Между небом и землёй

      —Я не понимаю, почему мы должны спать в одном номере? — Возмущается Арсений, —Стас, скажи мне, в чем проблема была забронировать?       Антон идёт рядом с Арсением по небольшому скверу недалеко от аэропорта и так же, как и Арсений недоумевает почему они должны спать в одном номере. Хотя с одной стороны ему глубоко плевать, потому что кровати в любом случае разные, но с другой — не привык он делить территорию с кем-то другим. Нет, конечно, он не против хорошей компании, но от людей тоже хочется отдыхать. Единственное от чего отдыхать не хочется — самолет. А вот от людей нужен постоянный отдых.       Наверное поэтому они сейчас и молчат. Обоим нужен небольшой отдых от общества. И им хватает только того, что они идут рядом, рассматривают сквер и вдыхают тёплый южный воздух. До следущего полёта ещё 15 часов, а спать не хочется. Вот они и гуляют, смотрят, как мимо проходят пары, компании, дети и оба думают об одном — у них не будет семьи, не будет детей, потому что самолёт — твоя жена и твой ребёнок. Да большего собственно и не нужно. Но иногда закрадывается чувство похожее на грусть, когда видят, что два человека могут быть счастливы. И хоть никто не запрещает в авиации иметь семью, но времени на это совсем не хватает.       —А у тебя есть семья?— Совсем тихо, будто боясь напугать спрашивает Арсений.       —Мама с папой только, но если ты о жене, то—нет, —Антон чуть нахмурился и повернул голову к Арсению,—А у тебя насколько я знаю тоже семьи нет?       —Нет, семьи нет,—Арсений чуть блестит своими голубыми глазами,— Я вообще в разводе, у меня дочь есть. Жена не выдержала того, что на первом месте у меня работа, а потом уже она.—Он хмыкнул, —Вот и ушла к другому. Вроде с ее работы кто-то.       Повисло буквально секундное молчание, в котором на самом деле было очень громко. Арсений слышал как где-то скребется боль. А Антон.. А Антон ее чувствовал, она била его волнами, исходящими от Арсения. Будто он сам это проживает. Будто это его боль.       —Ты прости, что я тебе это рассказываю мне наверное не сто...       —Нет, нет, все нормально, правда,—Антон чуть улыбнулся, показывая свою поддержку, на что Арс подарил ему слабую улыбку в ответ.       —Ты знаешь,—Антон чуть помедлил, думая стоит ли сообщать эту информацию,— Я вообще-то гей. Меня выперли из прошлой авиакомпании, потому что у меня был роман с сыном директора,—Арсений округлил глаза переваривая ту информацию, которую ему сейчас сказали.       —Нет, ты не подумай, если я гей, это не значит, что сейчас полезу к тебе, но если тебе не приятно мое общество я пойму,—Арсений округлил глаза еще больше, а потом громко засмеялся,—Я что-то смешное по твоему сказал?—Антон насупился как маленькая девочка, которой не дали конфетку.       —Мы не в том обществе, чтобы я осуждал тебя за ориентацию, так что успокойся, — Пояснил Арсений и легонько ударил Антона в плечо,—Тем более ты не единственный мой друг гей.       —Тогда я рад, что наши отношения от этого хуже не станут, —Улыбнулся Антон.       Они продолжили идти в тишине, потому что теперь мысли заняты тем, что они друг другу сказали и почему их отношения вдруг стали такими тесными, что они поведали друг другу такие тайны. И оба они находили отговорки в том, что им еще несколько месяцев летать вместе.       Пока они с полной головой мыслей наворачивали круги по скверу, погода начала заметно портиться, и появлялись первые капли дождя, поэтому они не сговариваясь пошли к гостинице.

***

      Буквально они заходят в номер, как начинается настоящий ливень. И Антон жалеет, что сейчас они не в небе, потому что там такая красота творится. Особенно во время взлета, когда пересекаешь границу туч. Выглядит как свет в конце тунеля. Когда внизу столб из воды, а наверху такое спокойствие, и только турбулентность нарушает идилию. За такие виды можно душу продать. Сейчас они прибиты к земле, но в голове все облака.       Номер их гостиницы вполне уютный, хоть и небольшой. Две кровати и телевизор.       Антон направляется в ванную, чтобы переодеться, пока Арсений переодеваться в комнате. Форма чуть-чуть промокла пока они шли домой, поэтому ее стоило бы высушить, а у Антона из сменного только шорты. Не рассчитывал он на то, что придётся с кем-то номер делить.       Все мысли Антона занимал человек, находившийся сейчас за дверью, в ванной. Был к нему какой-то интерес, но Антон пытался присечь их на корню, потому что он не хочет выйти за рамки командир-подопечный, или максимум друзей. Хотя друзьями их назвать сейчас очень сложно. Как можно назвать друзьями людей, которые знакомы максимум день?       В дверь в ванную неловко стучаться, пока Антон складывает свою форму. Как и ожидалось, там стоит Арсений. Видимо он тоже взял с собой только шорты, потому что футболки на нем нет. Антона пробивает, как будто током. Арсений красивый. Он стоит весь такой из себя. На лоб падает угольная челка. Глаза темнеют в тусклом свете. Небольшая щетина украшает подбородок и щеки. Красивый рельеф мышц и выпирающие ключицы. «Боже» проносится в голове Антона. Был бы он верующим, то молился бы точно на Арсения. И, кажется, Антон смотрит на него сильно дольше положенного.       —Антон... А можно я.. , —Арсений явно не понимает, что случилось.       —А, да, да конечно, проходи, —Антон шарахается от него, как от ножа и чуть ли не бежит на свою кровать.       Шастун падает лицом в подушку, понимая, насколько он сейчас красный и как ему стыдно. Хочется исчезнуть. Но секундой позже он берет чувства под контроль, садится на кровать, облокотившись на стену и подмяв под себя подушку, достаёт книгу и начинает читать с абсолютно невозмутимым лицом.       Проходит минут двадцать от силы, когда дверь из ванной открывается и выходит Арсений. С его волос стекают капельки воды, а сам он все в тех шортах и накинувший полотенце на плечи. Он медленно проходит в комнату, вешает полотенце на спинку кровати, а сам ложится на неё. Антон же периодически поглядывает за ним, поднимая взгляд от книги.       —Завтра, я думаю, ты полетишь. Посмотрим, как справишься, — задумчиво тянет Арсений.       —Да я нормально справлюсь, не первый самолёт же, —хмыкает Антон убирая книгу.       —Ну да, ты прав. Я знаю у тебя на бейбике достаточно много часов налета было, так что сам не знаю, чего так переживаю.       —Ну вот, а сейчас самое время лечь спать. Завтра летим домой,—Антон развернулся к выключателю и погасил свет, —Спокойной ночи, Арс.       —Спокойной ночи.

***

      У Антона начинает звонить будильник. Он медленно потягивается и тянется, чтобы выключить источник противного звука, совершенно забыв о том, что сегодня ночует не один.       —Сколько до вылета?—Сквозь сон спрашивает Арс, а Антон дёргается от неожиданности.       —Четыре с половиной часа.       —Тогда дай мне еще полчаса поспать, —Арсений резко отвернулся показывая, что не намерен спорить.       Антон медленно плетется в ванную, чтобы привести себя в чувство и заодно взять форму. Холодная вода бодрит и успокаивает одновременно, поэтому после такой водной процедуры Шастун готов хоть горы сворачивать. Сон ушёл и теперь можно поесть. Ближайший магазин через дорогу, но нужно спросить у Арса что ему купить. А будить его совершенно не хочется, слишком уж он сладко спит. Поэтому Антон берет телефон и заходит в свой личный кабинет, чтобы посмотреть информацию о предстоящем полете.       Погода обещает желать лучшего, но точные данные получится узнать только в аэропорте. Антон идет к окну оценить погодные условия — на улице туман. На вскидку видимость 200-300 метров. Сколько на самом деле будет понятно позже. «Домечтался» думает он, понимая, что вчера хотел вылететь в ливень. Будет очень неприятно если их рейс задержат, или отменят. Домой хочется.       Антон любит новые места, любит отдых, но он не любит задерживаться там, где не планировал. Поэтому мысль о том, что ему придётся задержаться в Симферополе особого счастья не приносит.       В животе неприятно бурчит, поэтому он понимает, что пора будить Попова. Иначе Антон просто загнется от голода и точно не полетит домой. А это не то, о чем он мечтал.       Поэтому он направляется к кровати Арсения и начинает его будить. Хоть и жалко, хоть и хочется, чтобы командир поспал ещё.       Арсений отнекивался, просил ещё пять минут. Антон очень хочет сжалиться над ним, но тогда они ко всему прочему могут не успеть на рейс. А опять же — домой очень хочется. Поэтому Антон грозиться вылить воду на Арсения, если он сейчас же не встанет. Попов не реагирует. Антон не выдерживает и идет в ванную. Берет стакан от зубных щеток наливает туда воды и направляется к Арсению. Предупреждает его последний раз, на что он снова не реагирует и выливает воду.       Попов вскакивает с кровати как ошпаренный, пока Антон как припадочный сгибается от смеха, роняя пустой пластиковый стакан на пол.       —Ты совсем дурак что ли?— Шипит от злобы Арсений,—Я и без тебя бы встал, ты что творишь?!       —Я... Я пять минут тебя будил ты никак не реагировал,— Антон давится смехом,— Так что сам виноват.       Арсений не спорит, просто молча ретируется в ванную. А Антон улыбается как дурак, смотря то на дверь в ванную, то на стакан лежавший на полу. Он доволен своей работой, такое утро предвещает хороший день. Не смотря на не самую лучшую погоду за окном. Он уверен — сегодня он полетит домой.       —Сегодня я полечу, будет тебе наказанием, — ехидно улыбается Арсений, закрывая за собой дверь в ванную.       Антон смотрит на него обиженно-детскими-полными-боли-глазами и демонстративно отворачивается, показывая всю свою обиду. Арсений только победно сверкает глазами и снова скрывается в ванной.       Через долгие десять минут он выходит в форме. На плечах гордо покоятся четыре полосы, рубашка подчеркивает все мышцы командира. У Антона в груди снова усаживается непонятное ныне чувство.

***

      Аэропорт разрешает вылет без задержек. Видимость 300 метров, а это все-таки не самый край. Этот аэродром на этом типе самолета разрешает вылет с видимостью 200 метров. Так что у всего экипажа прекрасное настроение.       Арсений и Антон по классике здороваются с самолётом. Капитан осматривает самолет снаружи, задает топливо и улыбается. Каждый раз видя свою птичку улыбается. А потом заходит в кабину. Такое родное уютное место, где Антон уже готов провести все нужные процедуры проверки.       Начинаем с проверки кислородных масок.       —Внимание, земля, проверка масок, — докладывает Арсений, чтобы не оглушить наземных.       Проверка пройдена.       Дальше брифинг с наземным персоналом в случае отказа в процессе разбега и взлета.       —В случае срабатывания Master Caution и Master Warning до 100 узлов прекращаем взлет. Если потребуется эвакуация читаем чеклист эвакуации, если эвакуация не потребуется, то освобождаем полосу на тяге собственных двигателей и заруливаем на стоянку. Если больше ста узлов до V1 срабатывание Master Warning, прекращаем взлет. В случае продолжения взлета, продолжаем разбег на скорости 142 узла по команде выполняю rotate.       —Все верно, продолжаем, — сообщает кто-то из наземного персонала.       —Спасибо Симферополь, до встречи.       Пришло время здороваться с пассажирами.       —Доброе утро, вас приветствует капитан воздушного судна boeing-777. Сегодня мы с вами выполним взлет из Симферополя и приземлимся в центральной столице. Вы уже заметили, что сегодня туманно, но для нашего самолета это не беда,— Арсений слегка улыбается, —После десяти минут после взлета вы сможете увидеть, как мы постепенно выйдем из него, и нам откроется прекрасный вид. Погода в столице намного лучше и встретит вас солнцем. Предположительно время полёта два часа десять минут. Сейчас прошу вас пристегнуть ремни, совсем скоро я снова к вам вернусь. — Арсений так легко рассказывает обо всем пассажирам, не зная слушают его или нет. У Антона от этого дух захватывает.       —Ну что, Антон, поехали? — улыбается Попов.       —Поехали.

***

      Москва действительно встречает хорошей погодой. Что не скажешь о диспетчерах. Воздушное пространство занято, приходится кружить в зоне ожидания и ждать разрешения на посадку. Диспетчер попался злой, как собака. Вот так вот дома гостеприимно.       Но все это быстро заканчивается. Самолет идет четко по заданной глиссаде, идет отсчет метров над землёй и вот оно, заветное касание. Самолёт тормозит, выезжает на стоянку и наконец-то все могут пойти домой.       —Не хочешь ко мне заехать?— Спрашивает Арсений, когда они направляются к выходу из аэропорта, —Посидим, пообщаемся, чай попьем       —Я не против, но ненадолго, а то я устал,—Антон врет. Он ни капли не устал, но ему нужно передохнуть от общества. От общества Арсения в частности.       —Что ж, у нас завтра выходной,—тянет Арсений, —может лучше тогда завтра?       —Да, давай завтра, —легко соглашается Антон чуть кивая.       —Тогда я позвоню часа в три.       —А у тебя номер мой есть?—интересуется Антон.       И оба понимают, что номерами они не обменивались. Это вызывает неловкую паузу, а потом не менее неловкий смех. Но теперь эта проблема устранена, и со спокойной душой можно ехать домой.

***

      Дома Антона встречает звенящая, почти физически болезненная тишина. И вроде именно о ней он мечтал последние сутки. Вроде о ней грезил с самого заселения в номер. Но что-то не так и тишина почему-то не успокаивает, а наоборот заставляет напрячься.       За этими мыслями он проходит на кухню, заваривает чай и готовит себе ужин. Антон умеет готовить, и сегодня он готовит болоньезе. Садится есть. Моет посуду. Смотрит телевизор. Ложится спать. А ответа на вопрос "что не так?" все нет. И вроде он крутится где-то в подкорке. Пытается вырваться наружу. Но то ли разумная часть мозга пытается ее не впускать, то ли она сама не особо хочет прорываться, Антону от этого не легче.       Так он и засыпает с крутящимся в голове ответом на все вопросы. Или это просто чье-то имя? Или не совсем чье-то. Этого он пока не знает, да и знать не хочет, если честно.