Мы (не) вместе

Тэхён просто не находил себе места. Ничего не хотелось. Ни видеть никого, ни слышать. Он был очень рад, что сейчас каникулы, иначе не смог бы учиться, потому что в голове каша из мыслей, постоянной тревоги и чувства, что он делает что-то не так. Тогда, на вечеринке, Тэхён вернулся в дом, но Суён и Джина еще не было. Ким облегченно выдохнул, потому что на губах горел поцелуй Чонгука, в ушах звучали его слова. Слова о том, что Тэхён не слышит его или не хочет слышать. Это действительно так? Что Чон хочет сказать ему, и почему не скажет прямо? Или он уже сказал, но Ким чего-то не понял или понял не так? А сейчас Чонгук ушёл и попросил избегать встреч с ним, потому что младшему тяжело его видеть. Разве такие слова говорят, когда все, что нужно, это потрахаться? Когда брат с сестрой вернулись, Ким заливал в себя вино и был хмурым и раздраженным. На вопрос Суён о Чоне, сказал, что не знает, где он. А через полчаса вызвал такси и уехал домой. Отказал Джину в предложении присоединиться, сказал, что плохо себя чувствует. Старший напряженно наблюдал за своим парнем, но Тэхён его игнорировал. Внутри вулканы эмоций, и было не до того, чтобы ещё и с чувствами Джина разбираться. И вот Тэхён избегает своего парня уже три дня. Они не виделись со вторника, Ким пытался как мог избежать встречи. Он слышал в телефонной трубке, что Джин уже начинает раздражаться и злиться на каждый отказ на предложение встретиться или приехать к Киму в гости. Тэхён то «типа» с Чимином, то «заболел», то срочно надо съездить к брату. В общем и целом, Тэхён просто не мог продолжать эти отношения. В голове звучат слова Чонгука о том, что тот, кто счастлив, не целует в ответ других парней. И он полностью прав, да и Тэхён это знает. Просто боится чего-то. Чего? Остаться в итоге один? А разве быть с тем, с кем быть не хочешь, это лучше? Есть, конечно, возможность на «стерпится-слюбится», и с Джином это возможно. Но когда все еще непонятно ничего с Чонгуком и его чувствами, то всегда внутри есть мысль «а может…», и с этой мыслью невозможно строить другие отношения. Тэхён терялся и не знал, что думать. Верить себе и сердцу, или логике и Чимину? Друг, понятное дело, хочет для него только лучшего. Но может для Тэхёна «лучшее» это не Джин, несмотря на его идеальность? Может, ему действительно нужен не такой «идеальный», но тот, что запал так глубоко и не отпускает. И день за днём Тэхён думал, впал в какую-то апатию и никак не мог найти в себе сил, чтобы взять и расставить в своей жизни все по местам. Сделать так, как хочет он, а не так, как логично и выгодно, и вроде правильно, но ощущается совсем неправильно. Очередные раздумья в пятницу вечером прервал звонок телефона. На дисплее «Суён», и говорить с ней совсем не хочется. Но она звонит редко, и вдруг что-то с Джином, поэтому Тэхён вздыхает и проводит пальцем по экрану. — Привет, Суён. — Привет. Как дела? — Нормально. Стандартный вопрос — стандартный ответ. — Я чего звоню… Тэхён чуть нахмурился. Голос девушки звучал как-то тускло и осторожно, будто она этого разговора не хочет или боится. — Это насчёт Чонгука. Ты не знаешь, где он? Тэхён напрягся и выпрямил спину. — Нет. А почему ты у меня спрашиваешь? — Ну, вы же друзья. Ким прикрыл глаза и потер их пальцами. Друзья они, блять, да. Прекрасная дружба. — Хм, ну да. Но я его не видел с твоего дня рождения. — Ясно, — вздохнула Суён. — Просто мне нужно забрать у него кое-что, но я не могу до него дозвониться. Он трубку не берет. Вот я и подумала, что может ты знаешь, где он. — Извини, Суён, но я не в курсе. Тишина в трубке почему-то напрягала, Тэхён слышал только тихое дыхание девушки. — Что-то ещё? — Да, — неуверенно ответила Суён. — Можно задать тебе личный вопрос? Ким растерялся и усмехнулся. — Ну, попробуй. Если смогу отвечу. Следующая фраза звучала так быстро, будто ей понадобилась вся ее сила воли на то, чтобы не передумать и озвучить её. — Между тобой и Чонгуком что-то есть? Тэхён медленно поднялся на ноги с дивана, крепче сжимая телефон в руке. Он закусил губу и бегал глазами по комнате, будто мог найти в ней правильный ответ на вопрос. — С чего ты вообще это взяла? — глухо спросил Тэхён, боясь услышать ответ. — Я же не дура, — грустно усмехнулась Суён. — Это видно, особенно со стороны Чонгука. Серьёзно? Со стороны Чонгука? Тэхён опять чего-то не замечал, но заметила Суён. А Джин? Джин заметил? — То, как он смотрит на тебя, глаз не сводит, — продолжила девушка. — Как говорит о тебе, и что говорит. И с твоей стороны я замечала эти взгляды, но не так явно. Ким не знал, что на это сказать. Он мерил шагами комнату, запустив пальцы левой руки в волосы и кусая губы. Что сказать? Как ответить? Соврать? А если она и так знает правду? Блять… — Тэхён? Ты ответишь? Ким вздохнул и прочистил горло. — Да, Суён. Но только не «есть», а «было». Мы были просто любовниками без обязательств, отношений у нас не было. И все закончилось перед тем, как вы с ним начали встречаться. Это всё. Ким услышал, как Суён судорожно вздохнула, и тихий всхлип прошуршал в телефоне. — Суён, послушай. Для нас с ним это ничего не значит… Сука, как же больно и неприятно врать, но что он может сказать девушке? Что с ума сходит по её парню, пока встречается с её братом? Блять, надо уже разгребать этот бардак в жизни. — …Потому что именно Чонгук и закончил наши отношения. Он сам попросил меня, чтобы я познакомил вас, потому что ты ему очень понравилась. Так что тебе не о чем волноваться, Суён. И не надо об этом думать, всё у вас будет хорошо. Девушка тихо и нервно рассмеялась и всхлипнула пару раз. — Ничего уже не будет, Тэхён, — шепотом сказала Суён. — Чонгук бросил меня. Ким резко остановился и в ступоре застыл. — Что? — почти беззвучным шепотом. — Да, — шмыгнув носом сказала девушка. — На следующий день после моего дня рождения Чонгук приехал ко мне, привёз вещи, которые я забыла или оставила у него. Сказал, что нам надо расстаться, потому что он не чувствует того, что надо чувствовать для серьезных отношений. А когда я начала психовать и требовать все мне объяснить, то он разозлился и сказал, что есть человек, к которому он чувствует намного больше и сильнее. И я, почему-то, вспомнила о тебе и его реакциях и взглядах на тебя. А вы и правда были вместе… Тэхён почти не дышал и не знал, что сказать. Мысли разлетались, метались в голове, не могли сформироваться в слова. «Бросил?» «Есть человек?» Кто этот человек? Неужели Чонгук это сделал из-за него? И этот человек Тэхён? Сердце бешено застучало по ребрам, пальцы слегка задрожали. Ким нервно облизывал губы, слушая тихие всхлипы и сопение в трубке. — Суён… Я… Я здесь ни при чём. Между нами с Чоном сейчас действительно ничего нет. И я сам не понимаю, что происходит. — Это правда? — тихо спросила девушка. Блять, что на это ответить? Что может напрямую Ким и не забрал Чонгука у Суён, но может быть косвенно повлиял? А может это вообще другой человек? Что Тэхён знает вообще о жизни Чона? Как и раньше, практически ничего. Ким вздохнул, пытаясь успокоиться. — Послушай. Мы с Чоном о чувствах никогда не говорили, — «почти правда», — у нас была договоренность только на секс. И я не знаю, что творится у него в голове. Ты о его жизни знаешь больше, чем я. Здесь Тэхён почти не соврал. Но он не мог сказать Суён о том, что говорил ему Чонгук. И мысль о том, что младший не смог быть с Суён из-за него, внутри разливала что-то теплое и трепетное. Это правда происходит? — Тогда я не знаю, что и думать, — тихо сказала девушка. — Я переживаю, он мне очень нравится. Тэхён стиснул зубы. Он уж точно не тот человек, который хочет говорить о чувствах Суён к Чонгуку, потому что внутри ревность сжимает сердце. — Я понимаю, — выдыхает Ким. — Но правда ничего не могу сказать по этому поводу. Спустя несколько мгновений тишины Суён сказала: — А Джин знает? О вас с Чонгуком? Тэхён спиной оперся на стену и откинул голову. Сука, какой интересный разговор. Что ни вопрос, все ступор. А все потому что заврался сам себе. — Нет, Суён, он не знает. — Я так и думала. А не думаешь, что должен знать? — Не знаю. Зачем? Мы не говорили о наших бывших. — Но твой бывший мой парень, хотя тоже бывший, — всхлипнула девушка. — И они знакомы. Это как-то неправильно. — А что, если бы ты с самого начала всё знала тебе было бы легче? — фыркнул Тэхён. — Не знаю, — вздохнула Суён. — Наверное, нет. — Вот и я так думаю. — Но просто… Тэхён напрягся, предчувствуя ещё один пиздец какой интересный вопрос, и не ошибся. — А ты? Ты ничего не чувствуешь к Чонгуку? Ким затылком приложился к стене пару раз и зажмурил глаза. Вот уж точно с ней он свои чувства обсуждать не будет, несмотря на то, что она является участником их странного четырёхугольника. Сам разобраться не может, ни в себе, ни в Чонгуке, а тут она со своими вопросами, которые уже бесят и очень сильно напрягают. — Суён, я встречаюсь с твоим братом. И насчет нас с Чоном я тебе все объяснил. К чему эти вопросы? Слова сказаны, но ответа никакого не несут. Просто «вода» без смысла, констатация фактов. И по-другому не получится, если не открывать истинного положения вещей. — Я просто не хочу, чтобы Джину тоже было больно, — тихо, но более твердо сказала девушка. «Больно». Это слово описывает всю ситуацию. И больно будет всем, с этим ничего поделать нельзя. Тэхён дышал медленно, старался, чтобы его голос звучал спокойно. — Я тоже не хочу, чтобы Джину было больно, чтобы было больно хоть кому-то. И поверь, я уж точно не хочу причинять ему боль. И опять общие фразы, потому что пообещать Тэхён ничего не может. — Сокджин так привязан к тебе, ты ему очень нравишься. Мне кажется… Небольшая пауза, и Тэхён закричать хочет, громко крикнуть, чтобы она не смела этого говорить. Никаких слов на букву «Л», потому что Тэхён тоже не дурак (хотя бы в этом) и тоже все видит. И ему не нужны подтверждения, не нужны эти слова. Потому что есть слово «больно», и Джину будет больно, когда отвергнут его чувства. Ким уже открыл рот, чтобы перебить Суён и не дать закончить фразу, когда звучит звонок в дверь. Тэхён резко повернулся в сторону коридора и сглотнул. — Подожди, Суён. Мне в дверь звонят. Я должен открыть. Он идет в коридор и включает свет. — Это Чонгук? — громко звучит вопрос в трубке телефона. Сердце отбивает бешеный ритм. Этого не может быть… — С чего это должен быть он? — раздраженно спрашивает Ким и щелкает замками. Резко открывает дверь и застывает. Неожиданно… — Это мой друг, Юнги. Потом поговорим. Тэхён жмет на отбой, и смотрит на старшего. — Хм, привет. — Привет, мелкий, — фыркает Юнги и проходит в квартиру. Он скидывает ботинки и по-хозяйски скрывается в гостиной. Тэхён дернул бровью, рот приоткрылся от удивления. Он закрывает дверь, щелкнув замком, выключил свет и пошел за старшим. Юнги в гостиной уже с удобствами расположился на диване, опираясь спиной на подлокотник и, вытянув ноги, скрестил их в лодыжках. Серый пиджак от костюма-двойки был небрежно кинут на столик, Мин расслабил галстук, затем снял его и бросил к пиджаку. Тэхён подошел, чуть подвинул ноги старшего и сел с краю на другом конце дивана. Юнги провёл рукой по светлым волосам и вздохнул. — Только с работы, устал как собака. Сказал так, будто это что-то объясняет. Тэхён почесал бровь и усмехнулся. — Ясно. Может, чай, кофе? (да, он так же стоит на полочке в шкафчике на кухне). — Нет, не надо. Я хочу поговорить с тобой о Чонгуке. Захотелось нервно рассмеяться, потому что почему-то сегодня все хотят поговорить с ним о Чонгуке. Интересно, кто следующий? Тэхён облизал губы. Прищуренные глаза напротив как-то напрягали, так же как и серьезное лицо Мина. — И что конкретно о Чонгуке? — Так, начнем с того, что я все про вас знаю. Про ваши отношения. Он пришел ко мне во вторник с дня рождения Суён и был в полном раздрае. Ему нужно было с кем-то поговорить, и не удивительно, что это оказался я. Что вообще происходит, Тэхён? Ким быстро и удивленно моргает. Почему складывается ощущение, что его отчитывают? — А что происходит, Юнги? — Что происходит у вас с Чоном? — Какой сегодня это распространенный вопрос, — усмехается Тэхён. Юнги удивленно выгибает бровь, Ким отмахивается. — Неважно. У нас с Чоном был секс без обязательств четыре месяца, пока я не познакомил его с Суён, и они не начали встречаться. — И всё? — И всё, — кивает Тэ. — И больше за это время ничего не происходило? Ким раздраженно дернул плечами и сжал зубы. Они что, блять, сговорились сегодня все достать его этими вопросами? Уже сил нет это слышать, тем более он вообще не понимал цели прихода Мина. — Слушай, к чему эти вопросы? — Я хочу узнать, говорил ли Чонгук тебе о своих чувствах? — Чувствах? — усмехнулся Тэхён. — Скорее, о своих желаниях. Мин медленно кивнул, не сводя взгляда с Кима. — Он так и знал, что ты именно это и подумаешь. — Именно это? — фыркнул Тэхён. — А что ещё я должен был подумать? — А что бы ты подумал, если бы Джин тебе сказал, что он хочет быть с тобой? Такая знакомая фраза пустила мурашки по позвоночнику. Он помнил эти слова, их сказал ему Чонгук. И мог ли быть у них смысл, не связанный с сексом? — Юн, не надо их сравнивать. С Джином у нас отношения, а с Чонгуком был только секс. Да я о нем вообще ничего не знаю, несмотря на то, что мы трахались четыре месяца. Потому что мы действительно просто трахались. Не говорили, на свидания не ходили, фильм вместе посмотрели один раз, и всё. Что я должен был подумать? Мин смотрит на Тэхёна, но взгляд задумчивый, будто он не видит его, а глубоко находится в своих мыслях. Затем он моргает, взгляд проясняется и он кивает сам себе. — Ладно, раз не знаешь, то готовься слушать. Узнать хочешь? Юнги ждет ответа, а Тэхён в руке сжал край своей футболки. Хочет ли он? Этого же он хотел, разве нет? Да, именно этого. Он хочет знать хоть что-то, ему необходимо это. Поэтому он быстро кивает и смотрит с ожиданием на старшего. — У него есть мама и папа, он единственный ребенок. Его отец имеет небольшой бизнес, два небольших магазина детских вещей, игрушек и тому подобное. Два года назад, когда Чонгук заканчивал первый курс, у его мамы случился инсульт. Она восстановилась, но не полностью. Мимика левой стороны лица и левая рука ещё не полностью функционируют в нормальном ритме. В их магазинах работали мать, отец и родной брат матери. Но после инсульта она не могла работать. Ей необходим был уход и больше внимания. Хорошо, что у отца Чона есть знакомый в универе, и они смогли договориться о том, чтобы Чонгук не переводился на заочное обучение. Он иногда посещает важные лекции, зачеты и контрольные. Основную часть учебы берет домой, изучает сам. Так он смог помогать матери, пока она не смогла сама хорошо двигаться и говорить. Но работать ей тяжело, поэтому Чонгук помогает в магазинах, берет смены, чтобы дать выходные отцу и дяде. Сам заработал на свой BMW, мечтал о нем с детства. Улыбка скользнула по тонким губам Юнги, и Тэхён не смог сдержать ответную улыбку. Хотя то, что он уже слышал, точно не вызывает желания улыбаться. Ким боялся хоть слово упустить, впитывал как губка, стараясь лучше узнать и понять человека, с которым был близок четыре месяца, но приблизиться по-настоящему не смог. — Это ты узнал, где же работает наш Чонгук~и. Далее. Почему же такой примерный и ответственный сын с другой стороны является эгоистичным похуистом, который любит только секс и пиво? Причина банальная. В семнадцать лет он начал встречаться со своей одноклассницей. Первая любовь, все дела. Прекрасная парочка подростков, на которую охают и ахают все бабушки во дворе. Они планировали закончить школу, поступить в один университет и начать жить вместе. Все шло по плану, им по девятнадцать, школа закончена. Чонгук начал искать работу, чтобы на квартиру не только у родителей деньги брать, но и самому вложиться. А его девушка улетела отдыхать с родителями на две недели. Когда вернулась, то оказалось, что там она познакомилась с другим парнем, тоже из Сеула. На тот момент ему было двадцать пять лет. Имел долю в компании своего отца, впоследствии должен был стать ее владельцем. Красивый, богатый, успешный, со своей квартирой и машиной. А тут Чонгук, ещё даже не студент, да и не богат. И похуй на любовь, эта мелкая дрянь свалила к другому. Вот тогда Чона и накрыло. Сначала депрессия, а потом похуизм. Он решил, что чувства ему больше не нужны, секс на одну ночь это прекрасно, а главное безболезненно. Черствел, стал эгоистом, просто гулял, вот и всё. Пока пять месяцев назад не переспал с тобой и не решил завести постоянного партнера для секса. Юнги замолчал и продолжал смотреть на младшего. Тэхён же смотрел в одну точку на стене и не моргал. Было очень больно и обидно за Чонгука. И он стал более понятен теперь. Не всегда, но часто у людей есть причины быть такими, какие они есть, и вести себя так, как они себя ведут. И, видимо, у Чонгука такая причина есть. Вспомнился тот разговор, когда Чон говорил о том, что Джин выгодная партия, машина, квартира, не то, что он. Старая боль, видимо, всплыла внутри, и он подумал, что Тэхён не выберет его, менее богатого и успешного. Ким прикрыл глаза. Блять, внутри так больно стало, за Чонгука больно. — По лицу вижу, что ты до чего-то додумался, — тихо говорит Юнги, смотря на младшего. Тэхён переводит на него взгляд, смотрит растеряно. — Ты… Ты хочешь сказать, что у Чонгука ко мне…настоящие чувства? Мин смеётся тихо и качает головой. — Чонгук это уже сам сказал, и не раз. Когда сказал, что хочет быть с тобой, что ты для него лучше Суён. Или когда признался, что хочет убить Джина, потому что пиздец как ревнует. И хочет тебя, во всех смыслах. Если бы мне такое сказали, я бы понял. Но ты не слышал или понимал не так. Тэхён нервно рассмеялся и провел руками по волосам. В голове не укладывалось, что происходит такое безумие. Все запутались в чувствах и словах, видят и слышат не то и не так.  — К чему вообще все так завуалировано? Неужели прямо не сказать? Юнги становится серьезным и выглядит даже раздраженным. Он смотрит на Кима твердым взглядом, щелкает языком. — Чонгук был прав. Ты хоть и умница, но такой идиот. Скажи мне, Тэхён. А ты хоть раз говорил Чону о своих чувствах? Хоть одно слово? Ким приоткрывает рот, хлопает глазами, пытаясь вспомнить хоть что-то. Но… — Можешь не пытаться, — фыркает Мин, — не вспомнишь. Потому что ответ «нет». Ты начал встречаться с Джином, светился, как новогодняя елка. И только то, что ты отзываешься на близость, давало надежду Чонгуку, что ты хоть что-то чувствуешь к нему. Но ты продолжал отношения с Джином и в день рождения Суён подтвердил, что счастлив. И что ты прикажешь ему делать? Он отпустил тебя, несмотря на то, что отпускать не хотел. И я все это рассказываю, хотя также не понимаю, нужно это тебе или нет. — Нужно, — быстро кивает Ким, — очень нужно. Юнги усмехается, и щурит глаза. — Очень на это надеюсь. Я, конечно, знатных пиздюлей получу от Чонгука за то, что все это рассказал, но для меня важнее счастье моего мелкого, чем его недовольство. Поэтому, хватит тупить. К чему я вообще все это начал. Когда я услышал рассказ Чона, то подумал, что если ты что-то чувствуешь к нему, то есть только один человек, с которым ты это можешь обсудить. И это Чимин. А мы все прекрасно знаем, как он скептически и предвзято относится к Чонгуку. Он никогда бы не посоветовал тебе быть с ним. Поэтому я решил, что ты должен выслушать, так сказать, защиту двух сторон. Если тебе действительно хорошо с Сокджином, то будь с ним и будь счастлив. Но если внутри у тебя Чонгук, то реши уже эту проблему. Пусть он тоже это узнает. Тэхён накинулся на Юнги и сжал крепко в объятьях. Старший захрипел, что-то раздраженно пробубнил, но так же обнял, ладонями погладил по спине. — Спасибо, Юнги. — На здоровье, — рассмеялся Мин. — А теперь слезь с меня. Я предпочитаю, когда на мне лежат девушки. Тэхён рассмеялся в ответ, но поднялся и сел на диван. — Всё тебе надо на пошлость перевернуть. — А почему нет? — усмехнулся Юнги и подмигнул. — Я взрослый дядя и имею право. — Ну да, ну да, — фыркнул Тэхён. — Только не говори Чонгуку об этом разговоре, я сам хочу с ним поговорить. — Уж точно нет, — Мин поднимает ладони и смеётся. — Я хочу ещё пожить. Он слишком большой для мелкого, чтобы его не опасаться. Ким покачал головой и рассмеялся. — Ты прав, он очень сильный. Во всех смыслах. ______________________ — Джин, доброе утро. Не разбудил? Хотя по сонному и хриплому голосу и так слышно, что старший спал. — Медвежонок… У Тэхёна сжалось сердце от этого прозвища, потому что… Ну, не медвежонок он. Не смог им действительно стать. — Что-то случилось? — продолжил Джин. На этот вопрос не ответить так просто, поэтому Ким кусает губу и уходит от ответа. — Джин, я могу сейчас приехать к тебе? Тишина в трубке не была легкой. Не было ощущения, что Джин просто в ступоре от вопроса. Наоборот, ощущалась какая-то напряженность, будто старший ничего хорошего не ожидал от этого визита. — Конечно, можешь. Всё в порядке? — Да, нормально, — ответил Ким. — Просто хочу поговорить. И снова тишина, и снова Тэхён хмурится. Он просто на расстоянии ощущает нездоровую тревогу и напряжение Джина. Возможно, когда твой парень тебя избегает четыре дня, а потом звонит и говорит, что нужно поговорить, это действительно не навевает хороших мыслей. — Конечно, приезжай. Что за вопрос. Ты же знаешь, я всегда тебе рад, и всегда жду. Ким сжал в пальцах телефон, опустил трубку и громко выдохнул. Зачем Джин всегда говорит такие правильные слова? Почему он это делает? Как? И если раньше Тэхёну это безумно нравилось, то сейчас это вызывает только тоску и чувство вины. Тоску за Джина, потому что Тэ не тот, кто нужен старшему. И вину, потому что Тэхён не испытывает того, что ждет от него Джин. Первый восторг прошёл, и чувства перешли во что-то более дружеское. По-другому и быть не могло, раз внутри другой человек. — Я скоро буду.