Я — твоя ошибка

      Под иглой винилового проигрывателя вертелся джаз. Потрескивание старой записи, потягивание коктейлей через трубочку, ленивые позы на мягком ковре, вентилятор — всё наполняло комнату спокойствием и отдыхом.       Сегодня у Чимина и Тэхёна наметился скромный мальчишник, который уже шёл своим чередом. Всё как положено — с ночёвкой, страшилками, гаданиями, пижамным дресс-кодом и кучей всякой вредной еды. Пусть даже спрос и украл их курьера пиццы.       Чтобы не мотать вещи зазря, Чимин оставлял их на хранение у друга. К примеру, свой любимый флисовый плед в «вырви глаз» клеточку. Ему нравилось запастись печеньем, налить горячую чашечку какао или травяного чая и укутаться с головой. Словить, так сказать, момент. А потом может нечаянно уснуть, свернувшись калачиком в тёплых объятиях. Ну, а Тэ, как же без этого, начинал к нему лезть. Отвлекал щекоткой под рёбрами, пока понемногу тянул плед на себя. За что получал порцию злобного шипения от котяры собственника. В общем, дело как-никак доходило до боя подушками, где Чимин безнаказанно дубасил друга.       Босыми ногами Тэхён прошлёпал к стеллажу. Там на полках у него скопилась небольшая коллекция довольно редких дисков и магнитофонных записей. Он достал потускневший конверт, из которого вынул блестящую пластинку. Бережно сдул невидимые пылинки и впихнул в проигрыватель цвета индиго. Заиграла весёлая мелодия. Плечи Тэ уже задвигались в такт, подхватывая настроение. Он взобрался на кресло и, изображая губами и горлом саксофон, завилял бёдрами в диком танце.       Джаз — был частью его души, состоянием. И Тэхён являлся большим знатоком и поклонником этой области.       Широкая улыбка тронула губы Чимина так, что глаза сощурились в забавные щели-полумесяцы, блеснувшие смехом и абсолютным обожанием. Когда ему удалось поймать взгляд друга, он вскинул бровь и поманил того рукой на сеанс лже-магии.       Прямые, спирали, зигзагообразные повороты чертились судьбой. Неоспоримой правдой будущего — либо управляешь им, либо получаешь что есть. Линии, покрытые сеткой штрихов, огибали множество бугорков. Обрывались и возникали тут же снова. И весь этот хаос меток, чёрточек сливался в водовороте значений и важных особенностей.       Шарик гелиевой ручки неприятно вдавливался в кожу. Тэхён очень старательно черкал что-то синими чернилами на коленке Чимина. Но к его же облегчению или, может быть, лёгкому разочарованию мозговая пудрилка уже закруглялась. — Разве можно верить этому? — заворчал Тэ, который скептически относился к гаданиям. — Это обычные морщинки от сгибов. Чушь, какая-то! — Чушь — твои вложения в видеоигры, — упрекнул в ответку друг, а затем специально сжал ладонь до недовольного «ай».       Гостиная у Тэхёна, несмотря на скромные размеры, выглядела очень уютно. У окна стоял письменный стол, на котором царил идеальный порядок. На ветру плавно колыхались лёгкие занавески, пропускавшие клочки лунного света. Стены повсюду украшали ненавязчивые картины и фотографии в тонких деревянных рамках. Даже абажур лампы сочетался с обивкой мягкой мебели. А шаги заглушал огромный пушистый ковёр на ореховом паркете. В общем чисто, опрятно, интерьер подобран со вкусом.       Утопая телом в ворсе, Чимин вытянул ноги и как бы в раздумье почесал колено. Синие чернила сразу же размазались по его ладони. Все старания друга пошли насмарку. — Что это? — парень провёл кончиком ногтя по остаткам надписи. Ручка въелась в кожу так, что не отмоешь.       P.s. 143       Но Тэхён или правда не услышал, или же просто прикинулся. Потому что когда он поднялся с ковра и взял пустые стаканы, его лицо сохраняло полную невозмутимость. Только цокнул языком и подозрительно подмигнул, прежде чем скрылся в кухне. Вот уж кто умел держать интригу.       Последнее время Чимина не отпускало чувство, что их отношения с Тэхёном как-то изменились. Иногда ему казалось, что друг хитрил и чего-то не договаривал. И он бы понял, если бы тот поступал так в первые дни, когда они толком-то не были знакомы. Но сейчас то что? То ли у Тэ были веские основания увёртываться. То ли, возможно, он пока не знал, как высказать это словами.       Но факт в том, что само понятие дружбы стало для них намного более размытым. Шире, чем раньше. Не находя объяснения такой внезапности, Чимин лишь терялся в догадках. Как часто это бывает он и сам не заметил, когда дружба переросла в нечто… совсем иное. Такое, отчего у него краснели щёки, нервы искрились, и к чертям терялся контроль над собой. А что важнее, кроме Тэ, ему не хотелось никого к себе подпускать. Рядом с ним он испытывал такой трепет, взрывную эйфорию, будто внутри порхала целая стая коварных бабочек. Так и просились, чтобы их впустили в сердце.       Меньше всего Чимину хотелось терять голову от привлекательности своего же друга. Но Тэхён как назло не спускал с него глаз. Ежесекундно засматривался на его тело, отмечая сочетание стройности и дразнящих форм. А находиться рядом и не найти возможности прикоснуться стало для Тэ чем-то невозможным. В такие моменты на Чимина накатывала настоящая паника. Он не знал, куда себя деть. И чем дальше их уносило от френдзоны, тем больше забывалось то, кто они есть на самом деле.       В отсутствии друга, Чимин попытался разгадать смысл данного набора цифр. Но что же они обозначали, догадаться он не сумел, потому вывел ручкой огромный вопросительный знак. Да и потом — может смысла-то не было и нет.       Тут ему в голову стукнула заманчивая идея, которую срочно следовало воплотить в жизнь. Он кинулся к столу, навёл беспорядок в канцелярском стакане, из которого выхватил красный фломастер. А когда Тэхён вернулся с кухни, усевшись опять-таки напротив него, Чимин накарябал ему свою вариацию поверх голубой венки на запястье.       P.s p.s 143.       Но Тэ лишь криво усмехнулся. — Давай сыграем в правду или действие? — внезапно игривым тоном предложил он.       Чимин наклонил голову набок, взвешивая все за и против. — Ты же не трусишь, правда? — парень вооружился фломастером, которым виртуозно крутил между пальцев. И каким-то образом умудрялся его не ронять. — Да без проблем! — Чимин от решительности пододвинулся ближе. — Так, кто начнёт игру?       «Камень, ножницы, бумага» разыграли, кому первым накалять атмосферу. — Хм, — задумчиво потер подбородок Тэхён. — Ты предпочитаешь доминировать или подчиняться? — Эээ… Не пойму, что ты этим имел ввиду… Но всем-всем твоим капризам точно подчиняться, — Чимин мило надул губки и потискал взрослого малыша за щёчку.       Тэхён скорчил чересчур довольную гримасу, поскольку такой ответ его очень даже устроил. Складывалось впечатление, что друг заранее подготовил то, что именно требовалось узнать.       Теперь считалка выбрала Чимина. — Какое твоё постыдное удовольствие? — выстрелил он, слегка покачиваясь сидя взад-вперёд. — Ох… Ну я могу ходить по квартире без нижнего белья. Иногда намеренно, — Тэхён от неловкости почесал затылок.       Глядя украдкой исподлобья, Тэ вдруг увидел, как Чимин окинул взглядом главную его гордость. Должно быть, подумав о чём-то в меру своей испорченности.       Крошечные ножницы Чимина разрезали бумагу. — Так-так, — заиграл парень бровями. — Назови любую примету любимого человека.       Тэхён заметно занервничал. Мышцы рук напряглись, а ногти впились в колени. Будто задели какую-то его тайну, которую он держал где-то глубоко внутри себя. — … Две родинки. На шее и ключице, — парень с трудом сглотнул тугой комок.       Но далее выпала очередь Тэ, что очень взбодрило его. — Есть ли у тебя втайне чувства к кому-то? — тихо сказал он, при этом пристально глядя на Чимина. — Так да или нет? — Я… не уверен. То есть… выбираю действие! — мысли почему-то не клеились воедино, и понесло нести какой-то бред. Или же чувства не врут?       Щёлкнул колпачок. Не раздумывая ни секунды, Тэхён легонько ухватил тёплой ладонью колено Чимина. Отчего-то помедлил и, прикусив губу, осмотрел с ног до головы. Ну а затем аккуратно дорисовал вопросительному знаку половинку, посильнее закрасил. Таким образом вышло красное сердечко.        P.s 143 значило — я тебя… люблю?       От этой догадки Чимина неожиданно бросило в жар. Сердце ёкнуло, дернулось где-то в груди. Неужели всё это время Тэхён любил… его одного? Он озадаченно заморгал, после чего слишком громко выдохнул. — Тэ, а где ты встретил того, от кого добиваешься взаимности? — уже вне игры спросил друг. — Ты, правда, хочешь знать? — Тэхён крепко сжал кулаки, прекрасно понимая, что отступать уже поздно. — На автобусной остановке.       Конечно же, многие люди встречают свою любовь в самых обыденных и неприметных местах. Остановка — не исключение. К тому же Чимин ведь не один в мире, кто пользуется общественным транспортом. — Вот как… А какой номер автобуса вы ждали? — он пугливо опустил глаза. Замялся, поскольку гляделки с раздевающим взглядом как-то чересчур затягивались.       Чимина стала бить мелкая дрожь. Бешеный стук сердца отдавался не только в ушах, а везде, даже в пальцах. Впервые в жизни Чимину хотелось услышать, что он оказался неправ. Но при этом же непонятно почему боялся, что оно так и есть. — Номер?.. — говорил он всё тем же низким бархатным голосом. — Минус 341.       Горячие пальцы упёрлись в колено Чимина и, поднимаясь все выше, томительно медленно сдвинули шорты к бёдрам. Уж точно не в знак дружеской симпатии. Ладонь так приятно поглаживала бедро круговыми движениями, что по телу расползлись обжигающие волны мурашек. Чимин с трудом удерживался от того, чтобы не застонать. Стараясь делать как можно более осторожные вдохи и выдохи, он задышал ртом. — А помнишь, ты как-то дал мне желание? — как голодный хищник Тэхён начал медленно надвигаться всем телом на свою жертву. Весьма и весьма сладко-возбуждающую.       Чимин спешно отползал назад, не спуская взгляд с приближающегося лица. А когда упёрся спиной в диван, то начал шарить беззащитной рукой в поисках матраса. — Д-да, — он забрался наверх и вдруг понял, что загнал себя в хитрющую ловушку. — Я хочу поцелуй, — Тэхён угрожающе подался вперед. В карих глазах вспыхнула страсть – он нашёл то, что искал.       Нависнув над Чимином пылающим лицом, он коленом раздвинул тому ноги. Устроился меж них так, чтобы он не смог брыкаться. А затем, лишь бы не спугнуть, стал осторожно приближаться к лицу, до последнего не сводя с него своих пьянящих глаз, пока не сорвал поцелуй.       Тэхён нежно, но властно сминал его пухленькие губы своими и глухо порыкивал. Раздвигал их языком, кусал, слегка проникая внутрь, словно второго раза, второго шанса не будет. Чимин чувствовал, как горячая твёрдая плоть упиралась ему в живот.       Как только Тэ захотел оторваться, Чимин обхватил ему талию ногами, сцепил пятки. А руки петлёй обвили шею. Внизу живота приятной истомой разливалось тепло. Сейчас он желал лишь одного — растворится в Тэхёне до потери пульса. — Я люблю тебя, Чимин, — возбужденно дыша, прошептал Тэ над ухом и укусил за мочку.       Добившись короткого стона, он двинулся по мягкой выпуклости шеи, оставляя на ней парочку смачных засосов. Продолжая двигаться, с чавканьем облизал кадык, пока ловкие пальцы отогнули ворот футболки. Прошлись мягко кончиками по торчащим ключицам, которые он так же с жадностью покрыл поцелуями. На все эти приятные ласки Чимин выдыхал удовольствие рваными стонами.       Тэхён забрался рукой под футболку. Погладил рукой стройное гибкое тело, которое, как он думал, уже полностью принадлежит ему. После чего задержался на полоске шорт и оттопырил резику, норовя залезть внутрь.       Всё бы могло зайти дальше, стать интимнее. Но Чимин начал потихоньку врубаться в то, чем они занимались. И эта неправильность очень больно ударила в голову, как и настойчивый звонок в дверь. Он вдруг весь дёрнулся, желая вырваться. Принялся отталкивать в грудь того, кто слишком многое себе позволял. Тэхён быстро отреагировал и приподнялся на локтях. На его раскрасневшемся лице застыло полное недоумение. И только когда в дверь громче задолбили, он понял, в чём дело.       Поправляя на ходу помятую одежду и взъерошенные волосы, друг поспешил к двери. А Чимин в это время со всех ног ринулся в ванную.       Дрожащими руками он быстро повернул щеколду в закрытое положение. Включил воду, и уставился в квадратное зеркало, опершись о края раковины. Чем же они сейчас занимались? Нельзя. Неужели его друг такой. А он сам?.. Чтоб тебя!       Там, в отражении Чимин видел, как проступали совсем не похожие на него черты. Волосы растрепались. Припухшие от поцелуев губы выглядели слишком сексуально. Набухшие соски выпирали через ткань футболки. Растянутая горловина обнажала искусанную линию ключиц. А на шее багровели закатом алые засосы. И ведь не иначе как с издёвкой над его ориентацией.