Персональный сюрприз для одного блондина

От Автора. ~~♡~~ Идея подшутить, а вместе с тем и отомстить Драко Малфою за слезы, пролитые в мэноре этим утром, пришла Гарри внезапно. Он получил как раз сообщение от подруги детства, Полумны Лавгуд, которая вот уже два года, как являлась супругой Невилла Лонгботтома. Луна была очень похожа на всю семейку Малфой. Её кожа также была бледна, как у Драко, голубые глаза… Вся такая же изящная, как леди Нарцисса. Словом — копия их породы. Вот только, слава богам, Лавгуд не являлась сестрой Драко. «Гарри, приезжай к нам сегодня на день рождение Артура Мерлина — нашего альфочки. Ему годик исполняется. Ждём тебя прямо сейчас. ЛУНА». Поттер улыбнулся. — Так какой у вас адрес, мистер Поттер? — услышал он снова голос навязчивого шофера по имени Габриэль. Гарри, не раздумывая, назвал адрес Невилла и Полумны. С собой у него были двадцать тысяч галлеонов. Две тысячи он непременно отдаст для ребёнка, а родители знают, что Артурчику нужно больше всего. Луна ждала второго малыша, а поэтому по дому хлопотал альфа Невилл. До дома Габриэль довез Гарри прекрасно, и на восемнадцатый этаж, где жил герцог Лонгботтом, на лифте поднялись без проблем. Одна семья занимала целый этаж, а это две квартиры по три комнаты, не считая ванны и туалета. Имение герцога было за городом, но чаще они по делам останавливались в лондонской квартире. — Вы живёте здесь, мистер Поттер? — поинтересовался шофер Малфоя. — Конечно, Габриэль, — ответил Гарри, — а теперь идите, вы свободны. Его Светлость не должен быть таким уж дотошным, отправляя вас в мой дом и сопровождая меня до квартиры. Я огорчен. Драко мог бы просто спросить меня об адресе моего проживания. Спасибо, Габби, вы свободны. Смущенный бета поклонился и нырнул в лифт. Когда кабина была на полпути, Гарри только тогда позвонил в дверь. Благо, что звонок был у Лонгботтомов тихий, чтобы не будить малыша. "Эх, цветы бы купить где-нибудь, но разве с надзирателем, посланным Малфоем, это возможно?" — подумал Поттер, но потом отогнал эту мысль, ведь ребёнку цветы не нужны. "Артуру Мерлину — нет, зато было бы приятно подарить их маме малыша", — догнала другая мысль. Но все было забыто, когда Полумна открыла дверь. Она с детства была немного странной: что не скажет — сбывалось сразу. — Проходи скорее, Гарри Поттер, наш Артурчик только проснулся, сейчас Невилл искупает его. Проходи в гостиную, — произнесла Лавгуд. Пока Поттер шел в гостиную, Луна принесла ему прохладный напиток — воду с лимоном, мятой и мёдом. На улице было тепло, даже жарко, но в машине работал кондиционер, так что брюнет чувствовал себя нормально, однако, напиток выпил. — Подрос твой животик, Луна? — улыбнулся Поттер. Блондинка кивнула и положила руки на свой пятимесячный животик. — Второй альфочка активный. Я мясо не очень люблю, а малышу немецких сарделек подавай с сыром и горчицей, а недавно детка захотел перепелов. Наш папочка объездил весь Лондон, купил мне пять килограмм перепелов. А они мелкие, нежные, но очень вкусные. Невилл готовил мне их сам, а я уплетала так, что за ушами трещало. Наелась их, теперь мой сладкий хочет соленую скумбрию с жареной картошкой по вечерам, а днем предпочитает форель и чёрную икру. Мой альфа привез вчера, так я на обед целый стакан икры съела без хлеба, закусила семгой, а после запила арбузным соком. — Господи Боже! — ахнул омега. — А как твой кишечник, не пришлось бегать в туалет? — Нет, все нормально, Гарри. Невилл сегодня приготовил целый казанище на семь литров тушеной картошки с бараниной. На первое — чечевичный суп со свининой и овощами; рулеты мясные, рыбные и сладкие помогли сделать наши повара на другой квартире, она через дорогу. Привезут все к пяти часам вечера. Гости приедут тоже к тому же времени. Ты голоден, Гарри? — Чего-нибудь бы я поел, если вы не против? А… вот и сладкий мой крестничек. Привет, радость моя! Пока Луна накрывала на стол, я разговорился с Невиллом и поиграл с Артуром. В квартире, пока Лавгуд в положении, слуг нет, поэтому всем заправляет Лонгботтом. Луна так захотела, не желая терпеть, чтобы возле её спокойного альфы ошивались даже беты, не говоря о хитрых омегах. Невилл даже фирмой (сетью аптек) руководит из дома, да и в больнице своей частной редко бывает. Выезжает только по крайней необходимости, а так ему помогают замы и помощники. — Как ты, Гарри? — поинтересовался альфа. — Я чую, что твой аромат поменялся? Неужели альфу себе нашёл? Колись, кто он? — Это он меня нашёл, а я за сутки голову потерял, Невилл, — покачал головой Поттер. — Ребята, за стол. Живо! — услышали парни голос Полумны из столовой. — Гарри, без меня ничего не рассказывай. — Да, приятель… Вот это ты влип! — улыбнулся Лонгботтом, когда они уже пили чай. Невилл держал на руках Артура Мерлина, а тот весело угукал. — Малфой же — почти король в области бизнеса в Лондоне. По всему миру у него то отели, то предприятия, то всякие агентства. Люциус все дела сынку своему передал. Значит, он хочет тебя. — Хочет, Невилл, но я не дамся, не позволю ему разбить мне сердце, бросив меня одного. А вдруг я понесу от него? Как на меня с небес родители посмотрят? Опозорюсь сам и герцогский род Поттеров подставлю? Да мы были бы не беднее этих Маофоев, если бы не погибли Джеймс с Лили. А Блэки? Да Блэки — первые в списке чистокровных родов Британии, все аристократы. Я по своему титулу являюсь герцогом Поттером, графом Блэком. Был бы я сыном Сириуса, пусть не родным, а хотя бы усыновленным, то носил бы сейчас титул герцога Блэка. Крёстный передал мне все свои деньги, документы на недвижимость, право руководством и обладанием виноградниками в Италии, там у Сириуса огромная вилла, плантации винограда и мы выпускаем вино. Пока всем руководит синьора Андромеда Тонкс, но контрольный пакет акций на землю и этот бизнес у меня — 70%. В права наследства я вступлю лишь через три года. Сириус специально так сделал, так как до 25 лет омеги особенно подвержены соблазну спиться. Вчера вечером я выпил два бокала вина и отключился. Пьяный омега — общедоступный омега. Это ещё Малфой оказался порядочным самцом, другой бы использовал, да выбросил. — Я вижу, — произнесла Луна, — что этот Драко Малфой любит тебя. Ты ему нравишься, Гарри, и вы… предназначены судьбой друг другу. То, что ты решил с ним поиграть — хорошо. — Ты видишь? Но как, Полумна, я ведь не успел ещё рассказать вам, что мечтаю провернуть с этим Зазнайкой-альфачом? — удивился Поттер. — Это просто, Гарри. Я смотрю на человека и все проходит перед глазами: прошлое, настоящее и будущее. А ещё какие-то мысли и желания. По поступкам человека можно сказать, что ожидает его в будущем. Береги настоящее, Гарри, чтобы не разочароваться потом. — И… Гарри… — улыбнулся Невилл. — Альфы горды. До конца не уступай Драко, но и не руби с плеча, иногда немного умей делать снисхождение, поощряй альфу поцелуями, не будь букой. Он уже у твоих ног, ведь проявление заботы — признак любви. — Да его шофер и сюда бы вошел, если бы я не попер его. Назойливый тип, — возразил Гарри. — Возможно, шофер Малфоя просто боится сильно своего хозяина, поэтому немного перестарался, — ответил Невилл. Поттер вздохнул и кивнул. Вернулся Гарри в свою квартирку уставший немного, но довольный. Он побывал на дне рождения Артура Мерлина, своего крестника, провел вокруг пальца Малфоя. Завтра ему на работу. Но уснуть крепко Поттеру было не суждено сегодня, так как в полночь почтовая сова принесла в дом послание. Она села на карниз и принялась стучать в стекло клювом. Гарри взял у неё письмо, и угостил печеньем, а ещё специальными орешками, пакетик которых ему перед уходом от Лонгботтомов сунула Полумна, и подмигнула, шепнув на ухо, что орешки пригодятся ему сегодня же. Гарри только что окончательно убедился в некой паранормальной способности Луны видеть будущее и читать душу, глядя на собеседника. Это дар. Его не купишь, такой уж родилась Лавгуд. Этот дар передался ей от матери. Так вот, сов почтовых редко в современном мире посылали с письмами, поэтому Поттер удивился, что он получил не сообщение в телефоне, а по-старинке. Кто мог ночью послать ему сову? Странно все это. Пока птица хрустела угощением и орешками на блюдечке, Гарри прошёл к столу и раскрыл конверт. «Мистер Поттер! — написано было ровным и красивым почерком с витьеватыми закорючками на некоторых буквах. Смею доложить вам, что с прежней вашей работы в банке вы уволены. Однако, приняты на должность помощника президента корпорации «DLM & NC». Грешно тратить талант на должность кассира-оператора в малопрестижном банке. Согласитесь? Все улажено. Поэтому я, герцог Уилтшира, Драко Люциус Малфой, жду вас завтра на собеседование в полдень в мою корпорацию «DLM & NC». С уважением, Д.Л.Малфой. P.S. Мышка моя, только попробуй не прийти, я найду тебя из-под земли. 2P.S. Дуффи дождется ответа, моя сова умная, не улетит просто так. Покорми её, а пока Дуффи будет есть, ты напиши мне письменный ответ. Я жду…» — Вот то, о чем меня предупреждала герцогиня Малфой. Надо же… Драко все решил, значит? Решил без меня, да? А меня спросить? Чёрт!.. И телефона я его сотового не знаю… Что если рабочий в справочнике?.. Да кто же ответит на него в полночь? Делать нечего, надо писать ответ. Дуффи, как считаешь? — Сова ухнула и дважды наклонила голову, словно отвечая утвердительно. — Умная, и впрямь. «Ваша Светлость! — ответил Поттер. Кто позволил вам решать за меня? Мне нравилась моя работа в банке, я жил свободной жизнью. Связывать свою судьбу с вашей я не хочу, так как потеряю тогда себя, предавшись вам всецело. Лучше оставьте эту затею. Я отпускаю вас и прошу забыть все, что произошло в вашем имении. Я сегодня забыл все глупости, какие допустил в Малфой-мэноре. Мой разум свободен от всего. Найти работу я смогу, но не желаю связываться с вашей корпорацией. Прошу вас, Драко, поймите меня. Хорошо, если вы так желаете поговорить со мной, я приду завтра в полдень в ваш кабинет. Но приду лишь для того, чтобы сказать вам в лицо, что я не хочу работать на вас. Моя свобода мне дорога. Я вас не боюсь, мистер Малфой. Приятных вам снов. P.S. А ваш Дуффи и правда умный. Сидит, хрустит печеньками и поглядывает на меня своими глазищами. С уважением, Гарри». Я запечатал письмо и сунул его в лапку птице. Дуффи снова ухнул и вылетел в окно. Когда сова улетела, я сел на пол, где только что стоял. Как птица нашла мой дом, ведь я дал шоферу Габриэлю другой адрес? Волшебная птица? Зачарованная? Каким образом? Я поднялся с пола и пошёл на кухню, ноги почему-то у меня задрожали. Что вообще происходит? Я точно знаю, что не желаю работать помощником президента корпорации «DLM & NC». ~~♡~~ ГАРРИ ПОТТЕР. ~~♡~~ Пока закипал чайник, я вынул из холодильника плитку шоколада, приличный кусок торта-мороженого «Легенда Персии», его мне в коробочке сунула Полумна. А коробочка была обложена льдом, чтобы торт-мороженое не растаял. Когда мне было грустно или я чем-то был расстроен, то шоколад и горячий чай всегда помогали, приводили меня в чувство, я снова видел свет и надежду. Раз завтра в семь утра мне не нужно бежать в банк, чтобы в восемь часов начать рабочий день до восьми вечера, когда банк закрывается, то я могу сегодня просто посидеть на кухне, поесть сладостей и подумать хорошенько обо всем. Да, моя жизнь, похоже, после встречи с Драко резко изменилась. Поддаться ему, чтобы Малфой, получив желаемое, отпустил бы потом меня на все четыре стороны? Но как же честь и совесть? В 21 веке мало кто вообще думает об этих двух добродетелях человеческой души, а справедливость и вовсе давно поселилась на небесах, её нет на земле. В нашем мире всем заправляют альфы и Малфой — один из таких сильных мира сего. Однако, он ведь не взял меня, когда я, благодаря двум бокалам сладкого и крепкого вина, опьянел. Даже когда Драко переодевал меня, не воспользовался моим телом, хотя мог это сделать, ведь пьяный в стельку омега, полностью доступен, расслаблен и готов к спариванию с альфой. «Глупый, — подсказал мне внутренний голос, — он не взял тебя потому лишь, что помнил о контракте, а иначе быть бы твоей омежьей пятой точке оттраханной». — Но тогда почему, — произнес я вслух, словно отвечая внутреннему голосу совести, — когда Драко целовал меня после пробуждения, едва сдержался? Ведь именно я тогда остановил его, напомнив о контракте с агентством «Алый пион». Малфой хотел меня не в пьяном состоянии, сродни коматозному, а в трезвом, осмысленном, вменяемом. Может, стоит мне рискнуть переспать с блондином? Тогда и он, и я перестанем думать о друг друге? «Ты так в этом уверен, Гарри? — снова вмешался внутренний голос. — А если тебе понравится то, как Малфой будет скользить в тебе. Горячий член альфы ведь очень понравился тебе в мэноре прошлым утром. А представь его в твоём теле… Набухший, горячий, он ласкает твою простату… Вот он в матке и лепестки её кончиков обхватили горячую головку. Матка омеги не выпустит член альфы, пока он не оросит её своей спермой. Забыл природу омеги? Что сделаешь ты тогда? Минует час. За это время произойдёт оплодотворение и — вуаля! Ты — репродуктивный омега, твоя матка не удалена, как у тех, кто был вынужден её удалить из-за болезни или аборта. Тебе 22 года и твоя матка желает этого оплодотворения, это заложено в тебя природой. Переспит он?! Переспи, но потом не плачь, когда Малфой, получив тебя, уйдёт к принцессе Палермо. Давай, раздвинь свои красивые ноги, уступи. Забыл, как ты дважды широко раздвигал их перед спящим Драко в мэноре, как мысленно просил войти в тебя, как сам бесстыдно двигал бедрами, лишь бы теснее почувствовать альфу на себе; как пил глотками влагу рта Малфоя. Альфы любят мокрые поцелуи, от которых все тело омеги начинает гореть, феромоны слюны возбуждают». — Зат-кни-ись! — простонал я, понимая, что голос совести прав, но сейчас, вспоминая свое бесстыдное поведение в спальне альфы, я ужасался сам себе, с одной стороны, а с другой — снова хотел этого. Сейчас бы, если бы Драко вдруг пришёл, то я, Гарри, сам повел бы его в свою спальню. Малфой разбудил весь мой организм. Вот почему мне нельзя работать с Драко, иначе я погибну, он разобьет моё сердце. Я снова поставил чайник на плиту, надо доесть ещё шоколадку, а торт-мороженое я приговорю завтра днем. Я проснулся от назойливой трели телефона. Звонила Луна. — Да? Алло? — произнес я, глядя сонно на настенные часы, они показывали половину девятого. — Полумна, в чем дело? — Послушай, Гарри, — ответила она. — Привет! Это для начала. Спишь? — Уже не сплю, дорогая. Что случилось? — снова спросил я. -- Только что приходил мистер Малфой. Самолично пришёл. Вышел к нему мой муж, а блондин накинулся на него немедленно, спрашивая, где ты? — Ох, мне так жаль, Луна! — ахнул я. — Не подумав, я дал ваш адрес… — Послушай же меня, Гарри Поттер, потом будешь заниматься самобичеванием. Так вот, Малфой, выяснив что Невилл — не твой парень, спросил где ты живёшь? — И… Луна? — Моё сердце замерло в ожидании ответа. — Невилл сказал ему, что понятия не имеет. Он не выдал твой адрес, но Малфой ушел сердитым. Он сказал мужу, что если найдёт тебя, то ты поплатишься за ложь. — С какой это стати? Луна, Драко — не мой парень, с чего бы ему назойливо искать меня? Сегодня я сам приду в его компанию и поговорю. Я все ему скажу. Я не хочу… — Ты будешь работать у него, я вижу это отчётливо, Гарри. И будешь прекрасным помощником. Соглашайся. Если ты сейчас потеряешь его, не согласишься с ним работать, то сойдешься с ума от одиночества и от потери своего истинного. Насколько я увидела сегодня Драко, в нем нет мании садизма или насилия, он, хоть и гордый, властный и холодный с виду, но душа в нем светлая, горячее сердце и верное. В нем хороший внутренний стержень, Гарри. Послушай меня, дружище, он — тот, кто нужен тебе. Поверь, Малфой никогда не поднимет на тебя руку. Я видела это, когда вышла поздороваться. Увидев меня, он вообще улыбнулся, ведь Драко воочию увидел, что мы с Невиллом женаты и я беременна вторым альфой. Герцог даже поцеловал мою руку и пригласил на день рождение его матери в свой Малфой-мэнор десятого мая. А ещё я увидела, что он не хочет расставаться с тобой, Драко считает тебя своей Полярной звездой. Поверь мне. Оденься хорошо сегодня на собеседование, веди себя спокойно, не нарывайся. Мы с мужем напоили его хорошим альпийским чаем, что прислала нам Гермиона с Виктором Крамом из Лихтенштейна. Он успокоился и уехал умиротворенным. Сказал, что свадьбу вы будете справлять с ним именно в Лихтенштейне, где у него находится замок на вершине горы. — Я не выйду за него, Полумна! — возразил я. — У герцога иные планы на твоё «нет», Гарри. Малфой настроен решительно. — Ты любишь его, он… пока не совсем, но тоже расположен к тебе. Я увидела, что он не гулящий, хотя и посещает будуары актрис и певичек. Именно ты сможешь взять его в свои руки и сделать прекрасным семьянином, как мой Невилл. Он, кстати, рядом и привет тебе передаёт. — Привет, Гарри! — услышал я голос Лонгботтома. — Послушай Луну, друг. Твой герцог не так уж плох, с ним можно иметь дело, это я тебе как альфа говорю. Мужем он будет верным. — Да что вы заладили мне тут в два голоса о свадьбе? Я, может, на свободе пожить хочу? — Твои биологические часы омеги тикают, дружище, и с каждым годом ты не молодеешь, Гарри. Здоровое потомство лишь в молодости зачатое, останется здоровым. В сорок рожать опасно, даже если омеги и делают «Кесарево сечение». Если у молодых омег шов после операции заживает за год и рассасывается, то у зрелых омежек на восстановление уходят два-три года, не говоря уже о потомстве. Слабые дети с хроническими патологиями… Подумай, дорогой. Я не давлю, но как медик тебя предупреждаю. 22 года — нормальный возраст для замужества, не тяни до тридцати-тридцати пяти. В поздние годы можно рожать третьего-пятого малыша, но не первенца. Прими это не как нотацию, а как совет друга. О, кто-то в дверь позвонил. Давай, Гарри, пока. — Пока… — ответил я и отключил телефон. — Совет медика, значит, да? Ладно, посмотрим, что мне принесёт этот день. Завтрак, потом надо хорошенько помыться. Время на месте не стоит. Все мои мысли в душе и пока я одевался, были о Драко. Значит, он ни насильник, ни узурпатор, ни ловелас? Могу ли я доверять ему? О, мои дорогие мама, папа и Сириус, вы сейчас на небе и смотрите оттуда на меня, помогите вашему сыну, что мне делать? Довериться Малфою или сбежать прочь с глаз долой? Я так боюсь ошибиться. Я вышел из ванной комнаты и услышал звонок в дверь. Я метнулся к окну, внизу стоял чёрный «Мерседес». С пятого этажа не больно-то видно, кому машина принадлежит, ведь в Лондоне пруд пруди Мерсов. Звонок в дверь повторился, а из машины вышел Габби. Это был точно бета Габриэль, а это значит, что в дверь звонит Малфой. Но я голый, на мне лишь полотенце на бедрах. Почему он звонит, а не уходит? — Конечно! — воскликнул я. — Запах после душа. Возможно он звонил и тогда, когда я мылся, услышал звук льющейся воды, а ванная комната у меня рядом с входной дверью. Надо открыть окно и балкон, чтобы весь запах выветрился. И чего ему неймется? До полудня осталось почти два часа, а он… Вот уже тарабанит в дверь… Я быстро надел на себя чистые домашние штаны и футболку, на мокрые волосы накинул полотенце и подошёл к двери. Глянул в глазок — ОН стоит и смотрит прямо в него. А взгляд-то словно у Снежной Королевы из сказки. О, я бедный мальчик Кай… Пришлось дверь открыть. Драко мигом вошел в квартиру и осмотрелся. — Ещё нет полудня, Ваша Светлость! — произнес я. — Ты — не мышонок, Поттер, ты у меня птица-Колибри. Юркая птаха, упорхнуть решил от меня, да? Надул меня с адресом? Солгал? Ну как, посмеялся от души? — приподняв бровь, спросил блондин. Эх, злится альфач, но сдерживается. — Пока я одеваюсь, может, вы выпьете кофе? В холодильнике остался торт-мороженое со вчерашнего дня рождения моего крестника Артура Мерлина — сына Невилла и Полумны. Он вкусный, натуральный, вам понравится. — Я уже угощался им час назад. Гарри, зачем ты солгал мне? Я ненавижу лжецов. Я их презираю. Чтобы это было в последний раз. Одевайся, мы кое-куда съездим. — Проходите, чего на пороге-то стоять? — ответил я и блондин прошёл в квартиру. — Герцог старинного рода Поттер живёт в коммуналке? — удивился он, когда прошёл в гостиную. — Могу дать адрес семьи, в которой я вырос. Слышали о «Норе», принадлежащей семье Уизли? Чистокровный, но обедневший род. Но они, не смотря на количество детей в семье — их семь человек! — взяли меня на воспитание. Мне исполнилось одиннадцать лет, когда умер Сириус. Когда сестра вашей матери, Беллатриса Лестрейндж (Блэк), убила его. За городом, в местечке «Ведьмин круг» есть каменная арка на скале. Внизу протекает Бристольский залив, а дальше начинается Ирландское море. Ваша тётя, герцог Малфой, заманила кузена на эту скалу и решила сбросить в ту ведьмину арку, которую называют «Арка Смерти». Это портал между живыми и мертвыми. В него можно войти, но назад дороги нет. Никому. Ваша тётка просчиталась — в арку она упала вместе с Сириусом. Вот почему я зол на Беллатрису, она не оставила мне даже тела моего крёстного. Могила есть и памятник имеется, вот только она пуста. — Мне жаль. Тётя Белла почти не общалась с моей матерью, Нарцисса была против группировки «Пожиратели Смерти» во главе с Томом Реддлом. Мой двоюродный дядя со своей организацией «Орден Феникса» избавил мир от этой шайки негодяев. Моя мать хотела тебя взять к нам на воспитание, но Блэк завещал Уизли вырастить тебя. Молли и Артур стали твоими опекунами. Отец не выносит семью Уизли, считая их осквернителями рода, так как Билл женился на полукровке Делакур, а Рональд — на Ромильде Вейн, которая всего на четверть имеет в себе чистую кровь. Я не такой, как мой отец, мне как-то все равно, кто какой крови, лишь бы я и моя семья были чистокровными, но Люциус был сторонником Волдеморта… — Кого-кого? — удивился я и снял с головы полотенце. Драко улыбнулся и подошёл ко мне, убрал со лба лохматую челку, положил на моё плечо свою ладонь. — Тома Реддла. Его все в криминальном мире Британии называли «Волдемортом», «Повелителем» или «Господином». Идея этого лидера убийц изначально была не плохой. Он начал проповедь свою с того, что чистая кровь — залог здорового общества, а закончил сам понимаешь чем. Из лидера превратился в тирана и убийцу. Мой отец едва не поплатился жизнью, когда решил уйти от них, и в этом ему помог Сириус. Он сумел достать нам паспорта и мы бежали из Лондона в Австралию, пока дядя охотился за Реддлом. Я был тогда маленьким, а ты вообще ещё не был зачат. Шайку Пожирателей поймали и закрыли в Азкабан. Только после этого мы смогли вернуться в Британию. Через десять лет тете Беллатрисе удалось сбежать, а через год она убила брата, а он — её. Я не просто так приехал к тебе сегодня, птичка моя. Колибри. Одевайся, у нас есть одно серьёзное дело. — Но какое, Ваша Светлость? — поинтересовался я. — Не из приятных, но я буду рядом, Гарри. Одевайся. Мы поехали в аэропорт Хитроу. Я взял с собой небольшой чемодан со всем необходимым. — Вы не сказали, куда мы отправляемся и для какой цели? — спросил я, пока Габриэль вёз нас в аэропорт. — Сегодня, 2 мая, умер в Азкабане Том Реддл. Тюремный врач написал в отчёте, что он скончался от сердечной недостаточности. Ему исполнилось бы зимой 73 года, но до декабря он не дожил. Возможно, что умер он и правда от сердечной недостаточности, ведь Азкабан славится сыростью, наличием крыс, блох и вшей, а еще сквозняками с Северного моря и отвратительным питанием. Одиночная камера без окон, соседи — обезумевшие от одиночества заключенные, их крики, вопли не всегда цензурные, проклятье всех и всего. Я подумал, что стоит увидеть эту тварь, которая в течение почти тридцати лет терроризировала Англию, Шотландию, Ирландию, часть Европы курировали его Пожиратели Смерти. Если не хочешь, мы не поедем, но я думаю, что надо увидеть негодяя, из-за которого Беллатриса Лестрейндж убила твоего крёстного. Мерлин, и что она в нем нашла? Я думаю, что и твои родители не просто так погибли в катастрофе. Им помогли умереть. Со смертью лидера начнут подыхать и его соратники, ведь они поклялись «Непреложным обетом» служить их хозяину вечно. Клятва на крови ведёт к смерти, птица моя. Так мы едем или нет? — Да, едем, Ваша Светлость, — ответил я. — Ты ведь тоже герцог, Гарри, можешь меня просто по имени называть, иначе подумают, что ты не из чистокровного рода Поттеров. Давай, назови меня по имени, птица моя. — Хорошо, Драко, но когда я буду злиться на вас, непременно назову «Ваша Светлость» или просто — «Зазнайка». Вы бываете невыносимым, — кивнул я, а Габриэль за рулём рассмеялся в голос, потом смутился и снова уставился на дорогу. — Мы полетим в Глазго, это в Шотландии, а оттуда на вертолёте до острова Скарб. — невозмутимо ответил блондин, зыркнув на своего шофера. Тот улыбался потихоньку, кусая губу, чтобы снова откровенно не засмеяться. Я ему нравился. Видимо, не часто слугам удаётся поржать над чопорными хозяевами Малфой-мэнора. — Небольшой остров в Северном море. Приливная волна в шторм достигает до девяти узлов из-за водоворота Корриврекан. Вот почему Азкабан почти всегда находится в воде, и почему полы в этой треугольной тюрьме сырые, как и вся одежда, а также постельное белье. Сегодня погода отличная и до вечера море вроде должно оставаться спокойным, я звонил с утра в Глазго, когда заказал вертолёт до острова Скарба. — Как скажете, Ваша Светлость, — кивнул я снова и подмигнул осторожно шоферу, — на вертолёте я ещё не летал. Драко нахмурился и взял меня за руку. Я понял, что он заметил мой маневр с подмигиванием, поэтому, как бы мне мстя, стал водить своим большим пальцем по моей ладони. Изысканная пытка для омеги. По телу прошла одна волна возбуждения, затем новая последовала. Я хотел вынуть руку, но альфа держал меня крепко. А потом его губы коснулись моего запястья, и на мгновение замерли. Гад такой, да он издевается?! Чувствует губами, как ускорился мой пульс? Я совсем отсел к окну, и мне удалось вынуть свою руку из руки Малфоя. Садист. И с чего Луна с Невиллом взяли, что блондин не опасен? Да он очень опасен для моего душевного и физического спокойствия. Я отвернулся к окну и стал рассматривать лес, вдоль которого мы проезжали, торопясь в Хитроу. Габби с Драко заговорили на немецком. Этот язык я не знал, но по хищной улыбочке Малфоя понял, что он выговаривал-таки шоферу за смешки в свой адрес. Я не понимал слов, но сурово глянул на герцога и тот замолчал. Наконец-то. — Птица моя, — произнес блондин, когда мы сели в самолёт герцога Малфоя, — прекрати вредничать и не злись на меня. В чем дело? Почему ты такой хмурый? — Что Габби вам такого сделал, что вы высказали ему? Он просто улыбнулся. Габриэль — живой человек, почему он не может при вас или при мне, или при ком-то ещё выражать свои эмоции? — Ты это о чем, вредный Колибри? — удивился альфа. — Думаешь, что я отругал его за то, что Габриэль засмеялся на твоё замечание? Ошибаешься, Поттер. Была нужда... — ответил Малфой. — Тогда что вы ему сказали? — не унимался я. — Поделитесь со мной? Я знаю в совершенстве испанский и французский языки, но не знаю немецкий. Так что? — Есть хоть что-то, что ты не знаешь. Прекрасно. Хорошо, не смотри на меня так, я отвечу. Так вот, я предупредил шофера, что если Люциус спросит, где я и куда поехал, не говорил бы ему, что я отправился в Шотландию. Я уехал в Ливерпуль по делам. Это я и попросил его сказать моему Papa. В Ливерпуле остановились мои друзья, их я предупредил, что если отец им позвонит, они бы подтвердили, что я у них и сейчас занят. — Ну, да, конечно, — кивнул я, — вы у друзей в час дня бухаете, а не на работе? Ложь какая-то неправдоподобная, Ваша Светлость. — Люциус не хватится меня раньше десяти часов вечера, увидев, что я не приехал в мэнор. А завтра я должен лететь с ним невесту смотреть в Палермо. Мне до принцессы Леонор вообще нет дела, я её не люблю, да и она тайно встречается с каким-то альфой. Это только мой честолюбивый Papa мечтает, что, женив меня на принцессе, он повысит статус нашей семьи. Ему герцогского титула мало. — Вот как?.. — удивился я и пожалел блондина. Это у меня нет ни родителей, ни крёстного, а будь они живы, тоже бы давно сосватали меня за какого-нибудь альфача, который богаче нас и знатнее. Хотя, если судить по рассказам Сириуса, Джеймс Поттер был мальчиком-мажером и они с Блэком вечно носились на байках по ночному Лондону или уезжали загород. Я все-таки надеюсь, что мои родители не стали бы давить на мою свободу выбора. — Прости, я не знал. Но кто тогда… — Ты, Поттер, я хочу жениться на тебе. Не сейчас, а когда ты дашь ответ. Я думаю, ты идеально подходишь на роль моего омеги. Я чувствую, что я нравлюсь тебе, а ты понравился мне. Ты умен, начитан, благочестив, а не испорчен. Ты — девственник, это мне подходит, дети будут точно с моими генами, ведь в тебе не побывал член чужого альфы до свадьбы, и не смешал свою вонь с твоим ароматом, птица моя. Я благодарен Джиневре Уизли, что она послала тебя в мой дом, а не рядового сотрудника «Алого пиона». Надо будет подарить ей что-нибудь. Наш с тобой союз будет прекрасной сделкой. — Сделкой? — возмутился я. — Для вас даже брак должен приносить выгоду и прибыль? А как же чувства? — Конечно, прибыль, Поттер. Дети — это прибыль, много малышей — колоссальная выгода. Объединение двух чистокровных родов — ещё один прекрасный вклад. Ты будешь всегда рядом и мне не придётся искать омегу, с которым я смогу спариться. — Ваша Светлость, боюсь, вы никогда не дождётесь моего «да!» — зашипел я на блондина с досады. Дети — выгода, я нужен для того, куда он сможет слить свою страсть. Я что — племенная кобыла, чтобы рожать живой капитал? — Тебе нужны чувства и эмоции? — вздохнул Драко. — Я как-то не очень верю в любовь. Мой отец дал «Непреложный обет» верности в родовом святилище, но я знаю, что он часто смотрит на чужих омег, хоть и не спаривается с ними. Да, он верен матери, но я знаю, как Люциусу тяжело исполнять обет. Пока они были молоды, все было нормально, но Нарцисса в свои сорок восемь лет уже не так гибка и вынослива, а Люциус любит огненных омег. А вдруг и я таким стану, как он? — Не станешь, Драко, — ответил я и приблизился ближе к альфе, положил ладонь на его щеку. — Это почему же, птица моя? — улыбнулся грустно Малфой. — Любовь даёт силы. Омеги-мужчины выносливей омег-женщин, меня так учили в Институте Благородных Омег. Я могу дать Нарциссе зелье, которое изобрели два года назад. Вернее, я его изобрёл на последнем курсе. Поппи Помфри — профессор и декан Медицинского факультета на себе испытала его, а ей столько же, сколько твоей матери лет. Профессор Гербологии, Помона Стебль, тоже испытала на себе, а она старше. Минерва МакГонагалл, наш директор, одобрила и зелье запатентовано на меня. Осенью начнут всемирное изготовление зелья «Вторая молодость омег», я его так назвал, а по-научному — «Омежий золотой корень». Зелье для внутривенного вливания, есть и просто зелье для употребления внутрь. Мази, крема, растворы для введение в… туда… Ну, вы поняли, да? Омоложение организма путем очищения крови и клеток всего организма. Не знаю, но мне почему-то с детских лет хотелось заняться этим зельем. Вернёмся из Шотландии, напомните мне о нем, мы вернёмся силу и гибкость вашей матери. В конце концов, ведь именно она помогла мне когда вы оттолкнули меня после того, что произошло с нами в вашей спальне. Я бы сейчас не говорил с вами, меня бы вообще не было в Британии, я хотел послать вас к черту и сбежать из страны далеко — на край света куда-нибудь. Нарцисса напоила меня кофе, о чем-то говорила мне, но я не слышал вообще ничего, слезы лились градом у меня из глаз. Но потом мне стало легче, боль и тяжесть многотонная ушли с души, я увидел снова свет. И я простил вас тогда. За помощь Нарциссы я обязан помочь ей. Вдруг Малфой обнял меня. Самолёт как раз поднялся над облаками, лететь осталось час с небольшим до Глазго. — Прости меня, Гарри, птичка моя! — произнес блондин. — Я в тот момент сам был не свой. Впервые в моей жизни омежка отказал мне. Мне — Драко Люциусу Малфою? Это был мощный удар по моей гордыне. Я хотел выпороть тебя кнутом, пока мылся в душе и помогал себе кончить. После разрядки я ужаснулся своим мыслям и поклялся, что никогда в жизни не трону тебя и пальцем, чтобы причинить боль. Мать ничего мне не рассказала, она лишь посоветовала не терять тебя из виду. Я сходил с ума весь день, не спал ночь прошлую, желая увидеть тебя. Я даже написал письмо, и ты ответил на него. А потом пришло сообщение от знакомого, работающего в Азкабане, что умер Реддл. Вот я и приехал к тебе. Нашел адрес в личном деле с твоей прошлой работы, и приехал. Прости меня, мой хороший, никогда мои руки не прикоснуться к твоему телу, когда я буду в гневе. — А если… — Никогда, сладкий мой омежка. Я клянусь своей жизнью. Пока я не готов любить тебя так, как любит мой отец Нарциссу, а она — его, но, птица моя, возможно, со временем я смогу. Пока я только глубоко уважаю тебя за ум, знания, за красивую твою душу, не похожую на всех прочих омег в мире; за красивое тело, которое мне нравится и я безумно мечтаю сделать тебя моим омегой; за прямоту и честность. Думаю, если ты все же станешь моим мужем, ты будешь верен мне до гроба. — Не торопи меня, Драко, я должен узнать тебя досконально, чтобы ответить «да». — Хорошо, птичка моя, Колибри. Вон напитки несут и вкусняшки, хочешь чего-нибудь? — поинтересовался альфа. ~~♡~~