Букет

Сентябрь, 2008 Драко перевернул страницу книги, сокрушаясь про себя о том, что два главных персонажа — идиоты. Они явно влюблены друг в друга, но слишком тупы, чтобы признаться в своих чувствах, и это привело к тому, что в течение трех глав они вообще не общались. Весь конфликт можно было бы разрешить, если бы главный герой просто поговорил со своей возлюбленной. Для них все намного проще. Им гарантировано счастливое будущее, независимо от того, сколько боли причинили своим любимым. Бросив книгу на диван рядом с собой, Драко наклонился вперед и провел рукой по волосам. Не следовало позволять матери уговаривать его читать что-то подобное, особенно сейчас, когда его эмоции еще так свежи и не остыли. Мысли о той ночи — такой идеальной и такой катастрофической — наводнили его разум, а те самые слова засели в голове и повторялись как эхо. Однажды ты сделаешь кого-то очень счастливой. Ненормальная, раз считает, что речь не о ней! У Драко был план, а она его разрушила. — Н-да уж, — Пэнси стояла перед ним, скрестив руки на груди, и постукивала ногой. — Ты выглядишь просто ужасно. — Отвали. Я не в настроении, — он поднялся и посмотрел на подругу, которая преградила ему выход из кабинета. — Ты мне мешаешь. — Сожалею, но я еще не закончила с тобой беседовать, — Пэнси вошла в комнату, взяла его книгу с дивана и села, скрестив лодыжки и выпрямив спину. Она осмотрела чтиво невеселым взглядом. — Я никогда особо не любила романтику. Не думала, что тебе такое по вкусу, если только это не Грейнджер настояла, чтобы ты прочитал? Драко вздрогнул, почувствовав, как у него защемило в груди от ее имени. Прошло уже несколько недель с тех пор, как он выбежал из квартиры Грейнджер, а боль от их ссоры была еще свежа. — Что ж, вот и ответ на мой первый вопрос, — заметила Пэнси, жестом указав на его лицо. — Не хочешь рассказать, почему твой драгоценный фвупер постоянно просит передать тебе сообщения? У вас что, любовная размолвка? — Мы не… ты не можешь… это не… — слова застревали у него в горле. Все казалось неправильным или неподходящим. Не было никакой любовной размолвки, потому что не было никаких любовников. — Драко, если ты не сядешь и не объяснишь мне, что происходит, я тебя прокляну. У меня от тебя мигрень, — огрызнулась она, решительно указывая на свободное место рядом с собой. — Свадьба через двенадцать часов, и если я не высплюсь сегодня как следует, то буду выглядеть настоящим пугалом. Готов взять на себя ответственность за это? Потому что я без проблем сообщу журналу, что именно ты виноват в том, что у меня мешки под глазами темнее, чем дно Черного озера. Закатив глаза, он сел рядом с ней и скрестил руки на груди, как капризный ребенок. — Не понимаю, почему тебя называют бешеной невестой? Ты ведь само очарование! Она насмешливо хмыкнула и поджала губы, внимательно его разглядывая. — Что произошло между тобой и Грейнджер? Похоже, никто не знает, и она ничего не говорит, кроме того, что ты ее игнорируешь. Почему ты избегаешь свою девушку? Он не то чтобы избегал ее, скорее сделал себя полностью недоступным для ее писем и звонков. Каждый раз, когда от нее что-то приходило, он откладывал это в стопку, чтобы прочитать позже. Если она звонила ему по камину, он не отвечал, делая вид, что не слышал. Больше не планировалось никаких общих свадебных событий, так что у них не было причин видеться. Вообще-то, пока Паркинсон не ворвалась к нему, он был уверен, что никто даже не знает об их ссоре. Но теперь, когда Пэнси приперла его к стенке, не оставалось ничего другого. Драко приступил к рассказу, не отрывая взгляда от стола напротив них. — В ночь твоего девичника Блейз уговорил нас пойти в тот клуб, где отмечали вы. Какой-то придурок нагрубил Грейнджер, и она немного перенервничала. Я отвел ее домой, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, и потом слово за слово, мы провели ночь вместе, а после она сказала кое-что ужасное, и я удрал. — Что она сказала? Я не смогу тебе помочь, если не буду знать, что она ляпнула. — Это было… после… и мы лежали в постели вместе. Она выдала, что однажды я по-настоящему осчастливлю какую-нибудь другую ведьму, намекая на то, что, когда свадьба закончится, мы снова станем просто друзьями. — В смысле? Драко поднял голову и встретился взглядом с полными гнева глазами Пэнси. — Что? — Разве вы с Грейнджер не встречаетесь? — уточнила она с укором в голосе. — С какой стати ей говорить, что ты сделаешь счастливой какую-то другую ведьму? — Точно, насчет этого… — пробормотал он, почесывая затылок и пытаясь понять, как ему объяснить ситуацию Пэнси, не разозлив ее. — Драко Малфой, объясни мне, что происходит, прямо сейчас! Разъяренная Пэнси — это сила, с которой приходилось считаться, равнозначная мощи трех железнобрюхих драконов и десяти русалок, защищающих своих детенышей. Если она узнает, что они с Грейнджер лгали ей на протяжении нескольких месяцев, нет никакой гарантии, что хоть один из них выйдет из этой ситуации невредимым. — Клянусь Салазаром, если ты сейчас же не расскажешь мне, что происходит, я поведаю Нарциссе, что вы с Блейзом делали на восьмом курсе во время той игры в «Сыворотка правды или желание». Ты же не хочешь этого, правда? — пригрозила она. Его сердце замерло при мысли о том, что мать узнает обо всем происходившем в школе. — Ты не посмеешь. — Еще как посмею, и ты это знаешь. А теперь выкладывай. Застонав, он наклонился вперед, поставив локти на колени и подперев голову руками. — Ты совсем повернулась на том, чтобы устроить идеальную свадьбу для журнала, и заставляла нас найти достойных спутников. Грейнджер предложила сопровождать друг друга и сделать вид, что мы встречаемся. Никто бы не приставал к нам по поводу того, с кем мы пришли, а у тебя была бы безупречная свадьба, о которой ты всегда мечтала. Пэнси сжала зубы и бросила на него ледяной взгляд. — Итак, сегодня вечер накануне моей свадьбы — события, которое увидят тысячи ведьм и волшебников по всей Европе, — и ты только сейчас говоришь мне, что мой друг невесты и подружка жениха сговорились против меня? Вы ненавидите меня? Неужели я настолько ужасный человек? — Нет, я просто… — Драко замолчал, пытаясь сообразить, как лучше объяснить ей это. Наконец он повернулся к ней лицом. Она выглядела одновременно рассерженной и обиженной, и Малфой не знал, что хуже. — Ты мой лучший друг, Пэнс. Я терпел твои заскоки большую часть своей жизни, как и ты мои, поэтому я знал, что неважно, кого я приведу на свадьбу, тебе все равно никто не понравится. — Это правда, — согласилась она чуть более спокойным тоном. — У тебя ужасный вкус на девушек. — Идея Грейнджер, возможно, и не безупречная, но означала, что у тебя будет идеальная свадьба, как ты и хотела, а я смогу провести больше времени с некой гриффиндоркой. Это казалось беспроигрышным вариантом для всех нас. Пэнси провела руками по юбке своего платья, а затем сцепила пальцы. — Я ценю твою заботу, но ты забываешь, как хорошо я тебя знаю. Ты влюблен в нее уже много лет, и вряд ли тебя пришлось сильно уговаривать согласиться на этот план, даже не будь тут замешана я. Возникает вопрос, почему ты ушел? — Она словно даже не хотела говорить о потенциальном будущем со мной. Сохранила все цветы, которые я ей дарил, а потом заявила, что мне будет лучше с кем-то другим. А завтра она приведет нового парня, и мне останется только наблюдать. Пэнси взяла его ладонь в свою руку. — Сколько раз Грейнджер ходила на свидания за последние несколько лет, что мы с ней дружим? — Ни одного? — Именно. Если она спала с тобой и сохранила вещи, которые ты ей дарил, то уверена, что ты значишь для нее больше, чем думаешь. Она придет одна, и тебе нужно это исправить. — Это она должна извиняться, — буркнул Драко. — Она же… Пэнси перебила его. — Это все пустые разговоры! Ты серьезно хочешь перекинуть всю вину на Грейнджер, хотя сам не был честен с ней? Если бы ты с самого начала рассказал ей о своих чувствах, то мог бы избежать всего этого, а мне бы не пришлось изображать сваху в половине одиннадцатого вечера накануне… — Собственной свадьбы, я знаю, — выдернув свою руку, он запустил пятерню в волосы, а потом поднялся и начал мерить шагами комнату. — Как мне это исправить? Она подошла к нему и осторожно коснулась его плеча. — Ты Драко Малфой, ты разберешься. — Ты гораздо спокойнее все это восприняла, чем я ожидал. Я готовился к полноценной дуэли. С сонной улыбкой Пэнси отступила к двери. — Я приняла Успокаивающее зелье двадцать минут назад. Думаю, оно подействовало в середине нашего разговора. Не волнуйся, когда все закончится и я смогу с уверенностью сказать, что моя свадьба прошла с огромным успехом, я обязательно приду покричать на вас обоих. Надеюсь, она будет готова защищать своего пушистика. Оставшись в одиночестве, Драко начал составлять план, как все исправить.

***

— Гермиона, перестань мельтешить. Я сам начинаю волноваться, просто наблюдая за тобой, — ворчал Гарри, поправляя свой галстук перед зеркалом, а потом, вздохнув, повернулся к ней. — Все еще лежит криво. Поможешь? Гермиона пересекла богато украшенную гардеробную — которая была больше, чем вся ее квартира — и подошла к своему лучшему другу. — Прости, я просто вся на нервах. Не думаю, что готова к тому, что будет после церемонии. Молчание Драко в течение последних недель говорило о многом, но она все еще сохраняла проблеск надежды, что ее сегодняшнее извинение может изменить его мнение. — Ты отличный друг, — заверил ее Гарри с огоньком в глазах. — И я ценю твою заботу обо мне, но чувствую себя обязанным сообщить, что твои страхи напрасны. Склонив голову набок, она посмотрела на Гарри, гадая, знает ли тот о ее ссоре с Драко. — Что? Что ты имеешь в виду? Он пожал плечами и нагло ухмыльнулся. — Новость, конечно, скандальная, но Пэнси забрала мою невинность задолго до брачной ночи, так что не стоит беспокоиться. Сморщив нос, Гермиона вздрогнула. — Пожалуйста, прекрати, иначе меня будут преследовать кошмары. Ее проворные пальцы потянули за мягкий шелковый галстук и расправили его до презентабельного вида. Гарри с серьезным лицом посмотрел на нее. — Что случится после церемонии? — Я должна увидеть Драко, — прошептала она, опустив голову. — Я знаю, но ты встречаешься с Малфоем уже некоторое время, и он всегда был… — Гарри остановился на полуслове, когда заметил, что в ее глазах появились слезы, которые Гермиона не могла остановить, и притянул ее к себе. — Что случилось? — Я сделала кое-что по-настоящему идиотское, совершенно отвратительное, — ее горло сжалось, и ей было трудно выдавить из себя слова. После тщетных попыток притворяться, что все в порядке, она разваливалась на части. — Он даже не хочет со мной разговаривать. Гарри мягко отстранился от нее. — Все не может быть так плохо, как ты думаешь. — Все действительно кончено, — ее взгляд упал на пол. — Он сказал мне, что собирается привести сегодня другую, — прошептала Гермиона, испытывая тошноту от этой мысли. После их ссоры в ночь девичника Гермиона отправила Драко не меньше дюжины писем и не получила ни одного в ответ. Либо он намеренно игнорировал ее попытки связаться с ним, либо читал ее бессвязные извинения и просто не хотел отвечать. И она не знала, что хуже. — Он сказал, что придет с другой ведьмой? О чем он вообще думает? — в зеленых глазах Гарри мелькнула вспышка гнева. — Бессмыслица какая-то. Пэнси говорила, что ты ему уже много лет нравишься, еще до того, как вы начали встречаться. Зачем ему разрывать отношения, которые длились почти год, из-за одной ссоры? Из комнаты как будто выкачали весь воздух, и Грейнджер с трудом могла дышать. — Я ему… что? Дверь в гардеробную распахнулась, и на пороге появился Рон, неся в руках самую жирную курицу, которую Гермиона когда-либо видела. Подняв несчастную птицу над головой, Рон воскликнул: — Генриетта у меня, и мы готовы к церемонии! — Гарри, что ты собираешься делать с этой курицей? — спросила Гермиона с ноткой паники в голосе. — Все в порядке, — заверил Поттер. — Мы не собираемся причинять ей вред, ничего такого, просто зачаруем ее перья в веселые цвета и выпустим в зал. Это какой-то ритуал для процветания, или благополучия, или что-то в этом роде… Я не очень внимательно слушал, когда Пэнси объясняла, потому что она была голая. Гермиона хлопнула Гарри по груди, и он со смехом попытался отразить удар. — Эти традиции чистокровных просто смешны. — Я уже перестал задавать вопросы, честно говоря. Итак, какой цвет нам выбрать? У Генриетты, по-моему, зимний тип внешности. Что ты думаешь о фиолетовом?

***

Главная задача Гермионы, как подружки жениха, заключалась в том, чтобы день прошел гладко. Хотя различные задания, которые ей давала Пэнси, помогали отвлечься от мыслей об одном блондине, что бы она ни делала, слова Гарри постоянно крутились в голове. Неужели она и правда была небезразлична Малфою на протяжении многих лет? Как она могла упустить это? Ее мысли прервала одна из дюжины свадебных организаторов Пэнси, пришедшая за троицей. Гермиона расстроилась, что до начала церемонии оставалось всего двадцать минут, а она так и не увидела Драко. За последние несколько недель она обдумала десятки различных способов извиниться перед ним, но эта новая информация застала ее врасплох. — Пэнси ведь знает, что на самом деле она не королева? — спросил Рон, пока они шли позади помощницы. Гарри усмехнулся. — Я уверен, она бросила бы меня, если бы я имел наглость предположить такое. Свадьба проводилась в роскошном замке, который выглядел так, словно создан для королевских особ. Даже мраморный пол смотрелся настолько экстравагантным, что Гермионе было жалко на него ступать. Появилась вторая помощница и что-то прошептала первой, которая впопыхах убежала в том направлении, откуда они пришли, цокая каблуками при каждом шаге. — Прошу вас следовать за мной, мистер Поттер, — новая ассистентка широко улыбнулась и жестом указала в сторону коридора. — У нас есть для вас черный ход, и мисс Паркинсон скоро тоже пройдет через него. Гарри едва заметно напрягся, и Гермиона чувствовала, как нервы волнами накатывают на него. — Я знаю, что вы с Пэнси ждали этого дня много лет, Гарри. Все пройдет идеально, — она поспешила подбодрить друга, слегка сжав его руку. — Ты столкнулся с Волдемортом в семнадцать лет — свадьбу уж точно переживешь. — Говоря по личному опыту, Пэнси гораздо страшнее, — пробормотал Рон себе под нос. — Ты все еще можешь бежать, если хочешь, приятель. Гермиона шикнула, бросив на Рона сердитый взгляд. Свадебная помощница закрыла ухо рукой и качнула головой. — Мисс Грейнджер и мистер Уизли, вы будете ждать здесь, а подружки невесты вскоре присоединятся к вам, — распорядилась она, опуская взгляд на свой блокнот и делая отметку пером. — Мистер Поттер? Гарри тяжело выдохнул, словно собираясь с силами, и кивнул. — Готов. С другой стороны величественных арок, задрапированных роскошной невесомой тканью, Гермиона слышала мягкое звучание арфы и негромкий ропот ожидающей толпы. Она надеялась, что они с Драко смогут поговорить до начала церемонии, но, по мере того как шли минуты, начала терять надежду. В коридоре раздался смех, в котором Гермиона узнала Дафну, и ее сердце подпрыгнуло, когда она поняла, что Драко тоже будет там. Появилась третья ассистентка, одетая в такой же брючный костюм, как и первые две, а за ней следовали Дафна и Драко. В ушах Гермионы зашумело, и она забыла почти все слова на английском языке, кроме… — Драко, — прошептала она, глядя на него широко раскрытыми глазами. Прошло всего несколько недель с тех пор, как Гермиона видела его в последний раз, но она оказалась совершенно не готова к тому, как сильно по нему скучала, пока он не появился перед ней. Наконец она смогла выдохнуть. И несмотря на все, что произошло между ними, первое, что сделал Драко, увидев ее, — улыбнулся, и от этого у нее защемило сердце. — Прекрасно. Теперь, мистер Малфой, пожалуйста, встаньте здесь, а мисс Гринграсс слева от мистера Уизли, — распорядилась помощница. — Мистер Поттер на месте, все готовы. Драко скользнул на свободное место рядом с ней, и она вдруг пролепетала: — Прости меня, пожалуйста, не нужно меня ненавидеть, я знаю, что была не права, и я… — Я бы никогда не смог ненавидеть тебя, Грейнджер, — пробормотал он, пронзая взглядом серых глаз. Что-то дрогнуло в ее груди, но прежде, чем Гермиона успела ответить, двери открылись, и она отвернулась, уставившись перед собой. По подсказке ассистентки, которая была стратегически скрыта от посторонних глаз, Драко отрепетированными шагами повел ее к алтарю. Бальный зал представлял собой прекрасное сочетание элегантности старого мира и современного стиля. Он идеально отражал отношения Гарри и Пэнси и их баланс между традициями и современностью. Они подошли к арке из цветов — настолько вычурной, насколько и ожидалось от Пэнси, — и Гермиона заняла место рядом с Гарри, глядя на Драко, который встал справа от Пэнси. Невозможно было прочитать выражение его лица, но, когда они встретились взглядами, он слабо улыбнулся ей, и Грейнджер почувствовала облегчение. Ждать окончания церемонии, чтобы поговорить с Драко, походило на пытку, но единственным утешением для нее было видеть чистую радость на лице лучшего друга, когда его невеста шла к нему по проходу. Если честно, Гермиона почти всю церемонию украдкой наблюдала за Драко, который просто не имел права так шикарно выглядеть в своем костюме. Удивительно, что кто-то вообще мог обращать внимание на священника, когда Малфой стоял так близко. Каждая секунда тянулась невыносимо долго, пока, наконец, Драко не шагнул вперед, подавая ей руку, и они последовали за новобрачными. Как только они переступили порог главного входа, он отвел ее в сторону, опережая ее собственные намерения сделать то же самое. Он провел рукой по волосам, выглядя таким же взволнованным, как и она. Гермиона думала обо всем, что хотела сказать, о тысячах слов извинений, которые написала ему за последние несколько недель, и о том, что больше всего на свете она хотела бы заполучить маховик времени, чтобы вернуться назад и не позволить самой себе все испортить. — Ты пришел один, — пробормотала она, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Может быть, еще оставалась надежда, что не все разрушено окончательно. — Верно, — он покачал головой, теребя запонки своего костюма. — Да, я никого не привел. Я не хочу… Она перебила его, не давая продолжить. — Ты знаешь, что медь — один из семи металлов алхимии? Он нахмурил брови, но слегка усмехнулся, как будто вопрос его позабавил. — Да, Грейнджер, я в курсе. Переминаясь с ноги на ногу, она продолжила: — А знаешь ли ты, что она символизирует Венеру, не только планету, но и римскую богиню любви? — Нет, но у меня такое чувство, что ты, независимо от моего ответа, все равно продолжишь. Она почувствовала, как по ее щекам разливается румянец. — В смысле, у нее есть и другие функции, такие как красота, процветание, желание… — Гермиона запнулась. — А еще она помогает в исцелении, ну, знаешь, медь. — Каким бы увлекательным ни был этот урок, Грейнджер, я не совсем понимаю его уместности в данный момент, — проворчал Драко, и ей на мгновение показалось, что его взгляд зацепился за ее губы. — Я хочу сказать, что в то утро я проснулась и не могла вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя такой счастливой, и это меня напугало, — она понизила голос до шепота. — Я все время думала о том, что это нереально, что лишь вопрос времени, когда ты увидишь то, что есть у Пэнси, и захочешь этого для себя. И я думала о ней… — слова с трудом давались ей, но Гермиона не могла остановиться. — О какой-то безымянной, безликой чистокровной ведьме, которая будет просыпаться рядом с тобой каждое утро и которая будет знать, как обращаться с церемониальными мантиями, что нужно поесть перед изысканным ужином и что говорить на вечеринке… — Грейнджер… — И впервые в жизни я захотела стать такой — захотела стать ею, потому что, если бы я была ею, это означало бы, что, возможно, я смогу удержать тебя. — Грейнджер… — он выглядел все более взволнованным, но она знала, что если не закончит, то будет жалеть об этом вечно. — Я знаю, что для твоей семьи важна чистота крови и что традиции значат для тебя, и знаю, что я не такая — не она — и что я понятия не имею, что делаю в мире чистокровных, но я просто подумала, что если я смогу показать тебе, что я пытаюсь, этого будет достаточно, — помявшись мгновение, она полезла в карман своего платья, достала оттуда маленькую медную чешую дракона и дрожащими руками протянула Драко. Тот уставился на чешую на ее ладони почти с любопытством, и у Гермионы все внутри похолодело. — Ты забыла про волосы единорога. Как я должен понять, что ты серьезно относишься ко мне, если нет волос единорога? — поддразнил он. — Я везде искала! — воскликнула она, вспоминая свой поход в Косой переулок за неделю до этого. — Ты не поверишь, как дорого… — Гермиона, ты позволишь мне вставить хоть слово? — он поймал ее руку и провел большим пальцем по тыльной стороне ее ладони. — Мне не нужна такая ведьма, о которой ты говоришь, если у меня есть ты. Мне жаль, что я не остался и не боролся. Я сильно облажался, когда ушел. Она почувствовала, как дрожат ее губы. — Я снова Гермиона? Драко кивнул, и его улыбка росла по мере того, как он медленно сокращал расстояние между ними. Он обвил рукой ее талию и притянул к себе. — Не могу поверить, что ты добыла для меня чешую дракона. — Она от перуанского змеезуба из заповедника, где работает Чарли Уизли. Я не смогла вовремя найти чешую новозеландского опалоглазого дракона и подумала, что символизм медного змеезуба больше подходит. Правда, у них есть досадная привычка питаться людьми, что не очень романтично, но я надеюсь, ты можешь закрыть на это глаза. Свободной рукой Драко зарылся в ее кудри, обхватывая затылок, и Гермиона затаила дыхание, боясь разрушить магию момента. — На этот раз по-настоящему? — спросил он, склоняясь ниже к ее лицу. — Это всегда было по-настоящему. Мне не следовало говорить, что это не так, — прошептала она за мгновение до того, как его губы проглотили ее последнее слово. Он прервал поцелуй, только чтобы ответить: — Я не должен был уходить, не должен был игнорировать твои письма. Но тогда я подумал, что даже после всего произошедшего между нами я все равно тебе не нужен. И это было больно осознавать, потому что мне только показалось, что я наконец-то получил все, чего когда-либо хотел, а у меня это отобрали. Гермиона сжала в кулак лацканы его пиджака и поцеловала, желая показать, как сильно хочет его. Она потеряла счет времени в его объятиях, и, похоже, Драко чувствовал то же самое, потому что ни один из них не хотел отстраняться первым. В этот момент рядом раздалось громкое кудахтанье, и из-за угла появилась ярко раскрашенная курица и на полной скорости пронеслась мимо них на своих маленьких ножках. — Это была курица? — недоверчиво спросил Драко. — А почему у нее такое странное оперение? Сдерживая смех, Гермиона кивнула. — Какая-то традиция чистокровных, которую Пэнси заставила Гарри исполнить сегодня утром. — Либо Поттер совсем не понял ее указаний, либо Пэнси ему солгала, потому что это совершенно точно не традиция чистокровных. Оба разразились смехом, когда фиолетово-зелено-синяя птица остановилась посреди вестибюля попить воды из фонтана. — Нам, наверное, пора на прием, — наконец сказала Гермиона. Драко положил руку ей на поясницу, большим пальцем выводя медленные круги по спине, и Гермиона прильнула к нему. — Только если ты настаиваешь. — Не я, а, скорее, Пэнси, и, по словам Рона, она страшнее Волдеморта. Драко подавил смех. — Он жил в моем доме целый год, так что я не могу с этим не согласиться. Кстати говоря, ты добровольно обратилась к Уизли, чтобы заполучить это, — размышлял он, крутя чешую в руке. — Должно быть, я тебе действительно нравлюсь. Она фыркнула и закатила глаза, но не могла перестать улыбаться. — Ты неисправим. И да, на самом деле, ты мне очень нравишься.

***

— Если ты снова будешь кружить, меня может стошнить, — предупредила Гермиона, лишь отчасти шутя. — Мой желудок сейчас на девяносто процентов состоит из торта. После ужина из восьми блюд крошечных размеров, а также речей подружки жениха и друга невесты, Драко добыл им по дополнительной порции десерта. — Какой же из меня парень, если ты постоянно не набита на девяносто процентов тортом? — спросил он, нежно направляя ее, пока они скользили по танцполу. Сердце учащенно застучало от этого нелепого, но невероятно милого заявления, и Гермиона чуть не оступилась. — Кто открыл тебе секрет, как сделать меня счастливой? Уверена, мой шабаш не мог меня выдать. — Никто тебя не предавал, я просто знаю тебя, — ответил он, быстро поцеловав ее в висок. Мимо них пронеслась белая вспышка. Краем глаза Гермиона увидела танцующих Гарри и Пэнси, которые выглядели безумно счастливыми. — О! Чуть не забыла, ты же заплатил за музыку? — спросила Пэнси. Гарри в ужасе распахнул глаза и начал заикаться: — З-заплатить за музыку? Я думал, ты сказала закрасить курицу. — Что? Почему я должна просить тебя… Прежде чем Гермиона успела услышать что-либо еще, Драко снова увлек ее за собой в танце и, наклонившись к ее уху, прошептал: — Ходят слухи, что на самом деле за объединением наших компаний стоит вовсе не Пэнси. Поговаривают, что это я послал Уизли бесплатную выпивку в тот вечер в пабе много лет назад, и поэтому он надрался до такой степени, что толкнул Пэнси на Поттера. Гермиона изумленно вздохнула, подыгрывая этой истории, зная, что Драко поначалу был категорически против отношений Гарри и Пэнси. — И скажи мне, Драко Малфой, что же могло побудить тебя на такое? — Все это — сложный план, разрабатывавшийся годами. Первым шагом было организовать встречу Поттера и Пэнси и поощрить их отношения; затем я внушил Пэнси, что смарагдовый — ее цвет, хотя совершенно очевидно что оливковый ей больше идет, и наконец — самый важный момент из всех — я убедил Гермиону Грейнджер танцевать со мной, пока на ней платье слизеринского зеленого цвета. — Это не слизеринский зеленый, это… — она посмотрела вниз на себя и широко раскрыла глаза от шока. — Твою ж… это и правда слизеринский зеленый! Драко рассмеялся и слегка усилил хватку на ее талии. Несмотря на свои прежние возражения, Гермиона позволила ему закружить ее, чувствуя его пальцы, поглаживающие платье. — И? Что говорят, оно того стоило? — Стоило каждой секунды, — ухмыльнулся он. В передней части танцпола начала формироваться небольшая группа людей, вскоре откуда ни возьмись появилась Джинни и оттащила Гермиону от Драко. — Пойдем, Гермиона! Пришло время бросать букет! Она потеряла Малфоя из виду, когда подруга потащила ее сквозь толпу, устраивая их в первом ряду, а Пэнси повернулась спиной ко всем девушкам и бросила через плечо свой дико дорогой набор цветов. Ханна Эббот прорвалась сквозь группу и победно сжала букет, улыбаясь своему спутнику — Невиллу. — Грейнджер. Гермиона повернулась лицом к Драко, который стоял позади нее и держал в руке один пион. — Я снова Грейнджер? — Ты всегда будешь Грейнджер, — заметил он, протягивая ей цветок. — Для твоего букета. — Но я не поймала букет. — Не этого. А для того, что я дарил тебе весь год. Согласно традиции ухаживаний, букет должен содержать не менее дюжины цветов, чтобы продемонстрировать мои серьезные намерения. Гермиона крепко держала пион в руке, и Драко улыбнулся, когда она провела кончиками пальцев по лепесткам. Он снова склонился к ее уху. — По моим подсчетам, тебе не хватает одного цветка, а для моей ведьмы это просто непозволительно. Что скажешь, если после этого мы пойдем перекусить рыбой с картошкой фри? Думаю, я знаю местечко, которое тебе понравится. — Да, пожалуйста, мне нужно съесть что-нибудь еще, чтобы уравновесить все сладости, — она замолчала, поджав губы, и встретилась с ним взглядом. — А после, может быть, мы могли бы вернуться в мою квартиру и оценить, как этот пион смотрится с остальными цветами? — О другом и не мечтаю.

***

Месяц спустя Гермиона оторвалась от своей тарелки с овсянкой и ягодами как раз в тот момент, когда Олстон — филин Драко — бросил посылку на обеденный стол перед ними. С любопытством на лице Драко потянул за шнурки пакета и развернул оберточную бумагу. — Похоже, Пэнси прислала нам копию свежего выпуска «Букета». Напевая себе под нос, Гермиона отодвинула миску и потянулась за журналом. Пропустив первые несколько страниц, она открыла широкий разворот, посвященный свадьбе Пэнси, с центральной колдографией целующихся у алтаря молодоженов. Пролистав дальше, она увидела, что для каждого важного события, которое Пэнси проводила в преддверии знаменательного дня, за исключением девичника, отведена отдельная статья. Несколько страниц было посвящено вечеринке по случаю помолвки в поместье Паркинсонов. Гермиона с удивлением отметила, что камера несколько раз за вечер ловила взгляд Драко на нее, и не могла не удивиться, как сама это прозевала. Снимок Гарри и Пэнси во время обряда обручения первым по-настоящему привлек ее внимание. Наблюдательный читатель заметил бы прямо за плечом Пэнси спрятавшихся в стороне от остальной группы Драко и Гермиону. Она вспомнила тот момент и поняла, что во время съемки их руки были заняты макаронами. Возможно, виной всему лунный свет, но Грейнджер могла поклясться, что они выглядели так, будто светились, когда смеялись. Она перевернула страницу, посвященную приему гостей, пропуская статьи, в которых подробно описывался каждый аспект декора. Она читала так быстро, что чуть не пропустила колдографию на полстраницы, где они с Драко танцуют на приеме прямо перед бросанием букета. Увидев все напечатанное, Гермиона вдруг поняла, почему все поверили, что они встречаются, задолго до того, как это произошло на самом деле. Они уже выглядели влюбленными. — Не держи меня в напряжении, Грейнджер. Что ты думаешь? — спросил Драко, намазывая маслом свой тост. — Получила ли Пэнси, что хотела? Удалось «Букету» показать историю любви столетия? Гермиона опустила взгляд на их движущееся изображение, наблюдая, как она смотрит на него, пока он кружит ее, а затем притягивает к себе и что-то шепчет на ухо. Проведя пальцами по картинке и с улыбкой посмотрев на Драко, она ответила: — Да, любимый, думаю, что да.