Брошенный. Любимый

Эгир понятия не имел куда направиться со своим сыном. У него даже не было карты. Их город, скорее всего, уже превращен в руины, но одно он знал точно. Надо уходить подальше от Снежной. Единственный вариант в такой ситуации было кочевать из одного города в другой, пытаясь найти своё пристанище. Что насчёт провизии, еды и воды хватало на 4 дня с натяжкой, поэтому разгуливать и наслаждаться природой не было времени. — Ну что, пойдём. — посмотрел Эгир на маленького Кейю, топчась в неуверенности. — Угу. — лишь кивнул в ответ. Освежающий ветерок пробегал по полям, заставляя синхронно танцевать якро-зеленую траву. Ясный и солнечный день придавал ходьбе шаг и казалось, будто рюкзаки не такие тяжелые, как были изначально. Хоть у семьи было достаточно времени чтобы поплакать над потерей близкого человека, Кейа никак не мог смириться с этим. Он плёлся всё медленней и медленней, пытаясь держать себя в руках, но тут на его голову падает большая рука. — Давай я понесу твой рюкзак, сын. — сказал отец, улыбнувшись по-отцовски. — Угу. — опять же ответил Кейа. Оба шли в молчании, Кейа старался не отставать от отца, а отец смотрел лишь вперёд, пытаясь найти хоть малейший признак человечества. Прошло несколько часов и казалось, будто они лишь немного ушли от деревни. Кейа знатно устал от непрерывной ходьбы, задыхаясь и запыхаясь всё тяжелее. Палящее солнце стояло на зените, беспощадно раскаляя почву под ногами. Прохладный ветер сменился на жаркий, и лишь когда он пробирался под одежду Кейе, остужал капельки пота, даруя спасение и силы двигаться дальше. День сменился на вечер, а хоть какая-нибудь деревня или город на горизонте так и не были видны. — Давай остановимся у того дерева, — Эгир указывает пальцем на большое дерево, стоящее неподалёку от леса, — я разведу огонь и дикие животные не подойдут к нам. — Хорошо. — тихо ответил Кейа. Эгир положил рюкзаки и принялся разбирать его, чтобы найти чем бы накормить сына. — Что ты будешь? На сегодня у нас есть хлеб, пару яблок и закатников. — Думаю, яблоко сойдёт. — Тогда вот тебе ещё и воды, — Эгир протягивает фляжку с чистой водой, — как перекусим, я разведу для нас костёр. — Угу. — не отводя взгляд от яблока, ответил Кейа Вечер сменился на ночь, а костёр был уже разведён. Эгир достал меч, который ему дали в деревне, и положил подле себя, дабы в случае опасности не терять время. Кейе он передал нож, не сомневаясь в его фехтовальных способностях. Кейа схватил нож двумя руками и прижал к груди. — На одних только фруктах да хлебе мы далеко не уйдём. — констатировал Эгир. — Что ты предлагаешь нам делать? — Завтра на рассвете мы пойдём на охоту. Нам надо наловить себе завтрак. Если мы так сделаем, то можем продержаться куда дольше, чем планировали. — Думаю ты прав. — растянуто ответил Кейа, пытаясь скрыть своё зевание. — Ладно, тогда ложись спать первым, я лягу после тебя. После этих слов, Кейа повернулся спиной к отцу, пока тот накидывал ещё дров в костёр. Светляки постепенно начинают освещать опушку леса, будто скоординированная группа мигая в свой привычный такт. Треск дров, звук сверчков и чистое бескрайнее ночное небо придавали успокоение Эгиру. Ему казалось будто всё что произошло с семьей было сном и он вот-вот проснется. Лишь мычание и перекатывания с одного бока на другой возвращали Эгира в реальность. — Надо двигаться дальше, так ведь, Диана? — подумал Эгир, смотря на бесчисленные сияющие звёзды. Ещё долго Эгир смотрел на ночное небо, будто ждал от него какого-либо ответа. Накинув ещё парочку дров, мужчина принялся перебирать вещи в рюкзаке. Некоторые сменные вещи, пару мыла, веревка, пару батонов хлеба, немного фруктов, несколько чистых тряпок, пару бинтов и целебных трав. Мясо в жаркую погоду попросту бы испортилось, поэтому от этого подарка старейшины пришлось отказаться. Вещей немного, но уже радует, что ушли не с пустыми руками. Старейшина Кон оказался весьма добродушным человеком, снабдив почти всем необходимым. Также старейшина указал в какую сторону надо идти, чтобы дойти до следующей деревни. Собрав все вещи обратно в рюкзаки, Эгир внимательно следил за обстановкой вокруг них. С леса могли бы придти дикие животные, а со стороны дороги мог пройти какой-нибудь торговец, у которого можно попросить помощи. Поняв, что вокруг нет ни тех, ни других, мужчина принялся тренироваться с владением меча. Благодаря своей прошлой работе, вынести ночь без сна ему удавалось без проблем. Эгир отошел недалеко от Кейи и начал изучать меч. По весу он был куда легче предыдущего, да и по форме знатно отличался. Этот меч явно не годится для его телосложения. Но привыкать надо было, пока не добудет новый, более подходящий. Размахивая влево-направо, Эгир пытался привыкнуть к области поражения своего меча. Выходило не так хорошо, как он привык, да и выглядел он как будто украл у ребёнка деревянный меч и играется с ним, вспомнив детство. Потренировавшись примерно час, мужчина более менее привык к новому оружию и держал его уверенней, чем раньше. — Ладно, дружок, надеюсь ты прослужишь мне достойно и не подведешь меня. — Эгир выставил меч перед собой, деля клятву с ним, будто юноша, которому дали в руки первый его меч. Так и прошла тихая и спокойная ночь. На утро Кейа проснулся от мысли, что очень голоден. Подняв голову, Кейа заметил отца, который сидел возле него. Эгир заметил его и положил свою руку на взъерошенную голову Кейи, так по-отцовски. — С добрым утром, Кейа, — мягкая улыбка расплылась на лице Эгира, — держи, перекуси это и пойдём. — С... с добрым. Куда пойдём? — сонливо но осторожно сказал Кейа. — Мы пойдём через 15 минут на охоту. Будь готов к этому времени. — Хорошо. Кейа взял протянутую перед ним закатник в руки и обернулся к костру, который уже потух. Все вещи, которые разложили перед сном были собраны уже в рюкзак. Кейа принялся кушать сладкий и сочный фрукт, уплетая его за обе щеки. Сочный вкус побуждал Кейю жадно откусывать кусочек за кусочком, насыщая фруктозой его тело. Съев целый фрук, голод Кейи немного отступил и сразу же после этого был готов выходить на охоту.

*

Оба шли по протоптанной животными тропинке, дабы не спугнуть какую-либо живность. Эгир заметил шелест за кустом и принялся, пригнувшись, выслеживать источник звука. Угрюмое хрюканье и топот копыт привели охотников к кабану. На вид он был довольно большим, сам казался упитанным, а его мех был грубым. Такой кабан может с легкостью забодать маленького Кейю, поэтому отец приказал мальчику сидеть на месте и не двигаться. — Обычно, кабаны не ходят по одиночке. Значит их тут несколько. Это может быть опасно для Кейи, — подумал Эгир, — возможно надо поискать более одинокую добычу, чем стадо кабанов. Как только Эгир закончил эту мысль, из другого куста вышли 2 здоровых кабана, куда больше предыдущего. С такими кабанами, Эгир и Кейа сами могли бы спокойно считаться добычей. Медленно отходя назад, мужчина подошел к Кейе и прошептал ему: — Уходим, тут их слишком много. Пока оба тихонько пытались уйти от стадо кабанов, Кейа зацепил ногой камень, который покатился в сторону кустов, из-за чего кусты начали шевелиться. Кабаны испугались, что в кустах может оказаться хищник и побежали в разные стороны. Один из здоровенных кабанов мчался в сторону мальчика, пока тот в страхе не мог двинуться. Ноги будто не слушались мальчика, а взгляд никак не мог определить откуда прибежит кабан. Бесперебойные мысли и страх полностью заковали движения мальчика и принялся принять тяжелый удар рогами кабана. Эгир встал во весь рост, увидел как гребень кабана бежит в сторону Кейи и взмахнул мечем в сторону кабана, прокричав по привычке своей прошлой работы. Это сильно напугало Кейю из-за чего он сильно закрыл глаза и прикрылся руками в ожидании столкновения. Тело дрожало, глаза не хотели открываться но чувство боли не было. — Всё хорошо, сын. Тебе нечего бояться. Твой отец со всем справился. — сказал Эгир, пытаясь успокоить мальчика. Кейа открыл глаза и увидел перед собой лежащий труп кабана с безжизненным взглядом, который будто смотрел на Кейю. Увидев эту картинку, Кейа резко обернулся и прикрыл рот, ведь ощущение, что его стошнит вот-вот вырвется наружу. В голову сразу же всплыли люди, убитые так же, как эти кабаны. Без какой-либо жалости к ним. Тело бросило в дрожь, когда к нему обратился отец. — Кейа, успокойся, он мёртв. Все хорошо, вставай. К сожалению, Эгир не понимал своего сына, хоть и переживал за него всем сердцем. Тело Кейи продолжало слегла трястись и вздрагивать, когда к нему обращался отец. Воспоминания о том дне никак не могли покинуть голову бедного мальчика, тем более, эти воспоминания вновь открывали душевные раны, находясь рядом с отцом. Можно было бы сказать, что и у третьего члена — Кейи Альбериха — есть свой секрет от семьи. Дотащив тушу кабана до знакомой опушки, Эгир принялся разделывать кабана. Недалеко от самой опушки протекал маленький ручей, где Кейа мог освежиться от воспоминании и мыслей, что отец мог также без угрызения совести убивать людей и приходить домой, будто ничего и не было. Присев у ручейка, Кейа принялся разглядывать прозрачную, яркую и блестящую воду, на которой переливались лучи солнца и зелёный свет от деревьев и кустов. Такое спокойное течение, как гипноз, завлек разум Кейи и он мог почувствовать, будто сам сливается с этим ручейком достигая бескрайнего океана, где нет заботам и проблемам. Только плыв по течению. — Было бы круто получить гидро глаз Бога. Мне кажется, что у людей с таким глазом Бога действительно прекрасная мечта. Я бы хотел также плыть по течению, не задумываясь о том, что будет дальше. — одиноко сказал Кейа, надеясь, что кроме Богов его никто не услышит. Вдруг безмятежный и расслабленный ход мыслей прерывает громкий тяжёлый крик. — Кейа, пошли жарить мясо. Помоги мне. — Иду. — медленно, почти лениво протягивает Кейа. Пожарив достаточно шашлыка из кабана, отец и сын наслаждаются своей добычей. По дороге, Кейа собрал пару грибов, чтобы поджарить их на костре вместе с мясом. Вышло суховато. Кейа торопливо есть сухое мясо, давясь во время обеда. Сильные похлопывания от Эгира помогают придти в себя Кейе и тот, благодарив, продолжает. Вдруг Эгир замечает силуэт на дороге. Скорее это силуэт давно заметил этих двоих и ждёт, чтобы его пригласили.