Always Unsuspecting

Чонгук медленно поднялся с земли и начал отряхивать штаны от пыли и грязи, выдыхая воздух изо рта. Он устремил свой взгляд на фасад мавзолея и заметил имя «Лучано Лемер», выгравированное на каменной табличке над дверным проемом. Чонгук развернулся и побежал к Сокджину, когда тот уже собирался заходить в замок. — Джин, подожди, — окликнул Чонгук. — Что такое? — Сокджин остановился, но даже не взглянул на младшего. — Лучано Лемер был последним вожаком стаи, — Чонгук схватил Джина за плечи и резко развернул лицом к себе, — Джекер Лемер… — О Боже, я идиот, — пробормотал Сокджин, запустив пальцы в волосы, расстроенный тем, что не мог догадаться об этом раньше. — Он был двоюродным братом Джекера, — сказал Намджун, открывая дверь, от чего Джин и Чонгук испугались и отскочили назад. — Двоюродный брат? — Сокджин бросил на Намджуна взгляд, полный отвращения. — Ты шутишь? — Мне необходимо видеть вас двоих в своем кабинете, — попросил Намджун и развернулся на пятках, и ушел обратно внутрь замка. Сокджин переглянулся с Чонгуком, а после старший зашел в замок, младший последовал за ним и шел почти дыша в затылок, когда они проходили по коридору, Чонгук все еще чувствовал вкус губ Джина на своих губах. Войдя в кабинет они увидели, что Нони сидела на диване, Джин устроился на краю дивана, которое было ближе к двери, а Чонгук плюхнулся рядом, оказываясь посередине между Нони и Джином, он развернулся и посмотрел на Нони, ее глаза были прикованы к нему, пристально изучая. Нони перевела взгляд на Сокджина, рассмотрела его и повернула голову обратно к Чонгуку, уголки ее губ поднялись вверх, образуя улыбку. Она узнала о поцелуе? — Я был причиной того, почему Джекера выгнали из стаи. Ему не понравилось, что его двоюродный брат выбрал меня в качестве следующего вожака. Тогда Джекер начал промышлять какие-то свои дела, без моего согласия или решения стаи, — Намджун сел в кресло и повернулся к ним. — Это не секрет, Сокджин, все это произошло до того, как ты стал жить с нами. — Я не знал, — Джин чувствовал себя придурком. Он никогда по-настоящему не интересовался историей стаи или о том, кто чем руководит. Все, о чем он когда-либо заботился — это тренировки и жажда мести. — Поездка к Юнги, была глупой тратой времени. — Если бы ты покопался в файлах Юнги немного глубже, ты бы понял одну вещь, которую я не хотел, чтобы ты знал, — проговорил Намджун и после этих слов Джин посмотрел на него в замешательстве. — Эрика усыновили, он был приемным. — О чем, черт возьми, ты говоришь? — Сокджин встал, глядя на Намджуна сверху вниз. — Он был сыном Лучано… — Нет! — возразил Сокджин, он сжимал кулаки и был готов ударить Намджуна, чтобы хоть так вбить в него немного здравого смысла. — Ты врешь! — Лучано не знал, что у него есть сын, и его мать чувствовала, что если ребенок будет воспитываться в стае рядом с Джекером, то это плохо повлияет на него, поэтому твои родители усыновил Эрика. Каким-то образом Джекер убедил его, что все это было каким-то заговором, чтобы удержать Эрика от семейных богатств. Ещё и заверил, что они будут править стаей вместе, а твои родители всегда были врагами для него, — Намджун глубоко вздохнул. — И ты тоже враг. — Почему ты не рассказал мне об этом раньше? — Сокджин выглядел так, словно был на грани. Он был близок к тому, чтобы потерять Намджуна. Потерять доверие к Намджуну окончательно. — Не рассказывал, потому что твой отец просил сохранить это в секрете, — Намджун опустил глаза и смотрел в пол. — Он также попросил, что, если с ним что-нибудь случится, взять тебя к себе. — Отлично, — прорычал Сокджин, он хотел схватить Намджуна, но сдерживался изо всех сил. — В тот день, нас кто-то предупредил, что Джекер убил твоих родителей, и если мы не найдем тебя к утру, то ты будешь уже мертв. Теперь мы знаем, что этот кто-то был отцом Чонгука. — Ты думаешь, это хороший день, чтобы снять с себя ответственность? Или зачем ты рассказал об этом сейчас? — Сокджин не сводил глаз с Намджуна. — Я думал об этом после того, как ты ушел, — признался Намджун. — Ты часть моей семьи, я подумал, что будет лучше, если ты узнаешь эту историю от меня. — Тогда получается, что Эрик не был Ониксом, — отметил Чонгук. — Нет, он не Оникс, — Намджун посмотрел на Чонгука, а затем вновь на Сокджина. — Я думаю, что единственная причина, по которой Джекер так сильно хочет убить тебя, заключается в том, что он не смог сделать этого в первый раз. Тогда его стая засомневалась в его лидерских способностях. Не думаю, что он рассчитывал на то, что ты будешь таким хорошим бойцом. — Дальше, я собираюсь выяснить, как мы с Джекером были разлучены при рождении, — проговорил Сокджин, и Чонгук засмеялся. Все уставились на младшего, от чего тот закашлялся. Намджун обратил свое внимание на Чонгука. — Твой отец упоминал пророчество об Ониксе, который может уничтожить всех оборотней, но он не вдавался в подробности. — Нам важно выяснить, что говорится в пророчестве, — сообщила Нони. — Это может помочь разобраться в одержимости Джекера. — Как мы это выясним? — спросил Чонгук, удобнее устраиваясь на диване. — Пророк все еще жива, она живет в Японии, — Намджун бросил папку на стол перед Сокджином. — Я подумал, что тебе будет интересно прочитать это, да и окажу огромную честь, отправив тебя в Японию. Сокджин взял папку в руки, открыл и начал рассматривать содержимое, там была фотография пожилой японки вперемешку с какими-то бумагами. — Я тоже хочу поехать, — подал голос Чонгук, и Джин уставился на него. —Нет, — четко сказал Сокджин, качая головой, — точно нет. — Я не с тобой разговаривал, — возразил Чонгук и посмотрел на Намджуна. — Она попросила Чонгука прийти, но я не хотел отправлять его одного, — объяснил Намджун. — Ну, конечно, — Сокджин недовольно вздохнул. Чонгук бросил на него злобный взгляд. — Ваш рейс будет в 6 утра, — Намджун положил перед ними два билета на самолет. — Она встретится с вами в отеле позже тем же вечером.

***

В половине второго ночи Чонгук плюхнулся на ступеньки, не в силах заснуть из-за всего происходящего, то, что произошло ранее, всю ночь крутилось у него в голове… Сокджин поцеловал его в ответ. Он надеялся встретиться со старшим, так как обычно Джин гулял каждую ночь примерно в это время. Чонгук знал, что старший не захочет говорить об этом, но все же, сидел на ступеньках и ждал. Он повернулся, прислонился спиной к стене и положил ноги на перила, прокручивая сценарии того, как все это будет происходить и что именно он должен сказать. Прождав около пятнадцать минут, Чонгук увидел, как дверь Джина открывается и он выходит из комнаты, и начинает спускаться по лестнице вниз. Старший остановился на половине своего пути, внизу, в конце ступенек сидел Чонгук. — Ты должен уже спать, — сказал наставление Сокджин, а затем продолжил спускаться по лестнице, переступая через Чонгука, ведя себя так, как будто ничего не произошло ранее. Чонгук некоторое время пристально смотрел на него, теряя самообладание, он хотел что-то сказать, но вместо этого сдержался, встал и прошел на кухню. Сокджин выглядел растерянным, но направился на кухню за Чонгуком. Зайдя на кухню Джин наблюдал такую картину, как Чонгук открывает банку с газировкой. — Ты собираешься игнорировать меня? — спросил Сокджин, стараясь не выглядеть очень обеспокоенным. — Нет, — сказал Чонгук, садясь за стол. — Ну, тебе явно есть что сказать, — подтолкнул к разговору Сокджин. — Нет, — Чонгук посмотрел в сторону окна, громко прихлебывая напиток. — Совсем ничего? — Сокджин поднял брови в удивлении. — Совсем, — пожал плечами Чонгук. — Но, очевидно, ты хочешь, чтобы я что-то сказал, — он посмотрел на старшего, ожидая. — Ну, я думаю, мы должны, по крайней мере, поговорить об этом раньше, прежде чем мы застрянем на 15-часовом рейсе… — Это глупая ошибка, больше не повторится, — ляпнул Чонгук. — Ошибка? — Джин никак не ожидал такого ответа. — Ага, — Чонгук начал кусать свои губы и ковырять язычок на крышке банки, слишком сильно сосредоточившись на этом. — Хорошо… — Сокджин был несколько разочарован. — Значит, у нас все хорошо? — Да, — Чонгук на самом деле не имел этого в виду, но он не собирался раскрываться, чтобы услышать, как Сокджин говорит ему, что это неправильно. Он посмотрел на Джина, прислонившегося к стойке и вспомнил как хорошо было ощущать эти губы на своих губах. Он должен убраться отсюда, или он потеряет его. Он быстро пробормотал, — увидимся завтра, — встал, и поспешил выйти из кухни, оставив жестяную банку на столе. Ошибка? Сокджин не знал, почему его так сильно задело, что Чонгук назвал это ошибкой. Ну да, на самом деле он так старался не признаваться в этом самому себе, но… ему нравился Чонгук, и не просто как брат или друг… гораздо больше. Этот поцелуй заставил его почувствовать себя живым, как будто часть его, о которой он никогда не знал, внезапно проснулась. Неужели Чонгук действительно думал, что это была ошибка? Джин думал, что младший был влюблен в него в течение многих лет, ведь все говорили об этом. Он чувствовал это от него каждый раз, когда стоял рядом с Чонгуком. Так почему же он сказал, что это была ошибка? Сокджин обнаружил, что стоит у двери младшего, он должен был знать, действительно ли Чонгук имел в виду то, что сказал. Он простоял там секунд тридцать и подняв руку, чтобы постучать в дверь, но опустил ее. Джин прислонился лбом к двери. Отпусти ситуацию. Он успокаивал сам себя. Джин, просто переживи завтрашний день, узнай все, что тебе нужно знать от этого пророка, и двигайся дальше. Собравшись с мыслями он развернулся и пошел к себе в комнату. По другую сторону двери голова Чонгука лежала на деревянной панели, он знал, что Сокджин был с другой стороны двери, и удивлялся, почему старший просто не постучал. Глубоко вздохнув, он вернулся к кровати и лег. Сокджин был такой сложной загадкой.

***

Чонгук положил свою ручную кладь в верхний отсек самолета, который располагался у него над головой, а затем опустился на сиденье рядом с Сокджином, который просматривал статью в журнале о путешествиях. Чонгук пристально посмотрел на старшего, он хотел бы, чтобы Джин не беспокоился обо всем, что между ними. — Что? — Сокджин чувствовал на себе взгляд младшего, который прожигает его насквозь. Чонгук все утро спорил сам с собой о том, хочет ли он что-то сказать Сокджину о поцелуе, что-то большее, чем ложь, которую он сказал прошлой ночью, он не считал это случайностью или ошибкой. Джин посмотрел на него, и он снова потерял самообладание. — Ничего, — Чонгук схватил свой телефон и начал играть в игру. Сокджин оторвал взгляд от журнала и наблюдал за ним несколько секунд, прежде чем вернуться к чтению вновь. Просто скажи ему, что ты не это имел в виду, просто скажи это. Не похоже, что с тобой что-то случится, если ты это сделаешь. В течение пяти минут Чонгук жалел, что влюбился в Сокджина, он вздохнул про себя и откинул голову назад, решив забыть об этом и вздремнуть.

***

Намджун забронировал для них гостиницу. Чонгук мог видеть центр Осаки из их окна, множество огней, которые составляли городской пейзаж и вводили его в транс. Он видел такие зрелища на компьютере и по телевизору, но наблюдение за всем вблизи и лично внушало благоговейный трепет. Огоньки простирались на весь горизонт, каждое здание освещалось великолепием мегаполиса. Сокджин поставил свой чемодан и присоединился к Чонгуку разглядывать город. Это был первый раз, когда кто-либо из них был в Японии, и второй раз, когда Чонгук был за пределами страны, если можно считать сбор образцов трав в Канаде как таковой. Сокджин посмотрел на часы, у них было около часа, прежде чем будет встреча с пророком. Что делать целый час? — Сокджин? — позвал Чонгук. — Да? — отозвался Сокджин, не отрывая глаз от горизонта. Чонгуку было бы легче сказать это, если бы Джин не заглядывал ему в душу. — Я соврал тебе, — он быстро переключил свое внимание на горизонт снаружи, полагая, что Джин может посмотреть на него сейчас. — По поводу чего? — Сокджин посмотрел на Чонгука. — Я действительно не считаю, что это была ошибка, — протараторил Чонгук. Он бросил быстрый взгляд на Джина, ожидая, что старший что-то скажет, но Сокджин просто не сводил с него глаз, казалось, целую вечность. — Я знаю, — наконец ответил Джин в своей обычной небрежной манере. Чонгук озадаченно посмотрел на него, — ты знаешь? — Да, знаю, — он слегка улыбнулся. Он подошел к двери ванной, — я приму душ, пока пророк не пришла. — Хорошо, — Чонгук запнулся. Чонгук наблюдал, как Сокджин пошел в ванную. Он глубоко вздохнул, чуть не рухнув на стеклянную дверь. Он всегда так поступает, какого хрена? Бросает эту чертову бомбу и потом идет делать что-то не связанное с тем, о чем мы говорили, как будто в этом нет ничего особенного. Гаденыш. Тем не менее Чонгук сумел улыбнуться, пытаясь осмыслить то, что только что произошло.

***

Время близилось к семи вечера, а дама уже опаздывала на полчаса. Чонгук расхаживал перед окном назад и вперед, нервничая, ему было скучно и интересно, где, черт побери, она была и почему Сокджин так долго проверял прихожую. Сокджин вытащил свой телефон, он собирался уже позвонить Намджуну, но в дверь раздался стук и он переключил свое на входную дверь. — Дождались наконец, — проворчал Чонгук, и Сокджин бросил на него взгляд, который говорил ему «веди себя хорошо». Сокджин поправил галстук и прошел по коридору, чтобы открыть дверь. Там стояла красивая японская девушка, одетая в обтягивающее черное дизайнерское платье, в солнцезащитных очках и с маленькой пушистой собачкой под мышкой, как будто это был аксессуар. — Кто ты такая? — выпалил Сокджин, но женщина оттолкнула его и вошла в комнату. Он посмотрел в обе стороны коридора, а затем развернулся и закрыл дверь. Женщина повернулась и осмотрела его. — Мы ожидали кое-кого другого. — Моя бабушка плохо себя чувствует, поэтому она попросила меня прийти вместо нее, ты Чонгук? — спросила дама Сокджина, передавая свою собаку Чонгуку. — Нет, я, — Чонгук посмотрел на собаку, а затем на Джина, на его лице появилось выражение «какого черта». — Ты в опасности, — она оглядела парня с ног до головы, улыбаясь. — Бабушка не говорила мне, что ты будешь таким привлекательным. Чонгук покраснел. Сокджин бросил на нее неодобрительный взгляд, ещё немного и он потеряет терпение, соврется. Девушка не сводила глаз с Чонгука, ее помада поблескивала на губах, а широкая улыбка становилась все более скромной, — обычно я не такая прямолинейная, прошу прощения, — она поклонилась. — Все в порядке, но что ты имеешь в виду? Какая опасность? — Чонгуку было немного не по себе, единственной женщиной, с которой он был рядом за последние десять лет, была Нони. На самом деле он не обращал особого внимания на женщин из стаи, так как все они были намного старше. — Тебя окружает голубая аура, которую я не часто вижу в своей работе. — Моя аура? — странное выражение лица Чонгука заставило ее хихикнуть. Девушка взяла у него собаку и положила ее на кровать, а затем взяла Чонгука за руки и стала изучать его ладони. — Голубую ауру имеют только самые любящие души, которые встречаются людям. Я удивлена, что ты такой, учитывая твою историю. — Обязательно браться за руки? — Сокджин уставился на их руки, сжимая челюсти. — У него пурпурная аура, — начала говорить она, игнорируя вопрос Джина. — Они очень редки и он довольно одинок, не так ли? — спросила девушка, на что Чонгук кивнул. — Хотя он не всегда был пурпурным. Сокджин не любит, когда его игнорируют, поэтому недовольный сел на стул, чуть не опрокинув его при этом. Чонгук не смог сдержать улыбку. — Ты можешь найти и принести мне пива? — она повернулась и обратилась к Сокджину. Глаза Сокджина сузились в щелочки, — простите? — Пиво, — мило улыбнулась девушка. — На шестом этаже есть бар. — Я не мальчик на побегушках, — усмехнулся Сокджин. — На самом деле ты мне здесь особо не нужен. — Я не знаю, кто ты. Я не оставлю тебя наедине с Чонгуком. — Тогда постой в коридоре, если ты так обеспокоен. Мне нужно поговорить с ним наедине, — она слегка повысила голос. Чонгук видел, как лицо Сокджина покраснело, видел, как он начинал злиться. — Со мной все будет в порядке, — заверил он старшего. Сокджин встал со стула, покачал головой и вышел из комнаты, хлопнув дверью сильнее, чем обычно, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. Дама снова повернулась к Чонгуку. — Я здесь для того, чтобы узнать, что говорится в пророчестве, — сказал Чонгук, убирая свои руки от ее. — Намджун решил, что ты должен услышать это первым. — Почему это имеет значение? Это просто о том, как Оникс убивает оборотней? —спросил Чонгук. — Это намного больше, — она глубоко вздохнула. — Твоя роль в жизни Сокджина может изменить судьбу. — Что, черт возьми, это вообще значит? — Отец Сокджина был полностью Ониксом, ты знаешь, как они могут перевоплощаться? — она посмотрела на Чонгука, и он кивнул. — Он заставил всех поверить, что он человек. Все, кто знал его, верили, что он просто обычный человек. Это, мягко говоря, подозрительно. Чонгук не знал, пыталась ли она сказать, что отец Сокджина был бы ответственен за убийства всех оборотней или то, что он был уверен, ведь никто не знал достаточно о ситуации, чтобы предпринимать какие-то действия. — Джекер знает пророчество, он знает, что из-за Оникса могут погибнуть оборотни, вот почему он уничтожил семью Сокджина, и попытался сделать то же самое и с самим Сокджином. Джекеру нужны оборотни для его армии, и если Сокджин жив, он представляет угрозу для его планов. — Тогда почему я не угроза для него? — Я подозреваю, что это из-за твоей голубой ауры, — пророк сочувственно похлопал его по плечу. — Это были его мысли, когда он убивал моих родителей? — Джекер был в ярости, когда узнал, что Сокджин остался жив, — вспоминала пророк. — Ты был единственным ребенком Оникса, родившимся за последние двадцать лет, но ты не такой, как другие, Чонгук. — В этом нет никакого смысла. — Его намерения тогда никому не были ясны, но сейчас… Теперь Джекер хочет использовать тебя, чтобы манипулировать Сокджином. — Использовать? — Джекер знает, что Сокджин привязался к тебе, он был свидетелем этого из первых рук той ночью на арене боя. Джекер знает, что если ты у него, он может убить Сокджина. — Джекер бредит, нет ничего, что могло бы когда-либо настроить меня против Джина, — заявил Чонгук. Он никогда в жизни не был более серьезным, чем сейчас, как в данный момент. — У Джекера что-то есть. Никто не знает, что это, но точно что-то есть, — она повернулась, чтобы выглянуть в окно. — Я чувствую это от тебя, от твоей сущности Оникса, ты тоже связан с ним, — она снова повернулась к нему лицом, — связан с Сокджином. Чонгук посмотрел вниз, если она имела в виду любовь, то да, он был влюблен в Джина. — У меня есть чувства к нему, но я не знаю, что должна означать связь. — Ты бы сделал что-нибудь для него? Что-нибудь, чтобы убедиться, что он в безопасности? — спросила его пророк и Чонгук кивнул, все еще глядя в пол. — Ты бы умер за него? Чонгук поднял голову, он посмотрел ей прямо в глаза, встревоженный. — Что? — Ты сомневаешься? — девушка обошла Чонгука и встала за его спиной. — Нет, я бы умер за него в мгновение ока, — ответил Чонгук. — Я просто не понимаю, почему ты спрашиваешь об этом? Что ты знаешь? — У Сокджина также есть пророчество о нем… и Джекере, — ее голос стал мягким. — Один из них умрет от руки другого. Сердце Чонгука сжалось и словно ушло в пятки, он не был готов услышать, что Сокджин может умереть. Он всегда знал, что в какой-то момент Сокджин с Джекером может столкнуться лицом к лицу, но всегда полагал, что это будет где-то в далеком будущем, что-то, что произойдет через много лет. Услышав слова пророка в этот момент, Чонгук понял, что это должно будет произойти. Он ни за что на свете не отдаст Сокджина Джекеру, ни за что на свете.