Кибер Геральт

— Еще текилы! — крикнул Геральт, зевая. Война разделила его жизнь на до и после. Раньше он был главным инженером на космическом корабле, занимался разработкой нового варп-оружия и дослужился до звания коммандера, а потом — война. К слову, после он получил звание капитана и ушел в отставку. Теперь работал в научном отделе Федерации, все так же занимался оружием, но до ужаса скучал по космическим миссиям, о которых ему пришлось забыть. Во время миссии он попал под обстрел клингонцев, из-за чего едва-едва не погиб. Его вовремя нашли, оттащили в медотсек, ввели в кому, подключили к системе жизнеобеспечения. Он пробыл в коме не один день, а очнулся уже совершенно новым человеком. Медики были вынуждены собирать его по частям, заменяя пораженные части тела на кибер-протезы. Вообще, в 23 веке такими протезами никого уже не удивить, и зачастую можно было встретить людей, которые уже на 70% были андроидами. Но несмотря на это все же психологически было тяжко принять такие перемены в своем теле. Кибер-протезы были высокотехнологичны, более устойчивы перед внешними факторами, более функциональны, чем обычное человеческое тело. Но к ним нужно было привыкать, учиться пользоваться и адаптироваться к тому, что собственное тело стало другим. Геральт обзавелся новым глазом, который теперь можно было использовать как какой-то телескоп. От глаза к брови через переносицу проходила металлическая вставка, из-за чего лицо Геральта казалось постоянно хмурым. Стоило отметить, что кибер-протезирование шагнуло далеко вперед, и при желании эту вставку Геральт мог заменить сам на более красивую. Впрочем, его вполне устраивала та, что есть сейчас: серый металлик и черная LED-линия, с помощью которой можно было отследить уровень заряда системы протезов. Да, теперь приходилось раз в неделю проводить пару часов «на зарядке», чтобы в самый неподходящий момент протезы не перестали работать. Помимо глаза протезом заменили часть ладони и три пальца, что вызывало у Геральта усмешку: уж всю руку меняли бы, что уж там. Так же через шею до уха проходила широкая металлическая линия, которая была видимой частью установленной внутри системы дыхания, выполняющую теперь функцию поврежденных легких. Остальные изменения были глубоко под кожей или скрыты под одеждой. А сам Геральт особо не распространялся, что у него, например, в правой ноге нет своих костей, а только металлические протезы, и что скорее всего со временем придется саму ногу полностью заменять. Геральт вообще не любил разговоры о своих ранениях и травмах: в отличие от других ветеранов войны, он не гордился тем, что допустил ошибку и попал под обстрел. И теперь вынужден был тухнуть на Земле в Федерации, пока космические корабли бороздят космос без него. А все из-за проклятой дыхательной системы — поражение легких было настолько сильным, что пришлось заменить их полностью, и перепады давления во время варп-скачков могли очень плохо отразиться на состоянии протеза. К смерти бы не привело, но инвалидность бы обеспечило. И если самому Геральту было плевать и он был бы рад рискнуть, то командование считало иначе. Так что теперь он, наполовину андроид, наполовину человек, сидел в баре, пил текилу и размышлял, чем заняться этим вечером. Решение нашлось само собой. — Оу, пьешь текилу? — парень с широкой, но в то же время какой-то лисьей улыбкой уселся рядом, — говорят, здесь подают чудесную ромуланскую настойку. — Убьет тебя с настойки, нет? — хмыкнул Геральт, с интересом разглядывая парня. — Недооцениваешь меня, — фыркнул парень, дал знак бармену, и тот поставил перед ним три дымящихся шота. — Угощайся, — парень пододвинул один Геральту, — меня, кстати, Юлиан зовут. — Не пью такое, спасибо. Я Геральт. — А чего так? — Не доверяю ромуланским изобретениям. Не сочти меня ксенофобом, но им совершенно плевать, что есть и пить. — Ну еще бы, — пожал плечами Юлиан, — у них организмы покрепче нашего. Это только повод позавидовать. — А вот тут не спорю. Юлиан оказался приятным собеседником, и скоро светская беседа перетекла в неприкрытый флирт. — А где у тебя еще протезы? — спросил пьяно Юлиан, водя пальцем по металлической вставке на шее, отчего у Геральта по коже шли мурашки. По ощущениям это было сравнимо, словно кто-то минуя кожу легонько трогает его оголенные нервы. Стоило признать, это было приятно. — Большую их часть чтобы увидеть, меня вскрыть нужно, — хмыкнул Геральт, — например, у меня вместо легких огромная хуевина, которая разгоняет кислород по моему организму. — Вау, — Лютик смотрел на Геральта во все глаза, не скрывая восхищения, — ты же настоящий… андроид. — Угу, типа того, — усмехнулся Геральт. Почему-то интерес со стороны, который обычно бесил, от Лютика совсем не раздражал. Даже наоборот — этот парень был таким искренним в своем удивлении, как ребенок, -- еще если с правой стороны грудь трогать, то можно почувствовать ребристую поверхность титановой пластины. — Ого… А почему ребристая? — К таким крепится дыхательная система. Вообще, хуй знает, почему бы не сделать ее обычной и гладкой, но… — Теперь я хочу потрогать твою грудь и тебя всего, — выдохнул Юлиан, пожирая глазами Геральта. — Поехали ко мне. — Поехали! — Ты всегда так легко соглашаешься ехать к незнакомцам? — Только к тем, у кого в ноге вместо кости стоит металлическая или еще какая палка. Геральт хмыкнул и вызвал такси. Лапать его Лютик начал уже в такси: водил руками по груди через рубашку, удивленно хихикая каждый раз, когда ощущал ребристую поверхность пластины. Трогал протез на руке, водил пальцами по металлическим вставкам на шее и лице. И смотрел на это все с открытым ртом и неподдельным удивлением. — Они такие… гладкие… — произнес Юлиан, трогая протезированные пальцы, — а почему нельзя обтянуть протезы кибер-кожей, например? — Потому что она совершенно неустойчива к внешним факторам. И в отличие от обычной кожи не способна к регенерации. Раз поцарапался — и все, ходи с ней до конца жизни. Ну или пока не сменишь обивку, так сказать. Лютик хихикнул. — Ты необычный, — произнес он, глядя на Геральта во все глаза. И куда делся тот паренек, что настойчиво флиртовал в баре и отпускал пошлые шутки? Геральт рассчитывал, что долгие и жаркие поцелуи в коридоре его квартиры помогут настроить пьяного Юлиана на нужный лад, но он кое-что совершенно забыл. — И ЗДЕСЬ ТОЖЕ? Лютик чуть ли не закричал, в его голосе был шок и удивление. А ведь Лютик всего лишь запустил руку в штаны Геральта и наткнулся на наполовину протезированный член. Да, к сожалению, эта часть тела тоже пострадала. Но медикам удалось сохранить чувствительность, хоть она и стала несколько ниже. Зато теперь член представлял собой съемный протез, который через микросхемы соединялся с нервными окончаниями, так что все ощущения Геральт испытывал в полной мере. К слову, именно к новому члену он привыкал дольше всего, потому что его, во-первых, заряжать нужно было отдельно, а во-вторых, оказалось, что разнообразие насадок было просто ошеломляющим. Если не знать об этой особенности Геральта, то можно подумать, что он поехавший озабоченный маньяк, так как в его шкафу хранилось с десяток разных насадок. — Тебя это пугает? — поинтересовался Геральт, молясь всему, чему только можно, чтобы Лютик не свинтил от него. Потому что член его хоть и не был теперь индикатором возбуждения, Геральт все-таки был уже прилично возбужден. — Нет! Просто я не ожидал, — Лютик вдруг схватил Геральта за руку и потащил в комнату, где тут же загорелся свет. Геральт вовремя понизил яркость, оставив приятный полумрак, потому что Лютик остановился посреди комнаты, опустился на колени и стянул с Геральта штаны. — Вау… — присвистнул он, разглядывая протез, который в отличие от других все-таки был обтянут киберкожей, правда не полностью, и кое-где были вставки из черного металла, — а ты чувствуешь, если я… Лютик поднял заинтересованный взгляд и провел по члену пальцами. Геральт выдохнул через зубы и кивнул. — А он… съемный что ли? — воскликнул Лютик, наткнувшись пальцами на место крепления. — Ага. Так что можно использовать любую насадку. — А светящиеся есть? Геральту стало не по себе, потому что ему показалось, что в его квартире не парень, которому было уже к 30, а какой-то ребенок лет 7-8. — Вообще — есть, но я на такое деньги не тратил. Лютик только цокнул. — Зато могу так, — Геральт хмыкнул, опустил руку куда-то ближе к внутренней стороне бедра, и протез начал несильно вибрировать. — Охуеть… — выдохнул Юлиан. И тут же полез между ног Геральта, высматривая, где и что тот нажал. И увидел небольшую панель где-то на уровне мошонки. — Да ты же… секс-машина, получается, — присвистнул Юлиан, водя пальцами по панели, — а почему она не срабатывает? — Потому что я бы охерел, если бы она реагировала на каждое касание, — усмехнулся Геральт, — реагирует на отпечаток пальца. — Аааа… — Ты и дальше планируешь его разглядывать, или мы?.. Лютик тут же поднялся на ноги и снова обнял Геральта. — А как ты его прячешь? — спросил парень, не желая успокаиваться. Геральт вздохнул и снова коснулся панели. Член уменьшился в размерах, так что теперь очевидно не вызывал бы никаких вопросов. — Охереть, — снова восхищенно выдохнул Юлиан, — черт, я теперь не могу ни о чем больше думать. — Может, стоит проверить его в деле? — А ты включишь вибрацию? — снова эти восхищенные детские нотки в голосе, из-за которых снова стало не по себе. — Если ты хорошо попросишь. Лютик закусил губу. — А мне нечем тебя удивить… — Ты меня удивишь, если прямо сейчас разденешься и мы займемся сексом, — не выдержал мужчина. — Понял, — Лютик снова хитро улыбнулся и начал стягивать с себя одежду. Геральт был в восторге от тела Юлиана — не худощавый, с приятными, мягкими на ощупь бедрами и ягодицами, так что, кажется, даже протезированными пальцы ощущали бархатистость его кожи. — От тебя так приятно пахнет, — промурчал Геральт, касаясь губами шеи Лютика. Тот довольно простонал, запрокидывая шею и подставляя ее под поцелуи. От Лютика пахло ромуланской настойкой, какими-то цветами и естественным запахом кожи. Геральт лизал и целовал эту шею, дурея от того, как чувственно отзывался Лютик на его поцелуи, как он прогибался в пояснице, как еле слышно стонал. — Ты целуешься просто божественно, — выдохнул Юлиан, когда Геральт поцеловал его в губы, — я готов кончить от одного только языка у меня во рту. Геральт довольно хмыкнул и опустил руку, чтобы обхватить стоящий член Лютика. Тот громко застонал и толкнулся бедрами навстречу руке Геральта, впиваясь пальцами в его шею. Лютик касался носом металла в шее, заставляя Геральта дышать все тяжелее, водил пальцами по члену и совершенно бесстыдно выстанывая имя Геральта. Мужчина подтолкнул парня к стене и развернул спиной к себе. Лютик тут же оперся руками о стену и, расставив ноги шире, прогнулся в пояснице, подставляя свой зад. Геральт смазал слюной свои пальцы и приставил к сжатому колечку мышц. Несильно надавил, массируя и смазывая вход. Юлиан негромко зашипел, когда мужчина вставил палец на одну фалангу, но послушно терпел, пока тот его растягивал. — Ты такой узкий и горячий, — шепнул довольно Геральт, трахая Лютика пальцами, — может, взять насадку поменьше? — Ты меня недооцениваешь, — прошептал Юлиан, подаваясь бедрами назад и насаживаясь на пальцы глубже, — твоих пальцев мне уже маловато. Геральт довольно оскалился, прикусил зубами бледную кожу на плече и убрал пальцы. Затем снова сплюнул на ладонь, растер слюну по протезу и приставил его к растянутому входу. — Прохладный, — прошептал немного нервно Лютик, и эта нервозность не укрылась от Геральта. — Ты боишься? — Просто… Немного странно, подобного опыта в моей жизни не было еще. — Тебе понравится, — хмыкнул мужчина и осторожно толкнулся внутрь. Геральт был прав — Лютику понравилось. Скоро он уже стонал на всю квартиру и умолял Геральта включить вибрацию. Лютик оказался совершенно распущенным, что было приятным открытием. Умолял трахнуть его, называл себя грязными словами и сам насаживался на член, расставлял ноги шире, прогибался в пояснице чуть ли не до хруста, захлебывался собственными стонами. А Геральт толкался все быстрее, впиваясь пальцами в мягкие бедра. Вибрация была включена на полную мощность, отчего стоны Лютика, тяжелое дыхание Геральта смешивалось с тихим жужжанием протеза. Геральт и сам балдел от этих ощущений, так как и его тело ощущало эту вибрацию, отчего удовольствие расходилось по телу интенсивными волнами. Лютик был горячий, узкий, податливый, что приводило мужчину в полный восторг. То ли дело было в алкоголе, то ли еще в чем, но Геральт был готов поклясться, что это был лучший секс в его жизни. — Черт, Лютик, я сейчас… Я сейчас… — зашептал он сумбурно, вгрызаясь в шею парня. — Геральт, я тоже! Геральт, быстрее, прошу! Герааааальт, — Лютик кончил в руку мужчины, заляпывая пол и его руку своей горячей спермой. Геральт кончил следом, заполняя Лютика горячей спермой, которая осталась на протезе и сейчас лениво стекала по ягодице. — А я думал, что ты… ну это, не можешь… — пробормотал Юлиан, с удивлением ощущая внутри себя чужое семя. — Ну яйца-то у меня на месте, — откликнулся Геральт, лениво обнимая Лютика и утыкаясь носом в его шею. — А, ну да, — хмыкнул Лютик, прижимаясь к Геральту ближе. — А я могу остаться на ночь? — Конечно. О своем решении Геральт потом очень пожалел, потому что спать Лютик не планировал: он просил Геральта показать, как сменяются насадки, восхищенно смотрел, когда тот с помощью панели приводил член в боевую готовность. В итоге Геральт просто добавил в систему скан пальца Лютика, чтобы тот сам развлекался, как хотел, отключил чувствительность и уснул. Геральт проснулся раньше Лютика, хотя мужчина был уверен, что тот вообще от избытка эмоций не ляжет спать. Однако нет — тот развалился на кровати, закинув ногу на Геральта. Одна его рука была крепко сжата на члене-протезе. Видимо, эта штуковина действительно сильно понравилась парню. Осторожно отстегнув насадку и оставив ее в руке Лютика, Геральт, посмеиваясь, ушел на кухню. Если кто-то и комплексует из-за наличия члена между ног, то точно не Геральт: у него этих членов еще десяток в шкафу лежит на любой вкус и цвет. О том, что Лютик проснулся, Геральта оповестил громкий крик. — Ты долбоеб! Я ж забыл! Я думал, что я…! — Лютик, сонный и злой, влетел на кухню. — Что ты оторвал мне член? — изогнул бровь Геральт. — Да, — буркнул Лютик и кинул протез на стол. А взгляд его то и дело падал на пах Геральта, где теперь была пластина с микросхемами, семявыводящая небольшая трубка и резьба для крепления насадки. Выглядело это странно, но в совокупности с прочими протезами Геральта было вполне органично. Приготовив в репликаторе яичницу, Геральт, продолжая щеголять голышом, накормил Юлиана, который все еще подозрительно молчал после того концерта. — Все в порядке? — Да, просто… Я привыкаю к тому, как ты выглядишь и думаю… — О чем? — О том, что мне нужно срочно придумать повод не уходить из твоей квартиры, — искренне произнес Лютик и посмотрел на Геральта своими голубыми глазами. — Настолько понравилась эта игрушка? — хмыкнул Геральта. — Нет. Ты понравился. Но это, конечно, добавило тебе баллов в общую копилку. Геральт улыбнулся и сел рядом. — Если ты действительно придумаешь какой-то повод, то я думаю, что не откажу тебе, — произнес он, щелкнул Лютика по носу и отвернулся к своей яичнице. Парень просиял. Как минимум теперь он мог оставаться здесь по причине «Геральт, я должен придумать повод здесь остаться, а на улице думается плохо». Геральт же совершенно не был против.