Happy dark

      Паренек, всеми силами привлекающий к себе внимание, спускается по каменной лестнице потрепанного борделя, слегка покачивая головой в такт взрывной поп-музыки, которая доносится из его наушников. На эту, весьма необычную персону, оглядывается чуть ли не каждый. Девушки и парни блуждают по его телу глазами, даже не скрывая этого. Как не заострить внимания на ярко-розовых волосах, на чупа-чупсе во рту, на пухлых, накрашенных блеском губах или… на обтянутой кожаными лосинами упругой заднице и лисьих ушках? Взрывной парень же остановил взгляд только на одном, и тот черт возьми, был единственным который не глазел на то, чем розоволосого явно не обделила природа. Sweety, так он себя называет, остановился, вынул изо рта чупа-чупс с характерным звуком, убавил музыку в наушниках на минимум и проскользнул глазами по накаченному телу.  — Подходишь, — губами прошептал он, поймав его взгляд на себе.  — Чего тебе? — немного с опаской, пристально глядя на подведённые голубые глаза, говорит накаченный парень.       Оголённый торс, рельефный пресс, обтягивающие все то, что нужно чёрные джинсы. У нашего главного героя даже сердечко затрепетало и ушки встали, когда он начал представлять, как они вдвоём, допустим, вон в той каморке… — У тебя же волчья личность? Хм… — лисёнок, приложил палец к губам и схмурил лоб, задумавшись, — говорят лисы и волки не ладят, хочешь развеять этот миф?       Sweety подмигивает, немного виляет своим пушистым хвостиком, шерсть которого выкрашена в розовый цвет, так же как и уши, и жестом головы приглашает его в каморку, чтобы осуществить все то, о чем он успел уже себе надумать. Улыбается, знает, что от него так и веет желанием. Хоть в этом месте и смешаны многие запахи, но почему-то именно нужный розоволосому, не исходит от парня напротив.  — Паренёк, ты промахнулся, я лучше бы проверил насколько ладят волки и лисы с вон той рыженькой, — указывает большим пальцем себе за спину, на курящую кудрявую девушку (Sweety не понимает, как можно не отличить кошку от лисы), которая сидит в углу на потрепанном стуле.       Это место, помимо тысячи запахов, было наполнено разрухой, похотью и криминалом. Как только лис учуял дым от сигарет, то сразу сморщил нос, закрывая его рукой. Но вдруг, через путы этого едкого запаха проскользнул ещё один, до мозга костей знакомый.  — Как жаль, — парень положил руки на щеки и наигранно покачал головой, — ты как Иисус прекрасен. Если вдруг останешься один холодной ночью, я могу согреть.       Sweety достал из кармана розовой пушистой кофточки, которая была надета поверх чёрного шёлкового топа, немного помятую бумажку с номером телефона и сунул ее в руку парня напротив. Отворачиваясь, он помахал пальчиками, улыбнулся и отправился дальше вниз по лестнице, опять засунув в рот чупа-чупс.       Лис стучит в железную дверь подвала и спускает с плеч, но до конца не снимая, свою кофточку, на ходу придумывая, что он скажет людям, чтобы его впустили внутрь. Дверь открывается.  — Ты кто? — неприятный парень, с темными полосками, местами разбавленными редкими пятнами, складывает руки на груди и опирается о косяк двери.       Он недооценивает того милого котёнка, который перед ним стоит, посасывая чупа-чупс.  — Хм… я думал, что найду утешение здесь, — дует губки, смотрит прямо в глаза, виляет плавно хвостиком.       Делает все чтобы привлечь внимание, а сам про себя думает: «Ты кто? Кот? Тигр? Гепард? У них всех абсолютно разные характеры, как же к тебе подступиться?». Непонятный зверь не ведётся. Стоит напористо, не пускает.  — Пожалуйста, котёнок, помоги мне, — парень расплывается, жалобно поджимая ушки и смотрит слезливыми глазами на полосатика.       Томный взгляд из-под ресниц понимает, что это не работает и включает свою лисью натуру. Это его козырь. Запах похоти достигает носа противника, он на секунду теряет самообладание, но кое-как собирается с мыслями.  — Ох, ты ошибся, я далеко не котёнок, — ухмыляется, и, выпрямляясь подходит ближе, — но поиграть с тобой могу.       Пытается разглядеть глазки хвостатого, но тот поникает, а его голова вмиг опускается. Незнакомец нагибается, берет подбородок и приподнимает личико лисёнка. Тот стукает по кисти, разворачивает врага, потерявшего самообладание, зажимает его шею рукой, свою левую заводит за спину, мгновенно прижимает к виску cougar 8000 mini, на который потрачено 2 флакончика гель лака цвета фуксия, 4 пачки страз и невъебическое количество времени.  — За сегодня я ошибся дважды… ненавижу ошибаться, — Sweety рычит словно дикая кошка, морщит нос и сильнее прижимает свою игрушку к виску, — первый парень не дал, второй чертов тигр.       Заложник напрягается. Лис сжимает челюсти сильнее, кажется скоро задушит полосатика, но начинает улавливать нотки очень приятного, сладко-пряного запаха. — Вау, ты так вкусно пахнешь! — тут же дьяволенок отпускает его и разворачивает к себе, держа за руки, — можешь сильнее?       Его интерес не наигран. Ему и вправду хочется узнать максимум, что может выдать этот паренёк. Это один из самых вкусных запахов, который он когда-либо вдыхал. Яблочный пирог с… с чем же? Противник недоумевает. Он не может сконцентрироваться из-за резких перепадов настроения этого милахи.  — Что? Усилить запах?       Он в полной западне. На него опять направлен ствол, который держит как ему кажется, полный псих. Но в следующую секунду милый голосок щебечет: — Да, врубай максимум. Сможешь сам или тебе помочь?       Лисёнок склоняет голову к плечу, ведёт рукой по торсу противника, спускаясь ниже чем нужно, расстегивает ширинку и уже чувствует усиление концентрации яблочного пирога в воздухе. Яблочного пирога и корицы. — О господи, ты не занят в эти выходные, может я к тебе приеду? Ты превосходно пахнешь, — руки его доходят до кромки боксеров, а нос прижимается к плечам.  — Боги, ты тоже, — до тигра также долетели нити приятного аромата, определенно лучшего в его жизни       На секунду рука лисенка останавливается, но потом продолжает двигаться медленно, тягуче, мучая противника, почти дотягиваясь до заветного.  — Боги? Хах, я тут один, зая, — ухмылка расцветает на до этого невинном лице.       Sweety ударяет в затылок своим локтем, враг мгновенно отрубается.  — Но есть парочку запахов лучше.       Например тот, который чует Sweety из темноты узкого коридора. Лис аккуратно кладёт бессознательную тушу на пол, напоследок оставляет свой номерок и удаляется во мрак.

***

— Твой чудесный запах на весь этаж расстилается, — говорит подвешенная за руки к потолку девушка, как только розовая бестия появляется в комнате с заложником, — И чем же отличились эти двое счастливчиков? — Оу, ты бы видела первого парня, — разозленный лисёнок держит еле живого врага за волосы, прислоняя между его глаз свою малютку, — его тело — это что-то с чем-то.       Вспоминая события, происходившие минут двадцать назад, хвостатый закрывает глаза и закусывает нижнюю губу. Из глубин сознания вырывает только выстрел, который чуть не поцарапал пистолет Sweety, но розоволосик успел прикрыться уже мертвым телом паренька. — У меня заложник! — кричит лис, а потом шепотом добавляет, — был...       Sweety перебил огромную толпу беспомощных псин, которым нужно только тело с приятным запахом, а его у паренька хоть отбавляй. Он уже выдохся, все лицо измазано засохшей кровью, тело в синяках, одежда порвана, а в помещении ещё два зверя — он справиться. Своим обаянием, навыками манипулировать, либо же телом, но справиться. — А что мы вам сделали? С чего вдруг похищение? — у этого розового дуэта может быть и много преступлений, но чтобы похищать и мучить одного из них — да не в жизнь.       Парень аккуратно двигается по направлению к своей напарнице, держа на прицеле одного из противников. — А это вам ничего не говорит? — рычит один из похитителей.       В сторону лиса летит белый мешок, с одной стороны пропитанный кровью. Он пинает, раскрывая его и видит копну волос. — Оу, сестрица, это мы постарались? — улыбается и думает: «сколько же нам заплатили за башку главаря банды?», приглядывается — Ты на ткани мешка вышила момент из манги? — присаживаясь на корточки и рассматривая рисунок говорит розоволосый. — Ага, нравиться? Пол вечера на это угрохала! — Хвостатый с улыбкой подходит к своей напарнице, все это время, не отрывая взгляда от неё. — Конечно, — лаского произносит лисёнок, проводя ладошкой по ее щеке и не переставая на крючке держать свою цель, — «Атака титанов» — великолепная манга!       Ее огромные голубые глаза сверкают и не хотят угасать, даже не смотря на раны. Pinky продолжает говорить с улыбкой, хоть ее спину до сих пор жгут кровавые полосы от плёток. Пару порезов на ногах, порванная одежда, обрызганное темно-красной жидкостью лицо — за все это парень обязательно отомстит. Sweety берет в кулак ее испачканные кровью волосы, перекидывает вперед через плечи и осматривает спину. Краем замечает ещё истерзанные запястья, которые за долгое время натерлись грубыми веревками. Его глаза наливаются красным пламенем. — Алис, давай, — шипит он, будто бы произнося кодовое слово. — Не называй меня Алисой при других людях! — злиться девушка. Теперь те двое, стоящие в метрах десяти от пары, точно трупы.       После этого неведомая аура будто бы копьями пронзает оставшихся врагов. У них начинают подкашиваться ноги, учащаться сердцебиение, плыть в глазах. У лисичек тоже, они переглядываются и улыбаются друг другу. Sweety тихо подкрадывается к похитителям и, давя на плечи, усаживает их на пол, располагаясь рядом. Обычно этот веселый дуэт все заканчивает быстро, но сейчас, когда противники нанесли столько увечий одному из их пары, быстро отделаться не получится. — Их только двое осталось из банды, родной.       Парень поворачивается к такой же розоволосой, как он сам и смотрит на неё виноватым взглядом. Конечно же девушка все понимает — где-то есть ещё третий. — У него был прекрасный запах, — поджимает ушки, выглядит как ребёнок, разбивший дорогущую вазу. — Точно не лучше твоего, — мурлычет девушка.       Парень ухмыляется и начинает медленную пытку.

***

      Способности этих двух проявились, когда они, совокупляясь в туалете клуба, устроили там чуть ли не массовую оргию. И только проснувшись на утро в обнимку с лисичкой, рыжик начал припоминать, как они, потрепанные, практически без сил выходили из кабинки и видели еблю пяти или семи пар животных, совершенно не контролирующих свои инстинкты. Он припоминал, что не жалел ферамонов, когда вдалбливал красивую рыженькую кошечку в холодную стенку, выложенную плиткой. Что у неё был чудесный запах хвостатый заметил сразу. Единственное на что под действием алкоголя он даже не обратил внимания — огненный хвост. Да, он придерживал его рукой, пока двигался внутри этой бестии. Но это не меняло ситуацию, парень в тот момент ничего разглядеть за пленой тумана не мог, не то чтобы рассмотреть грамотно подстриженный лисий хвостик, который от кошачьего совершено не отличался.       Когда же проснулась девушка, она своим глазам не поверила. Живой лис сидит на краю матраса с ноутбуком, подогнув ноги к груди, и пьёт что-то из жестяной баночки. Его уши расслаблены, пальцы быстро нажимают на клавиши, а глаза проносятся по строчкам текста. Лисичка замечает пушистый хвост и, не удержавшись, проводит по этому чуду ладошкой. Он плавно двигается, окутывая кисть девушки, и замирает, когда ловкие пальчики начинают опускаться к основанию хвоста. — Baby, я, конечно, могу повторить вчерашнее, но разве ты не хочешь взять хотя бы пятичасовый перерыв? — парень поворачивает голову и пробегает своим хитрым взглядом по полуголому телу, сидящему напротив.       У всех есть своё «секретное» место, которое либо лучше не трогать, либо трогать только правильному человеку. У рыжика это место находится чуть выше копчика, недалеко от основания хвоста. Феромоны сразу же наполняют комнату. Когда девушка улавливает их нотки, то замирает, растеряно отпуская из рук хвост парня. У неё перед глазами проносятся кадры сегодняшней ночи, она сглатывает вязкую слюну и медленно вздыхает, расслабляясь. — Ох, не молчи, я сейчас тоже самое что и ты чувствую, — лисёнок проводит тыльной стороной ладони по лбу, смахивая пот, — ты, кстати, первая лиса, которую я видел в своей жизни(кроме семьи, конечно), — медленно моргая, он думает о том, как бы не наброситься на девушку, сидящую напротив. — Да, ты у меня тоже, — она не нарочно делиться частичкой своего запаха, — мне сейчас крышу снесет.       Рыжеволосая падает на спину и смотрит в потолок. Потом поднимает голову, тянет за запястье парня, прося продолжения прелюдии. Но он падает рядом, берет лисичку за подбородок, приближается своими губами к ее, останавливается в паре миллиметров и... — Если хочешь кого-то выебать, то врубай запах на максимум, — аромат парня прекращает заполнять каждый уголок комнаты, — я умею контролировать свои инстинкты.       Он ухмыляется, поднимается на ноги и идёт вглубь комнаты, беря со стола какой-то фруктовый батончик. — Дьяволёнок! — девушка оскаливает зубы, соскакивая с кровати, — смотри как он негодует, — двумя пальцами указывает на свой хвост, который вытянулся в струнку и раздраженно дрожит.       Парень слегка посмеивается и кидает ей тоже, что и ест сам. Лиса ловко ловит упаковку, открывает ее с неприятным шелестящим звуком и откусывает практически половину. — Кстати, хотел спросить, почему ты подстригаешь свою шерсть? — парень осматривает тело девушки, подойдя ближе, — кисточки на ушах. Где они? Почему почти вдвое укорачиваешь ширину хвостика?       А лисичка молчит. Конечно рыжик понимает из-за чего. Даже ему, прекрасному программисту, было сложно найти работу со своей личностью. Огненных кошек истребляли лет двадцать назад из-за какой-то «суперспособности», их практически не осталось. Сейчас парень догадывается, что лисы могут проявлять в зверях животные инстинкты, когда феромоны двоих смешиваются. — Слушай, — хвостатый смотрит на девушку сверкающими глазами и берет ее за запястья, — у меня, после долгого затишья, наконец-то работенка подвернулась, но один не справлюсь.       Недоумение на лице рыженькой недо-кошки сменятся заинтересованностью. — Сумма? — дожевывая батончик и бросая фантик в мусорное ведро, говорит она. Деньги — единственное, что ее интересует, так как та еле сводит концы с концами. — Если тебе нужно только это, то не волнуйся, — хвостатый протягивает руку для пожатия, — приятно познакомиться, Sweety — тот самый лис, — лучезарная улыбка ослепляет девушку. — Это про тебя те легенды ходят? — девушка хитро улыбается, — но в последнее время ты что-то затих, да и представляла я тебя немного иначе — щурит глазки, оглядывая снизу вверх.       Пару зверенышей видели его, поэтому по городу пошли слухи о неуловимом эксцентричном лисе, который без проблем проникает в любые здания и берет все, что ему хочется: дорогие картины, какие-то договора, драгоценные жизни. — Начали приходить слишком сложные заказы, если с двумя-тремя справлюсь, то орду псин ублажить не смогу, поэтому и не рискую, — дует губки и вздыхает, — а мой розовый цвет... я питаюсь то ни пойми чем, денег даже на нормальную еду нет. Поддерживать шерстку в идеальном состоянии не дёшево. — Значит ты зарабатываешь на жизнь задницей? — просовывает за щеку язык девушка, наблюдая за рыжиком, — я, почему-то до вчерашнего вечера думала, что ты практикуешься только в нижней роли. — Пф, ебучие стереотипы, — хмурит нос, — но сверху я нечасто, так что прости если что-то не так, — лис пожимает плечами, — а работаю я скорее руками или ртом, но иногда, когда противник чем-то отличается, то да, задницей, — ухмыляется парень.       Девушка протягивает руку к ладони хвостатого и пожимает ее в знак согласия. — Редко? — не в шутку удивилась хвостатая, — а будто бы только в активной роли и практикуешься, — усмехается она, разрывая рукопожатие. — Делал так, как нравилось мне, когда я был внизу, — поднимает одну бровь лис, — ты думаешь, что под о мной никакой рысёнок не стонал?

***

      Может рысёнок и стонал, но это всего лишь милая кошечка, которая сама залезла розоволосому в кровать. Сейчас же, от его умелых ручек выгибаются два взрослых пса, у которых глаза закатываются, и не только от взрывных ощущений, а от туманящего разум смешанного запаха двух чертовок, одна из которых одновременно быстро и ритмично ублажает противников своими ладошками. Хвостатому бы самому сейчас не помешала такая пытка, так как запах его напарницы не по-детски возбуждает.        От приторно-сладкого аромата не убежать, не спрятаться, а время разрядки все приближается, приближается время конца, когда сердце сначала будет отбивать мексиканские ритмы, а потом остановиться и больше никогда не застучат вновь. Сердечный приступ — все, кого нужно было мучительно пытать, выматывать, получали этот приговор. Кого настигла эта участь кончали и не раз, и не пять, перед тем, как их двигатель заглох.       Дьяволёнок не жалеет времени, растягивая сие деяние на полтора часа безостановочной дрочки, перед тем, как сердце одного не сдаёт. — Первый готов, потерпи Pinky, ещё чуть-чуть, — лис выкладывается на все сто.       Он осматривает труп, на наличие под одеждой оружия его напарницы. Из заднего кармана бронежилета выглядывают две рукоятки розовых ножей. Sweety берет их в руки, шатаясь поднимается, еле-еле перебирая ногами доходит до девушки. — Эй, аккуратнее, ты измотан, — волнуясь говорит лисичка, в то время, пока остро-заточенные ножи с небольшим усилием перерезают веревки. — Не больше тебя, — веревки рвутся, Алиса встаёт на ноги, оглядывается на трупы, потирая запястья. Феромоны практически исчезают и она напрягается .       Глухой удар. Sweety падает на холодный пол, испачканный кровью. Лисичка резко оглядывается, бросается к бледному телу, приседает, кладёт ладошку на место сонной артерии, развевая свои самые ужасные мысли. — Ублюдки, — шипит девушка, доставая пистолет из-за спины лиса, — тебе конец, — обращается к почти очухавшемуся врагу и, даже не прицелившись, стреляет.       Попадание прямо в цель, но только не в пользу взрывного дуэта, откуда то сбоку пуля прилетает в руку Pinky. Широко раскрытые от шока глаза, смотрят на сжимающие игрушку пальцы и истекающее кровью запястье. Она резко поворачивает голову и видит, вроде как, тигра. Паника нарастает. На неё целятся два ствола. Лисичка сует пистолет за пояс ярко розовой юбки в складку, тянет руки к своей голове и, взяв резинки, распускает хвостики, беспощадно выдирая пару десятков волос и встряхивая головой, резинки при этом, роняя под ноги. Ведёт руками по своему телу, пачкая и так замаранную юбку своей кровью, приподнимает края белой полупрозрачной блузки в сеточку, отглаживая талию. Враги недоуменно переглядываются, но на тонкую талию их взгляд все равно падает.       Лисичка думает, а вдруг получиться, а вдруг сработает. Распространяет свои феромоны по помещению стремительно, молясь, чтобы их носы до этого не привыкли к смешанному запаху. На полосатике срабатывает, у него дрожат руки, он не может прицелится, жмурит глаза и роняет оружие со звонким ударом на пол. Второй же уже привык к более сильному аромату двоих чертовок, теперь обычные феромоны для него будут казаться ничем — нулем без палочки. Он смеётся, пока девушка сильнее напрягается, пытаясь высвободить свою «сверхспособность» на максимум. Но перешагнуть черту не выходит. — Доигралась... — до сих пор усмехаясь говорит противник, которого не получилось одурманить несмешанным запахом, — раз, — он начинает отчёт, делая первый шаг в сторону девушки, — два, — вновь берет ее на крючок, поднимая ствол. — Три, — концентрация «наркотика» в воздухе превышает все доступные нормы.       Все оборачиваются на полуживого парня, который встаёт с колен. Выпрямляясь, он медленно подминает голову. Противник напротив, который уже опустил руки с оружием, видит его сомкнутые веки, а когда врага пронзает огненный взгляд, то аромат этого дьяволёнка становиться сильнее в раза три. Никто не выдерживает, все падают на пол. Противники пытаются держаться, но безуспешно теряют сознание. — Стой! Хватит! — молит хвостатая, пытаясь подняться с пола, — ты подохнешь сейчас! — задыхаясь, кричит она, пытаясь донести мысль сумасшедшему лису. — Все ради тебя, — после этих слов он опираясь руками о стену, пытается отдышаться, но лишь скатывается по ней, — я, похоже, умираю, — со смешком говорит он и отключается.       Пронзающий крик слышал бы весь минус третий этаж, если бы там остался кто-то живой, но теперь даже эти двое мертвы, потому что хвостатая их сердца в решето превратила. — Родной, просыпайся, ты мне нужен, — постукивая по щекам Sweety, говорит девушка, — просыпайся, сын дьявола! — раздраженно бьет кулаками по груди лиса.       Но он молчит. Пульс практически не прощупывается. У Pinky голова идёт кругом, она забывает о рваной ране на руке, которая до сих пор кровоточит и думает лишь о том, кто сейчас лежит перед ней и еле дышит. — Пожалуйста, не умирай, — губами шепчет лисичка, оглядываясь, — я вытащу нас.       Берет безжизненное тело за подмышки и тащит в сторону выхода. В коридоре находит дверь запасного, дергает, но она оказывается закрыта. Тогда девушка жмёт на ярко-красную кнопку, которую обычно нажимают при пожаре, надеясь на то, что дверь автоматически откроется. Но кнопка не работает, хотя на что надеялась лисичка, находясь в полуразрушенном борделе, замаскированном под ночной клуб? Тогда, посмотрев на лицо своего напарника, внутри неё зарождается новая сила. Она выбивает дверь. Железную, не деревянную. Препятствие, мешающее пройти, слетает с петель, когда обе ноги врезаются в неё с взрывной мощностью. Грохот оглушает лисичку и очухиваться она через секунд двадцать, под осыпавшейся штукатуркой, в груде мусора. Пробирается через рухлядь, распинывая части чего-то ногами и подхватывая Sweety, несётся вверх по темной лестнице.       В абсолютной неизвестности Pinky проходит ещё два этажа, а завернув за угол видит не только темноту, а также синеву неба, звёзды. Она не ориентируется во времени. Телефона с собой у неё не было, когда, поправляя антенну на крыше, ее скрутили и не хило так жахнули по голове. Прослушку в волосах нашли сразу же, достали беспроводной наушник, но перед этим лисичка успела предупредить своего напарника о том, какие виды оружия нападавшие используют, прошептав: «M-951, 92 Vertec, ещё парочку итальянок и одна австралийка». Хоть прослушку и ножи у неё забрали, но зубы не выбили, хотя именно там — в восьмерках находятся маячки, по которым Sweety нашёл девушку.       Дыра в стене забита досками, которые с легкостью можно выбить. Пару ударов и хвостатая с лисом на свободе. На улице ночь — часа два. Они оказались сзади того здания, куда заходили. Так как это затухшее место расположилось на окраине города, то позади борделя находился небольшой лиственный лес. Pinky затащила полуживое тело в густые кусты. Отрывая от своей блузки куски ткани, чтобы перевязать голову своего напарника, она вспомнила о ране, которая жгла пронзающей болью. Левая рука практически онемела, кровь вокруг прострела засохла, образуя корочку. И надо бы сначала позаботиться о себе, но ей без разницы на резкую боль. A вот когда девушка полностью разрывает свою верхнюю одежду на лоскуты для обмотки глубоких порезов, оставаясь лишь в кружевном тканевом лифе, чтобы после вынимания разбитых стёкл из израненных ног лиса, замотать их, чтобы тот кровью не истёк, ей не без разницы. Тёплая жидкость течёт по ногам Pinky, пока парень свернувшись калачиком и положив голову на колени лисички борется со смертью. Она гладит его по голове, бережно обходя ладошкой уши. Потом понимает, что с пулей с руке не очень удобно существовать, закусывает губы и длинными когтями кое как вытаскивает свинец с плотью и сгустками крови. Выкидывать куда попало ее нельзя, поэтому грязная пуля летит в карман юбки. Потоки ветра усиливаются, девушка распушает свой хвостик, обвивая им два тела, находящихся на холодной земле, а сама подрагивает, склоняет голову, прикрывая глаза, и поджимает ушки.       Светает. Девушка отдохнула, а парень так и не очнулся. Она бы потащила его в их квартиру, но прыгать по крышам с дополнительными пятьюдесятью килограммами, чтобы избежать лишних взглядов, хвостатая не сможет, поэтому ждёт, пока ее напарник откроет глаза и сможет встать. Часа четыре утра, оставаться дольше опасно, если наедут полицаи, то им не спастись. Тут же она вспоминает о том, что оставила свои ножи в здании. Да и не только ножи, много улик: волосы на резинке, свою кровь, кровь Sweety. Но Pinky не переживает, лис что-нибудь придумает. Их не могут поймать уже второй год. Все время ментовская база данных крашится, и все из-за одного чертёнка, который умело пользуется ноутбуком. Он даже, зная лишь номера паспортов, сделал так, чтоб этих двоих считали, сначала без вести пропавшими, а через год признали умершими. Конечно не без помощи пачек выпитого аптечного кофеина и бессонных ночей, но зато теперь в мир криминала им все ходы открыты. Sweety даже Пентагон калькулятором взломать сможет, если за это заплатят. Кстати, розовенькими ножичками сначала пользовался сам лис, но потом понял, что холодная сталь с ядом не для него и, отдав эти опасные игрушки своей напарнице, начал сражаться в рукопашную, далее на одном из заданий увидел чёрную малютку и влюбился. Задание они тогда чуть не провалили, но новую игрушку для хвостатого достали. Pinky ножики вернёт любой ценой. Придётся наведаться в полицейский участок.       Шевеление ушками. Протяжный болезненный полустон. Голова у него болит жутко — скорее всего сотрясение. — Очнулся, — с улыбкой говорит девушка, поглаживая мордочку короткими прикосновениями, — нам бежать нужно, ты встать сможешь?, — лис медленно поворачивает голову прямо и смотрит в глаза напарнице. — Могу, — стонет хриплым голосом и тянет руку к слипшимся от крови волосам хвостатой, — это чья?— затрагивая особенно грязный участок, спрашивает парень. — Моя. Или твоя, или врагов. Возможно все вместе, — кладет свою ладонь поверх его и сжимает пальцы, — я нас вытащила.       Они находятся недалеко от своей квартиры. Враги хотели провернуть двойной манёвр, надеясь, что безумный парень не будет искать около места, где живёт. Что ж — они ошиблись. Он будет искать везде, хоть в других странах, но найдёт хвостатую. В лепешку расшибется, все силы приложит, но найдёт. Теперь, когда все из той шайки мертвы, можно расслабиться и не думать что бы было, если бы дьяволёнок, буквально месяц назад, не предложил девушке вернуть обратно ее клыки, которые ей насильно сточили, когда она была маленькой, и за одно вставить пару маячков в зубы. С этой процедурой, кстати, им поспособствовал один нелегальный врач, которому взамен они предложили сначала оружие, потом деньги — он отказался. Тогда наглец ответил, что хочет «всего лишь ваши тела на одну ночь». Лисички долго не думали и быстро согласились, предупредив его заранее обо всех рисках. Врач из-за полного обессиливания, после этой ночки, проснулся только через тридцать часов непрерывного сна, так как дуэт отжигал по-полной.       Мелькающие тени скользят через узкие, несмотря на утро до сих пор темные, переулки. Прыгать по мусорным бакам получается практически бесшумно, так как именно в юркости и изворотливости заключались тренировки лисичек. Дверь на чердак, замок которой давно уже взломан, открывается. Два быстрых тела, через дыру под ногами, спрыгивают на пол веранды, игнорируя сзади себя лестницу. Когда они бежали через дома, прячась за углами стен, то слышали вой полицейских машин. Сейчас лисички спешат в квартиру, чтобы послушать новости и сразу же начать заметать следы. Вылезая из окна заброшенной веранды, они ловко прыгают на крышу дома напротив. Раны ограничивают их в движениях, но дуэт делает все машинально, практически не реагируя на боль. Вот они лежат на краю крыши какой-то пристройки и смотрят вниз со второго этажа. Около двери подъезда отшиваются пару людей, которые, если увидят их в таком состоянии, то сопоставляя недавние новости, спалят ментовке. Конечно же чтобы получить награду за информацию — в этих районах живут не богатые двадцатипроцентные сливки общества, а обезжиренное молоко, еле-еле находящее деньги, чтобы не подохнуть с голоду. Лисички решаются залезть по пожарной лестнице на крышу своего дома и пролезть через чёрный ход, который был сделан именно для таких ситуаций. Он представлял из себя что-то типа большой вентиляции, но только на вид. На самом деле решётку можно было легко сдвинуть, проникнув сначала в железный шкаф, а потом в квартиру.

***

— Сестрица, мы в том борделе оргию устроили, — разваливаясь на матрасе и бегая хитрым взглядом по субтитрам новостей, со смешком говорит парень, — воу! Девятнадцать убийств и ни одного выжившего! — раскрывая глаза и наигранно удивляясь, восклицает парень, ноги которого перевязывают теперь уже не лоскутами дорогущей блузки, а обычными аптечными тряпками. — Не дергайся, пожалуйста, — нежно шепчет лисичка, — пару осколков я достала только сейчас, как бы заражения не было, — она поливает раны перекисью, обеззараживая и заматывает последним бинтом в мясо истерзанные ноги. Даже кожаные штаны не помогли. — Мы оставили просто дохуища улик, но это не проблема, — далее слышится кликанье мышки и звуки долбежки пальцев по клавиатуре, — а нет, проблемка есть, — смотря в пустоту и моргая произносит Sweety через пару минут, — надеюсь, он не глуп и поймёт, что если протечет какая-то инфа, то ему не жить. — Что такое? Что-то приключилось? — меняясь в голосе, мурлычет Pinky, скользя пальчиками от икр ног выше к бёдрам. — Не думай об этом, — ставит ноутбук на пол, — лучше иди ко мне, — обнимает лисичку и падает с ней на матрас. — А тебе разве не нужно отдыхать? — все ещё соблазняя своим голосом, шепчет хвостатая на ушко лису, да так искусно, что у того мурашки табуном по телу пробегают. — Позже отдохну, — целуя голые плечи лисички, говорит чертёнок.       Pinky закусывает губу, отодвигается и смотрит на хвостатого. Дальше встаёт на ноги под недовольное мычание парня и тянет его за руки. — Прости, милый, но нам сначала нужно в душ, — по дороге в небольшую ванну она стягивает с себя несколько элементов одежды, оставаясь только в лифе и начинает раздевать парня напротив, — или ты собираешься облизывать тело, чувствуя металлический привкус во рту? И ведь даже не понятно чья это кровь — моя, или тех псов, — изображая омерзение на лице и хмурясь говорит лисичка. — Не вспоминай о них, — дьяволёнок ведёт ладонью по лицу, шее, плечам, доходит до застежки последнего элемента одежды, который в ту же секунду летит на пол, — нам и в правду нужно помыться. Если все же к нам сейчас вломятся, то наша шёрстка на фотографиях в участке будет выглядеть не очень.