Брошенный. Любимый

Малыш Кейа просыпается от того, что чувствует, будто его кровать трясут и его вместе с ним. Спросонья, к чувствам Кейи подступает осознание, что вокруг очень холодно, голова мальчика будто раскалывается от стресса, а правый глаз постепенно напоминает о себе своим покалываем. Мальчик слышит тяжелое дыхание мужчины над своей головой, который говорит какие-то неразборчивые слова для сонного Кейи. Моментальное осознание того, что это не сон, заставляет малыша открыть глаза и перед его взором наступает ужасная и не понятная картина. Испуганный взгляд, слёзы и следы крови на лице Эгира, который несёт закутанного в простынь сына, бежит в поле совсем один. Хоть на улице довольно темно, малыш мог отчётливо разглядеть лицо отца. Подняв голову, пытаясь сориентироваться где он и что это за место, мальчик заметил, что на горизонте дальних полях были видны неясные лучи света. Обычно в такое время рассвет проявляется намного ярче, но густые и бескрайние тучи мешали тёплым и ярким лучам осветить ярко-зелёные поля, на которых недавно образовалась свежая роса. Кейа не понимает, что происходит, но страх за недавние события быстро приводит его к чувствам. — ОТПУСТИ МЕНЯ, КУДА ТЫ МЕНЯ ТАЩИШЬ? — кричал Кейа, пытаясь вырваться из рук мужчины. — Сын, прошу, нам надо бежать, мы должны выжить любой ценой. Голос Эгира дрожал, его взгляд был полностью сосредоточен на дороге, чтобы не упасть и не уронить Кейю. Мужчина крепче сжал в свои объятья мальчика, но последний продолжил вырываться из рук убийцы. Для самого Кейи это выглядело как похищение и скорая смерть для него. Его главной целью было одно: выжить, выжить и бежать с мамой подальше от убийцы, называющего себя отцом и мужем. К сожалению, Кейа прекрасно знал свои силы и силы Эгира, выбраться из его захвата было невозможно. Не важно как долго и упорно тренировался Кейа, физические способности мальчика и взрослого человека не могли даже близко сравниться. Отчаявшись, к Кейе все чаще и чаще забредала мысль, что любопытство его и погубит. Однако, мальчик продолжал попытки вырваться из рук Эгира, делать всё, лишь бы бежать от него подальше. Пусть и было очевидно, что взрослый человек быстро догонит одиннадцатилетнего ребёнка. — Кейа, успокойся, прошу. Нам надо найти безопасное место. — прошептал Эгир, надеясь что его просьбу услышит сын. — НЕТ, ТЫ УБЬЕШЬ МЕНЯ ТАК ЖЕ КАК И ТЕХ ЛЮДЕЙ. — Я не собираюсь тебя убивать, ты ведь мой любимый сын. — НЕ ВРИ МНЕ, КУДА ТЫ БЕЖИШЬ? ПОЧЕМУ МЫ ЗДЕСЬ? ОБЪЯСНИ СЕЙЧАС ЖЕ! — истерично кричал Кейа, надрывая свой голос. — … — Хорошо, я расскажу тебе, — опустив Кейю на землю и сел на камень, но мальчик отошёл дальше, внимательно следя за движениями Эгира, ожидая ловушки или атаки со стороны мужчины. Горло дико першило, Кейа кашлял но это не мешало убрать внимательный взор мальчика от объекта своего страха. Увидев, что мужчина попросту уселся за пенёк, показывая, что не пытается нападать или вредить мальчику, Кейа недоверчиво и медленно подходил ближе, но не стал садиться на камень, стоящий рядом с Эгиром, а лишь присел в метре от него. Эгир, убедившись, что Кейа готов слушать, начал — Эти люди... — мужчина пытается подобрать нужны слова. — Они жертвы проклятия, которые скоро превратятся в магов Бездны. Как ты знаешь, избавиться от этого проклятья нельзя, поэтому пока они остаются людьми, они оставляют специальные "заявки" в одном месте. В этом месте я и работаю. Когда я подхожу к ящику для "заявок", моё сердце обливается кровью, представляя, скольких жизней мне предстоит лишить. Малыш Кейа хоть и слушал мужчину, но не мог поверить в это. — Неужели, ты убиваешь их, чтобы они погибли как люди, а не как монстры? — неуверенно спросил Кейа. — Да, сын, я не мог рассказать тебе о своей работе, пока ты в таком юном возрасте. Я переживал, что ты возненавидишь меня. Кейа не мог поверить в эту историю, но рассказ Эгира немного успокоил мальчика. Пасмурная погода вызвала холодный ветерок, который пробежался по открытой голове малыша, как тот вспомнил где находится и задал следующий вопрос. — Что мы тут делаем? Почему ты убегал в эти поля? Где мама? Что с ней? — ... Ответа не было. — Ответь, где мама и что мы тут делаем? — повторил вопрос Кейа. В глазах Кейи был страх, руки дрожали, а мысли были беспорядочными. Мальчик боялся ответа. — Я прибежал домой, чтобы забрать тебя из нашего дома, нашего города. Там опасно. Теперь это не наш дом. Диана... твоя мать... она мертва. Я... я не смог защитить её, мне пришлось... сделать это. Вдруг словно молния поразила Кейю и тот рухнул на землю, будто сама земля провалилась из под его ног. Правый глаз начал отдавать сильную колкую боль после слов Эгира, казалось, будто глаз сейчас взорвётся. Мальчик взялся правой рукой, пытаясь приглушить боль, мысли путались и Кейа не знал что ему делать. Дрожащий мальчик, сидевший на траве, прокричал надрывающим криком, который могли услышать дикие звери, бродившие неподалёку. На глазах выступили слезы, а беспомощный и разрывающий слух вопль Кейи разразился всё громче и громче, пока не достиг своего апогея, достигая беззвучного хрипа. — Больно, больно, больно, — лишь эта единственная осознанная мысль пробегала в голове мальчика. Эгир сидел напротив своего сына, не зная что ему делать. Он не мог бесцеремонно подойти и обнять Кейю из-за чувства вины перед сыном. Мужчина видел, как мучается его чадо и от одного его вида, сердце отца разрывалось на части. — Кейа, прошу, успокойся. Я здесь, твой отец здесь. Я не брошу тебя, ты слышишь меня? — подойдя к сыну, сказал, пытаясь успокоить Кейю. Отец крепко обнял своего сына, пока тот пытался заглушить боль. Крик Кейи не планировал утихать, хоть мальчик и начал хрипеть от надрывающего голоса. Оба сидели неподвижно, каждому было больно от осознания происходящего, каждый не хотел верить в случившееся, каждый не мог справиться с этими разрывающими чувствами потери и каждый понимал, что им обоим придётся искать путь к принятию своих чувств и реальности. Погода нахмурилась сильней, пока оба сидели в своих позах, не замечая, что начинает капать дождь.