Комочек тьмы

      Стоит Юнги скрыться в толпе, оставляя Тэхена одного, последний шумно выдыхает, мигом расслабляясь. Мало того, что фамильяр провозился с выбором одежды целых полтора часа, так он ещё и вылил на себя полфлакона духов, от чего Ким чихал и морщил нос всю дорогу. Он ещё какое-то время смотрит в толпу, на снующих туда-сюда студентов, и деловито поджимает губы. По правде говоря, он понятие не имеет с чего нужно начать. Ну подойти, познакомиться с кем-то. Может предложить выпить сока или ещё чего: он никогда в жизни подобное не делал и сейчас, просто так взять и приклеиться к кому-то кажется верхом идиотизма. Ох уж этот спор. Зачем он вообще его предложил? Ещё и сам. Хотел что-то доказать дурному зазнавшемуся «котяре»? В итоге сам с грохотом проваливается. Даже чувствует... уже видит дно этой ямы. — Привет, — раздается сбоку знакомый весёлый голос, — ты без Юнги?       Хосок оглядывается по сторонам, даже заглядывает Киму за спину, но пушистого черта не обнаруживает, зато едва не слезами выходящую из чужих глаз обреченность замечает практически мгновенно, отчего обеспокоенно смотрит в ответ. — У меня тут проблема, — лепечет Тэ, вцепляясь в плечи старосты пальцами, — я поспорил с Юнги. — Ты проспорил Юнги? — не слыша переспрашивает Джун. — Сочувствую. — Поспорил! — твёрдо поправляет Тэхен и быстро рассказывает суть спора. О том, что не хочется перед своим фамильяром выглядеть девственником и совершенно плевать, что он им является.       Хосок заливается смехом и по-дружески хлопает парня по плечу: — Что-то такого от вас можно было ждать. — А почему ты просто не подговоришь кого-то? Он же не смотрит за каждым твоим шагом, — вдруг выдаёт пёс, чем озадачивает юного тёмного мага, и сразу же ловит на себе недовольный взгляд своего хозяина, который скрещивает на груди руки. — Ну знаешь, — начинает он, — Юнги, конечно, не подарок, но обманывать его в споре — совсем гнилое дело. — Это ложь во спасение, — добавляет Джун. — Спасение чего? Репутации Тэхена? Его сладкой жизни после того, как он выиграет спор? — не унимается староста, продолжая спорить со своим фамильяром. — Ты не понимаешь, Хо, — Джун заостряет уши и тыкает солнечного парня носом в бедро. — Я считаю, что Юнги должен ответить за все проказы перед Тэхеном.       Тёмный маг протяжно мычит, кивая при этом головой, и смотрит на Чона, который недовольно морщится, что удивительно. На лице нет привычной улыбки. — Меня в это не впутывайте, — машет он рукой, — он и так не очень меня долюбливает, — и, развернувшись, уходит в толпу студентов, оставляя своего фамильяра вместе с Тэхеном.       У старосты ещё дел по горло и нет времени лишний раз прохлаждаться и веселиться, пытаясь разыграть несносного «котяру».       Джун провожает Хосока преданным взглядом и довольно машет хвостом, получив полную свободу действий. Он и не вспомнит, когда последний раз пытался развлекаться. Всегда серьёзный, в клане Ким, когда он был человеком, да и по сей день, шуткам и простому человеческому веселью в кругу друзей всегда было строгое и безоговорочное «нет». Наверное поэтому в детстве стоило ему впервые повстречаться с озорными глазками своего фамильяра, которого отец прогнал прочь, Джун так отчаянно за него ухватился. Хосок и по сей день является для него спасительным кругом; чудом, которое он едва не упустил в своей жизни, да и не упустит уже никогда — сам себе не простит обратное. — Ну так что там? — Тэхен приседает на корточки и смотрит в чёрные глаза добермана. — У тебя есть идея? — Есть, — заговорчески кивает Джун, — правда для неё кое-что понадобиться, а ещё немного твоих сил. — Моих сил? — удивляется парень. — Ты имеешь в виду тёмную магию? — Ким получает в ответ короткий кивок чёрной головы и задумывается. — Это не опасно, не переживай, — мигом успокаивает Тэхена фамильяр. — Если что-то случится, за все ответственность несёшь ты, — выдыхает тёмный маг, выпрямляя ноги и поднимаясь. — Ну не знаю с кого будет больший спрос: с тёмного мага с ядром или с фамильяра, у которого большая часть сил запечатана.       Тэхен фыркает, но ничего против не говорит. До дрожи хочется выиграть желание у Юнги, правда он даже ещё не думал, что именно хочет загадать. Может быть, это будет работа по дому. Взять, что ли, пушистого черта в рабство, пускай поиграет в домработницу месяцок-другой. Но пёс резко прерывает его мысли: — Уже придумал, что загадаешь? — ведёт одним чёрным ухом он и с неподдельным интересом смотрит на парня перед собой. — Месячная уборка по дому? — неуверенно выдаёт Тэхен, отчего странный огонёк заинтересованности в собачьих глазах гаснет. Хвост больше не дёргается из стороны в сторону, а уши, стоящие колом всегда, кажется, сейчас утеряют свою форму. — Забудь, — отплевывается Джун, — твою девственность ничем не скрыть. Даже выигранным спором. — Ну а ты что предложишь? — недовольно тот скрещивает руки на груди и хмурится, краем глаза смотря на закуски на столе. — У тебя по дому ходит вредный полуголый парень по вечерам, а ты думаешь об уборке? Я бы думал о его сочных ляжках на своих плечах, — кивает пёс. — Черт, — протягивает парень и кривится, — и подумать не мог, что ты такой извращенец, Джун. — Да брось, мы ведь в одной лодке, — он поднимает лапу и не сильно шлепает парня по колену, проезжаясь внушительными когтями. — Ты думаешь Хо по вечерам выглядит иначе? — Ты же сейчас пёс! Сколько лет ты уже в его шкуре? — Не забывай, что моё проклятие из-за нарушенного табу и работает оно иначе. Раз в месяц на три часа я могу становиться человеком, — раскрывает Джун свою тайну перед Тэхеном.       На самом деле, после того, что Хосок рассказал тёмному магу и Юнги о их общем прошлом, эта тайна не самая страшная. Да и вообще не имеет какого-то веса. Но все-таки это его секрет как фамильяра. Они ведь, вроде, теперь друзья, а друзья могут доверять друг другу. — Это получается, что ты как оборотень, только наоборот? — Вроде того, — соглашается Джун и видит замешательство на чужом лице, потом замечает красные щеки и, кажется, слышит треск наивности в чужой непорочной душе. — Так эти три часа вы... — он проглатывает комок в горле и поджимает плечи. — О, он расплачивается за все мои потрепанные нервы, — согласно кивает фамильяр. Раньше ему никогда не удавалось поговорить с кем-то вот так о подобных вещах. С Хосоком обсуждать такое не всегда правильно, а тут он ещё и помогает подтолкнуть, наконец, тёмного мага на верный путь и наладить личную жизнь. — Вот ведь черт, — мотает головой из стороны в сторону Тэхен, — я никогда не думал о Юнги в таком плане. — Рассказывай тут небылицы, — давит сарказмом фамильяр, — передо мной можешь не прикидываться. Я видел эти коротенькие шортики. — Ты ещё и пялился на его ляжки? — восклицает Тэхен. — Больно надо, — отфыркивается Джун, — у меня есть на чьи ляжки пялиться. Просто это сложно было не заметить. — Да ты, оказывается, то ещё трепло, — поджимает губы тёмный маг, а сам думает, что нужно купить Юнги шорты подлиннее и просить надевать, когда приходят гости, в частности Джун. У старшего Кима до невероятного бурно развита фантазия. Тэхен даже мысленно жалеет Хосока в те три часа каждого месяца, когда ему приходится отдуваться за все остальное время. Наверняка это ходячие порно-пособие спуску не даёт бедному пареньку. — Так что не подведи меня, — Джун снова довольно виляет хвостом, а Тэхену слишком непривычно видеть этого молчаливого, всегда серьёзного пса таким возбужденным. — Обдумывай свое желание с особым усердием, потому что вряд ли тебе выпадет ещё такой шанс. Юнги не из тех, кто дважды наступает на одни и те же грабли.       Тэхен не может не согласиться со словами фамильяра. Если ему удастся выиграть спор, то ещё один, без чёткой уверенности в своей победе, Юнги наверняка больше не затеет. — Ладно, — соглашается младший, — рассказывай уже, что у тебя там.