Уголь

      Настасья отрешено смотрела в окно. Завывала метель. Старые стены яслей были расписаны черными силуэтами людей, объятых ярко-алыми языками пламени. Дети громко галдели, сидя полукругом около металлической печи, которая по своей форме напоминала пасть какого-то сказочного чудовища. Когда-то давно она отапливала весь этот огромный дом, до того, как его переоборудовали под детский сад. Теперь же эта печь служила декорацией для детских игр. - Здравствуйте, дети! – зычный голос мужчины заставил девушку вздрогнуть и обернуться.       Дети притихли, посмотрели на пришедшего воспитателя и нестройно поздоровались в ответ. Игорь Константинович, крепкий, широкоплечий мужчина, немного неловко поправил крохотные очки на носу. Девушка тепло заулыбалась и протянула руки в его сторону. - Замучили они тебя тут? – с легкой усмешкой спросил, осторожно перешагивая через железную дорогу и подходя ближе к нянечке. - Да нет, они славные детки, - обняв старика, добродушно ответила. - Это хорошо.       Анастасия кивнула и бросила быстрый взгляд в сторону внимательно наблюдавших за ними малышей. - Только вот им не понравилось то, как я читаю, - девушка неловко улыбнулась и пожала плечами, - хотят, чтобы им почитал ты.       Игорь удивленно вскинул брови и посмотрел на своих подопечных. Ребятишки уверенно, почти одновременно кивнули. Не смотря на то, что им всем было по четыре года, частенько они вели себя совсем не как дети, ведь взрослеть здесь приходилось рано. Воспитатель вздохнул и кивнул. - Хорошо, какую сказку вы хотите послушать сегодня? - Об углях! – бойко вякнул один из мальчишек.       Игорь в очередной раз удивился и с недоумением посмотрел на Настю. Как можно было испортить эту простенькую сказку, которую каждый чуть ли не наизусть знает? Девушка в ответ лишь скривилась и дернула плечами. Константинович вздохнул, взял с подоконника старую книжку и прошел в полукруг детей. Он осторожно сел в центр, постоянно поглядывая по сторонам, чтобы случайно не придавить кого-то из малышей. - Итак, мои маленькие лучики, сегодня я поведаю вам об Углях. Это сказ о великих детях солнца, что одним своим прикосновением могут плавить металл, а дыханием растапливать многолетние льды. Когда-то, много лет назад…       Настя помрачнела. Она на дух не переносила эти сказки. Во многом из-за того, что сама была Углем. И от сказочного образа объятых пламенем божьих посланников Угли были очень и очень далеки. Они были обычными людьми с обычными жизнями, но имели одну не самую приятную способность - поджигать вещи одним лишь взглядом. - … И вот явился он, сияющий, объятый пламенем…       Девушка закрыла глаза. Наверняка бедолага из этой легенды просто решил сжечь себя. Ведь быть Углем среди обычных людей не было чем-то из приятных. Все думают, что ты владеешь невероятной силой и чуть ли не повелеваешь жизнью и смертью, но ты самый обычный человек, который просто может разжигать печь, не доставая спичек. - … А там, где ступал Уголь, расцветали древние цветы…       Самое смешное было в том, что в эту сказку верили взрослые. Взрослые, которым даже если покажешь все, на что способен, никогда не поверят в то, что ты почти такой же как они. По этой причине приходилось скрываться. Родители прятали своих детей лет до семи, под разными предлогами, только чтобы их крошку никто не забрал. Настя сама проходила через это. Через завязанные глаза и огромную бабушкину шапку, натянутую до носа. Через нелепые отговорки родителей, через страх, что кто-то узнает. Через страшные ожоги, которые приходилось прятать всю свою жизнь. - Ну, как вам сказка, детки?       Настя заставила себя открыть глаза и посмотреть на детей. Конечно же, те были просто в восторге и шумно обсуждали подвиги какого-то безымянного Угля. Игорь с легкой улыбкой посмотрел на Настю и девушка заставила себя улыбнуться ему в ответ.

***

- Настасья, ты слишком строга к ним! – полушепотом, широко улыбаясь, сказал воспитатель, осторожно поправляя одеяло на заснувшем ребенке. - Они умнее, чем кажутся, - вздохнув, прошептала девушка, задергивая плотные шторы в комнате. - Им всего по четыре года.       Няня злобно зыркнула в сторону мужчины и, пренебрежительно фыркнув, вышла из спальни. Когда ей было четыре, она уже точно понимала, как нужно себя вести. Ей приходилось понимать это. Она даже в каком-то смысле завидовала, ведь этим детям жилось куда легче, чем ей. И они, имея все, смели мечтать стать такими же, как Угли из сказок. Мечтать, даже не зная о том, как это трудно. Им можно было спокойно злиться, радоваться, общаться со сверстниками, и становилось до боли обидно от этого. Теперь девушка начинала понимать, почему некоторые из Углей заканчивали жизнь самоубийством. Ты один. И тебе очень повезет, если ты встретишь кого-то как ты. Или хотя бы того, кто сможет принять тебя полностью. - Насть, пойдем чай пить?       Девушка медленно выдохнула, успокаиваясь. Держать в себе эту тайну становилось с каждым днем все невыносимее. Особенно, находясь рядом со своим лучшим другом. Ей вдруг пришла в голову совершенно глупая мысль. Все рассказать. Игорь же умный, наверняка поймет её. Наверняка, он примет её. - Пойдем. Я как раз тебе хочу кое-что рассказать.

***

      Воспитатель с изумлением глядел на то, как керосиновая лампа сама по себе то зажигалась, то гасла. - Настя… Так ты правда… - с трепетным восхищением прошептал Игорь. Девушка погасила огонь и развернулась к мужчине. - Да. И что ты…- девушка замялась и нахмурилась, - И что ты скажешь на это?       Она с вызовом посмотрела на коллегу. Внутри все начинало сжиматься. Она вдруг осознавала всю глупость своей затеи. Но было слишком поздно, чтобы что-то исправить. - Я… Я даже не знаю что сказать… У меня столько вопросов… Я растерян. Анастасия нахмурилась, морально подготавливаясь к тому, что сейчас может произойти. - И какие же у тебя вопросы? - Ну… Ты можешь что-то еще?       Девушка замерла и нервно усмехнулась. Игорь тоже неловко улыбнулся и отвел взгляд в сторону, поправляя очки на носу. - Нет? - А как же пламя, дыхание… А как же послание небес? Дар жизни и… - Это все сказки, - грубо перебила его девушка. – Мы не боги из легенд. Я ведь уже пыталась тебе это объяснить, но… - няня поморщилась и отмахнулась. – Забудь.       В подсобке повисло неуютное молчание. Настя резко встала из-за стола, пряча руки в карманы кожаных штанов. - Только попробуй кому-то что-то сказать, - девушка строго посмотрела на собеседника. – Заживо сожгу. - Я и не собирался говорить, - мужчина поднялся следом за девушкой. – Послушай, я… Я просто удивлен. Для меня… Очень важно это.       Девушка с недоверием посмотрела на воспитателя, и неуверенно кивнула. Игорь неловко улыбнулся и развел руки в стороны. Настасья едва улыбнулась, подошла и крепко обняла мужчину. Ей вдруг стало так легко и спокойно. Игорь-то точно её не выдаст. Зря она так к нему. Он же такой большой и хороший, как же он может сделать что-то плохое.

***

      Он же такой большой и хороший. Анастасия испуганно глядела на тела, от которых все еще шел пар. Прорвало трубу с кипятком. Трое погибли. Игорь, двое мужчин и одна молодая девушка. Раздался чей-то отчаянный вопль. Девушка поморщилась, натянула на голову капюшон и поспешила уйти подальше. Он же такой большой и хороший, почему именно он? Где-то далеко завывала сирена скорой помощи. Возможно, кто-то из этих троих и выжил, но не Игорь. Она чувствовала это кожей.

***

      Настасья Павловна снова напивалась в очередной раз в своем любимом баре. Ей было уже под тридцать, она работала воспитательницей в детском саду по будням, а с вечера пятницы до вечера воскресенья она превращалась в алкоголичку. Эти выходные могли бы стать самыми обычными, если бы не мальчик с гитарой на сцене. В этой дыре редко кто когда выступал, и появление музыканта удивило посетителей. - Всем доброго вечера, я… Кхм, простите… Хах… Это мое первое выступление. Немного волнуюсь, - юноша немного неловко поправил гитару на плече и широко улыбнулся.       Настасья внимательно посмотрела на мальчика. Что-то было в нем такое теплое, знакомое и искреннее, что заставило девушку улыбнуться. Он ударил по струнам гитары, и бар заполнила приятная мелодия. Немного помявшись, мальчик начал петь. «Гори-гори дом, гори моя душа Гори-гори мой район, некуда убежать…»       И замер весь бар. Что-то было в этой песне. Что-то, что зацепило прямо за душу каждого из присутствующих. Настасья вдруг почувствовала щемящую боль в груди. Перед глазами поплыли воспоминания о тех временах, когда Игорь был еще жив.

***

- Что ты рисуешь?       Девушка мягко обняла Игоря со спины, заглядывая через плечо в альбом. Мужчина отложил кисть в сторону и задумался, внимательно рассматривая черные силуэты в окружения ярко-алых языков пламени. - Углей. - Углей? – она насупилась и тихо фыркнула. – Зачем? - Хочу разрисовать комнату в саду. Дети любят эту сказку. - Рисунок красивый, а сказка дурацкая,- тихо буркнула девушка.       Игорь усмехнулся и мягко погладил подругу по растрепанным волосам. - Не ворчи. Хочешь, я в твоей комнате тоже нарисую твою любимую сказку?       Девушка задумалась, переставая хмуриться. Желание ворчать мгновенно улетучилось. Она вдруг осознала, что никогда не любила сказок, но сознаваться в этом другу почему-то не хотелось. Все же Игорь, несмотря на то, что был крупным мужчиной, в душе был ранимым, хрупким мальчиком. Вдруг еще обидится. - Нарисуй свою любимую сказку тогда, - девушка мягко улыбнулась и поцеловала мужчину в висок. - Сказку про Углей? – он усмехнулся.       Настасья шумно вздохнула, закатывая глаза. - Хорошо. Нарисуй Углей. Только без красной краски.

***

«…Значит нужно жечь, не жалеть Этот край Список кар покажет ветхий завет Выбирай…»       Вернувшись к реальности, женщина аккуратно вытерла выступившие слезы и слезла с барного стула. Дрожащими руками она расплатилась с барменом и чуть ли не бегом вышла на улицу. Глаза жгло. Хотелось плакать и кричать. Хотя, кричать ей, конечно, хотелось больше. Натянув капюшон почти до глаз, воспитательница быстрым шагом пошла в сторону дома.       На улицах было много людей. Все возвращались домой, к своим семьям. Туда, где они ненадолго могли бы снова стать собой. И Настасья всей душой завидовала этим людям. Ей нельзя было показать себя даже дома. Задумавшись о своей нелегкой судьбе, Настасья даже не заметила, как свернула на одну из многолюдных улиц. Вдруг с ней столкнулся мальчик с кипой листовок. - Ой, простите, - тихо пискнул ребенок.       Настя остановилась и внимательно посмотрела на ребенка. Тот было собрался уходить, но Павловна схватила его за рукав, заставляя остановиться. - Что раздаешь? - А? Держите, взгляните.       Он отдал ей листовку и тут же побежал дальше по своим делам. Уголь уставилась на бумажку с ярко-красной надписью на белом фоне. «Дом для тех, чье сердце объято пламенем,» - полушепотом прочитала женщина. Хмыкнув, она посмотрела на адрес. Что-то внутри ей подсказывало, что нужно сходить, посмотреть, что же там такое. Это событие вызвало у неё смутное чувство дежавю.

***

      Мальчишка, листовка, та же шумная улица. - Нужно сходить, посмотреть, - зевая, сказал Игорь, рассматривая афишу. - О чем ты? – спросила Настасья, ненадолго высовывая нос из воротника куртки. - Южные певцы устроили конкурс «Для тех, чье сердце живет искусством».       Девушка пренебрежительно фыркнула. У них вряд ли найдется кто-то, кто будет готов публично показать то, на что он способен. - Бред. Какое еще искусство… У нас разве что ты и можешь показать свои работы, Игорь.       Мужчина изумленно посмотрел на Настасью и всплеснул руками. - Насть, ну ты чего. Надо сходить. Пойдешь со мной. - Зачем? – девушка поморщилась. - Поддержать ребят. Показать, что они нужны кому-то.       Девушка вздохнула и нехотя кивнула. - Хорошо, но только ради тебя.

***

      Вновь погрузившись в воспоминания, девушка совсем не заметила, как дошла до указанного на листовке адреса. Настасья осторожно постучала костяшками пальцев по двери, на которой был нарисован черной краской кривой человечек. С той стороны послышались чьи-то тяжелые шаги. Дверь едва приоткрылась и из-за неё выглянула крепкого вида женщина с темно-карими глазами. - Здравствуйте, я пришла по объявлению, - Настя показала на бумажку в руке и слабо улыбнулась.       Женщина обернулась куда-то за спину, что-то неразборчиво шикнула в темноту за своей спиной и повернулась обратно к гостье. - Здравствуй. Смотри, - женщина достала из кармана надломанную спичку. – Сможешь поджечь?       Кареглазая прищурилась, внимательно наблюдая за реакцией. Настасья удивленно вскинула брови и протянула руку к спичке. Женщина тут же отдернула руку назад. - Не-а. Без рук. - Что? – Настасья с глуповатым выражением лица осмотрелась по сторонам. Улица оказалась совершенно пустой. – Вы в своем уме? – она ненадолго замолчала, обдумывая все услышанное, и продолжила шепотом – А если кто-то увидит?       Женщина слабо усмехнулась. - Никто не увидит. Не бойся. Можешь в доме поджечь, раз так боишься.       Хозяйка дома раскрыла дверь шире, пропуская гостью в дом. Настя снова осмотрелась по сторонам и зашла в помещение. Прихожую едва освещали свечи. Пахло воском и ладаном, а еще чем-то южным и уютным. Кареглазая женщина закрыла дверь и снова показала спичку Насте. Та, недолго поколебавшись, взглянула на спичку и та мгновенно вспыхнула, разгораясь. Женщина удовлетворенно кивнула и одним быстрым взглядом погасила спичку. - Меня зовут Ольга, - она протянула массивную руку воспитательнице. - Настасья, рада познакомиться - девушка тепло улыбнулась и едва пожала огромную ладонь женщины. – Я впервые вижу другого Угля вживую.       Ольга задорно гоготнула и хлопнула новую знакомую по плечу. - Ну, теперь ты будешь видеть чаще, уверяю тебя. - Что это за место? - Место? А… Точно. Я решила организовать что-то вроде клуба анонимных алкоголиков, только для Углей. Мы с друзьями решили помочь другим ребятам найти друг друга. Вот только недавно собрались с силами. Мы ведь… Понимаем, что кому-то могло повезти меньше, чем нам.

***

      Воспитательнице Настасье Павловне уже тридцать. За два года в её жизни многое переменилось. - Настя!       Во-первых, она нашла друзей. Женщина выглянула из кухни в коридор. - Что такое, Оль? - Ну, иди сюда.       Во-вторых, она бросила пить. Настасья шумно вздохнула, вытирая мокрые руки о передник, и вышла к своей сожительнице. Ольга стояла напротив календаря и аккуратно красным спиртовым маркером обводила сегодняшнее число. - Что такое? - Смотри, – женщина широко улыбнулась, показывая на лист, - Знаешь, какой сегодня день?       Настя выдохнула, понимая, что теперь весь календарь теперь испорчен маркером, и она надолго запомнит сегодняшнее число. - Двадцать первое. И что дальше? - И то, лучик мой. Сегодня два года, как мы знакомы.       Воспитательница удивленно посмотрела сначала на календарь, а затем и на свою боевую подругу. Уже два года. Два года, как Настасья полностью приняла себя как Угля. Два года, как она могла не бояться быть такой, какая она есть, и могла полностью открываться людям. Два года новой, счастливой жизни. Время летело безумно быстро. Казалось, что девушка только вчера первый раз рассказала Игорю о том, что она Уголь. - Уже? – Настя едва улыбнулась и неловко приобняла Олю за плечи. – Хочешь, я приготовлю твои любимые булочки, по такому случаю?