Абсолютная высота

С каждым его шагом я сжимала рукоятку ледоруба все сильнее. Эта первая вещь, которая попалась мне на глаза, вполне могла стать орудием убийства, но я благодарила всех богов за то, что накануне не успела собрать чемоданы, и снаряжение так и осталось разложенным по всей комнате. — А ты не такая безобидная и рассудительная, какой хотела казаться, — растягивал слова мужчина, продолжая медленно приближаться ко мне, — откуда в тебе столько ненависти? — Это ты меня такой сделал! — зло выкрикнула я, собирая в себе оставшиеся силы по крупицам. Эти двадцать четыре часа вытянули из меня истрепанные нервы. Я мечтала оказаться как можно дальше отсюда и забыть последние месяцы, как страшный сон. Но пока причина моих ночных кошмаров стояла прямо передо мной, ни о каком покое не могло быть и речи. — Давай проверим, насколько хватит твоей смелости. У тебя будет один шанс, Лина, когда я подойду, и если ты его упустишь, то за последствия никто не отвечает, — прорычал Стэн. Я видела, как в его глазах постепенно исчезал последний намек на человечность. Мне уже приходилось видеть его в предкатастрофном состоянии, но сейчас всё было гораздо хуже, потому что я оказалась по другую сторону. — Её хватит, уж поверь, — я выставила руку со сверкающим острием вперед в подтверждение своих намерений, но мужчина лишь мрачно усмехнулся. Сейчас его выражение лица больше походило на оскал дикого зверя. Хищника, который не привык проигрывать. И он сделал еще один шаг вперед, загоняя меня в угол. — Моя ты сладкая, — притворно спокойно промурлыкал Себастьян, — давай ты выбросишь эту штуку, и мы поговорим, как цивилизованные люди. — Разговоры закончились, — собственные слова звучали как приговор. Надежда на хороший исход таяла на глазах, и я начала медленно опускать руку. Шанс и правда был один, но я собиралась умереть за него. Стэн, восприняв это как выброшенный белый флаг, уверенно двинулся вперед. Но как только он успел сократить расстояние между нами до критической отметки, я перехватила ледоруб в другую руку, и наотмашь ударила той частью, где не было наточенного металла. Мужчина, явно не ожидавший этого, отшатнулся и, наткнувшись на груду из сваленных рюкзаков и веревок, едва не полетел на пол, в последний момент поймав равновесие. — Убью, — сквозь сжатые зубы прошипел он, стирая с разбитой губы кровь. — Поняла меня? Я судорожно сглотнула. Секунды, которые нужно использовать с умом, были так глупо потрачены. Стэн со злобой отпихнул в сторону вещи на полу, а я отскочила назад, чувствуя, как бешено заходится сердце в груди. Следом через комнату полетел журнальный столик, разметав в стороны документы, которые я не успела сложить в чемодан, и оставив на паркете глубокие царапины. Выход из номера, как я ни старалась, вновь оказался за спиной у Себастьяна, а значит — это уже был не выход, и теперь только окно позади меня являлось призрачной надеждой на свободу. — Мне гораздо легче будет смириться с твоей смертью, Лина, — произнес Себастьян таким голосом, будто уже успел со мной попрощаться, — чем жить с осознанием того, что ты находишься где-то рядом и тихо ненавидишь меня. Я собственник и эгоист, избалованный большой ребенок, как ты там еще меня называла? — серые глаза недобро сверкнули, — родной человек, кажется? Последняя фраза — словно ножом по сердцу, и это почувствовала не только я. Мужчина развел руки в стороны и виновато улыбнулся, бросил скудное и до невозможности фальшивое «прости». Я это уже видела. — Свое отношение к ситуации я изменить никак не могу, значит поменяю ситуацию. И с этими словами он резко бросился на меня.