Красные огни

— Стой, Боми, я не понимаю, как… улетает… — Сону нахмурил брови, тяжело сглатывая — погоди, и что дальше? В смысле прямо сейчас? — парень с телефоном в руке метнулся к шкафу, ураганом пролетая мимо застывшего соседа — уже еду, оставайся на связи, пожалуйста. Он сбросил звонок, быстро засобиравшись. То, что сказала ему сестра Джейка, повергло парня если не в тотальный шок, то огорошило точно. Внутри склизкими щупальцами заворочался страх. Казалось, что счёт шёл на секунды, хотя Боми клятвенно пообещала выкроить побольше времени и призвала не паниковать, при этом посоветовав всё-таки поторопиться. Ему нужно было успеть, пока Шим снова не пропал. Уже через пару десятков минут он надеялся наконец-то получить ответы на волнующие вопросы. Если успеет. Первокурсник быстро накинул вещи, которые первыми попались под руку, и на ходу наматывая тонкий шарф, выскочил за дверь, не обращая внимание на соседа, раскрывшего рот в немом изумлении. Весь разговор, произошедший между ними до этого момента, напрочь вылетел из головы — и заученные извинения, и странные попытки Пака прийти к некому консенсусу, и его понурый вид, всё это отошло на второй план. Ночной сумрак накрыл улицы, недавняя изморось прошла, оставляя чистое чёрное небо с россыпью звёзд, но как окажется позже, обманчиво ненадолго. Время неумолимо близилось к ночи, поэтому пришлось вызывать такси по адресу сестры Джейка, именно там она ожидала его, подгоняя короткими СМСками. Всё, что было известно парню на данный момент — Шим возвращается через пятнадцать минут, но только чтобы забрать некоторые вещи, оставленные её семье на хранение, и снова улететь. Да-да, именно снова. Куда улететь, зачем, почему — для Кима оставалось тайной, покрытой мраком. Сону даже не представлял, что все эти дни друг находился в другой стране, и что-то подсказывало, он так бы и не узнал об этом ближайшие месяцы, если бы отзывчивая Боми не держала его на связи. Первокурсник снова взглянул в горящий экран мобильника, ощутимо напрягаясь, когда поток сообщений от девушки прекратился, в один момент связь с ней оборвалась, закончившись на его последнем отправленном сообщении: «Уже проезжаю мост, минуты через три буду». Диалог с Шимом всё так же оставался непрочитанным. Мысленно он подгонял неспешного аккуратного водителя, и молился, чтобы тот успел доехать вовремя. Тишина, окутывавшая салон автомобиля, делала его тревожные мысли в десятки раз громче. Уже спустя восемь минут, непроизвольно засечённых первокурсником, он вылетел из машины к частному дому, в окнах которого горел свет. Проклятый дождь, как назло, ливанул с новой силой, неприятно холодя незащищенную кожу лица и проникая под воротник лёгкой ветровки. Он со страхом подошёл к высокому забору, скидывая Боми очередное смс. Она заранее предупредила, что сама выйдет и впустит его, чтобы не произошёл какой-нибудь казус. Что именно подразумевалось под словом «казус» Сону так и не понял, но исправно следовал инструкциям. Шли секунды, а она не появлялась в сети, внезапно переняв дурную привычку у своего брата. Голова была забита многочисленными опасениями. Что если он всё-таки не успел? А что, если Шим и вовсе не хочет видеть его? Наконец Сону услышал по ту сторону ограды голоса, заставившие его вздрогнуть и выйти из оцепенения. Девушка громко смеялась, но в её голосе проскакивало сильное нервное напряжение, она бесперебойно болтала и судя по тону как будто пыталась просить молчаливого собеседника о чём-то. Когда голоса оказались совсем близко, Ким попятился на шаг назад, чудом избегая столкновения с железной калиткой. — Ну может посидишь хотя бы десять минут, ты же только прилетел, давай попьём кофе — она повисла у Джейка на рукаве, и именно в этот момент парень открыл дверь ворот, натыкаясь взглядом на промокшего первокурсника, судорожно сжимающего в пальцах телефон. Девушка облегченно выдохнула и отцепилась от названного брата, с сочувствием смотря на дрожащего от холода Кима. — Сону… — Джейк держал в руках увесистую сумку и сбрасывал чей-то звонок, убирая телефон в карман. Как всегда, до невероятного прекрасный и одетый с иголочки. Его брови виновато поползли вверх, в глазах блеснуло сожаление и растерянность, он посмотрел на промокшего до нитки парня, и тут же втянул его за руку внутрь, упрямо таща несопротивляющегося первокурсника за собой — как же ты здесь оказался, боже, там такой ливень — он смотрел на часы и шептал какие-то проклятья, а Боми пристыженно семенила следом за парочкой, захлопывая за ними дверь и тут же скрываясь на втором этаже, чтобы не мешать. Шим снял с молчаливого Сону мокрую куртку и накрыл его плечи своим тёплым пальто с оставшимся на нём запахом пряной ванили. Он усадил первокурсника в кресло и засуетился, заливая случайно найденный пакетик чая кипятком, который до этого поставила Боми. — Зачем ты пришёл? Уже поздно, там дождь — парень потёр лицо руками, усаживаясь напротив — эта девка, я убью её — куда-то в пустоту прошептал старший, намекая, что сестру ждёт отдельный разговор. — Ты собирался улететь, даже не попрощавшись со мной? — коротко спросил Ким, переставляя врученную ему чашку на стол. Тянуть и ждать пока Джеюн сам начнёт объясняться - бесполезно, чем быстрее будут найдены ответы, тем проще будет принять правду, какой бы они ни была. — Нет, я… должен был вернуться уже через пару месяцев, это не навсегда. Я бы ни за что вот так не бросил тебя… — глаза Шима забегали, в его тоне слышалась явная попытка сгладить атмосферу и избежать конфликта, который, к слову, Ким устраивать и не собирался. Сразу бросилось в глаза, что старший даже не заготовил оправдание заранее, а это, в свою очередь значило, что объясняться он и не планировал. — Всего пару месяцев? — Сону заторможено улыбнулся уголком губ, внутренне поражаясь тому, насколько наивным его посчитал Джейк — если бы я не пришёл сейчас, ты бы так и не позвонил — с утверждением произнёс он. — Почему… — Как в прошлый раз. Помнишь? — Ким сверкнул острым взглядом — мы втроём дружили - я, ты, Чонвон, всё было отлично. Но в один момент ты точно таким же образом исчез. И знаешь что? С Чонвоном то ты общался, даже встречался пару раз, а меня выкинул из своей жизни за ненадобностью. Вывод напрашивается сам собой, и он неутешительный - не приди я тогда в клуб, и не встреть тебя вот так случайно, мы бы вообще разговаривали сейчас? Ты бы нашёл смелость начать заново? — первокурсник со спокойным пониманием посмотрел на него и затих, ожидая ответ на жёсткую реплику. Желание выяснять отношения отсутствовало напрочь, даже несмотря на сильную затаённую обиду. Связь между ними была немного на ином, более взрослом уровне понимания. — В этот раз всё иначе — Джейк подошёл к его креслу и присел на корточки, беря холодные ладони в свои руки — я бы обязательно рассказал тебе, просто позже. Я ни в коем случае не исчез бы. Ты важный человек для меня. — Так расскажи сейчас, пока есть возможность — Ким покачал головой, в его уставшем взгляде всё ещё читалась обида и проблеск слабой веры, что ещё больше давило на собеседника. Шим провёл рукой по волосам и прикрыл глаза, собираясь с духом. Он не ожидал, что всё произойдёт вот так спонтанно. И да, именно сейчас третьекурсник лукавил. Внутри него действительно теплилась глупая надежда, что по прошествии времени Сону просто забудет о нём. Как и тогда. Но оказалось, что он не забыл ни тогда, ни сейчас. От осознания этого становилось больно и стыдно. Пока отец занимался бумажной волокитой, он каждый день сжимал в руке мобильник, звенящий от уведомлений, отдаляясь всё сильнее. С огромным усилием парень боролся с тем, чтобы не открывать мессенджеры и соцсети, потому что там, на «старой» стороне жизни, кто-то очень ждал его возвращения. Ким представлял своего рода якорь, удерживающий Шима на одном месте и не дающий двинуться в нужном направлении. В тот самый прошлый раз, как только Джейк почувствовал, что их дружное трио начало разваливаться из-за того, что его «дружеские чувства» к Сону пошли трещинами, вытаскивая наружу ненужную тогда симпатию, он тут же оборвал с ним все контакты. Джейк был «отдающим» человеком, и, если кто-то достаточно важный появлялся в жизни, парень отдавал себя полностью, чтобы сделать его жизнь лучше и счастливее. Но родителям, как и ему самому, важнее всего было будущее, и когда появился твёрдый шанс уцепиться за что-то стоящее, он не стал его упускать, как бы тяжело ни было уходить. Его отношения с Сону можно сравнить с привычкой к сладкому, младший для него привлекательная любимая конфета в яркой обертке и с не менее вкусной начинкой, но будущее Джейка — полезная диета, которую он выбирает осознанно. И когда он в очередной раз поглощает любимую конфету, то будущее начинает трещать по швам словно новенькие джинсы, поэтому парень своевременно исключает из жизни фактор, который препятствует его строгой диете. Отказывается от любимой конфеты, пока привыкание не стало слишком сильным, превратившись в зависимость. — Теперь я буду жить в Канаде, и периодически возвращаться сюда, чтобы сдавать экзамены — парень вздохнул, поглаживая чужие пальцы, и согревая их как раньше — я летал туда посмотреть, что к чему и разобраться с жильём. — Когда ты собирался сообщить об этом? — первокурсник спокойно вырвал свою руку и поднял тёплую кружку, хлебнув глоток ароматного чая. — Как только решил бы все формальности — Шим звучал настолько убедительно, что даже сам себе верил, на деле же парень не представлял, когда бы нашёл смелость об этом поговорить, да и вероятнее всего, снова объяснился бы через Чонвона, как и всегда делал раньше — отец связался с технологической фирмой, которой нужны начинающие специалисты в исследовательской области. Это действительно редкая возможность, один шанс на миллион, Сону, понимаешь меня? — он с убеждением заглянул ему в глаза — у меня сейчас очень много дел, я перевожу вещи и занимаюсь вознёй с документами для дистанционного обучения. — Так ты давно знал, что в итоге уедешь? Зачем тогда было начинать? Ты же видел, что между нами что-то происходит, и не попытался остановить это. Для чего было давать ложные намёки? — это был последний вопрос, который мучил Сону больше всего. — Мои чувства не были ложью, я хотел объясниться, но когда пришёл к тебе на Рождество, ты ответил, что не будешь затрагивать эту тему, мне просто не хотелось нагружать тебя лишними мыслями… — Ясно, я рад за тебя — Сону перебил его и растянул губы в неестественной улыбке, глядя куда-то в сторону— это очень здорово — парень поднялся, аккуратно вешая чужое пальто на спинку кресла — наверно тебе пора, не буду задерживать. — Прости меня — Шим подскочил сзади и стиснул хрупкую фигурку в объятиях — я не должен был заходить так далеко — его шёпот, прежде всегда успокаивающий Сону, сейчас казался каким-то чужим, крепкие объятия совершенно не согревали и ощущались неуместными. Каждый сегодня норовит за что-то перед ним извиниться, но почему-то эти извинения, наоборот, накладывают лишний груз на плечи Сону. Будто он нужен только для исповеди, просто чтобы другие облегчили собственное состояние. Да не нужны ему эти извинения! Парню хотелось, чтобы хоть кто-то подумал о нём в этот момент, о его чувствах… — Все совершают ошибки. Главное, ты быстро это понял и выбрал то, что для тебя важнее — Ким отстранился, тепло улыбаясь, и пряча в глубине глаз боль, он ещё раз с сожалением взглянул на лицо Джеюна, находящееся всего в десятке сантиметров от него, и когда тот порывисто наклонился ближе, младший просто отвернулся, неспеша следуя на выход. Лучше закончить всё сейчас, не оставляя после себя горький привкус неопределённости. — Ты не ошибка, Сону… И это Ким уже слышал, как по методичке, честное слово. Только вот не будь он "ошибкой", его бы не выкидывали из жизни так просто. — Удачи, Джеюн. — Мы ведь… всё ещё друзья? — прилетело первокурснику в спину с отголосками тоски. Ким ушёл, оставив последний вопрос без ответа.

***

Месяц назад — Таким образом, если мы говорим об образе лиса, то в первую очередь представляем ответственность и раскрываем секрет настоящей дружбы, в которой вы получаете ценный опыт. Тогда что же, по-вашему мнению, в данном произведении олицетворяет роза? — преподаватель обратился к студентам, заканчивая вносить в своеобразную таблицу данные для анализа. — Любовь? — откуда-то с середины донёсся уверенный голос студентки, которая, в отличии от прикорнувшего Сонхуна, слушала лекцию очень внимательно. — Так и есть — оценил её ответ преподаватель, тут же вписав короткое многозначительное слово маркером — именно любовь. Это хороший пример того, что любовь нужно и важно ценить, а главное — вовремя осознать её. А ещё, что это сложное чувство не поддаётся логике и конкретике, оно просто существует независимо от нас. — Извините — Пак внезапно подал голос, хмуря брови и водя ручкой по аккуратно написанному конспекту — почему вы называете конкретно этот пример хорошим? — Господин Пак, у вас есть какое-то своё мнение на этот счёт? — мужчина заинтересованно приподнял очки и показал ладонью в его сторону — это замечательно, давайте выслушаем вашу позицию, возможно с вашей помощью мы сможем внести какие-то поправки. На мгновение первокурсник пожалел о том, что взялся высказывать своё мнение вслух, но из-за упрямства, чёткой противоположной позиции и желания добраться до истины, парень решил кратко опровергнуть слова учителя, приведя собственные доводы: — Роза капризна, она паразитирует на принце, получая от него лишь выгоду, а когда он делает для неё всё, в ответ она просит ещё больше. Это даже не похоже на любовь — он пожал плечами, черкая в тетради что-то невнятное — она ничего не даёт взамен. — Как это ничего? Она, как порядочный цветок, даёт любоваться своим красивым обликом, испускает приятный аромат, наполняя благоуханием его планету. Она существует и этого достаточно — преподаватель снисходительно улыбнулся, молча передавая возможность ответа студенту. В аудитории повисла гробовая тишина, все с интересом наблюдали за словесным поединком в ожидании, что же ещё придумает Сонхун, а парень будто и не замечал многочисленные взгляды, его запал только рос. — Она хотела сделаться в его глазах уникальной, при этом используя наглый обман, якобы она единственная роза, но это было не так — Пак перешёл к самому, как ему казалось, железному аргументу. — Для принца она и правда была единственной. Не потому, что это единственная роза во вселенной, а потому что, как, собственно, и сказано в повести, эта роза была его розой. Вы анализируете ситуацию с практической стороны, пытаясь найти выгоду с помощью простых логических суждений. Возможно, в реальных отношениях это будет правильно, но мы говорим о метафоре, описывающей именно чувственную сторону, а не практическую — мужчина говорил легко и уверенно, будто ему не раз приходилось анализировать произведение, хотя наверно так и было, преподаватель имел огромный опыт в этой сфере. — Но он даже пожертвовал жизнью ради того, чтобы вернуться к ней, роза могла бы… — Пак запнулся, действительно не до конца понимая, что она могла бы сделать. Но ведь что-то же могла? — Она всего лишь цветок — преподаватель развёл руками и доброжелательно улыбнулся, снова повернувшись к доске, когда первокурсник затих и задумался. «Она всего лишь цветок» — повторил Сонхун в своей голове, концентрируясь на этой фразе. Уже сидя в своей комнате, он открыл книгу в ноутбуке, выделяя все моменты, в которых присутствуют сцены с розой. Исключительно из научного интереса ему внезапно захотелось разобраться в этой повести, чтобы в следующий раз иметь больше аргументов со своей стороны. Парень на самом деле недостаточно чётко помнил произведение, вычленяя в голове какие-то размытые отрывки. Ещё будучи ребёнком, он слушал эту сказку бессчётное количество раз. Его бабушка была лингвистом, специализировавшемся на французском, поэтому практически все книги из детства парня были именно на этом языке, но конкретно данная повесть была её самой любимой. Бабушка открывала «Маленького принца» каждый раз, когда мальчик проявлял непослушание, или демонстрировал жестокие черты в характере. Она пыталась научить его морали, преподнося её в фантастическом виде, но для тогдашнего ребёнка это было всего лишь сказкой. Бабушка даже ласково прозвала Сонхуна маленьким принцем, и в один из дней рождения подарила стеклянную коробочку с серебряным цветком и красным камушком внутри, парню всё время хотелось разбить это стекло и достать оттуда розочку, но мама строго била по пальцам, а он не понимал почему, ведь какой смысл от простой статуэтки, пылящейся на полке стеллажа? Только с уходом родного человека он понял, что эта роза под стеклом - память. Частичка воспоминаний о бабушке и его собственной, невинной детской душе. Много лет прошло, а отголоски воспоминаний всё ещё оставались с ним, но как оказалось, в сильно искажённом виде. Первокурсник не стал перечитывать заданное ещё пару дней назад произведение, думая, что легко вспомнит его полностью, как только преподаватель оговорит основные моменты, но подробный разбор морали повести заставил его самомнение пошатнуться и призадуматься, наконец-то увидев смысл, которой парень так и не смог разглядеть в детстве. «Она существует, и этого достаточно…» — разве простого существования достаточно, чтобы тебя любили? Он закусил карандаш и потёр глаза. Если брать розу как отдельного персонажа, то по факту цветок представляет из себя что-то прекрасное, но в то же время, красота эта требует защиты, и стебель цветка усыпан колкими шипами. Роза не любит, когда к ней прикасаются, поэтому отращивает шипы, чтобы защищаться, но внутри это всё то же хрупкое растение, требующее заботы. Так за что же его можно полюбить? В одно мгновение, прерывая его запутанные мысли, из ванной вышел сосед, который босыми ногами прошлёпал к тумбе, вытаскивая оттуда фен, и высушивая волосы, он занимался своими обычными делами, и казалось, совершенно не обращал внимание на присутствие кого-то ещё — включал увлажнитель воздуха, наляпывал на лицо какую-то тканевую маску, натягивал тёплые носочки, и быстро перемещаясь по комнате, наводил на своей половине порядок. А Сонхун наблюдал за этими простыми действиями и хмурил брови, все сильнее надкусывая деревянный конец. Чье-то простое будничное существование может быть наполнено особым смыслом для другого человека? Ким обернулся, смеряя его вопросительным взглядом, а когда Пак снова уткнулся в тетрадь, пожал плечами и продолжил уборку. Спустя ещё пару десятков минут Сонхун отложил погрызенный карандаш, и устало потянулся, прокручивая в ноутбуке очередную страницу произведения. Этот цветок ужасно нелогичен, почему он осознаёт себя и признаётся в любви только тогда, когда принц уже покидает планету, намучавшись с ним? Неужели так трудно было осознать любовь сразу и относиться к принцу мягче с самого начала? С самого начала… он завороженно обернулся на Сону смеющегося над какими-то забавными видео в телефоне. Яркая улыбка парня приковала его взгляд, Сонхун глубоко втянул воздух, почувствовав разносившийся по комнате запах сладкого цветочно-фруктового шампуня, когда Ким выходил из ванной. А что, если… — Сону — Пак с затаённым дыханием глядел на его поблескивающие губы и прищуренные глаза — ты мне нравишься. — М? — парень посмотрел на соседа, параллельно вытаскивая наушники — ты что-то говорил? — Я сказал ты мне… — Сонхун запнулся и скривился — полей цветы а, всё равно ничего не делаешь. Сону фыркнул, но всё равно поднялся, хватая в руки железную садовую лейку: — Напомни почему я вообще поливаю твои кактусы? — парень покачал головой и дотронулся до бархатных зелёных лепестков каланхоэ, пристроившегося на подоконнике. Сонхун притащил этот цветок не так давно, и первое время активно за ним ухаживал, что было даже удивительно, но с недавних пор обязанность его поливать почему-то лежала на плечах Кима. И почему он не удивлён? — Спасибо — Пак отвернулся и нервно скомкал лист, вырванный из конспекта, переводя напряжённый взгляд на экран. «Ничего я тогда не понимал! Надо было судить не по словам, а по делам. Она дарила мне свой аромат, озаряла мою жизнь. Я не должен был бежать. За этими жалкими хитростями и уловками надо было угадать нежность. Цветы так непоследовательны! Но я был слишком молод, я еще не умел любить.»

***

Сонхун не находил себе места после того, как Ким в одночасье сорвался с места и уехал в неизвестном направлении. Его обеспокоенный голос и трясущиеся руки так напугали Пака, что он не смог даже расспросить о произошедшем. Хотя что тут думать, Сону бы ему и не ответил. Но сердце зашлось в нехорошем предчувствии, что здесь снова фигурирует тот раздражающий знакомый Кима. — Сука, провались сквозь землю — зашипел он, припоминая того парня самыми нехорошими словами, и попутно вытаскивая мобильник. У него вообще-то уже давно был номер телефона соседа, и он воспользовался им лишь один раз, чтобы отправить сообщение на Рождество, но так и не получил ответ. Сейчас же Сонхуна просто разрывало от волнения и злости. А ещё кажется, от ревности. Он готов был сорваться с места и бежать тотчас же, только бы знать куда. Сону натянул маску почти по глаза, благодарный, что таксист включил тихую музыку, заглушавшую его всхлипы. Он равнодушно разглядывал пролетающие мимо здания, и вот уже третий раз сбрасывал навязчивый звонок от незнакомого номера, в конце концов окончательно отключая телефон. Однажды он в шутку пообещал, что когда-нибудь растопит сердце Шим Джеюна, но по итогу «шутка» зашла слишком далеко. Надо было остановиться в тот момент, когда он впервые ощутил, что готов вот-вот влюбиться, наивно и так по-детски. Единственным препятствием чувствам на тот момент оставалась старая крепкая дружба, и только поэтому Ким тормозил себя, запрещая полностью погружаться в другого человека. Сону был уверен, что Джейк не такой, что не оставит его и возможно они смогут получать друг от друга тепло. В ту ночь, когда они были так близко, первокурсник был готов ко всему, и единственное, чему он сейчас рад, что сдержал тогда свои желания и что они не стали ещё ближе в какой-то момент. Может Сону себе просто напридумывал, и за банальной заботой увидел что-то лишнее? Возможно, Джейк изначально никогда не ставил серьёзных целей в отношении него, а он почему-то посчитал иначе. В любом случае, это просто нужно пережить… будет жаль терять ценного друга, но, если когда-то у них будет возможность смотреть друг на друга как раньше, он обязательно пойдёт Шиму навстречу. Если судьба даст им шанс. Когда он вошёл в комнату, опустив голову, с кровати подскочил Пак, обеспокоенно осматривая его с ног до головы, но не произнося ни слова. При виде равнодушного хмурого лица в горле соседа застрял тяжёлый ком, Сону пугал мрачной тенью, исходившей от всего его тела, он пах не сладкими цветами как раньше, а холодным дождём и пассивной тоской. Что-то в нём изменилось, искрясь эклектическими разрядами. Ким на секунду сморщился и скинул куртку, безразлично игнорируя чужое внимание и проходя вглубь комнаты. — У меня нет сил на разговоры — ответил он прежде, чем беспокойный Пак успел о чём-то спросить. Шмыгнув носом, парень направился в сторону ванной, приглаживая мокрые волосы и поднимая подбородок. Сонхун зашипел, и поймал его на полпути, несмело разворачивая за плечо, и с осторожностью заглядывая в покрасневшие непроницаемые глаза спросил: — Ты плачешь? — Какое тебе дело? — Ким со вздохом скинул его руку и снисходительно добавил — нет, я не плачу, на улице дождь, если не знал. Ты дашь мне умыться? Я замёрз и хочу спать. — Конечно... — Пак растерянно отошёл, застыв перед захлопнувшейся дверью. В груди болезненно закололо. Что же с тобой произошло, Сону? Открой своё сердце. Парень вышел на балкон и достал из узкого пространства когда-то давно запрятанную там сигарету. Если эта отвратительная привычка вернётся, то он убьёт Джея за то, что тот когда-то дал ему попробовать, если тот вообще доживёт до этого момента. Сжимая покрасневшие от холода руки, он подался вперёд, опираясь на деревянную балку и перевешиваясь вниз, острые ледяные капли разбивались о его лицо, наполняя лёгкие влажным отрезвляющим воздухом. Позади погас свет, отчего парень вздрогнул и обернулся, комната погрузилась в унылую тьму. Сонхун выкинул уже промокшую наполовину выкуренную сигарету, и медленными шагами прошёл внутрь, с трудом привыкая к темноте. Его рвало на части от того, насколько сильно хотелось выговориться, но услышит ли Сону сейчас? Даст ли шанс произнести хоть слово? Парень нерешительно остановился посреди комнаты, кусая губы и запихивая руки в карманы спортивок, в мучительной тишине он услышал дрожащий всхлип и крепко зажмурил глаза. Как же он боится слёз. Пак сжал кулаки и подошёл к чужой постели, сдерживая нервный вздох. Ким лежал, отвернувшись к шкафу, на самом краю, подложив руки под голову, рядом с ним валялся телефон с горящим экраном. Он тихо присел на край одеяла, вслушиваясь в еле различимые звуки чужого дыхания. За окном сверкнуло, тонкие ветви деревьев склонялись под давлением тяжёлого порывистого ветра. — Он тебя обидел? — Пак придвинулся ближе, опасливо смотря в напряжённую спину и борясь с желанием лечь рядом вдыхая запах лёгкого кондиционера его постельного белья. — Что ты несёшь вообще… — тихо буркнул первокурсник в темноту, ему даже думать не хотелось откуда сосед знает о произошедшем. — Выслушай меня, пожалуйста — глаза Сонхуна заблестели ярче вспышек молнии на хмуром небе — я никогда не встречал человека, который настолько добр к другим, который сияет даже в пасмурный день. Когда я увидел тебя в первые, то взбесился - не поверил, что ты настоящий, что ты такой, какой есть, твой образ казался наигранным, твои отношения с окружающими слишком идеальными, казалось, что каждый тянулся к тебе. Мне хотелось, чтобы ты исчез — парень горько усмехнулся, делая паузу — но ты помогал мне каждый раз, даже когда я не просил, ломая мои стереотипы о людях. Для других ты был солнцем, а для меня стал луной, освещающей путь в непроглядной ночи. Его шёпот проникал в сознание, робко дотягиваясь до самого сердца, и заставляя глаза Сону краснеть ещё больше, он дышал через раз, чувствуя позади себя холод и запах сигарет. Эта иная реальность пугала до дрожи, реальность, где Пак Сонхун говорил такие слова, которые Ким раньше не слышал ни от кого. — Ты дал мне повод взглянуть на жизнь иначе, начать менять своё представление о мире — продолжил он в ответ на тишину. Словами, льющимися из самого сердца, Сонхун хотел показать, что какое бы дерьмо у Сону ни случилось в эту ночь, он всё равно остаётся центром притяжения и исцеления для окружающих его людей, ему нельзя меркнуть — я правда не хотел становиться зависимым идиотом, чувствовал, что сбежать - это лучший способ всё решить, но… — Пак глухо сглотнул — когда я был вдали от тебя, твой образ преследовал меня даже во снах, Сону. Благодаря тебе я научился ненавидеть… но и осознавать любовь я научился тоже благодаря тебе. Сону прижал дрожащие руки к вздымающейся груди, крепко сжимая зубы. Нет… он не хочет слышать это, только не так, только не сейчас. — Я знаю, что недостоин понимания, но, если бы это было возможно, я сделал бы всё, чтобы ты позволил просто находиться рядом, чтобы не убегал от меня, а я не убегал от тебя — закончил парень, громко выдыхая. Ким медленно сел на край, опуская голову вниз и сдерживая рвущиеся наружу слёзы, если бы он жил одним моментом, не думая о последствиях, если бы он только мог… Мозг взрывался, а напускное равнодушие медленно умирало. Ненависть, в нём должна быть ненависть, гнев, злость, где же они, где те чувства, которые переполняли его до краёв раньше? Может ли он хотя бы на секунду стать слабым? Он развернулся назад, складывая кулаки на коленях, и всмотрелся в отчаянные глаза Сонхуна, лихорадочно скользившие по его лицу. Каждый раз при свете молний зрачки парня расширялись, где-то в их глубине вспыхивали страх и еле сдерживаемое желание, парень не отводил взгляд, словно ожидая приговор судьи за тяжкое преступление. Сону сжал губы и горячо выдохнул, рывком приближаясь к нему, он крепко зажмурил глаза, прижимаясь к приоткрытым в удивлении губам с привкусом табака. Пак застыл, не веря своим ощущениям, его сердце ухнуло куда-то вниз, звонко подпрыгивая. Спустя несколько секунд трясущимися руками парень прижал Сону к себе, жадно целуя, словно это был его самый последний источник воздуха на дне океана. Если оставалось что-то, что невозможно было передать словами, он сделает это через нежные чувственные прикосновения, лишь бы это не оказалось сном, только бы цветок в его руках не сломался, не исчез. Сонхун забрался пальцами под края атласной пижамы, чувствуя на кончиках жар тонкой кожи. Ким под его ладонями плавился, податливо прижимаясь всем телом, он согревал ледяного Сонхуна своим теплом, идущим из самой груди, но его горячие слёзы, вдруг покатившиеся градом, соприкасались с лицом Пака, и отдавались шрамами на душе. Отчаяние, захлестнувшее обоих, лишало рассудка. Это была не та самая примитивная страсть, которую они испытывали тогда, в четырёх стенах с красными огнями, это была нужда в утешении, друг в друге, именно в эту секунду. — Дай мне хотя бы шанс… — отчаянно простонал Пак, прижимаясь губами к обнажённому участку над ключицами, внутри него разгоралась неконтролируемая буря, подстрекаемая надеждой — ты мне нравишься, а я небезразличен тебе. Мы можем просто начать общаться заново будто не были знакомы, узнать друг друга с самого начала — Сонхун шумно выдохнул в шею и сжал его запястье, не желая отпускать ни на секунду. Когда Ким отстранился, поднимая потемневший морозный взгляд с остатками слёз, Сонхун вдруг понял одну вещь — Сону и не собирался давать шанс. У Пака только что отбирали всё, напоследок вывернув наизнанку. Отнимали жестоко и беспощадно, оставляя парня с открытыми кровавыми ранами в груди. Мягкие губы были ножом в сердце, обманчивая ласка стальным ударом впивалась в рёбра. Это был прощальный подарок. — Это нереальность, Сонхун, существуют ошибки, которые исправить невозможно — Ким прикусил алую губу, застёгивая воротник пижамы — если ты любишь без надежды на взаимность, молчи о своей любви. В тишине она сделается плодоносной — он замолчал, безжалостно обрубая концы последней нити, связывающей их. — Пожалуйста, Сону, не надо — прошептал Пак. На долю секунды на лице мелькнула жалкая просящая улыбка, он до последнего не верил, что всё закончится вот так. Это была слишком жестокая месть. Его сердце остановилось в тот момент, когда Ким слабо улыбнулся в ответ. За этой улыбкой скрывалась решительность и твёрдость, она заставила Сонхуна заткнуться и потушила угольки тлеющей надежды. Теперь они находились в противоположных концах мира. «Пожалуйста, не оставляй меня… не переставай освещать мой путь… не исчезай из моей жизни, ведь я…» — Я люблю тебя… — с болезненным блеском в глазах произнёс Пак, непроизвольно подаваясь вперёд. Слишком долго он боролся с самим собой, чтобы в один момент всё потерять. — Остановись — первокурсник сжал кулаки и отвернулся, прокусывая щёку до крови —прекрати… — телефон, забыто валяющийся на постели, зазвонил, разрывая тишину. Яркими буквами высветился контакт Шима. Они оба уставились на экран и пересеклись взглядами, тогда Сонхун с прискорбным пониманием усмехнулся, кивая головой. — Я понял — взгляд Пака помутнел — надеюсь, ты будешь счастлив. Если любишь цветок — единственный, какого больше нет ни на одной из многих миллионов звезд, этого довольно: смотришь на небо и чувствуешь себя счастливым. И говоришь себе: «Где-то там живет мой цветок…»