Господа мира сего

Стрелки часов размеренно отстукивали по циферблату. Каждый, кто находился в доме номер 12 на площади Гриммо в этот холодный дождливый вечер, старался делать вид, что занят очень увлекательным делом. Сегодня был важный день, но никому не хотелось показывать своей заинтересованности в вечернем собрании. Ждали новостей из стана пожирателей. Человек, приносящий их, не был любим в Ордене, а потому все хотели выглядеть независимыми. Молли Уизли стучала сковородками на кухне, негромко переругиваясь с Кикимером, мистер Уизли читал утреннюю газету, иногда смеясь над анекдотическими вставками. Тонкс и Римус не спускались со второго этажа с самого обеда, но никто и не хотел их тревожить: всего пару дней назад было полнолуние, и Люпин в большей степени дремал в объятиях Тонкс. Гарри и Рон со скучающими лицами играли в волшебные шахматы, а Гермиона слонялась рядом, зажав подмышкой толстую книгу. Часы пробили восемь, и жители дома начали стекаться в столовую, с наслаждением принюхиваясь к аромату овощного рагу с телятиной. Да, вечер был томным, но он не мог оставаться таковым вечно. Северус Снейп вернулся на Гриммо мрачнее тучи, прервав общую трапезу. Сидевшие за длинным столом члены Ордена закопошились, взволнованно поглядывая на вошедшего. Гермиона, верно считав его настроение, молниеносно поднялась и налила мужчине крепкого кофе. Молли проводила девушку нечитаемым взглядом и уставилась на зельевара. Она искренне считала, что Снейп влиял на девочку не вполне благотворно. Безусловно, она стала опытнее в Защите от Темных Искусств и зельях, сегодня она могла бы дать отпор любому магу обеих сторон. В этих странных отношениях Молли видела возможность для обоих подарить кому-то тепло и спокойствие. После того, как Гермиона окончила школу и потеряла защиту Хогвартса, это спокойствие было ей необходимо. Не то чтобы миссис Уизли имела право быть против связи Снейпа и Грейнджер, но в глубине души она считала, что в большей степени эти двое подходят друг другу, несмотря на то, что Гермиона стала жестче и грубее в общении с окружающими. Но в такие моменты, как сейчас, Молли видела тоску и разочарование в глазах Гермионы, и это расстраивало женщину. Да, эта девочка была близка с профессором зельеварения. Пожалуй, она была Снейпу ближе, чем кто-либо еще. Но была ли Гермиона счастлива? – Это война виновата, а не Северус, – как-то сказал Артур, когда Молли поделилась с ним мыслями. Пожав плечами, миссис Уизли продолжила изучать обновляющийся характер теперь более мрачной и до невозможности серьезной Гермионы. Когда Северус допил кофе и, казалось, несколько успокоился, мисс Грейнджер первой задала вопрос: – Что произошло? Снейп окинул присутствующих непроницаемым взглядом и ответил: – Темный Лорд каким-то образом узнал о том, что я… не один. Он требует представить мою избранницу на следующем собрании. Ума не приложу, что делать. – Кого-то послать точно надо, – задумчиво протянул Кингсли. Он сидел рядом с Гарри и покручивал в руках стакан с нетронутым тыквенным соком. – Да, но кого? Мы не можем отправить Гермиону, она маглорожденная и подруга Гарри! – сказал Рон. – Согласна, – произнесла Тонкс. – Нет никого, кто смог бы держать щиты окклюменции все собрание. Без этой меры оттуда не выберется никто из нас. Более того, я уверен, что одной встречи Лорду будет недостаточно. Вполне вероятно, что моей тайной избраннице даже придется принести обет верности и получить метку, чтобы Хозяин мог мне доверять. Нет, с этой задачей не сможет справиться никто, кроме… Все притихли, с ужасом слушая слова главного шпиона Того-Кого-Нельзя-Называть. Гермиона, приподнявшись со стула, произнесла: – Кроме меня самой. Молли заметила, как глаза девушки сверкнули опасным огоньком. Волшебнице не очень понравилось увиденное, но точной причины своей тревоги она понять не смогла. – Выйдем на минуту, Северус, – попросила Гермиона. Кивнув, профессор поднялся со стула. Дверь за ними захлопнулась, и Северус тут же наложил заглушающее на пространство вокруг них. – Послушай, Гермиона, это правда опасно. Ты не обязана делать что-то, что может причинить тебе вред. Я могу спрятать тебя так, что никто не найдет. – И что в таком случае будешь делать ты сам? – с горькой иронией спросила девушка. – Придумаю что-нибудь. – Не говори глупостей. Ты не бросишь Гарри и Орден, а в одиночку тебе не выжить. Других вариантов нет, я пойду с тобой. Мы справимся. Придержав возлюбленного за рукав, Гермиона пристально посмотрела ему в глаза, повторив: – Мы обязательно справимся.

***

Собрание в присутствии Гермионы прошло так, как предполагал Северус. Волдеморт неискренне посмеялся его «постоянству в выборе женщин». Зельевар содрогнулся, когда Хозяин направил палочку в сторону Гермионы, но тот лишь решил покопаться у девушки в голове. Благо, гриффиндорка была отлично натренирована. Колдун не увидел ничего, кроме бесконечного обожания Снейпа, тяги к темным искусствам и славе. Где-то на глубине сознания девушки Волдеморт считал обиду на старых друзей, для которых она никогда не была на первом месте. Увиденное Темному Лорду очень понравилось. – Тебя тоже недооценивали, да, девочка? Что ж, Северус, ты выбрал себе поистине подходящую партию. Северус крепче сжал зубы и поклонился Хозяину. Гермиона упала на колени перед Лордом, всем своим видом показывая почтение и подобострастие. Со стороны казалось, что она преклоняется перед могуществом Повелителя, однако на деле мисс Грейнджер спешно укрепляла ментальные щиты, чтобы выдержать второе вторжение в свою голову, если Волдеморту вздумается это сделать. – Как считаешь, Северус, могла бы твоя спутница послужить нашему делу? – лениво спросил Лорд. – Полагаю, Повелитель, она может быть вполне полезна. – Почему же ты не привел ее раньше? Снова поклонившись, Снейп начал гнуть линию, о которой они с Гермионой договорились раньше: – Мой Лорд, я не был уверен в том, что она готова предстать перед вами… Девчонку многому нужно было обучить. Понимаете, гриффиндорка, бывшая подружка членов Ордена. Она так юна, могла и не вынести стресса. – А сейчас по ней и не скажешь, – протянул Лорд. – Я хорошо поработал над ней, – склонился еще ниже Снейп. – Что ж, хорошо, – снисходительно ответил Волдеморт. – Скажи мне, грязнокровка, как бы ты отнеслась к просьбе… служить мне? Гермиона мысленно рассмеялась. «Можно подумать, ты бы дал мне свободу выбора. Что ты выберешь, Грейнджер, служение или смерть?» Вслух она сказала, не поднимаясь с колен и подметая пышными кудрями пол в подобострастном поклоне: – Это стало бы честью для меня, сэр. Довольно улыбнувшись, колдун предложил: – Тогда докажи мне свою готовность служить… Убей его! На этих словах волшебные путы вытащили в центр зала какого-то несчастного. Северус с ужасом посмотрел на парня: это был его подопечный Теодор Нотт. Родители долго берегли мальчишку от принятия метки, но тянуть дальше было просто опасно. Так Тео присоединился к Лорду в этом месяце. На прошлом собрании он не смог отличиться в налете на маглов. Его отец тогда просипел: «Кишка тонка!» – и выполнил задание за мальчика. По-видимому, Лорд решил не прощать Ноттам эту слабость. Тео поскуливал, глядя в глаза Гермионы. Северус к девушке даже не обернулся, обращаясь к Повелителю: – Мой Лорд, я не уверен, что она готова прямо сейчас… Позвольте ей сначала немного привыкнуть к обстановке. Все-таки она никогда не видела подобного и… – Авада кедавра! Звонкий голос на мгновение оглушил Снейпа. Обернувшись к Гермионе, он обомлел. Сейчас она больше напоминала Беллатрикс Лестрейндж в лучшие ее годы. Ее глаза горели безумным огнем, на губах сверкала ухмылка. Она снова поклонилась Волдеморту, прошипев: – Я готова, Хозяин. Тот-Кого-Нельзя-Называть откинулся на спинку кресла, поглаживая по голове приютившуюся рядом Нагайну. Он кивнул Гермионе: – Я доволен твоим стремлением стать нашей союзницей, грязнокровка. Сегодня ты получишь метку. Гермиона поблагодарила Лорда, снова склоняясь перед ним, но тот уже отвернулся от них с Северусом и занялся другими указаниями. Приблизившись к Гермионе, зельевар за шиворот поднял ее с пола и прошипел, слегка касаясь губами холодного девичьего уха: – Ты убила его! – Тебе бы хотелось, чтобы убили меня? – сухо спросила Грейнджер, хватая его за руку и подводя к жесткой лавке. Собрание еще не закончилось, но они уже могли посидеть и отдохнуть. Все было неправильно. Северус никогда не хотел,чтобы случилось подобное, но он опять облажался. Снова женщина, которую он любил, подвергалась опасности. И, кажется, Северус ломал ее, хотя Гермиона и пыталась казаться спокойной и уверенной в себе.

***

Путь домой был тяжелым. Северус волоком тащил на себе Гермиону. Девушка бесчувственной массой висела на нем, пачкая кровоточащей рукой пыльную мантию. Ночь, подарившая Волдеморту нового слугу, оказалась слишком тяжелой и болезненной. Добравшись до зоны аппарации, Снейп огляделся, проверяя местность на предмет слежки, и поудобнее перехватил еле шевелящееся тело Гермионы. Волшебник крутанулся на пятках и через мгновение появился на крыльце дома на площади Гриммо. Северус хотел бы аккуратно прошмыгнуть в спальню вместе со своей ношей и перевести дух, но, лавируя между скрипучих половиц, не заметил, как носок ботинка Гермионы задел уродливую подставку для зонтов. Шум упавшей подставки разбудил сопящую на портрете Вальбургу, и весь дом проснулся от душераздирающих визгов. – Как смеешь ты, сучий сын… – Северус, что произошло? – это в коридор выбежала заспанная Молли, в спешке запахивающая халат. – Сын предательницы крови и магловского отродья… – О боже, что с Гермионой, она ранена? – Сношающийся с грязнокровками… Вопящий портрет закрыл Гарри, торопящийся узнать, из-за чего переполошилась старая ведьма. – О, профессор, мы не ждали вас раньше утра… Гермиона?! Она жива? На последних его словах в коридор выбежал Рон, лицо которого было белее мела. Северус скривился и процедил: – Темный Лорд был вечером необычайно щедр, поэтому Гермиона приняла метку сегодня же. Пропустите, ей нужны зелья и хороший сон. Ночные свидетели произошедшего отодвинулись с прохода, лица их выражали такую скорбь, будто девушка сегодня погибла. В принципе, это было недалеко от правды: сегодня вечером прежняя Гермиона, личность которой долгое время претерпевала значительные изменения, умерла. На ее место должна была встать опасная, готовая служить силам зла темная волшебница с черепом и змеей на предплечье. Пока Северус нес девушку мимо застывших в ужасе друзей, стекающая с кончиков пальцев Гермионы бурая кровь с неприятным хлюпаньем капала на пол. Рональд скривился, когда ему в ноздри ударил резкий запах металла. Молли покачала головой и приманила тряпку, собираясь подтереть кровавый след. Гарри молча сглотнул ставшую вязкой слюну и стал медленно отступать в свою комнату. Никто не сказал ни слова: все трое боялись, что, скажи они что-нибудь, и ситуация перестанет казаться сном. А просыпаться не хотелось. Вид Гермионы с черной татуировкой на воспаленном предплечье положительных эмоций не вызывал... Ужасно, как же это ужасно! Всегда правильная Гермиона в один миг стала неправильной.