Twelve Days of Klaroline

Кэролайн услышала звонок дверного звонка будучи глубоко в мире грёз. К третьему звонку её глаза наконец открылись. Спустившись по лестнице в пижаме с пингвиньим узором, она добралась до входной двери и открыла её; яркое солнце заставило её прищуриться. — Доброе утро, милая. Кэролайн несколько раз моргнула, пытаясь осмыслить образ Клауса, стоящего перед ней, одетого в тёмные джинсы и серую толстовку с капюшоном. — Ты готова к своему приключению на шестой день? Кэролайн вздохнула и быстро посмотрела на свою пижаму: — Дай мне примерно пять минут. — быстро сказала она. Кэролайн пристально вгляделась в вывеску перед собой, когда машина замедлила ход и остановилась. — Гусиный пруд? — спросила она — Это что, дрянная отсылка к сегодняшним строчкам? — игриво добавила она. Клаус пожал плечами, поймав взгляд Кэролайн, ухмыльнулся и открыл свою дверцу. Кэролайн с любопытством последовала за ним. Она плотнее натянула на себя куртку, хотя на самом деле холод на неё не действовал. Она последовала за Клаусом по вытоптанной грязной тропинке. Снега ещё не было, но деревья слегка подмёрзли; бордовые и жёлтые листья хрустели и шуршали под их ботинками. Наконец за деревьями начала виднеться поляна. Кэролайн ахнула и мгновенно улыбнулась. Пруд был покрыт льдом. И там её ждали коньки. Кэролайн засияла, как маленькая девочка в кукольном магазине. — Ты одобряешь? — спросил Клаус, наблюдая, как Кэролайн пытается скрыть свой энтузиазм. — Да. — радостно взвизгнула она — Я действительно одобряю. — она повернулась к нему лицом — Ты действительно слушаешь, что я тебе говорю, не так ли? Клаус улыбнулся: — Ты говоришь самые интересные вещи, милая, как я мог не слушать? Кэролайн скрыла свой румянец, отвернувшись: — Ты тоже будешь кататься? — спросила она, подходя к маленькой скамейке, на которой стояли белые коньки её размера. Клаус наблюдал, как она села и сняла ботинки; она легко надела коньки и начала зашнуровывать их. — Возможно, в другой раз. — просто ответил он. Кэролайн пожала плечами, встала и зашагала к пруду на лезвиях: — Как это вообще возможно? Вчера же было около пятидесяти градусов. Клаус неторопливо подошёл к скамейке и сел: — Ты поверишь, если я запишу это в список Рождественских чудес? — спросил он с усмешкой. Кэролайн легко соскользнула на лёд, её равновесие было идеальным. — Я всегда очень хорошо каталась на роликах. — Кэролайн растягивала слова, скользя по пруду — И я знала, что буду великолепной фигуристкой. Клаус усмехнулся: — Уверен, что это не имеет никакого отношения к тому, что ты вампир. — Эй, мне нравится думать, что я была потрясающим человеком, позволь мне насладиться этим моментом! Клаус наблюдал, как она испытывает свою удачу, сначала вращаясь широкими кругами, а затем сужая их по мере того, как набирала скорость. Улыбка на её лице стоила всего этого. Каждой мелочи, которую он делал. — Знаешь, я тут подумала,… — внезапно сказала Кэролайн, — …если бы мы принимали участие в Олимпийских играх, считалось бы это жульничеством? — Я попробовал как-то раз. Кэролайн остановилась и посмотрела на него: — Правда? В каком году? Клаус отмахнулся от неё: — В восьмидесятых или семидесятых… они иногда сливаются воедино. Кэролайн была удивлена: — В каком соревновании ты боролся? Это было за сборную США? — Я хотел поучаствовать в зимнем виде спорта, горные лыжи или что-то из этого рода. — начал он — Я внушил многим, и мне оставался только один конкурс до отбора основной команды. Кэролайн изумленно кивнула. — Но когда я вошёл в комнату с другими мужчинами, которые претендовали на место в команде, я просто ушёл. Кэролайн в замешательстве наморщила лоб: — Почему? Клаус пожал плечами: — Я не уверен. Просто все эти их разговоры о том как долго они обучались, и как сильно победа может помочь их жизням… — он остановился и посмотрел Кэролайн в глаза — Предположим, я не такой злой, каким хочу быть. Уголок губ Кэролайн приподнялся в улыбке, когда она продолжила кататься на коньках. Сделав ещё несколько пируэтов, Кэролайн изящно сошла со льда и направилась обратно к скамейке. Она выдохнула, села и начала расшнуровывать коньки: — Итак, вчера… — она нерешительно начала, сосредоточившись на завязках своих коньков — Когда ты упомянул своего брата Хенрика? Клаус неподвижно ждал, когда Кэролайн продолжит. Кэролайн сняла коньки и начала заменять их ботинками. — Ну, это просто… — Кэролайн вдохнула и выдохнула, она посмотрела на Клауса и медленно проговорила — До того, как я родилась, у моих родителей был ребёнок. Мальчик. — она сжимала и разжимала руки — Сэмюэль. — Кэролайн посмотрела на Клауса и грустно улыбнулась — Он умер через несколько часов после рождения, он родился раньше срока и был таким крошечным… у него просто не было шансов. Клаус терпеливо слушал, наблюдая, как его свет доверяется ему; она доверяется ему. — В любом случае, — продолжила она, вытирая глаза, — Он родился в том же месяце, что и я… так что долгое время мой день рождения был ужасным событием. Я всегда чувствовала, что каким-то образом это моя вина, что он не выжил. Клаус кивнул и посмотрел вперёд, в сторону пруда. Кэролайн протянула руку и положила её ему на колено: — Но в том-то и дело… Клаус быстро взглянул на её руку, лежащую на его джинсах. — Просто иногда случаются ужаснейшие вещи. На мгновение их взгляды задержались друг на друге. Между ними была какая-то сила, притягивающая их ближе. Внезапно Кэролайн отвела взгляд и убрала руку, её щёки порозовели. — Наперегонки до машины! — поспешно сказала она, вставая со скамейки — Проигравший платит за обед! — крикнула она, бросаясь обратно в сторону машины. Клаус со смехом покачал головой и последовал за ней по пятам.