ему, что я невинная, с целью, чтобы он отстал навсегда не поможет. Сука. Я даже не заметила, как в ванную кто-то зашёл, пока не услышала мужской голос. — Решила воспаление подхватить? — грузно спросил он, переключала мне в воду. — Это уже твоя третья попытка, — стягивая с себя джинсы, забирается ко мне в душевую кабину. Горячие потоки воды тут же принялись омывать его тело, а я попыталась вылезти из душа. Но он не позволил, схватив за локоть, дёрнул назад. Я опустила взгляд, чтобы не смотреть на него. — Посмотри на меня, — потребовал он, толкнув к стенке. Да так, что я приложилась лопатками и вскрикнула от боли, выставил обе свои руки с двух сторон от моей головы, нависая надо мной. — Отпусти, — промямлила я. Его пальцы по-свойски обхватили подбородок, разворачивая лицо к себе, запрокинул мою голову. Я испуганно посмотрела на него, я даже не могу толком пошевелиться, только молча смотрю, как расстояние между нами сокращаются, а его губы находятся рядом с моими. Его дыхание прямо на моих губах. И я сглатываю, ягодицами вжимаюсь в плитку, ощущая, как они жгут от трении. Я только сейчас в полной мере осознаю, зачем он привёз меня сюда. Что я сама отдалась в его руки, когда пришла к нему, согласилась лететь, а не бежать от него, ведь понимала, что найдёт и тогда будет хуже. А сейчас мы обнажены и стоим в нескольких сантиметрах друг от друга. Он прильнул своими губами к моим. Я с силой упёрлась в его грудь, пытаюсь от себя отцепить. Крепко сжимаю зубы и мычу. Я понимаю, что своей выходкой, опять ставлю под сомнение своё пребывание здесь. Ведь, Марианна, это всего лишь поцелуй, что будет во время секса? Этот поцелуй кардинально отличается от того в больнице. Тогда он действительно хотел меня отвлечь, а теперь это делает жестоко, показывая, кому я принадлежу на ближайшие две неделе. Я чувствую, как одна из его рук опускается вниз, к моей дырочке. Я пытаюсь помешать, сдвинуть бёдра, но только зажимаю его ладонь. Багримов ущипнул меня, с силой расставил мне ноги и освободил себе доступ. Один палец проскользнул внутрь и сделал поступательное движение, я зажмурилась. Но на моё удивление, больно не было, просто страшно, что за этим последует боль. — Мокрая, — прохрипел Багримов, оторвался наконец от меня, позволяя вздохнуть полной грудью. — Малыш, ты готова к своему первому разу, но я позволю тебе подготовиться. Сейчас ты приведёшь себя в порядок, найдёшь Лину, она уже проснулась и где-то бродит по дому. Она поможет подобрать гардероб на этот отдых, включая нижнее бельё, вечером я жду тебя здесь в восемь вечера, и поверь, милая, лучше тебе не опаздывать.