"Legacy of Heaven"

      Автомобиль почти лениво катился по трассе в сторону Бойсе. Туда мне рекомендовали съездить, чтобы прослушать дополнительные лекции по педагогике от колледжа Нампы. За эту поездку я планировала решить ещё пару немаловажных задач. Первой из них была покупка новых книг. Второй — поиск расходников для рисования, чтобы немного восстановить навыки не только в работе с графикой. Поездка планировалась с сыном, но Геральда неожиданно оповестили, что Морган заболела и останется дома, а значит, в присутствии телохранителя не было нужды. В итоге демон решил с сыном выбраться на тренировку и полетать, но прежде мне клятвенно обещали приготовить ужин и сделать уборку дома.       Смартфон мигнул экраном на пассажирском сидении, и я открыла сообщение на длинном светофоре. Одно фото, без каких-то пояснений, но которое заставило меня широко улыбнуться: Гидеон с мечом Геральда, запечатлённый в попытке поднять оружие. Вздохнув, я убрала девайс обратно, возвращаясь к дороге. Не так уж далеко до столицы штата, если задуматься. Бойсе мне нравился. Это был один из тех мегаполисов, которые утопали в зелени. Впрочем, таков был и весь штат Айдахо: горы, леса, озёра, дикая природа по соседству с каменными джунглями, которые всё ещё дышат, а не задыхаются в смоге заводских и автомобильных выхлопов.       Университет был найден без проблем. Припарковавшись на свободном месте, я зарегистрировалась в основном корпусе, получив пропуск на предстоящие лекцию и семинар. В лекционном зале было не так уж много народа и удалось занять одно из самых выгодных мест, почти напротив экрана проектора.       В уме до сих пор носилось, что я побывала студенткой в обоих мирах. Если в человеческом мне всё было предельно ясно с первого же занятия, то у бессмертных… Прикрыв глаза, я откинулась на спинку скамейки, вспоминая то, через что пришлось пройти: спешно вкладываемые в голову знания, которые из-за банальной усталости я не в силах была запомнить; бесконечные практики с Мальбонте, чтобы суметь всё же обуздать чёртову почти бесконтрольную силу; постоянные замены крыльев, в итоге вырванные с корнями… Вся та гонка была напрасной!       «Не вся, — губы чуть растянулись в улыбке, — у меня есть сын, есть любимый мужчина, есть те, кто стали друзьями, пусть они и далеко сейчас. Пусть все они разбросаны по двум мирам, скрываются и незаметно для небожителей создают сопротивление…». Последняя мысль всё же окатила ушатом ледяной воды. Я взяла на себя ответственность в тот миг, когда попросила помощи, когда дала надежду, раскрыв тайну рождения Гидеона. Понимала, что они раскрыли бы её и позже, но это не сняло бы с меня всех тех возложенных надежд. Снова чужих надежд, что глупая, подсаженная на трон опальная Королева Бессмертных сможет выйти из тени и стать регентом будущему Истинному Правителю.       …Которому всего шесть лет и жизнь которого пока крутится в изучении мира, не будучи сопряжённой с властью, с тиранией отца, с тем, что ему при моей помощи придётся разгребать, когда придёт время. «Если мы выживем», — ехидно прошептал внутренний голос. Пришлось стиснуть руки в кулаки, сжать зубы, снова пообещав себе, что все сложности, через которые мы прошли уже сделали нас умнее, мудрее, сильнее. И дальше эта динамика не изменится.       — Мы справимся, — прошептала я, распахивая глаза.       Вовремя. В лекционный зал, который заполнился за время моих размышлений, вошёл преподаватель. Началась лекция, куда более углублённая, чем была проведена неделю назад в колледже Нампы. Многие из студентов были с ноутбуками. Я же, помня свою студенческую юность, отдала предпочтение тетради и диктофону в смартфоне. Так было меньше отвлекающих факторов: никаких мессенджеров, проверки почты, желания поиграть, чтобы скоротать короткую паузу, пока лектор отбирает следующую презентацию.       Неполные шесть часов обучения пролетели незаметно. Если бы в середине студенты не побрели в столовую, чтобы подкрепиться, я бы просидела в аудитории, не отвлекаясь, но всё же выбралась в вестибюль, взяв себе кофе в автомате и небольшой мюсли-батончик. Невольно пробивался смех от воспоминаний о том, как по время экзаменов в моей первой смертной жизни мы с моей компанией покупали шоколад коробками в общежитии, потребляя его вместо пищи и запивая кофе, где-то услышав, что какао способствует улучшенному восприятию мозгом информации.       Телефон всё это время молчал, и я не стала будить лихо. Если бы что-то случилось, то безусловно получила бы звонок или сообщение, но ничего не происходило. Ещё час дополнительного времени, когда учащиеся получили возможность задать вопросы и уточнить непонятные моменты. Взяв несколько распечаток презентаций, которым хотелось уделить больше внимания, я всё же покинула корпус университета. Желудок музыкально сообщил, что неплохо было бы чем-то перекусить, но это могло потерпеть как минимум до тех пор, пока я не закончу с покупками.       Тёплое майское солнце уже подходило к тому уровню прогрева, что можно было оставить куртку на заднем сидении автомобиля и ходить в тонком жакете, что я и сделала. Двигатель заурчал, и спустя пару минут после поиска нужного магазина в навигаторе я всё же тронула педаль газа, выезжая с полупустой парковки перед университетом. Трафик мегаполиса ощутимо отличался от того, что было в Нампе, но я даже рискнула включить радио, слушая тихую музыку на какой-то незнакомой волне.       Книжный магазин — снова негромкая музыка, подбор литературы для учёбы, несколько книг сыну, пара прихвачена по изобразительному искусству. «Тебе всё это придётся оставить…» — напоминал внутренний голос, когда я оплачивала покупки. И всё же лучше оставить, чем не иметь этого вовсе, как мне казалось. После смены стольких видов деятельности я вспоминала первую растерянность после побега, когда совершенно не понимала, как найти работу с ребёнком на руках, как Геральд хватался за всё подряд, только бы позволить мне быть с сыном как можно дольше. Тогда приходилось перестраиваться, чтобы влиться в этот мир.       Уже позже мы поняли, что средства на жизнь достать можно. Трудом, разумеется, но рано или поздно и после приложенных усилий всё удаётся. Всё утраченное получит замену. Главное — выжить. Всё прочее мы преодолеем.       Снова сообщение, когда я парковалась на улочке, где были магазины творческих принадлежностей и галерея Бойсе. Вытащив из бардачка солнечные очки и скрутив волосы в пучок, я прихватила сумку с документами и бумажником, собираясь прогуляться по этому тихому кварталу, сделать закупку и перекусить в каком-нибудь уютном кафе. Что-то нервировало, и я осмотрелась вокруг чуть пристальнее. Бессмертных вокруг не было, слежки от стражей тоже, но знакомое чувство направленного внимания не иссякало. «Может, кто-то из смертных с наиболее сильной энергией потянулся…» — одёрнула я себя, входя в первый магазин.       Ценник кусался — пришлось искать ещё. Примерно на третьей по счёту лавке я наконец озвучила список необходимого консультанту и стала бесцельно бродить между полками с товарами для художников.       Смартфон в кармане издал тихий звонок. Я чуть удивлённо приподняла брови, но приняла вызов.       — Алло?..       — Виктория?       Обеспокоенный голос Марка Гудмана я узнала не сразу. Пришлось прикрыть губы рукой.       — Да, мистер…       — Отставим сантименты, — он вздохнул, — та девушка, которая навела стражей на Ковчег… Она сейчас где-то в Айдахо. У неё один из моих амулетов. Старых, но всё же действующих. Виктория, будьте аккуратны. — Судя по шелесту, он потёр рукой лицо. — Её упустили, но последние месяцы приблизительно знали, где могла скрываться. Недавно знакомый Пифеорики видел её в автобусе, направляющемся в центр штата.       Сердце дёрнулось, и я едва не выронила смартфон.       — Спасибо, — коротко бросила я, отключая связь.       Мысль о том, чтобы сбежать прямо из лавки, пресёк появившийся с инструментами консультант. Чуть удивлённый тем, что я начала так неожиданно нервничать, он торопливо упаковал покупки, опасаясь, что я всё же передумаю. Уже почти не соображая, я оплатила всё, подошла к двери и замерла, подумав, что нужно позвонить Геральду. Рука нырнула в карман джинсов, но смартфон я так и не вытащила. Из Ковчега сейчас не помогут. Позвоню, и демон с ребёнком под мышкой принесётся меня вытаскивать, чёрта с два сбежав, чтобы обезопасить Гидеона. А если приедет — поймают всех троих. Вариант отпадал.       «Нужно что-то другое… — Я закусила губу, сквозь витрину глядя на залитую вечерним солнцем улицу. — Наблюдение было, но не пристальное, как в случае со стражами. Возможно, это она. Сейчас стоит осмотреться как можно менее заметно, вычислить. Если это она — нейтрализовать максимально бесшумно». Смартфон в пальцах почти треснул от того, как я сжала ладонь. Из-за Лилу казнили Лейну — невинную девочку-непризнанную, которая хотела мне помочь, когда все прочие повернулись спиной. Из-за неё пришлось бежать из Ковчега. Даже Полидор предпочёл отстранить её от лазарета Цитадели, чтобы не совершила глупостей.       «Нейтрализовать, — пронеслось снова в голове, — я думаю, как Мальбонте. Убрать угрозу, чтобы она не нанесла удар в решающий момент…». Голова начинала гудеть, словно в ней тоже появлялся тот самый сонм голосов. Вот только в моей их было в тысячи раз меньше и все они взывали только к тому чтобы спасти Гидеона, не позволить причинить ему вред.       Идея родилась почти спонтанно. Опустив на лицо солнечные очки, я закатала рукава кардигана, завязав его под грудью, заплела волосы в косу и покинула лавку до того, как моё поведение окончательно довело продавца до желания позвонить в полицию из-за странной покупательницы. «К автомобилю идти не стоит…» — подумала я и решительно побрела по аллее в противоположную сторону. Удобная скамейка под деревом позволила сделать вид, что я позволила себе передышку. Поставив коробку рядом с собой, я вынула смартфон, бездумно водя пальцем по экрану, словно ища что-то. Все чувства обострились в попытке уловить прежнее наблюдение. Собственная укрытая амулетами сила, шепоток заклинания, которое чуть исказило внешность.       Солнечные очки скрывали взгляд, скользящий по улице и проулкам, по крышам и укромным кафе, выходящим на аллею своими беседками и шале. «Только бы найти раньше, чем найдут меня саму», — отчаянно металось внутри. Пусто, тихо… Словно наблюдатель устал ждать и скрылся. Обманчивое ощущение, которое должно было бы притупить бдительность, но не выходило: выживание последних лет не позволяло расслабиться и поверить в чудо. Тем более памятуя Лилу и её поведение при нашей последней личной встрече.       Спустя четверть часа наблюдения, я наконец заметила её, чуть ниже опустив голову и исподлобья наблюдая за девицей, стоящей в тени проулка. Бескрылой… Удержав изумление, я сдвинулась чуть правее, почти спрятавшись за кустарником, растущим у скамейки. Она не накинула образ земного обитателя. Осталась в своём. Спина, лишённая крыльев, вымученный и в то же время горящий маниакальными огоньками взгляд скользил по улице, петляя от одного пешехода к другому. Она поджимала губы, пытаясь снова нащупать нить моей энергии, чтобы убедиться и вызвать амулетом стражей.       Ждать помощи было глупо и опасно. «Да и от кого?..» — промелькнуло в черепной коробке. Прикинув, что ближайшее к проулку кафе, вполне вероятно, имеет позади технический выход, как и пекарня Грегори Джеферсона, в которой мне довелось поработать официанткой, я подхватила коробку под мышку и спешно пошла туда, прижав смартфон к уху, чтобы спрятать лицо более качественно. Лилу была слишком отвлечена на прогуливающихся и манёвр не распознала, оставшись стоять там же, где и была. Оставалось лишь молиться, чтобы она не ушла к тому моменту, как я смогу подобраться ближе.       Милая девушка-бариста за стойкой чистила кофе-машину, когда я вошла. Изображать нервозность не пришлось: хватало фактической с избытком. Неловко перебрав меню, я приблизилась к ней, тихо обратившись:       — Мисс, я могу попросить вас о помощи?       Девица вздрогнула, оборачиваясь. Дежурная улыбка.       — Вам что-то подсказать? Не можете сделать выбор в нашем ассортименте?       — Нет-нет… — Я нервно оглянулась через плечо. — Видите ли, снаружи мой бывший муж, с которым разошлись мы не очень красиво. Боюсь, как бы не устроил что-нибудь. Потом будет сложно объяснить нашему сыну, как его отец оказался в полиции. — Вынув из бумажника десять баксов, я осторожно протянула их по стойке к девушке. — Если вы позволите, я бы хотела воспользоваться вашим служебным выходом и убраться подальше, не привлекая внимание.       Чуть недоверчивый взгляд скользнул по мне. Рука потянулась за деньгами, и я чуть подвинула их вперёд, чтобы наши пальцы соприкоснулись. Подкинутая выдуманная картинка с ссорами, драками и разборками между супругами. Девушка вздрогнула, втянув голову в плечи. Ещё секунда — и упрямый кивок.       — Следуйте за мной. — Она торопливо убрала деньги под кассовый аппарат и указала рукой в сторону подсобного помещения.       Я поплелась за ней, внутренне молясь о том, чтобы запасной выход был не слишком близко и не создалось лишнего шума, когда я выйду. Волнения были напрасны: хорошо смазанная дверь технического выхода даже не скрипнула. Бариста погладила моё плечо, вежливо кивнув на прощание. Шелест задвижки изнутри, и я осталась одна в проулке, пытаясь сориентироваться, куда идти дальше. В голове всё равно упрямо мельтешило, что следовало бы просто унести ноги, но с этой «проблемой» следовало разобраться окончательно.       Сориентировавшись, я подняла глаза, выискивая камеры слежения — не хотелось бы попасть в объективы и стать потом гостем местного отделения полиции. Очередное очко в копилку моего везения подтвердило, что слежения нет. Удобнее перехватив коробку, я неслышно поплелась в сторону, где Лилу стояла в проулке, наблюдая. «Только бы она не ушла… Мотаться с коробкой в её поисках будет сложно. Уходить к машине — подставиться и, вполне вероятно, привести её к порогу нашего дома», — думалось мне.       Она стояла всё там же, нервно глядя на пешеходную часть улицы. Я лишь выглянула из-за угла, рассматривая коротко остриженную блондинку, сжимающую в заведённой за спину руке амулет призыва стражей. Бормотание едва различимое, но оно пока меня мало заботило. Только спина, лишённая крыльев, почти высохшая фигура, обкусанные ногти, потёртая одежда и едва ощутимая энергия, утратившая прежнюю мощь.       Пристроив коробку на бетон, я ещё раз осторожно высунулась, глядя в спину Лилу. Если продолжать двигаться неслышно и укрыться за паллетами — в две перебежки окажусь рядом. Дальше только успеть сделать так, чтобы она не активировала амулет.       Внутренне призвав остатки удачи, отведённой на этот день, я выскользнула из-за угла, на полусогнутых проскочив часть расстояния. Она была слишком увлечена наблюдением за улицей. Последний рывок на десяток футов вперёд предстояло сделать максимально быстрым. Второй проблемой, помимо амулета, было внимание прогуливающихся на улице. Если кто-то заметит шевеление в проулке, а то и драку, полицией не ограничится.       — Да где же ты, чёрт тебя дери?!.. — донёсся её судорожный шёпот.       Судорожно вздохнув, я сорвалась из своего укрытия, подскакивая к девице сзади, одной рукой зажимая её рот и нос, чтобы не дать заорать, второй же — торопливо перехватила ладонь со сжатым в ней амулетом, заводя её выше и заламывая почти до плеча. Тренировки с Шейном и Геральдом приучили действовать рефлекторно. Несколько рывков дались с трудом, пока я оттаскивала её от края проулка вглубь. Лилу брыкалась изо всех сил, но она не была бойцом. Лишь диверсии и попытки отомстить — на большее неспособна. «По крайней мере, не теперь», — невпопад подумала я.       Удар под колено, когда мы уже оказались за углом, заставил её рухнуть на бетонное покрытие. Выдернув амулет из её пальцев, я сунула его вместе с цепочкой в свой карман джинсов и рванула девушку за плечо, разворачивая к себе лицом. В лихорадочно блестящих глазах отразилось удивление и столько ненависти, что я едва не дёрнулась прочь, чтобы оказаться подальше от неё.       Попытка вцепиться ногтями в моё лицо была пресечена звонкой оплеухой. Голова Лилу мотнулась в сторону, но я успела перехватить её за волосы. Всё проходило в молчании — лишь хриплое дыхание, тихие звуки потасовки и отдалённый шум с центральной улицы.       — Убей, — прошипела Лилу.       Я поджала губы, встряхнув её за волосы и задирая голову, чтобы снова видеть глаза.       — Слишком просто. Какого дьявола ты носишься за мной все эти годы?! Месть удалась. Ты лишила меня Лейны, едва не лишила рассудка, когда я не могла зачать сына из-за твоего порошка. — Оскалившись, я заглянула в бирюзовые глаза, продолжающие метать молнии. — Ты лишила меня почти всего…       Лилу хрипло рассмеялась, взглянув на меня.       — Нет, Уокер. Ты ещё не испытала весь спектр боли. Когда мальчишка умрёт от рук Мальбонте… — Ещё одна затрещина заставила её со стоном рухнуть на спину. — Убей меня, если хочешь, чтобы всё закончилось. Ах да, прости… Я забыла, что ты привыкла к амплуа светлой королевы, которая не желает казнить.       Усевшись на её живот и сжав коленями рёбра до хруста, я усмехнулась:       — Времена меняются… — мысленно призвав без какой-то надежды кинжал из багажника, я ощутила, как шершавая рукоять оказалась в ладони. Лезвие прижалось к белой шее Лилу, почти задевая часто бьющуюся ярёмную вену. — За сына я готова убивать. Его жизнь важнее моей и уж точно важнее твоей.       — Смертная жизнь тебе к лицу, — девица криво усмехнулась, без всякого страха глядя на меня. — Жаль, что это не оправдывает все прежние ошибки.       «Если её изгнали, тело не исчезнет. Нельзя… Неизбежно свяжут с тем, как я уходила через кафе труп в проулке», — панически пролетело в голове. Решения не было. Или было… Вспомнилось, как я выжигала воспоминания Даниэля. «Жаль, что придётся всё увидеть своими глазами, что придётся копаться в голове той, кто спятил от своего горя утраты и желания мести», — подумала я. Всё это смахивало на попытку вскрыть гнойный нарыв и окунуться в этот самый гной с головой. Испачкаться, понять, узнать…       Я сморщилась, приложив пальцы свободной руки к её лбу, всё же решаясь. Другого выхода решить проблему безопасно не существовало. К тому же я должна была знать, какого дьявола ей сохранили память, лишив крыльев.       «Если бы не ты, если бы ты не появилась… Он был бы жив. Оба были бы живы…» — вспомнились мне её слова после казни Дино. В душе свернулось предвкушение. Кажется, я уже знала, что предстоит увидеть в кадрах сгорающей памяти несостоявшейся охотницы за головой моего сына.       Память Лилу колыхнулась, сменяя кадры один за другим…              Детство бок о бок с Дино. Семьи, которые уже давно решили, что детям суждено быть вместе. Она помнила Фенцио ещё молодым амбициозным Престолом, помнила Сафиру — мать милого белокурого мальчика из соседнего дома. На её глазах Престол утратил первую любовь и по вине второй утратил свои чины, оказавшись в школе. Они были там втроём… В школе. Ангел заменил ей отца, который оставался в столице и предпочитал уделять время старшим сыновьям, а не поздно родившейся дочери.       Шли годы, и влюблённость в Дино сменялась более сильным чувством, направленным на учителя, который всегда был добр к ней и никогда не отталкивал. Девочка улавливала все перепады его настроения и умела свести любой конфликт между отцом и сыном к нулю, что нравилось всем троим. С каждым годом ей становилось всё сложнее скрывать истинные чувства. С каждым годом всё больнее следить за тем, как гасла надежда в глазах Фенцио, которые только на неё не смотрели со знакомым всем прочим раздражением.       Она смогла оправдать в своей голове его предательство, искренне ненавидя Ребекку и не меньше ненавидя её дочь — серокрылую выскочку. Смерть Фенцио пошатнула внутреннее спокойствие и сдержанность, но оставался лишь последний отголосок мятной энергии, навсегда связанный с Дино. Она была привязана и к молодому Серафиму, попавшему в совет после войны, пыталась возобновить отношения, но получила отказ, а спустя время узнала, что выскочка стала парой тому самому мальчику из соседнего дома, с которым она росла бок о бок с пелёнок. Очередной удар и предвкушение — грядут беды пострашнее.       Лилу было тяжело принять происходящее. Ещё и необходимость лечить и исцелять причину всех бед. Она так радовалась, когда Ребекку Уокер убили в Цитадели: хотя бы одной головной болью было меньше. С Вики не так легко было справиться… Вот только невзначай подслушанный разговор о том, что Повелитель должен получить наследника, позволил очередному этапу мести выйти на первый план.       Когда-то она стремилась к любви родителей, но те отреклись от дочери, узнав, что она служит в лазарете, спасая приближённых узурпатора. Братья отворачивались, мать плакала, отец же настрого запретил приближаться к дому, в котором прошло детство. В тот вечер Лилу поняла, что её никто не жалел, как и не будет жалеть она сама впредь никого и никогда. Её жизнь оборвалась больше десятка лет назад в лагере повстанцев, где падший Престол навсегда закрыл глаза, в которых она помнила нежность, предназначенную только ей самой и Дино.       Составить необходимый порошок, осложняющий зачатие, и подобрать компоненты, которые не будут конфликтовать с подавлением сил, не так уж сложно. Только слежка Полидора мешала. Старик наблюдал за каждым шагом, словно улавливая, что её стремления утратили ангельскую направленность. Ей нравилось знать, что последняя выжившая Уокер стала игрушкой, рабыней узурпатора. Нравилось знать, что именно её, Лилу, стараниями та не забеременеет. Никогда. Только сойдёт с ума от насилия, происходящего каждую ночь. Она же лишь будет наблюдать за помешательством, ждать, когда в лазарет Цитадели придёт весть, что Королева скончалась. И плевать ей было — от рук Мальбонте, или та сама предпочтёт лишить себя жизни…       Но карты смешались, когда у Королевы прошла вспышка сил, разнесших балкон покоев Повелителя. Лекарства сменились, и она просто не успела добавить порошок. А когда попыталась, Полидор заметил и отстранил её от работы, выставив из лазарета. Чёртова Уокер понесла почти сразу, как только порошок из «рациона» пропал. Спустя год после их с Мальбонте супружеского обряда на свет появился Наследник. Оберегаемый отцом и вернувшейся в покой матерью мальчишка, который… не имел права жить. Он лишь нёс за собой очередную волну бед, которые уничтожат бессмертных.       Она помогала радикальной ячейке устроить покушение. Влезала отовсюду, только бы подобраться снова на расстояние удара. Терять было нечего. Когда-то ей было страшно подставить семью, но теперь последние барьеры рухнули. Лилу нужно было лишь убить ребёнка, при возможности причинить столько боли обоим выродкам, что стояли над миром бессмертных, сколько они причинили ей когда-то. Уничтожить этот чёртов союз, который был благословлён миром небожителей, пусть и лишь отчасти.       Уокер сбежала с ребёнком спустя неполный год после рождения мальчишки. Всё рухнуло… Лилу упрямо спускалась к смертным, но как за шесть часов можно найти следы ставшей осторожной сучки и её выкормыша? Задача убить Мальбонте перестала быть навязчивой идеей. Его проблемой было лишь одно: к своим целям он шёл по головам — так же, как и его потомки. Он расчистил себе путь единственным надёжным образом, убив Дино. Фенцио изначально был лишь разменной монетой, чья жизнь для него не стоила и гроша.       Действовать приходилось радикально. Она не испытывала страха. Лишь вычислила, когда главного лекаря Цитадели не будет в белом замке и обратилась с просьбой об аудиенции.       Полукровка сидел на троне. Чернее теней, что окружали её каждой одинокой ночью, в которой даже снов уже давно не появлялось. Он с усмешкой следил за тем, как она упрямо и без попыток лебезить и пресмыкаться, как все прочие, стояла посреди зала. Повелительный жест, позволяющий приблизиться. На ватных ногах Лилу сделала несколько шагов, глядя в цепкие карие глаза.       Он лишь встал, за один мах крыльев сокращая расстояние между собой и девчонкой, которую лишь пару раз видел в Цитадели уже достаточно давно. Перехваченный жёсткими пальцами подбородок и эти чёрные бездны широких зрачков уцепились за её разум, считывая ворох воспоминаний. Лицо Мальбонте менялось от перетекающих эмоций. Пугающе быстро, резко, отчаянно… От пальцев на нежной коже наверняка останется синяк: ещё чуть сильнее — и сломает ей челюсть.       Рывок кинжала из ножен и холодная сталь коснулась горла белокурой. Она не шелохнулась, продолжая смотреть на него без страха и попытки высвободиться, отстраниться.       — Дай мне хотя бы одну причину, чтобы я не лишил тебя жизни сию секунду… — хрипло потребовал монстр, чьи крылья от гнева раскрылись, пряча за собой остаток зала, как ей казалось. — Влюблённость какой-то соплячки, приведшая к краху всё, к чему я стремился, одной своей попыткой отомстить. Та, что пыталась убить моего сына чужими руками. Та, что уничтожила даже малую надежду на будущее!!!       Лилу лишь криво усмехнулась, рассматривая агрессивный оскал.       — Я действовала так же, как действовал Повелитель прежде — не ведая усталости и минуя все преграды. Однако… Я никого и никогда не убивала, — усмешка стала чуть шире, — по крайней мере, не убивала своими руками. Но сейчас это не имеет значения. Думаю, мы можем помочь друг другу в достижении целей.       — Чем ты, обезумевшая бессмертная, можешь помочь мне? — Повелитель чуть уколол кинжалом её шею, пуская тонкую струйку крови.       — Я найду Викторию и мальчишку, — тихо ответила Лилу.       Мальбонте расхохотался, с иронией глядя на девушку.       — Ты?! Найдёшь ту, что прячется среди смертных с такой тщательностью, что даже стражи всякий чёртов раз не успевают к их местонахождению, а то и вовсе оказываются в совершенно другом месте из-за искажения телепортов?! — Оружие кольнуло ещё раз, выпустив второй тонкий ручеёк крови, пропитывающий ворот платья Лилу. — Не смеши меня… Шести часов для бессмертной слишком мало, даже если ты будешь прочёсывать город за городом. Смертных слишком много…       Белокрылая уже не улыбалась. Даже боли не ощущала, хотя должна была. Решение было. Она всё ещё надеялась на чудо, что семья примет её, но они так же оттолкнули, как и прежде. Работы не было, отношения со школой она не могла возобновить из-за того, что Мими была подружкой Уокер. Цель оставалась актуальной, и ангел лишь выше задрала подбородок.       — Я хочу избавиться от крыльев, но сохранить часть сил. Амулеты уже куплены, — тихо, но чётко проговорила Лилу. Пришлось прикрыть глаза, чтобы озвучить то, что уже давно вертелось на языке. — Своей частью этого договора я попрошу только одно… — Шаг вперёд, чувствуя, как лезвие клинка скользило по горлу. Ещё дюйм, и глотка будет перерезана. — Я хочу, чтобы Уокер страдала остаток своего бессмертия. Страдала так, что даже Ад показался бы ей цветочным лугом, а Небытие прогулкой к небесным водопадам.       Повелитель молчал, тяжело дыша. Заманчивая сделка, которую предлагала очередная глупая мышка, не ведающая последствий своего решения. Лилу видела в его глазах усмешку бессмертного, сумевшего поставить на колени всех небожителей до единого, кроме неё одной и той самой Уокер.       — Ты же понимаешь, что не вернёшься… — Мальбонте дёрнул уголком губ. — Изгнанные с небес бессмертные и лишившиеся крыльев ещё по закону Шепфа утрачивали право на обратный путь.       — Меня здесь больше ничего не держит, — решительный ответ сорвался с губ, и она действительно не жалела. — Мосты сожжены вместе с городами, что находились на их концах.       Он лишь снова усмехнулся, убирая оружие в ножны. Лилу, словно нашкодившего щенка за шкирку, потащили к выходу из зала. Она молчала, не пытаясь вырваться. Преодолев тёмные коридоры и залы, Мальбонте вывел её из Цитадели, отослав стражей и поволок в старый парк. В какой-то момент ей даже казалось, будто он решил просто не пачкать её кровью полов тронного зала, а убьёт где-то подальше, чтобы тело уже точно не нашли, раз даже похоронить некому.       Рывок за ворот заставил рухнуть на колени неподалёку от старого фонтана. Лилу тупо смотрела на три импровизированных ухоженных надгробия. Не верилось глазам, но она словно попала в какой-то кошмарный сон: могилы Фенцио, Дино и Ребекки… Рядом. У бессмертных не создавалось кладбищ. Да и чёрта с два кто-то озаботился бы поиском тел тех, кто погиб или был убит, чтобы так… проститься?..       — Это её мемориал. Вики… Виктории. Задумайся ещё раз — сможешь ли ты наказать её больше, чем она сама себя наказала, выбрав не ту сторону.       Белокрылая лишь кивнула.       Дальше была боль и белые перья, разлетающиеся по саду. Твердь парка разверзлась, и она провалилась к смертным. Сохранившая память и часть своих сил. Лишь малую часть, но их хватало, чтобы искать. Неделями, месяцами… Он дал ей лишь какие-то расплывчатые данные о местности. Последние точки, где энергию Уокер засекали прежде. Ей давали деньги смертных, чтобы выжить и не отвлекаться. Давали кров, чтобы не сдохнуть от усталости и холодов. Ей давали всё, и она заменила Церберов, которые также теряли след и возвращались ни с чем.       Перебравшись в Чикаго, она уловила аномалию этого места почти кожей. Ей — всё ещё бессмертной, пусть и лишившейся крыльев, — город показался Раем на Земле. Словно она оказалась… дома. Обилие бессмертных вокруг, уживающихся друг с другом. Дети смешанных связей, которых по улицам бродило больше, чем где-то в другом месте, взрослые — с памятью о прошлом и без неё. Она сторонилась всех их, старалась не вызывать подозрений и искала. Упрямо искала хоть какую-то зацепку.       В какой-то момент ей показалось, что она увидела в проезжающем по улице автомобиле своего бывшего учителя. Лицо Геральда спутать с чьим-то ещё было довольно сложно. Всё сложилось, когда удалось отследить маршруты его следования от участка полиции до многоэтажного кондо. Демон мог бы сбежать один из школы. Лилу помнила, что он запил после смерти Мисселины. Возможно, решил скоротать остаток бессмертия среди людей… Но терпение было вознаграждено, когда через несколько дней за рулём того же авто оказалась всё та же Уокер…              Лилу закрыла глаза, продолжая лежать на бетонном покрытии проулка. Последнее воспоминание, как и все предшествовавшие событиям, сгорело. Я тяжело дышала, продолжая сидеть на её животе и пытаясь собраться с мыслями. Отчаянно хотелось орать в пространство, выплеснуть горечь, осевшую на языке от того, что довелось узнать. Мозаика сложилась в нужной последовательности, получив недостающие компоненты.       Мне было даже жаль её. Действительно жаль, что ради своей любви, которую так и не смогла отпустить, она утратила всё, что имела. Жаль, что жажда мести стала отправной точкой к утрате разума. В этом она действительно была подобной Мальбонте: он также лишился всего в прошлом, чтобы насаждать собственную правду и правила в завоёванном мире. Мне было жаль, что каждый из тех, кто угодил в эту историю, пострадал только из-за того, что не смог вовремя остановить жажду мести. Фенцио, Маль, Лилу…       К этому списку уже можно было бы отнести и меня саму.       — Нет… — хрипло проговорила я, вскакивая на ноги и отступив к стене. — Нет… Мне некому и не за что мстить. Только спасти сына и дать ему право выбора.       Голова раскалывалась. Избавиться от чужих воспоминаний было невозможно. Как когда-то после Даниэля я чувствовала, что сил нет на то, чтобы хоть один шаг сделать. Отойти от мирно спящей девушки. Она действительно спала, полностью лишившись памяти. «Убить было бы гуманнее», — почему-то подумала я, всё же отступая дальше по проулку к своей коробке с покупками. Мысли путались.       «Бросить её здесь — обречь на смерть. Ночью может похолодать», — напомнил разум. Я мотнула головой, подняв коробку и торопливо удаляясь в сторону проезжей части, оставаясь всё ещё укрытой от чужого любопытства в тени технического пространства между постройками параллельных улиц. Ноги переставлялись с трудом. Пришлось сделать пару остановок, чтобы перевести дух. В горле стоял ком, который было ни выплюнуть, ни проглотить.       Рухнув на сидение автомобиля, я устало захлопнула дверь и откинулась затылком на подголовник. «Звонить в полицию и сообщать, что нашла в подворотне девушку, опасно. Глупая затея, ведь потом придётся быть на карандаше у местного шерифа и утратить преимущество на случай побега», — решила я, вынимая из сумки смартфон. Пять пропущенных звонков от Геральда и десяток сообщений. Никаких новостей о нападении не высветилось, и я решила разгребать проблемы по мере поступления. Пока нужно было решить, что делать с Лилу.       «Марк говорил что-то о друге Пифеорики…» — вспомнила я.       Пролистав короткий список контактов, я выбрала номер оракула и нажала кнопку вызова.       — Виктория? — Ответ был буквально через пару гудков. — Как ты? Лилу…       — Нейтрализована, — хрипло ответила я. — Предвкушая вопросы — жива. Но я стёрла её память. Она без сознания, и мне нужно, чтобы её кто-то забрал оттуда.       — Секунду. — Раздался шелест записной книжки. — Диктуй адрес и примерный ориентир.       Послушно объяснив, где искать девчонку, я ждала, пока всё будет записано.       — Всё как-то наложилось… Я чувствовала слежение сегодня. Думала, что кто-то из горожан наблюдает. Не чувствовалось, что это внимание стражей. Не полностью бессмертный наблюдал, понимаешь? — Я тяжело вздохнула. — Позвонил Марк, чтобы предупредить, и я почти сразу наткнулась на неё. Она отказалась от крыльев, чтобы найти меня и сына, чтобы привести полукровку к Гидеону. Отказалась от бессмертия и своей вечности только ради… мести.       Пиф вздохнула:       — Ты поступила верно, что не стала её убивать. У каждой ошибки есть причина и есть следствие. И каждая жизнь… Тем более — бессмертная жизнь — важна. — Оракул спросила, чуть помолчав: — Как себя чувствуешь? Сможешь добраться домой?       Я прислушалась к себе, прикрыв на секунду глаза. Усталость, которую можно было отложить на короткое время поездки домой. По крайней мере, я всегда могу прижаться к обочине и сделать передышку.       — В порядке. Терпимо, по крайней мере. — Я потёрла лоб ладонью. — Передай Марку мою благодарность за предупреждение. Поеду домой. Стоит лечь и перевести дух.       — Ты молодец, Виктория. Счастливого пути. Обязательно напиши мне завтра, когда проснёшься. Или позвони, чтобы я рассказала о судьбе девушки, — попросила Пиф.       Молча кивнув на просьбу, я нажала отбой, снова откидываясь на спинку сидения и закрыв глаза. Стоило собраться с силами. Ещё немного — и я буду дома. Хотелось выпить вина, забраться в ванну, выкинуть вторую половину дня из памяти. Выкинуть то, что пришлось подсмотреть, подчищая чужие воспоминания. Забыть, как уничтожила чужое прошлое, чтобы получить право на будущее для своего ребёнка.       Телефон в руке завибрировал, и я слабо улыбнулась.       — Ну, и какого хрена?! — проорал в трубку Геральд.       — Я устранила Лилу… — перебила я устало.       — Да плевать я… — Повисла пауза. — Так, погоди…       Я с трудом подняла руку, проворачивая ключ в замке зажигания автомобиля.       — Набери мне ванну через двадцать минут. Я скоро буду дома и всё расскажу. Обещаю.       — Виктория, когда-нибудь у меня будет инфаркт от тебя и твоих «новостей», — пробурчал демон. — Может, нам приехать за тобой?       — Не стоит. Я скоро буду… дома…