Цветок смерти

(Через десять минут. Лаши.)       Уму непостижимо… Как? Для чего? Хотя, если верить книге, понятно для чего. Меня обманом заманили к себе и попытались соблазнить. Нет, меня пытались взять силой и взяли бы, если бы я в окно не вывалился. Но как? Неужели здесь так принято? Так, мне надо спокойно подумать и разобраться в случившемся. Я… А нет, то, что я пришёл в этот мир, об этом я уже думал. Но я никогда не думал, что здесь у меня будет девушка. Что здесь меня не будут считать уродом, а наоборот, скажут что я симпатичный и начнут, как это сказано в книге, домогаться. С целью? С целью… Женить на себе? Сразу двое? Ну нет. Я, конечно, видел примеры. Короля Августа, многих его приближённых и прочих аристократов. Те творили совсем уж бесстыдные вещи и число воздыхательниц у них измерялось десятками, но… Но я не король и совсем не аристократ. Да и сейчас я не в том мире, а здесь… Конечно, я всё ещё ничего не знаю о устройстве общества, законах и… А Мей, она красивая и была так близко. И от этого я сегодня испытал нечто новое. Такое, чего раньше не было. Странная дрожь, жар, волнами расходящийся по телу, и приятное тепло внизу живота. Если верить всё той же книге, это необычное состояние называется возбуждение. Желание… И… Я совсем запутался. Я люблю Хаку, хочу защитить её и сделать счастливой. Но Мей и её глаза… Не могу сопротивляться. К тому же, она явно серьёзно настроена и не отступит. И что мне делать в данной ситуации? Брать пример с короля? Жениться на Хаку, а Мей сделать… Во-первых, это нечестно по отношению к ним обеим. Во-вторых! Я хоть и рад, что вызываю у местных дам такие чувства, к отношениям с двумя сразу не готов. Да я ещё и к Хаку толком не привык, а тут вторая появилась. Нет, это надо… Надо что? Выбирать? Выбирать между возлюбленной и призрачным образом, что приходил ко мне в снах целое десятилетие, помогал выжить и не сойти с ума? Вот незадача. Как я и думал, не может всё идти гладко, обязательно появятся какие-нибудь трудности и сложности. Так, ещё раз. Хаку меня любит и никаким сомнениям это не подлежит. Я люблю Хаку и это тоже без сомнений. Но есть ещё и Мей, мотивы которой я не совсем понимаю. Если допустить… Если представить, что она в меня влюблена, причём сильно, раз идёт на такие ухищрения, то… То получается… А если нет? Что, если Мей хочет использовать меня как игрушку? Так делали пожилые придворные дамы, я видел… Нет! Её глаза не врут. Она не может так поступить. Я попал между двух огней и мне нужна помощь. Один я не разберусь, слишком мало знаю.       Сидя на крыльце дома, продолжал усиленно думать и приходил к страшному выводу. Мне нравится Мей и я ничего не могу с этим поделать. Её глаза сводят меня с ума и сейчас, я даже жалею, что вывалился в окно. Но есть Хаку, которая… — О чём ты так серьёзно задумался? — присаживаясь рядом, спрашивает Забуза. — Кое-что случилось. В общем, сегодня, когда я пошёл покупать кошку… Неподалёку от магазина меня догнала Мей. Сказала, что всё слышала и предложила посмотреть её кошку. — И ты пошёл? — Да, вот только никакой кошки не было. Мей вышла ко мне почти без одежды! Подкралась сзади, а когда я спросил, где кошка, протянула на ухо… Ня-я-я… Потом предложила поиграть с ней и почесать животик. — А ты? — Я хотел уйти, пятился. Но когда на Мей лопнул прикрывающий грудь клочок ткани, шагнул назад и таким образом выпал в окно. Потом убежал. Теперь вот сижу, думаю. — Нда… И Хаку любишь, и Мей нравится. Особенно её глаза. — Забуза-сан, помогите… — Чем? Что я могу? Я с женщинами никогда не встречался. Походы в публичный дом не считаю, это другое. А ты… — Мне кажется, я стою перед самым сложным выбором. Даже когда сбегал из того мира и то меньше думал. — Я тоже стоял перед выбором. Два раза… Один раз, когда подобрал Хаку. Второй… — После боя с Ягурой? — Да, — выдыхает Забуза, ложится на крыльцо и продолжает. — Ты сам всё понял. Не хочу больше врать тебе. Тогда, в хижине, Хаку рассказала мне о тебе. Ну и я решил использовать тебя. Натравить на Гато, разделаться с Какаши и потом заставить тебя разобраться с Ягурой. Долго решался, считал тебя опасным. А потом, когда ты лежал в воронке… — Не смог… — Да, не смог! — сев, выкрикивает Забуза. — Не смог, потому что ты смотрел на меня так же, как и она. Стоя над тобой, с кунаем в руке, я готов был опустить руку. Но не смог. — Почему? — Не знаю. Не смог и всё. — А всё же? — Лаши, ты… Привык я к тебе. Несуразный, всё время какой-то растерянный. Хаку, я хотел попросить её контролировать тебя, но опоздал, вы сами начали. Я видел, как она на тебя смотрела и… До чего я дожил? Я же никогда ни в чём не сомневался. Мгновенно анализировал ситуацию и принимал решения. А вы… — Я не обижаюсь, — говорю и укладываюсь на крыльцо. — Серьёзно? — Да, Забуза-сан, серьёзно. Вы с Хаку за несколько дней дали мне то, о чём я и мечтать не мог. Немного тепла, заботы, внимания… Этого для чудовища, мечтающего стать человеком, более чем достаточно. Спасибо вам.       Сказав это, встаю с крыльца и бреду куда-то. Ноги заплетаются, воздуха не хватает, каждый удар сердца отзывается болью, но я… — Лаши, стой, — развернув меня к себе говорит Забуза. — Прости… Я… Ты не чудовище, это я монстр, но я всё понял и скажу честно — ты дорог мне. Не меньше, чем Хаку… — Мне надо побыть одному, — вздыхаю и отхожу назад.       Разворачиваюсь, снова бреду по дорожке к воротам и снова меня останавливают. Только на этот раз сама Хаку. — Я просто п-пройдусь… Пожалуйста, отпусти м-меня. — Нет, никогда. Что бы не случилось, никогда не отпущу. — Но я... — Ты моя вторая половинка, — стискивая меня, шепчет Хаку. — Без тебя не будет и меня. Пойдём в дом…       Видя её полные слёз глаза, выдыхаю и заваливаюсь на траву. Пытаюсь вдохнуть, вижу перекошенное от ужаса лицо Забузы и проваливаюсь в темноту. (Утро. Дом Лаши. Гостиная. Момочи Забуза.)       Вся ночь прошла в размышлениях о жизни и своих поступках. И подумать тут есть о чём. Хаку — самый дорогой в этом мире человек. Лаши теперь тоже. И я… Момочи Забуза. Демон Кровавого Тумана. Жестокий, резкий, коварный шиноби, преследующий исключительно свои цели. То есть, раньше так было. В тот момент, когда я встретил маленькую заплаканную кареглазую девочку, всё изменилось. Уже тогда, она, рыдающая над трупами своих родителей, смогла что-то разбудить во мне. А дальше… Да, я сразу сказал ей, что она станет оружием и что нужна будет только для достижения моих целей. Но… Как же я ошибался. Ведь уже через пару недель я начал заботиться о ней. Учить, читать нотации, воспитывать, бояться за неё и сомневаться. Я, сомневаться? Никогда раньше я не сомневался. Без всяких раздумий и сожалений отправлял на смерть своих людей, делал всё для того, чтобы достичь своей цели. Но её, хоть и тащил с собой на самые опасные миссии, всегда держал за спиной и старательно прикрывал. Видел её полный восхищения взгляд, чувствовал уважение, понимал, что становлюсь для неё не просто наставником, а кем-то большим. Понимал и ничего не делал, чтобы прекратить это. Наоборот, старался сделать так, чтобы увидеть в её глазах больше восхищения.       Переломный момент случился через два года. Когда она вытащила едва живого меня. Добила раненых врагов, доставила меня в безопасное место и долго выхаживала. Собирала в лесу ягоды и, как могла, пыталась вылечить. А на мои попытки прогнать отвечала отказом. Не отходила, заботилась, не обращала внимания на мою ругань и оскорбления. И вот тогда это и случилось… Растаял, поддался, сделал Хаку смыслом своей жизни. Но этого было мало, я подобрал ещё и Лаши. Подобрал и снова начал сомневаться. Думать, спонтанно менять решения и, в итоге, признался. А всё потому, что этот чудик смотрел на меня точно так же, как и Хаку. Может быть, всё это к лучшему… Хотя, какое там может быть. Так и есть. Мне нравится смотреть на них. Нравится разговаривать и учить Лаши. Я радуюсь, когда вижу их вместе. Когда вижу, как Хаку обнимает Лаши, заботится о нём, шутит, пытается учить чему-то сама. А тот случай с книгой, которую она подбросила… Да я до сих пор смеюсь, вспоминая, как Лаши подумал, что книга о боевых искусствах. А красная Хаку, выглядывающая из кухни... Бесполезно отрицать тот факт, что я к ним привязался и теперь хочу, чтобы они были рядом. А признание... Мне самому больно от этого, но так лучше. Пусть сразу всё узнает, потому что тянуть… — Ты так и не спал? — заходит в гостиную Хаку. — Как там Лаши? — Всё нормально, — вздыхает она, натянуто улыбается, подходит, садится рядом и продолжает: — Он поспал, мы с ним поговорили, я всё объяснила. Зла он не держит, правда, всё ещё не отошёл. — Я, думаю, нам с ним надо поговорить. — Не получится, — мотает головой Хаку. — Он только что ушёл. — Куда?! — Восстанавливать источник, — качает головой Хаку. — Скоро вернётся, тогда и поговорите. — А если… — Он вернётся. Не беспокойся, Лаши слово дал, я ему верю. Пойдём завтракать. — Пойдём, но… Прости меня. — Не нужно, — отмахивается она, встаёт и идёт на кухню. — Ты правильно сделал. Правда всё равно всплыла бы, а так… Никто теперь не сможет использовать эту правду в своих целях.       Ну да, тут ты права. Но теперь мне надо кое-что сделать. ****       После завтрака Хаку прилегла отдохнуть, я же собрался и пошёл в резиденцию. Быстро добежав, поднялся на самый верх и без стука ввалился в кабинет Мей. — Момочи? Что-то случилось? — отложив в сторону бумаги, спрашивает она. — Да, есть серьёзный разговор, — падаю в кресло, смотрю на Мей тяжёлым взглядом и продолжаю. — Ты должна это прекратить. — Конкретней, — подперев руками голову, кивает она. — Лаши, он мне всё рассказал… — Пожаловался, значит, — закрыв глаза, выдыхает Мей, упрямо смотрит на меня и продолжает: — Он пожаловался, а ты пришёл разбираться со мной. Ну и чего ты от меня хочешь? Чтобы я больше не подходила? — Да, я хочу чтобы ты не мешала им с Хаку. Они любят друг друга. А ты… — А я? — кривится Мей. — Ты пытаешься разрушить их счастье. Не лезь, пожалуйста. — А моё счастье никого не волнует? — закрыв глаза, выдыхает Мей. — Моё счастье! — Найди кого-нибудь другого. Лаши занят. Дай им спокойно жить. Сходи в бар, поищи там… — Момочи, я красивая? — неожиданно спрашивает она и, видя мою растерянность, продолжает: — Ну же, ответь на простой вопрос. Скажи, я красивая? — Не знаю… — Хорошо, — хлопнув по столу, рявкает она, встаёт и подходит к двери, открывает и зовёт помощников, которых тут же спрашивает. — Чоджиро, Ао, скажите мне, я красивая? Ну, не стесняйтесь.       На этот вопрос Чоджиро краснеет и глупо хихикает. Ао хмыкает, ехидно улыбается, но ничего не отвечает. — Пошли вон, — вздыхает Мей, жестом подзывает меня к окну, в которое высовывается и кричит группе проходящих шиноби. — Эй, вы, четверо! Скажите мне, я красивая? Кто позовёт на свидание? Ну, давайте, не стесняйтесь. Сходим в кино, посидим в ресторане…       Ничего не ответив, шиноби переглядываются и убегают. Мей, опустив голову, вздыхает, поворачивается ко мне, устало улыбается и тихо говорит: — Вот видишь, Забуза. Меня все боятся. А он… Он сразу сказал то, что думает. Как мне после этого жить? Один, один человек сказал мне эти слова, пусть тогда он был страшно растерян, но от чистого сердца. Понимаешь? — Нет, Мей, не понимаю. Для меня это сложно. — Тогда я тебя не задерживаю, — возвращаясь к разбору бумаг, вздыхает Теруми и теряет ко мне всякий интерес.       При этом она выглядит такой расстроенной, что мне становится не по себе. Ни война, ни ужасы нашей жизни не смогли выбить её из колеи, а тут… — Что будешь делать дальше? — Ничего, — на мой вопрос фыркает она. — Я сделаю так, как ты просишь. На меня же всем наплевать. У всех дела, а я… Переболею. Не в первый раз. К тому же, тем, что он нажаловался… — Да не жаловался он. Просто поделился и попросил совета. Хаку он любит, а ты… — А я? — вскинув голову, спрашивает Мей и смотрит полными надежды глазами. — Я не должен это рассказывать. Но… Лаши, с его слов, долгое время видел во снах образ женщины. Зеленоглазой женщины. То есть… — И-и-и? — заинтересованно тянет Мей. — Ну, продолжай. — В общем, этот образ и глаза помогли ему выжить. Не уверен в том, что видел он именно тебя. Но Лаши думает по другому. Тогда, при встрече с Какаши, он заметил зеленоглазую девочку из его команды, но решил, что это не она. А в случае с тобой… Ты сама всё видела. — И что теперь? Ты понимаешь, что, рассказав мне это, только усугубил ситуацию? Забуза, ты понимаешь? — Понимаю! Но и ты пойми, вспомни, в каком мире мы живём. Уже завтра может случиться страшное. И тогда… Жить надо сегодняшним днём. Но и про будущее забывать не стоит. Теперь ты знаешь больше. Хорошо подумай, что ты будешь делать дальше. И подумай не только о себе, но и о Лаши с Хаку. Пока они счастливы, а вот что будет, когда ты влезешь? Ну, допустим, Лаши выберет тебя, что тогда? Да, ты добьёшься своего, но сможешь ли ты спокойно жить, зная о том, что причинила Хаку боль. Хорошо подумайте, Мизукаге-сама.       Сказав это, киваю растерянной Мей, выхожу из кабинета и, сунув руки в карманы, топаю по коридору.       Не моё это, разбирать чужие проблемы. Но, к сожалению, другого выхода нет. Хм, мне кажется, из этой ситуации должен быть выход. Надо зайти в библиотеку и почитать законы и историю. Что-то подобное я когда-то слышал. (Два часа спустя. Источники. Лаши.)       Несколько часов работы и всё готово. Повреждения устранены, о массовой драке ничего не напоминает. Хозяин всего этого довольно улыбается и потирает руки. Всё таки, мои способности… — Лаши, — восхищённо говорит владелец заведения. — Твои способности потрясают. Хотя, если честно, не ожидал, что ты придёшь. — Почему? — Ну, по сути, ты не виноват, — заложив руки за спину, довольно улыбается владелец. — Ты защищал свою девушку, а это достойный поступок. Ну а погром… Так начали не вы. — Да, но… Яширо-сан, можете дать совет? — Попробую, — улыбается владелец, жестом зовёт за собой и уходит в коридор.       Пройдя по которому, оказываемся в большом светлом кабинете. Где хозяин, дружелюбно улыбаясь, предлагает мне присесть. Садится сам, достаёт бутылку рисовой водки, разливает по стаканам, садится сам и, с интересом меня разглядывая, спрашивает: — Ну? Чем я могу тебе помочь? — Мне нужен совет. Понимаете, так получилось… В общем, у меня есть девушка. У нас всё хорошо, но… — Но, — щурясь, спрашивает Яширо и сам продолжает. — Есть ещё одна и ты не знаешь, что делать. — Верно… Так что мне делать? — Прежде чем ответить, позволь подумать. Рассуждать буду вслух, если ты не против. А ты послушай престарелого шиноби и сам сделай выводы. Итак, ты явно не из этих мест и даже не из этого мира. Слова, движения, манера говорить, постоянное ожидание подвоха, это выдаёт тебя. Не знаю, что у тебя с руками, да и глаза на додзюцу не похожи. Но, судя по шрамам, ты сбежал из ада. Сбежал и сейчас в растерянности. Ты пытаешься привыкнуть, но банально не знаешь что делать. Учишься, пытаешься подражать поведению других, до чего-то доходишь сам, но сталкиваешься с проблемами. Всё правильно? — Да, но как? — Работа такая, — довольно тянет Яширо, приглаживает седые волосы и, усмехаясь, продолжает: — Тебя сейчас очень беспокоит то, что подумают и скажут другие. Так? Вижу, что так, не отрицай. Но ты никому ничего не должен. Думать и действовать ты должен сам. И принимать решения ты тоже должен самостоятельно. А остальные… Это остальные, и их мнение не должно волновать тебя. Да, ты правильно поступаешь, обращаясь за помощью. Но если я скажу тебе поступить вот так, будет ли это твоим решением? — Наверное, нет… — Вот видишь, — потерев шею, разводит руками Яширо, потом вздыхает, лезет в стол и достаёт оттуда пачку денег. — Держи, это тебе за работу. — Но я… — Ты всё исправил и приукрасил, — толкая мне деньги, объясняет владелец. — Новые перегородки, стены, полки, светильники, красивая плетёная мебель. Знаешь, сколько бы я отдал за такую? А ты сделал, причём просто так. Так что держи, заслужил. Купишь что-нибудь своей Хаку, ну и второй тоже. Девушки очень любят подарки. — Спасибо… А может всё-таки совет дадите? — Хорошо, — потирая виски, улыбается Яширо, хмыкает и, помолчав, говорит: — Слушай своё сердце и будь собой. Тогда всё у тебя будет хорошо. — Так просто? — Поверь мне, Лаши, жить по совести, не прогнуться под чье-то мнение и остаться собой в нашем мире очень не просто. Это будет для тебя настоящим испытанием, но я в тебя верю. Заходите к нам ещё, три посещения для вас будут бесплатными. А теперь извини, много дел. ****       Выйдя на улицу, потянулся, поудобнее перехватил посох и пошёл… Пока не знаю куда. Домой почему-то не очень хотелось. Видеть Мей тем более. Вообще никого не хочу видеть. Хотя, слова Яширо… Эх, стало ещё сложнее. Надо думать…       И этим, бесцельно бродя по улицам, я и занялся, пока не вышел к самой окраине Кири. Где всё заметно отличалось от центра. Низенькие дома, больше зелени и по-прежнему широкие чистые улицы.       А что, если Яширо прав? Забуза говорил нечто похожее. Что, если взять их слова, подумать над ними и принять решение? А что тут принимать? Я остаюсь с Хаку. Да, точно. Образ Мей, конечно, до конца жизни будет преследовать меня, но…       Додумать не успеваю, слышится шелест, на ближайшей крыше возникают три фигуры. Кидают в меня ножи и спрыгивают вниз. Отпрыгиваю в сторону, правой рукой кручу посох, левую выставляю вперёд. Осматриваюсь и вижу, как к троице присоединяются ещё четверо. Все в чёрных одеждах, масках, и все они настроены совсем недружелюбно. Маги, не особо сильные, но… Ладно.       Как по команде трое срываются с места и нападают. Стреляю в первого шипами, взмахиваю посохом, бью второго по голове, третьему задеваю руку и отскакиваю назад. Помогает, один утыкан шипами, второй с разбитой головой, дёргаясь, лежит на дороге, третий, шипя от боли, прижимает сломанную руку к груди и отходит. Остаётся четверо.       Поднимаю посох, концентрируюсь. С навершия срываются молнии и попадают в двоих. Остальные больше ждать не хотят, складывают ручные печати и запускают в меня огнём и молниями. От которых с трудом но уворачиваюсь, выбрасываю семечки и запрыгиваю на крышу. Тут же получаю два куная в правую руку, роняю посох, поворачиваюсь и сжимаю кулак. Из земли выстреливают жгуты, опутывают оставшихся в живых и сжимают.       Спрыгиваю с крыши, поднимаю посох и подхожу к одному из захваченных. Присаживаюсь перед ним, левая рука распадается на отдельные жгуты и все они, через нос, рот и уши, проникают в голову врага. Закрываю глаза, концентрируюсь, смотрю его память и… — Вот ведь, — отскакиваю от трупа и бегу по улицам.