Персональный сюрприз для одного блондина

ГАРРИ ПОТТЕР. ~~♡~~ Я проснулся утром в совершенно чужом месте, в чужой спальне, в кольце чужих рук и лежащим на груди… Драко Малфоя. Мои руки обнимали блондина. Грудь, покрытая светлыми волосками, и я лежу щекой на этом мехе альфы? Мы что, переспали с ним? Я пощупал свое тело. Так, на мне надеты мои плавки — уже хорошо, тело не болит, задница не пищит от дискомфорта — ещё лучше, значит, он не проникал в меня. Но на мне не моя рубашка! От неё несёт альфой, как и от меня самого. Как бы мне на зло: блондин пошевелился и обнял меня крепче, его губы во сне уткнулись мне в висок, опустились медленно ниже, прошлись по скуле к подбородку, направились к моим губам. Белые локоны Драко блестели на солнце, которое светило в окна и причудливо играло с его волосами. Длинные ресницы альфы отбрасывали небольшую тень на щеки, чувственные губы… Я залип на них. Любопытно, какие они на ощупь и на вкус? Наблюдая за ними, я упустил момент, когда эти самые — как пить дать! —  порочные в мире губы накрыли мои. Мой самый первый, настоящий и глубокий поцелуй. Горячий язык альфы ворвался мне в рот, и меня обдало жаром, по венам потек золотой огонь. Горячий, расплавляющий меня всего. Я не мог пошевелиться от того, что альфа мгновенно подмял меня под себя, переплел наши пальцы рук, устроился между моих ног и начал целовать жадно, голодно и неистово. Он все ещё спал, но во сне его бедра совершали движения, от которых у меня шла кругом голова, и рычал будто зверь на охоте. Ещё никогда в жизни меня так не целовали, и ничьи бедра так не касались моих. Хотелось большего. Захотелось почувствовать, как это бывает между альфой и омегой на практике? Хотелось любви и ласки. Хотелось утонуть в Драко, впитаться в это сильное тело. Захотелось почувствовать его член в себе, набухший узел, горячую сперму, которая наполнит мою омежью матку. Я шире развел ноги. Непроизвольно, инстинктивно это произошло. Драко сильнее задвигался, кусая мой подбородок, и снова поцеловал, вжимая моё тело в себя и в постель. Кровь просто горела во мне от желания, в висках отстукивал, отдавался бешенный тепм сердца. Я ещё шире раздвинул ноги, подался вперёд, и Драко обнял меня всего, имитируя секс. Он все ещё спал. Я отвечал и жадно пил вкус его рта. Тело просило снять плавки и принять горячую плоть альфы, анус приоткрылся, задрожал, желая соития. Драко стонал и двигался на мне. О, самая желанная в мире тяжесть — это тело любимого альфы. А потом включился трезвый разум. «Ну, почувствуешь ты, — произнес он, облив меня будто ледяной водой, — ну, возьмёт Малфой тебя, отрахает так, как мечтаешь ты, возможно, и не раз, судя по его крепкому члену; на час-другой ты испытаешь сладость соития с альфой, примешь его узел, его сперму в себя, а дальше-то что? Слезы, одиночество и… плод этого неистового соития? Ты этого хочешь? Ребенок-бастард? Ты желаешь остаться с разбитым сердцем? Герцог — не твоя пара, хоть твоё тело и хочет его». — НЕТ! — завопил я на всю спальню, с силой отпихивая от себя желанное тело. — Извращенец! Отпусти меня! Совратитель! Негодяй! Я вскочил с кровати и принялся метаться по спальне в поисках своих вещей. Губы саднило от диких поцелуев, они горели огнём, тело сводило судорогой от того, что я не дал ему чего оно желало. Конечно, в мои 22 года многие из омег были замужем, кто-то родил ребёнка своему альфе или богатому покровителю, а я все ещё не испытал радости соития с альфой. Вот тело и природа омеги взбунтовались. — Мышь противная! За-ат-кни-ись! — не тише моего заорал альфа. — Чего ты вопишь с утра пораньше? — Ты… Как ты мог уложить меня в свою кровать? Да как ты посмел раздеть меня? Что, я в твоей рубашке? От меня воняет альфой, Малфой. Ты накинулся на меня своим тяжёлым телом, ты едва не лишил меня невинности, искусал все мои губы! — возмутился я. Блондин сел на кровати. Я ахнул и отвернулся, так как Драко был полностью обнажен. Его крепкий член стоял по стойке смирно, сочился соком альфы и у меня перехватило дыхание. Он ведь хотел меня. Но меня ли, или того, кто привиделся ему в грезах? — Иди ко мне, Поттер, — ответил блондин уже более спокойно. — Я видел во сне тебя, и мы занимались любовью. Иди ко мне, я знаю, что ты хочешь этого. Твои феромоны усилились, ты своим запахом всю спальню пропитал. Ты ведь отвечал на мои поцелуи, Гарри, так как мой рот полон твоей сладкой слюны. Все мои легкие пропитаны влагой твоего рта. Иди ко мне, стань моим и будет нам хорошо. Во сне ты называл меня по имени, целовал меня и отдавался весь с бешенным желанием. Мышка моя, иди ко мне. Я снова заметался по спальне в поисках одежды. — Где она? Где одежда, Малфой? Моя одежда?.. — всхлипнул я. Меня обняли сзади и развернули к креслу, что стояло в углу. Я замер, почувствовав, как горячий член альфы прижался ко мне сзади. Анус расширился, а мой зад прижался к стояку альфы. Я застонал. Феромоны Драко сейчас просто затопили меня. В следующую секунду меня уже целовали жадно, кусачие губы болюче и неистово засасывали. Я подался вперёд, вжимаясь в Драко. Ох, как же я хочу его. — Мышка моя сладкая, ты же не отпустил меня от себя вчера, просил не уходить, когда я пьяненького принес тебя сюда. Ты обнимал меня сам. Я хотел уйти, но не смог. Я остался, а сегодня ты не хочешь? Истеришь? — прорычал герцог и снова поцеловал, прижимая мои ягодицы к себе. Он мял их, массировал и пальцем проник в ложбинку. Я всхлипнул и обнял мужчину, наконец. В глазах потемнело совсем от желания. «Господи, нельзя мне пить, я голову теряю», — простонал я мысленно. Мои губы отвечали на поцелуи Драко и я застонал вслух. — Поттер, прикоснись ко мне, попробуй. Знаю, что я у тебя первый альфа. Коснись меня, почувствуй… Ты поймёшь, как это сладко, мышка моя, — шептал горячо Драко. — Мы не можем, — ответил я в губы герцога, почти целуя их. — Вы не должны принуждать меня… Контракт… Держитесь его, Малфой. И тогда он отпустил меня, оттолкнул от себя так, что я чуть не упал. Вот глаза его полыхают огнём желания, брови сошлись на переносице, руки сжаты в кулаки. Бешенный и неудовлетворенный альфа — это серьёзно. А член сочится и пульсирует по-прежнему. Так захотелось опуститься на колени и выпить, втянуть в свой рот природный эликсир альфы; попробовать вкус; обхватить пальчиками и весь облизать. В Институте Благородных Омег нас учили на уроках секспросвещения, как правильно ласкать член альфы на примере сначала банана, а затем секс-игрушек. Многие учились принимать в себя такую игрушку, но я не хотел, мечтая, что первому сексу меня научит мой альфа. Я сдавал зачёт, вылизывая игрушку в моей альма-матер. — Одевайся и выметайся вон, Поттер, видеть тебя больше не желаю! — рыкнул он и пошёл в душ. На пороге оглянулся и добавил: — Мой шофер отвезет тебя в Лондон. Я ему сейчас позвоню. Но уйти так просто мне не позволила леди Малфой. Она увидела меня на лестнице, и перехватила, увела в свои апартаменты, туда же велела слугам принести завтрак. Меня жутко потряхивало, когда я выскочил из спальни Драко. Тело мое пережило стресс. Оно готовилось к принятию альфы, весь организм настроился, а тут на тебе — облом, не дали. Матка содрагалась, анус пульсировал, а сердце моё бедное разбилось, ведь Драко велел мне проваливать прочь. Кажется, я плакал, пока Нарцисса вела меня за руку за собой. Я раз и навсегда этим утром осознал, что влюбился в Малфоя, понял, что он — моя истинная пара, и мне больше никогда и никого не полюбить так, как этого герцога-Зазнайку. Я не мог уступить ему, потому что люблю и не хочу быть просто использованным, а Драко хотел моё тело, он только желал утолить свой голод. Если бы он полюбил меня так, как я его, то блондин бы не выгнал меня сейчас. Я знал истину, но это знание приносило мне не облегчение и отраду, как это бывало в институте, а боль, от которой задыхалась моя душа и раскололось сердце. Надо отдать должное Нарциссе, она ни о чем меня не спрашивала, видя мои глаза на мокром месте, она что-то рассказывала и подливала мне кофе в чашку, подсовывала печенье с заварным кремом, домашние сладости с разными орехами, хрустящие палочки в шоколаде. Я молчал, пил кофе и жевал все подряд. Я и слова не расслышал из того, что говорила Нарцисса. Мои руки дрожали, глаза горели от непролитых слез навзрыд. Хотелось выйти в поле или в лес и закричать со всей силы, да так, чтобы голос сорвать. Чтобы эта боль, когда твой альфа отверг тебя, вся вышла. Но полчаса, проведенные за завтраком с леди Малфой, принесли свои неожиданные плоды — я перестал тихо рыдать, сердечная боль немного улеглась, как и моё тело, которое успокоилось. Что эта женщина подлила в кофе, какие заклятия применила? Мне стало легче. Прощаясь со мной на пороге Малфой-мэнора, омега Люциуса сказала, обнимая меня: — Драко горячий, бывает холодным иногда, но видели бы вы, Гарри, как он бережно нес вас через весь зал вчера, пока веселились гости; как махнул рукой музыкантам, чтобы они перестали играть; как смотрел только на вас, пока все другие прожигали обоих завистливыми взглядами? О, это надо было видеть, Гарри. Мой сын прижал вас к своей груди, и тихо шептал слова детской колыбельной, которую я пела ему самому в младенчестве, чтобы вы не проснулись. Он так улыбался, когда вы в ответ что-то проговорили и обняли Драко за шею. К нему подошел слуга по приказу Люциуса, чтобы донести вас до комнаты, а это весьма высоко и витьевато, но сын зашипел на Марка тихо и велел прочь уйти. Он поднимался с вами на руках все три крутых пролета лестницы, затем ещё два, ведущие в левое крыло замка, где находится его спальня. Вы дороги моему сыну, Гарри. Малфои свое никогда не отдадут. Я не знаю, что у вас с Драко произошло этим утром, но я прошу, мой дорогой, простите его. Люциуса я возьму на себя. Нашему мальчику нужен такой омега, как вы, Гарри, а не принцесса города Палермо. Нас ждёт серьёзный разговор, мой мальчик, но я уверена, что любовь победит. Я попрошу Драко взять вас к себе на работу личным помощником. — Не надо, леди Нарцисса, — выдохнул я. — Мне не нужна работа по блату. — Хорошо, дорогой, я не скажу ничего Драко, но он у меня очень умный. Думаю, вы получите сегодня-завтра приглашение в центральный офис Драко — в «DLM & NC». Скажите мне правду, Гарри, вы любите моего сына? — Я отвечу, герцогиня, но поклянитесь, что не расскажете об этом ЕМУ? — попросил я. — Пусть все идёт своим чередом. Своим естественным путем. Прошу вас, Нарцисса. — Клянусь, Гарри! — ответила женщина. — Да, я сегодня почувствовал, что он — мой истинный альфа. Я люблю его и никого, кроме него не полюблю. Но он… — Я просто уверена в том, что и вы предназначены Драко судьбой. Но мой сын, Гарри, он любит азарт, любит игру. Подыграйте ему. Не говорите Драко о своих чувствах. Джентльмен же должен добиваться свою пару. Я мучила Люциуса три года, пока не дала согласие на брак. Он бесился, рычал на всех моих друзей, красиво ухаживал за мной, добивался моего внимания. Пока я точно не поняла, что он готов на все ради меня, я молчала. После свадьбы он поклялся мне в верности, положив руки на алтарь, с тех пор только я — его омега. Люциус и сейчас безумно горяч, но нам хорошо. Вам тоже будет хорошо вместе. — Сегодня я едва устоял, чтобы не уступить Драко, герцогиня. Его поцелуи и ласки свели моё девственное тело с ума, я едва не сгорел. Вам ли не знать, как желает и стремиться девственный омега к своему альфе, как все внутренние и внешние его состояния души и тела раскрываются к принятию любимого. Вот и я… Вот и со мной это произошло. Но я устоял, а за это Драко выгнал меня прочь, велел больше не попадаться ему на глаза. Думаю, что я опротивел ему. — Драко привык получать в жизни все. Машины, байки, бизнес — все ему дано богами вселенной, а тут вы его охладили своим: «Мы не должны. Я не могу уступить». Я права, дорогой? — улыбнулась леди Малфой. — Дело не в этом. Вчера я приехал сюда вместо эскорта, которого ваш сын нанял на вечер и на всю ночь. Моя подруга укатила в Испанию, и попросила меня поехать вместо неё. Ну, я согласился. Деньги мне нужны, чтобы оплачивать за оба особняка, доставшееся мне от родителей и Сириуса. Деньги и сбережения в банке «Гринготтс» я оставил на свадьбу, для моих детей, на будущее, а пока зарабатываю в банке и подрабатываю переводами с испанского и французского на дому для одной фирмы. Вот так и живу. — Вы очень умны, Гарри, и дальновидны. Среди омег редко встретишь такую цельную личность. За Гриммо, 12 я могу сама платить, ведь это — особняк моих родных. В детстве мы любили играть с сестрами там, когда приходили к кузенам в гости. Позвольте мне позаботится о площади Гриммо, 12? Там нужно сделать ремонт, перестелить полы и заменить гобелены на стенах. Позвольте, ведь он с каждым годом сильно оседает. — Хорошо, — ответил я. — Вот вам ключи, герцогиня, делайте там все, что хотите. Думаю, если бы Сириус был жив, он бы и сам занялся ремонтом и обновлением дома. После прощания с Нарциссой я вышел на улицу, где меня ждал личный шофер Драко. Его чёрный джип «Мерседес» стоял между двух кедров. Я махнул ещё раз Нарциссе рукой и пошёл к машине. Открывая дверцу Мерса, я оглянулся и посмотрел на парадный балкон. В центре стоял ОН. Малфой смотрел на меня так, как Снежная Королева на мальчика Кая из одноименной сказки: строго, спокойно, не отрывая глаз от моего лица. Я на пару минут замер, глядя в чёрные глаза Драко. Ты любишь игру в кошки — мышки? Будет тебя игра. Все слезки мышонка (как ты меня назвал вчера и сегодня!) отольются тебе, котяра мартовский. Наконец, я кивнул Малфою и сел в его «Мерседес». В машине я обернулся и увидел, что Драко все ещё стоит на балконе и глаз не сводит с машины. — Мистер Поттер, назовите адрес, куда мне вас отвезти? — услышал я голос шофера — Я — Габриэль, но можно называть меня просто Габби. — Пожалуйста, высадите меня возле супермаркета «Миллениум», Габриэль, там мне — рукой подать до дома, — улыбнулся я бете. — Нет, так не пойдёт, мистер Поттер! — возразил шофер. — Мистер Драко строго мне приказал довезти вас до дома, а также сопроводить до квартиры. Его Светлость меня заживо освежует, если я не исполню приказ. «Хм, — подумал я, — сам спросить не может меня, где я живу? Трус! Неужели он когда-нибудь появится на пороге моей квартирки в Лондоне, где я снимаю две комнаты? На её аренду я трачу деньги от переводов». — Что ж, Габби, записывай адресок, коль не шутить? — улыбнулся я и подмигнул водителю. ~~♡~~