Тернистый путь к счастью

Антон просыпается осматриваясь. Видит себя всё также лежащим в одежде на своей кровати. Аккуратно опускает ноги на пол и приходит в разум. Медленно поднимаясь со спального места направляется в гостиную. — Доброе утро, Антон, — говорит Арсений, видя парнишку в дверном проёме и убирает в сторону ноутбук, за которым буквально несколько мгновений назад работал. — Привет, — сонливо проговаривает младший, приближаясь к другой части евро — гостиной, беря стакан в руки и походит к кулеру, чтобы налить прохладную, освежающую воду. Всё это время Попов пристально наблюдает за каждым движением мальчишки, оценивая все части тела и приходит к выводу, что Шастун выглядит слегка…мило? Помятая одежда, взъерошенные волосы и невыспавшееся лицо делает его чертовски домашним и уютным, порождая желание поглотить его в свои объятия и стараться не отпускать. Но как только актёр видит, что был замечен под рассматриванием школьника, резко отворачивается и спрашивает уходящему в след парню: — Ты куда? — Уроки делать, — сухо отвечает тот, всё удаляясь и удаляясь в свою комнату. — Если что то будет не понятно, обращайся. Я постараюсь помочь, — вскрикивая на последней фразе говорит брюнет, стараясь чтобы его услышали и заметили, придали значение. Но школьник ничего не отвечает. То ли потому что не услышал. То ли не видел в этом смысла. То ли не имел желание. *** Открывается последний учебник лежащий на столе. Та самая алгебра, которую нужно сделать Антону в большом, почти невозможным из-за малых знаний количестве. Все остальные предметы были устранены за три часа, что было слишком много для школьника, ведь обычно он не выполнял домашнюю работу. То ли потому что не услышал. То ли не видел в этом смысла. То ли не имел желание. Но сейчас он искренне старался и делал всё на совесть. Впервые за практически одиннадцать лет обучения. Двигал им исключительно Арсений, которого тот не хотел расстраивать своим существованием и поведением. Снова и снова перелистывая страницы и не понимая, каким образом ему это нужно сделать, специально громко ругается: — Ебучая алгебра! — Тош, ну ты чего? — слышится из-за спины. Арсений, бесшумно стоящий сзади в дверном проёме на протяжении нескольких минут, подходит к шатену и невольно опускает свою руку второму на плечо. — И ты до сих пор делаешь уроки? Я думал ты уже закончил. Вам так много задают? — Только алгебра осталось, но её слишком много! Дарья Андреевна нас с Димой наказала, мол на уроке разговаривали! — Не кричи давай, болтун. Я могу тебе помочь? — сказал голубоглазый, присаживаясь рядом с подростком не дожидаясь ответа, — Какая тема? Арсений являлся достаточно хорошим учеником в школе и университете. Старался никогда не пропускать уроки, изучал некоторый материал самостоятельно, думая о будущем. О счастливом будущем и о хорошей профессии, которая должна была быть не меньше физика или учёного. Но душа и стремления указали совсем на другое — на актёра. Слушать указания оператора, пить кофе перед новой сменой с другими актёрами, мерить костюмы для новой сцены и выходить на публику, под рукоплескания и признание миллионов людей. Говорить благодарственную речь, держа в руках очередную награду и смотреть на многотысячный зал, множеством для которых ты являешься кумиром. Разве… не чудо? Казалось, это всё детские мечтания, а после юношеский максимализм, но востребованность во многих кинокартинах и не малая зарплата, благодаря которой можно ни в чём не нуждаться, говорили совершенно о другом. Но в этом ли счастье? — Спасибо Арс, что бы я без тебя делал, — облегчённо выдохнул Антон, заканчивая переписывать последний пример из черновика в чистовик. — Скорее всего, посмотрел в гдз, — ухмыльнулся мужчина. Шастун и в правду мог так сделать, но Дарья Андреевна всегда умела определять списанное с интернета и решённое самостоятельно. Так что обойтись лёгким путем не получилось бы. Пришлось полностью погрузиться в предмет, понять его магию, выучить формулы, что в принципе подходило под настоящее наказание. — Сильно устал? — спросил старший, выходя из комнаты. — Не особо, а что? — Хочешь в качестве отдыха сходить на прогулку? Подышать свежим воздухом? — Хорошая идея, я не против. И в правду, Шастнуну следовало бы развеется. Вдохнуть хоть капельку кислорода, для очищения лёгких, которые как и мозг были наполнены сложными и непонимающимися формулами, выражениями и буквами. *** Сегодня вечером воздух пах как никогда сладко и вкусно. Жить и дышать хотелось снова и снова. Казалось эту волшебную идиллию никто и ничто не могло нарушить, но сзади подошёл Попов и взял под руку мальчишку, что было безумно неожиданным и… Приятным? До раздумий не было времени, так как актёр потянул шатена за собой, идя прогулочным шагом, но у такого высокого человека, «прогулочный шаг» казался Антону бегом. Немного сбавив темп по просьбе школьника, голубоглазый нарушил давящую тишину: — Антон, давай поговорим? Подросток был готов общаться и обсуждать что то, но по тону Попова он понял, что тема для предстоящего разговора будет серьёзной, что достаточно сильно напрягло парня. Тем не менее он смог выкинуть все, не очень позитивные мысли из головы и ответил: — О чём? На улице начинало темнеть и город постепенно погружался в вечерние лиловые сумерки. Зажигались придорожные фонари, окутывая своей атмосферой и теплым светом. Зеленоглазый с рвением ожидал ответ мужчины, но тот старался не торопиться. — О твоём прошлом и жизни, которая была до нашей с тобой встречи, — с лица парня тут же исчез весь энтузиазм, а в душе что то со свистом полетело вниз. Он ожидал различные ответы, но не это. Прошлое — единственная тема, которую он не хотел обсуждать, вспоминать, озвучивать. Но на противовесе было: «поделиться этим хоть с кем нибудь, чтобы стало чуть легче, ведь нести этот груз на своих плечах было невыносимо. — Я понимаю, что тебе некомфортно это вспоминать… — Нет, всё норм, — не дал договорить Арсению шатен, смотря себе под ноги. Поднять голову почему то не получалось. — Ну…я., — слова куда то пропали именно в этот момент. Казалось, он вообще их никогда не знал. Но пару раз глубоко вздохнув, начал собирать себя заново для продолжения разговора, — Родители пили часто, — парень думал, что будет легче это произносить. Что то резко кольнуло в груди от осознания происходящего: Антон рассказывает человеку о котором фактически ничего не знает свою жизнь и всё, что в ней происходило. Но если это человек, которому ты доверяешь больше всего? — Иногда отец бил меня, — на этой фразе, Арсений сильнее прижал мальчика к себе и это нельзя было не почувствовать, — Часто я ночевал у Димы. Не очень хотелось находится дома. Как то раз меня спалили за сигаретой, — в воздухе повисло молчание, а в глазах у Шастуна слёзы. Слишком больно вспоминать эту прогнившую атмосферу и возвращаться туда. Слишком больно вспоминать. Слишком больно. — Ты куришь? — строгим, но скорее удивлённым голосом задал вопрос Попов. Сначала мужчина не совсем поверил этому высказыванию, так как ни разу не видел его курящим, но решил дождаться объяснение от младшего, у которого в этот момент всё внутри рвалось и кричало от паники и непонимания. Хотелось убежать и спрятаться, но как показал опыт, это не всегда хорошо кончается. Или же. нет? — Н.ну.д.да, — пробормотал себе под нос мальчишка. -Ну Антон, ты должен понимать, что это не приносящие пользу действия в сторону твоего организма и ты должен прекратить заниматься подобным, ведь от этого ничего хорошего не будет, — пусть брюнет и старался показывать своё недовольство, но в его голосе невозможно было не распознать нотки сострадания, волнения и заботы, ведь он прекрасно понимал, что просто так человек не стал бы заниматься подобным. — Нет, сейчас я уже завязал, наверное. Оно мне нужно было только для снятия стресса и напряжения…а с тобой, — парень немного завис, обдумывая свой ответ и подбирая подходящие слова, — с тобой мне спокойней, я чувствую себя в безопастности что ли, — если бы Арсений тогда видел его лицо, он бы понял на сколько стесняется и смущается Антон.Всё тело отдавало жаром, перемещающимся с одной части тела на другую, а ноги бывало не слушались и зеленоглазый подскальзывался на ровном месте, но сильная рука сбоку ни разу не дала упасть и всегда во время подхватывала Шастуна. — В школе меня унижали и друзей особо не было, а потом появился Дима в восьмом классе, за что я ему очень благодарен, потому что даже не знаю, что осталось бы от меня сейчас без него, — слёз скопилось очень много, но вместе с ними и постепенное облегчение от того, что его слушают и воспринимают в серьёз, а это было большой редкостью для него, так как доверия обычно Антон не получал. — Тош, можешь рассказать что было тогда…когда ты пришёл ко мне.? — старший чувствовал всю те эмоции, которые шатен скрывал от него всё это время. Ни разу даже не заикнулся о том, что его действительно беспокоит и продолжался держаться крепко для человека, который так сильно был раздавлен существованием. — Утром я услышал крик материи и пошёл проверить что случилось. Выйдя из комнаты я увидел как отец ударил её и…у неё пошла кровь из рта. Я не сумел сообразить, как отец был уже в плотную ко мне и ударил меня в живот, — Арсений не выдержал и резко прижал мальчишку к себе, заключая в объятия. Только сейчас оба понимают, насколько они были необходимы всё это время. Антон не выдержал и начал рвано плакать в плечо старшему. «Выглядишь как баба» — сказал он сам себе, понимая что это действительно выглядит не совсем мужественно. «Похуй» *** — Предлагаю сходить в магазин, — сказал мужчина, выключая на экране телевизора только что появившиеся титры. — Думаешь это хорошая идея? Пол двенадцатого ночи как никак, — немного переживая за серьезность слов Арсения, который в действительности сейчас блин пойдёт по темноте в какой то магазин. Но одного подросток его не в коем случае не собирается отпускать. — За углом есть круглосуточный. Собирайся, — проговорив это, актёр скрывается за дверным проёмом, не оставляя младшему выбора, кроме как пойти с ним. «А там ещё и холодно сто процентов» — нервно цедит про себя школьник, мысленно представляя в своей голове, что ему стоит одеть, чтобы не замёрзнуть. Выходить из тёплой и уютной квартиры и жутко не хочется, но придётся. А конце концов парень понимает, что слишком недооценил спонтанную прогулку, вызванную брюнетом. Свежий, немного прохладный, но такой живой воздух бил в ноздри, заставляя проглатывать его всё глубже и больше. Ветер приятно освежал, давай забыть, который час, и что кому то стоит лечь пораньше, ведь вставать придётся в 7. А это много, уж простите. Тем не менее, они идут бок о бок, в полнейшей тишине и спокойствие. Это не было «неловким молчанием». Это было чувство уверенности и равновесия, который каждый старался соблюдать. Нарушать тишину принципиально не хотелось, так как каждый наслаждался ей по своему. Каждому она была нужна. Но вот уже вход в магазин и шумная продавщица, которая кокетничала с незнакомым мужчиной, пахнущим жутким перегаром. Походив по коридорам им удалось набрать тележку продуктов, которых не доставало дома. Подойдя к кассе, старший обратился к Антону: — Хочешь себе что нибудь взять? После этой фразы, Шастун потянулся к небольшой упаковке кислых драже и зажал у себя в руки, не переставая на них смотреть. — Да бери уже свой скитлз и идём, — выдохнул Попов, наслаждаясь скомканным и застенчивым поведением мальчишки. Тот аккуратно положил упаковку конфет на ленту и отошёл ко входу из магазина, покорно ожидая там старшего. Освещенные фонарным столбом клубки пара прерывисто рождались на свет и тут же плавно растворялись в воздухе. Антону нравилось наблюдать за этим процессом, поэтому залипнуть на несколько минут оказалось проще простого. Людей на улицах практически не было и он ещё особо не определился, настораживает и пугает его это, или же наоборот расслабляет и умиротворяет. Но понять ответ на этот вопрос он не смог, потому что послышалась открывающаяся дверь из магазина, заставившая брюнета обернуться: — Я захватил ещё пару йогуртов, которые ты любишь. Надеюсь со вкусом не прогадал, — с появлением мальчишки, в доме у актёра всегда было что нибудь вкусное, и даже не смотря на диету, Арсений порой разрешал скушать какой то вредный продукт, что обычно они делали за просмотром очередного фильма или сериала. В принципе жизнь поменяла свой ритм и не была такой как раньше. Теперь на плечах лежала ответственность, которую было необходимо нести. Но это добровольная ответственность, от того приятная и вовсе не тяжёлая. Улыбок стало больше в жизни Арсения. Теперь для них появилось значение. Это обнадёживало и в то же время приятно удивляло, знающих Попова людей, который в жизни был не особо активен и добродушен. Но все эмоции, которые от него требовались на камере он выражал спокойно и без всяких колебаний. Это и являлась «маской» для актёра, скрывающую его поникшую, удручённую и безвыходную личность. Антон тоже не остался равнодушным к этому переезду. То, что он наконец мог просыпаться с утра в хорошем настроении и с уверенностью в завтрашнем дне, думаю повторять не стоит. Но его больше волновало другое. Почему все эти случайные касания, мимолётные взгляды, практически ежедневный просмотр фильмов порождает приятное тепло где то в сердце и лёгкую дрожь по телу? Пусть Антон и являлся гомосексуалом, но это не значит, что ему мог понравиться каждый парень. «Тем более Арсений точно не в моём вкусе» — переубеждение или недооценивание себя? Не понятно. Скорее всего они просто друзья. Да. Друзья. «Но почему рядом с другом сердце бьётся чаще?» *** — Спокойной ночи, Тоша, — послышалось со спины парня когда он заходил в свою комнату. Это «Тоша». Как же оно приятно режет слух. Пусть он и ненавидел когда его так называли, но от Попова это звучало совершенно иначе. И хотелось, чтобы он говорил это чаще. Как можно чаще. — Спокойной, — обернулся в тёмный коридор Антон, но не заметив там долгожданного силуэта, закрыл за собой дверь и уперевшись на неё спиной, медленно спустился вниз. Улыбка не сходила с лица. От приятного тепла.