Музыка нас связала

***

— Скажи...

..что ты думаешь об ещё одном выступлении?

***

Этот вопрос будто молнией поразил Корнелию до глубины души, сразу заставляя задуматься над несколькими вещами. Она думала о многом, к примеру: «Раз зовёт вновь, значит, у меня всё вышло?», «Он хочет ещё раз выступить со мной..?», «Конечно, я согласна! Согласна!». Но, хоть и в мыслях бушевала буря, на лице девушки, к общему удивлению, были спокойствие и загадочная задумчивость. Помедлив с ответом, она мягко улыбнулась своему собеседнику, как и он ей перед самым выступлением. — Я подумаю над вашим предложением... Точный ответ могу сказать завтра после занятий. — Локвуд и сама не до конце понимала, почему ответила так, а не дала уже решённый положительный ответ мгновенно. — Что ж, хорошо, понимаю. — в ответ на улыбку спутницы и его уголки губ приподнялись. Брук перевёл взгляд куда-то в сторону. Кажется, он обернулся на звук машины, которая в этот момент проезжала рядом. — Знаешь.. — вновь начал он, взглядом провожая уезжающий автомобиль, — Называй меня на "ты" вне колледжа, просто Уильям. Вне занятий ты можешь считать меня своим другом, а не преподавателем. Как на это смотришь? — Д-да.. — то спокойствие ускользнуло с лица студентки, оно сменилось волнением, ведь даже просто называть этого собеседника по имени она стеснялась, — Буду называть вас.. ой.. тебя по имени, Уильям. — быстро исправив допущенную ошибку в своей речи, она немного неловко улыбнулась, убирая за спину руки и скрещивая их за спиной. — Чудно. И не нервничай так, понимаю, что первое время тебе это будет непривычно. — тот немного наклонился, оставив ласковый поцелуй на лбу своей ученицы, — До завтра, Корни. Мужчина поправил указательным пальцем свои очки и направился прочь, в сторону автобусной остановки. Добираться до дома, учитывая проделанный крюк до чужого жилища, ему ой как не близко. Пешком практически ночью с гитарой после работы, репетиции и выступления не очень хотелось. Локвуд, зайдя в квартиру и закрыв за собой дверь, облокотилась спиной о стену и скатилась по ней на пол, тихо счастливо пища от воспоминаний прошедшего дня. Она сняла с себя пиджак, который парень забыл забрать, обнимая тёмную вещь и вдыхая запах одеколона возлюбленного. Девушка представляла, что сейчас крепко обнимает его самого, а не ткань. Просидев на полу несколько минут, Корнелия встала с пола и направилась в сторону спальни, чтобы взять там свои вещи. После душа и лёгкого ужина вокалистка уселась в гостиной, смотря первый попавшийся фильм на тв и вновь обнимая оставленную вещь...

***

На следующее утро Корни встала пораньше, чтобы точно не опоздать на занятия. Она хотела прийти заранее, чтобы отдать Уильяму одну маленькую часть его гардероба. Надев тёмную юбку чуть выше колен, белую рубашку в чёрный горошек и тёмные чулки, та накинула на свои плечи чужую вещь и направилась пешком в сторону колледжа. Свою сумку с необходимыми принадлежностями она ещё вчера оставила в аудитории, не стала забирать. Пока Локвуд держала путь к учебному заведению, из нависших на небосклоне туч полил дождь, омывая стоящие дома и улицы, поливая все местные растения и досаждая жителям, которые в этот период времени были на улице и не успели найти укрытие. Верхняя одежда в качестве пиджака мало спасала, тот промок до нитки, как и остальная одежда девушки. Сейчас главной задачей студентки было пройти в класс и забрать оттуда свою сумку, чтобы взять из неё ключ и открыть свой шкафчик, в котором находятся запасные вещи. Вот уже и видна репетиционная, к счастью, она открыта. Но, войдя внутрь и подойдя к своему рабочему месту, Корнелия увидела Брука, сидящего за своим столом. Она так и замерла от неожиданности, смотря на него. — Доброе утро, Звезда моя. — посмотрев на вошедшую и тихо усмехнувшись, проговорил парень, — Надеюсь, стихия не затушила пыл, а лишь намочила твою одежду. — Здравствуйте... — блондинка тут же отвела взгляд в сторону, смутившись прозвища, — Не затушила... Вы сегодня рано... — девушка стала рыться в своей сумке в поисках ключей, а после, найдя, что искала, подошла к брюнету, — Я забыла отдать вам вчера... — она сняла с себя насквозь промокший тёмный пиджак, протягивая его. Уильям на пару секунд даже замешкался, смотря на намокшие вещи девушки, на её рубашку, сквозь которую просвечивалось нижнее бельё и тело студентки. Прокашлявшись в кулак, преподаватель снял с себя тёплую кофту, тонкий светлый свитер, оставшись в футболке. Он поймал себя на мысли, что ему самому было бы неприятно, если бы другие обитатели училища заглядывались бы на неё. — Смени хотя бы верх на это. — проговорил Брук, меняя промокшую вещь на сухую, — Как для платья - коротковато, но сойдёт за верх, пока сохнут твои вещи. Можешь сменить прямо здесь, чтобы в коридоре не пялились, я отвернусь. — Не стоило... — девушка краснела сильнее, принимая вязаную вещь из рук собеседника. Она не могла упустить шанса как можно дольше чувствовать его запах, хотя бы с вещей, потому решила смолчать о запасных вещах, — Но спасибо. Корнелия улыбнулась, робко и быстро поцеловав собеседника в щёку и тут же отойдя в угол аудитории, становясь спиной к Бруку. На жест мужчина невольно улыбнулся, признавая, что ему нравится такое поведение юной девицы. Он отвернулся, как и обещал, но прекрасно видел процесс смены влажной рубашки на сухой свитер через отражение оконного стекла. Парень замечал в самом себе, что внутренне ему нравилось не только поведение подопечной, но и её тело. Он воспринимал её, как симпатичную девушку. В общем-то, как и десятки других в городе. Уильям видел в ней привлекательность и талант, её "очень хорошо скрытую" симпатию он примечал ни раз, но не заострял на этом сильного внимания, так как считал это лишь мимолётной влюблённостью, которая пройдёт сразу после её ухода из колледжа.

***

День за днём, урок за уроком, выступление за выступлением... Пролетали дни, лишь крепла ментальная связь между Корнелией и Уильямом. Со временем студентка могла уже с меньшим волнением говорить с предметом своего обожания, перестала стесняться улыбаться ему, на каждой репетиции выкладывалась на полную, с легкостью и непринуждённостью выступала в барах, ресторанах и прямо на улицах в толпе. Она завораживала взгляды и души присутствующих. Всех. В том числе и Брука. С каждым днём он всё больше замечал, что ему тяжело отводить взгляд от ученицы, что ему хочется быть рядом с ней, защищать и оберегать её. Ему было знакомо это чувство, и лишь этот факт его пугал. Он боялся влюбляться, боялся, что потеряет девушку, как и в пошлый раз. Ему хватило похорон одного любимого человека... Но Корни с такой теплотой исполняла его песни, хоть и не знала, кем они написаны, с такой лаской и таким трепетом смотрела на брюнета, что устоять физически было практически невозможно. Сердце мужчины вырывалось наружу, как птица из клетки, но тут же билось о болезненные прутья страха перед грядущим. На очередном вечере Эдвард, видимо, решил, что будет довольно весело подлить ликёра в безалкогольный коктейль трезвенницы Локвуд. В сладком напитке она и не замечала привкуса кофейно-карамельного алкоголя, неспеша, глоток за глотком, осушая свой сосуд. Даже такого количества спиртного ранее не пьющей Корни хватило, чтобы опьянеть. Дурман одолевал её голову, она весело смеялась и раскрепощённо танцевала под живую музыку бара, в котором они только что выступали. Девушка и не замечала своего опьянения, думала, что у неё просто хорошее настроение. Только, по правде говоря, тот туман, что сейчас витал в её голове, сложно было назвать здравыми мыслями или корректными раздумьями. Может, сама она того и не видела, но со стороны всё было прекрасно заметно. — Не думал, что её так развезёт с одного бокала. — рассмеялся Эдвард, наблюдая за происходящим. — Так ЭТО твоих рук дело? — брюнет на секунду перевёл взгляд на барабанщика, после чего вновь устремил свой взор на танцующую солистку. — Нет, что ты? — рыжий хмыкнул, — Конкретно "ЭТО", как ты выразился, меня не касается. Я насильно ничего ей не вливал, сама накидалась. Советую тебе довести её до дома, ну, или хотя бы на такси одну отправь. Конечно, если ты не хочешь, чтобы она ушла домой не к себе, а какому-то из тех кавказцев, которые пытаются её клеить. Смотри, она пьяна, может и согласиться пойти с ними. Или не сможет сопротивляться, если потащат. К слову, последний факт можешь и сам на вооружение взять. — Ты идиот или дебил? Никуда я её не отпущу с ними. — последнюю фразу Уильям сказал с полной уверенностью. — Ты, погляжу, с детьми все оскорбления позабывал... Это печалит. — парень сделал глоток виски из своего сосуда, наблюдая за всем происходящим, — Почему не отпустишь? Она совершеннолетняя, свободная и, в конце концов, привлекательная девушка. Она ведь тебе "лишь ученица, а не возлюбленная", она не обязана тебя слушать и отказывать кому-то во флирте или интиме на одну ночь. — тот специально процитировал гитариста, так брюнет говорил далеко ни раз, — Успокойся, пусть девка развлекается, отдыхает. Подумаешь, пару твоих лекций прогуляет. Проспит, точнее, у кого-нибудь из них. Эдвард не хотел зла своему другу, наоборот, он наталкивал его на действия своими речами. Он видел, как Уильям относится к девушке, видел, как они говорят наедине, видел, как ни раз Брук уводил студентку от парней, которые пытались с ней флиртовать, видел, как после пары выступлений они уходили вместе. Ни один преподаватель не стал бы так обращаться к "лишь ученице". Кроме того, он наблюдал за тем, как Локвуд краснеет в присутствии Уильяма, как она старается больше времени проводить с ним, как она приносит ему собственноручно приготовленные изделия (выпечку или коробочки с обедами, похожие на бенто). Барабанщик видел их взаимную симпатию, но так же замечал, что одной просто не хватает смелости признаться в чувствах, а второй вообще не мог признать сам себе, что в него вновь попала стрела Амура. Именно поэтому он подлил алкоголя Корнелии, хотел раскрепостить её, а не просто посмеяться над её поведением. Именно поэтому уже который раз он раздражает разговорами Уильяма, хочет, чтобы в нём проснулась ревность или пробудилось желание заботы о девушки. Может, рыжий со стороны и кажется временами хмурым или эгоистичным, но в душе он настроен на положительный лад. — Не позабыл, просто не хочу выражаться матом, а иных цензурных слов, как тебя назвать в этой ситуации, подобрать не могу. На слова о продолжении её вечера мужчина нахмурился, осознавая, что ему омерзительно даже думать о том, что она может с кем-то уйти. С кем-то, кроме него... Лишь сейчас, наблюдая за расслабленным танцем вокалистки в окружении других людей, брюнет начинал понимать, что хочет, чтобы она уходила только с ним, чтобы подобные танцы исполняла вместе с ним, чтобы она касалась его и искренне улыбалась ему, чтобы она принадлежала ему, только ему... — Просто не отпущу. — продолжил он начатую реплику, вновь повернув голову к собеседнику, — Не твоего ума дело. — Какие мы грозные.. — тот усмехнулся, кивая товарищу на то, что она уже пошла с кем-то под руку, — Беги, пока не поздно. Или уведут.. — он сделал очередной глоток виски, осушая свой хайбол. Переведя взгляд в указанную точку, мужчина даже немного занервничал. Но, недолго думая, двинулся в сторону выхода. Уже на улице он с нежностью обнял девушку со спины за талию, обращаясь к парню, который её уводил: «И куда это ты собрался с моей девушкой, мм?». На что посторонний не смог подобрать нужных слов, тот просто махнул рукой, оставляя их у входа. Брук был рад, что обошлось без драки, ему не хотелось лишней крови на глазах толпы, это бы повлияло не только на его личную репутацию, но и на мнение людей о их группе. Опьянённая солистка робко положила свои ладони на тыльную сторону ладоней мужчины, подняв на него взгляд и ласково посмотрев в его лицо. — Ваша девушка, значит..? — та мило улыбнулась, ожидая ответа. Этот взгляд заставил мужчину смутиться, благо, в сумраке ночи этого не было видно. — Прошу, не пойми неправильно, но.. — он не успел договорить начатое, его перебили более приятной фразой, прозвучавшей из уст девушки.

— И я вас люблю, Уильям...