Сleaning again

За окном смеркалось, девушка сидела за барной стойкой и задумчиво рассматривала еле-еле видимый закат, вернее оставшееся от него фиолетовое свечение. Небо было почти черным, казалось, что мир погаснет, когда оставшийся фиолетовый огонёк уйдёт. София задумчиво покачнула бокал, перемешивая в нём ликёр «Кампари». Тот всё еще отдавался едкой горечью в горле, однако помогал отстраниться от работы и забыться, глядя в потемневшую даль. Она сделала еще один глоток и шумно выдохнула. На часах 23:15, ещё есть время отдохнуть. Горькость в горле сменилась теплом и начинала греть лёгкие, а всё сущее почти не имело значения. Курить совсем не хотелось, но она, видимо по привычке, вытянула из кармана джинс новую, купленную пару часов назад пачку. Избавляться от фильтра было лень, так что она закурила прямо так. Наверное, были иные способы снимать напряжение и проводить свой досуг, но их София, к сожалению, не знала. Затяжка была слишком глубокой, потому она прокашлялась и развернулась, услышав шаги. Бармен, мужчина лет сорока, смотрел на неё в упор. В этом заведении ей очень нравилось то, что никто не строил липовой приветливости и говорил как есть, если вдруг клиент отказывается платить, или же, не оплатив огромный обед, решил «пойти за ключами». Бармен протянул руку, требуя оплаты, однако она чувствовала, что средств не имеет, потому коротко отрезала, словно ничего не произошло. — Я ещё не закончила. Долей. — Он с угрюмым выражением лица выхватил у неё из рук бокал и протёр тряпкой, прямо как в фильмах, странно покосился и вытащил бутылку, что стояла за спиной. Послышалось характерное журчанье, а после он отдал бокал обратно. — Жду оплаты, иначе в следующий раз будет моча. — Он осмотрел её смутившуюся физиономию и двинулся к другим посетителям, что сидели через несколько стульев от Софии. В болезненном виде явно были плюсы, люди её сторонились и не докапывались, а старухи у подъезда уяснили своё место, начиная креститься при виде юной особы. Этот бокал явно был лишним, потому как сильно ударил в голову, пока София нервно обдумывала куда бы деться. На входе охрана в виде двух громил, за стойкой бармен, в туалете никаких окон. Она могла бы просто драпануть со скоростью гепарда, но риск слишком велик. Ответ пришел сам собой: пойти на работу. Алкогольное опьянение было довольно сильным, но держаться на ногах она могла без труда. Можно ведь просто телепортироваться в иной мир, а оттуда в качестве исходной точки выбрать собственную квартиру. Единственное, если бы работа была, то девушка бы здесь не сидела. Телефон пропищал и его экран засветился, едва не ослепив Софию. Как говориться: вспомнишь про оно, вот и говно, вроде бы так. На экране отображалось длинное сообщение, которое явно удивило девушку, ибо подобное встречалось впервые на её практике. «Просить прощения за беспокойство не буду, потому как дело срочное. Я автор Акудамы драйва, может быть слышали. В общем, персонаж, который давно погиб по сюжету, объявился черт знает откуда и устроил мясорубку, уже двести трупов, не меньше. Понимаю, что заказ огромный, но я щедро заплачу, а ещё есть особенное условие: вы должны убить Маньяка, что воскрес из мёртвых. Белые волосы, челка, фиолетовые глаза, кожа еще бледнее вашей, к тому же он опаснейший преступник. Я не принимаю отказа, потому как вскоре он уничтожит всё произведение к чертям, выберется и начнёт убивать в реальном мире. Вы-то знаете, что подобное возможно.» Она вспомнила все нецензурные выражения, что знала, а после вновь удивилась собственной неудаче. Не будь она в подобных обстоятельствах, мигом бы отказала автору, но сейчас девушка просто не имела выбора, потому, недолго думая, напечатала короткий ответ. «Будет выполнено.» Приподнявшись со стула и заметив укоризненный взгляд мужчины, она оповестила его о том, что собирается в уборною и двинулась туда же: не исчезать же у всех на виду. София закрыла затворку и, ничуть не медля, зажмурилась. Черный свет проник куда-то в её подсознание, дышать почему-то стало трудно, наверное сказывалось курение. Открывать глаза особенно не хотелось, однако её напугал чей-то смех и учащенные шаги. Она моментально разжала веки и осмотрелась, в поисках укрытия, сама не понимая для чего оно ей, ведь София может заставить забыть про себя, при этом заставив почувствовать что-то вроде оглушения у персонажа. Мутный взгляд, оцепенение на протяжение десяти секунд: за это время можно без проблем воткнуть нож куда-нибудь. Она забежала в шкаф, максимально банально, но это первый предмет, который она заметила в комнате, помимо горы трупов, а шаги всё приближались. Едва она забежала и захлопнула за собой дверцу, как в помещение забежал тот самый человек. Выглядел совсем молодо, был по уши в крови, даже веки заляпаны, словно он… умывался? София, увидев парня, почувствовала уже не страх, а ужас. По её мнению ужас — самая честная эмоция, её нет смысла подстраивать, почти невозможно скрыть, его чувствуют все, возможно это первое, что вообще можно почувствовать. Точно: ужас и боль, вот что чувствуют при рождении. Физическую боль и страх неизвестности. Она взмолилась, пусть в бога никогда и не верила, но крещенной была. Глядя сквозь замочную скважину на то, как парень бросил очередной труп в кучу, предварительно сломав ему руку, а после приблизился к шкафу. Проклятье. Дверца распахнулась, а нож воткнулся в том месте, где ранее была голова, но девушка успела пригнуться. Парень ухмыльнулся, глядя на её потуги и надменно проговорил, почти шепотом, словно флиртуя, а не пытаясь убить. — Миледи, не прячьтесь, давайте поиграем. Какой ваш любимый цвет? — Все мысли вылетели из головы, она зажалась в угол шкафа, а лицо Маньяка стало выражать скуку. — Мой любимый цвет красный. Все его оттенки. Бордовый, ярко красный, тёмный, что из вен. — Он пугающе улыбнулся. — Милая, скажи мне, не молчи, иначе мы вместе увидим красный цвет, как и те люди, что сейчас неподвижные и скучные. Полностью исчерпали себя. — Она вдруг осмелела, вспомнив, что может использовать свои преймущества, потому резко сделала выпад вперёд и выпрямила ногу, с силой ударив по голени Маньяка. Тот упал навзничь, опасно взмахнув ножом близ её лица. — Забудь меня. — Она испугалась собственным действиям и желанием, ведь ещё никогда не желала стать убийцей, однако жить хотелось до боли, именно сейчас воля к жизни взяла верх над разумом и моральными нормами. Она повторила для надёжности. — Забудь меня. — Взгляд парня еще не успел обрести ясность, потому ничего не произошла. Рывком она вытащила нож из его руки и замахнулась примерно в темя. Один удар и всё, что же так останавливало Софию. Все эмоции накатили волной и она застыла, а после, закричав, бросила все силы для одного удара. Чужая рука перехватила её, Маньяк произнёс так же надменно, как и при первой их встрече. — Бить нужно в глазницу или в ухо, иначе красного цвета ты не увидишь. Знаешь ли, череп довольно сложно пробить без топора. Этим кинжалом ты только подпортила бы мне моё милое личико. — Девушка ужаснулась. Маньяк точно не помнил её, но был готов к атаке, неужели он настолько внимателен? Этот парень настолько безумен, что общался с ней, как со старым другом, пусть и пытался убить её только что. София открыла рот, чтобы произнести привычную фразу, однако его накрыла другая свободная рука маньяка. Видя её замешательство, Маньяк перехватил обе её руки в свою и наклонился, прошептав прямо на ушко. — Сейчас говорю я, моя леди, так что слушай. — Послышалось испуганное мычание. София резко дернулась и укусила его ладонь. — Если ты ещё раз так сделаешь, то я выбью тебе все зубы, а после заставлю сожрать их, если ты не захлебнешься в своей крови раньше. — Ммх. — Она прекратила попытки выбраться, готовясь к смерти. — Хватит ворчать, давай лучше сыграем в игру. — Лицо парня озарила безумная улыбка, — Моргни дважды, если согласна. — Девушка незамедлительно моргнула, надеясь словить момент, чтобы сбежать. — Прятки. Я буду искать. Если найду, то убью, а если нет, то совершу самоубийство. Времени у тебя до рассвета, в твоём распоряжении целое здание, вроде бы это отель. А теперь я считаю. Беги. — Едва он разжал руки, как она бросилась бежать. — Десять. — Обратный отсчет отрезвил её разум, избавив от страха. Она собиралась произнести фразу вновь, однако из её рта полилась кровь, а не единого звука издать не получилось. — Девять. — София закашлялась, хватаясь за шею, похоже, она дважды использовала дар до этого, к тому же была ослаблена алкоголем, потому нужно набраться сил перед тем, как вновь стирать память. — Восемь. — Она ринулась в сторону выхода из комнаты, едва не упав вновь. Её положение было печальным, шансов на спасение почти не было. Вернуться в бар она не могла и подавно, потому что сил не было на стирание памяти, не то, что на телепортацию между мирами. — Три. — Она испугалась, услышав, что он просто пропустил несколько цифр. — Так нечестно, ты не можешь! — Она отчаянно закричала, готовясь умереть в этой комнате и села на пол, понимая, что не спасётся. — Семь, два, тысяча, красный, тёмно-красный. — Он прерывисто говорил и смеялся, однако София поняла, что у неё есть шанс на спасение, потому бросилась бежать вновь. Его голос всё отдалялся, она бежала не оглядываясь по коридорам, временами осматривая двери с номерами, а услышав шаги позади себя забежала в ближайшую комнату и максимально тихонько, стараясь не поддаваться эмоциям, прикрыла дверь и нервно сглотнула. Вдруг стало очень тихо, она слышала лишь шаги. — Цветочек, ты от меня не спрячешься. — Голос был едва слышим, похоже, она убежала очень далеко. Стараясь не издавать ни единого звука, она облокотилась на дверь и выдохнула, переводя дух. На всякий случай, не успев отдышаться, она заперла дверь. Щелчок был невероятно громким, шаги устремились в её сторону. Казалось, прошло мгновение, а парень уже находился совсем рядом. Она шумно задышала, словив паническую атаку и бросилась бежать от двери в глубину номера. Ничего необычного, диван, кровать, детские игрушки, здесь явно кто-то был. Осмотрев все комнаты, она никого не обнаружила и решила прятаться в ванной, так как там был еще один замок. Как только она зашла внутрь, послышался пронзительный крик. София вмиг зажала рот источнику звука, слыша как Маньяк перешел в бег и ринулся в их сторону. Рядом с девушкой был ребёнок, мальчик, лет шести. Он сидел в душевой кабине, утирая слёзы, однако сейчас София прервала его. Она обняла его, как бы жестом показывая молчать, а после произнесла шепотом. — Я спрячусь в другой комнате. Закрой дверь на ключ. Он ищет меня. — Мальчик утвердительно кивнул, взгляд его прояснился. Она вышла из ванной, и, слыша шаги буквально за стеной, легла под кровать. В дверь начали ломиться. — Цветочек, ты от меня не спрячешься! — Он вновь впал в приступ ненормального смеха. София зажала свой рот рукой, прижимая к груди нож, что стащила на кухне. Она оцепенела. Дверь вышибли. — Выходи, ведь я всё равно найду. — Он прошел мимо кровати, видимо обратив внимание на закрытую дверь. Парень стал ломиться вновь, дверь поддалась проще. Мальчик вновь закричал, увидев Маньяка, что близился к нему, а София лежала не в силах пошевелиться. Мальчик закричал пронзительнее, словно отрезвив её разум. Девушка посмотрела на нож в своей руке и, полностью отчистив сознание, выползла из-под кровати, надеясь, что с ребёнком всё в порядке. Она подкралась сзади, видя полностью открытый затылок маньяка. Девушка схватила его распущенные волосы, нижние пряди которых окрасились в красный цвет и протянула руку, слегка вывернув её, перерезала ему горло. Парень закряхтел, падая на землю. София уставилась на свои руки, пытаясь понять, что натворила, ей стало отвратительно от своего поступка, потому она посмотрела на мальчика. Ребёнок плакал и бился в истерике. Девушка вновь обняла его и унесла подальше из номера, пытаясь успокоить. Забота о ком-то полностью заняла её мысли, так что убийство стёрлось из её памяти, к тому же, кормя мальчика дошираком, она убедилась, что иного пути не было. К тому же Маньяк ведь нереален, он всего лишь выдумка. Следующая неделя прошла абсолютно аморально иначе и не назвать. — Тётя Софа, смотри, почти как скакалка. — Мальчик вертел кишкой, а потом та порвалась. Иногда детская жестокость пугает. — А ну, хватит, нельзя так. — София поморщилась. — Почему? Смотри, теперь это бусы! — Так! Я сказала нельзя, ишь ты, хомяк небритый. — Она повысила голос, разглядывая с высоты своего роста погрустневшего ребёнка. — Не очень-то и хотелось. — Он бросил кишку в мешок, вытащил несколько почек из карманов и также избавился от них. — Я же вижу, это еще не всё. — София укоризненно взглянула на мальчика. Он почесал репу, расстегнул куртку и протянул девушке то, что ей трогать было противно и не хотелось совсем. — Сосиска, больше ничего нет. — Девушка разглядывала оторванный хуй, что ребёнок держал в руках, глядя на неё честными и невинными глазами, а после, нахмурилась, и всё же приняла подарок, сдержав рвотный позыв. Обыскивать его она не стала, так как боялась обнаружить большее количество этих самых сосисок, черт с ним, пусть таскает. Время за переноской трупов проходит незаметно, как говорится, и тут она потеряла счет времени, проводя его в компании мальчика. Они просыпались, готовили завтрак, кушали, а после закапывали тела, периодически удивляясь их неестественному положению или глупым гримасам, с которыми их покинула жизнь. Они осмотрели весь отель на предмет живых людей, но, к своему сожалению, их там не обнаружили. День за днём куча уменьшалась, вскоре они стали оттирать кровь со всех этажей и работа была закончена. Впервые ей так грустно было уходить из придуманного мира. София обняла мальчика и поцеловала в щеку, едва слышно сказав, — Забудь меня. — Взгляд ребёнка затуманился, она последний раз взглянула на него и ушла прочь, прячась за угол. Крепко зажмурившись она очутилась в своей квартире, мелко дрожа от слёз. Жаль, что её первый друг оказался всего лишь выдумкой не безызвестного автора. Денег, к слову, он ей отправил действительно очень много. что было приятно, но грусть еще долго не покидала Софию.