Королева Ветров

      У Барбатоса была политика невмешательства в жизнь его подопечных. У меня таких принципов нет, что сильно развязывало руки. Особенно сейчас, когда сам бог благословил справляться с проблемами, но желательно обходить их.       Три раза «ха-ха».       Не сейчас. Когда сюжет сказал «привет».       — Эй! Бродяжка!       Зато понятно в какой промежуток времени угодила.       Я мрачно спросонок смотрела на личико летающей девочки, что склонилась надо мной вместе со своим спутником, и они с интересом и недоумением глядели на меня.       Ну, елки-палки. А я надеялась на пару месяцев отдыха и притирки к миру, обузданию новых способностей, но никак не сразу с пинка лицом в эту сомнительную лужу. Вот как мне сейчас при своих навыках общаться с Двалином? А спасать его? Оставлять дракона в таком положении очень не хотелось — он мне нравился, да и досталось ему с лихвой, а натура у меня очень сострадательная, поэтому мимо не пройду. Всем достанется.       Я человек ответственный, даже слишком. Если мне дали карты в руки, то разыграю с максимальной пользой. В первую очередь для себя, а потом для остальных.       Сейчас мне хотелось комфортной и безопасной жизни, с крышей над головой, пищей и постоянным доходом, чтобы ни в чем не нуждаться. А то после сна на камне под открытым небом ныла спина и плечо. Не для меня подобные ночевки. Даже если никакие ветра не продуют.       Но в условиях начинавшегося сюжета подобные желания — это сказка. Тут тебе и Фатуи облизывались на Мондштадт. И Орден Бездны хотел взять под контроль Хранителей этих земель, явно посчитав тех легкой добычей из-за вечно отсутствовавшего бога. Поэтому следовало быстро разобраться со всем и сидеть смирненько ждать, что там намудрит Анемо Архонт по нашему положению.       Признаться, я поверила, что Барбатос разберется с проблемой, что нас связала, а потом разбредемся своими дорогами — он бренчать на лире и пить винцо, а я на тот свет. В конце концов, он тут бог, он прожил множество веков и имел довольно специфические знания. Должен как-никак понять, что удерживало его во сне.       Мелкая то ли фея, то ли жертва экспериментов от нетерпения и моего игнора помахала перед моим лицом ладошкой, возмущенно пыхтя.       О, Архонты… Как же меня уже раздражает Паймон…       Поэтому я, продолжая сидеть на подиуме статуи, показательно широко зевнула и потянулась, прищурившись в наслаждении и пытаясь размять затекшие после сна бока и конечности. После повернулась к юноше, смотря на него снизу-вверх с легкой полуулыбкой.       — Доброе утро! Вам что-то нужно от странствующего… сказителя?       Бардом называться — это будет точно плевком в лицо бардов. С музыкальными инструментами только на «вы», а вот рассказчиком представиться безопасней.       — Эм-м, — протянул юноша и встрепенулся. — Здравствуй. Меня зовут Итэр, а мою спутницу — Паймон. Мы направлялись в Мондштадт, и…       — И Итэр ищет свою сестру! И хотел поговорить с Анемо Архонтом, может, он что-то знает, — влезла Паймон, совсем невежливо перебив своего спутника, который на такой финт удивленно моргнул и обернулся к девочке.       Довольная недофея сложила руки на груди и вскинула нос, совершенно не ощущая вины за то, что крайне некультурно влезла в чужой диалог.       Знаю о сестре. Но ничего не скажу.       — Я — Венти, — представилась этим именем, потому что других вариантов не было, а это тело носило именно его. — Ну, если вы до Мондштадта, то вам по этой дороге через Шепчущий лес. Обычно ближе к границам города можно столкнуться с кем-нибудь из рыцарей Ордо Фавониус, так что они вам помогут или подскажут дальнейший путь, — я пожала плечами, снова переводя внимание на Итэра, и кивком указала на заросшую дорогу. — Она выведет вас прямо к городу.       — Спасибо! — улыбнулся юноша и перевел взгляд на статую, о пьедестал которой я продолжала опираться спиной. — Это ведь Анемо Архонт? Интересно, он услышит меня?       — Хе-хе, — подавить смешок я не смогла, поэтому с блестящим взглядом смотрела на Итэра. — Попробуй. За попытку тебя никто не покусает.       — А ты вообще, что тут делал, бродяжка? — с подозрением смотрела на меня Паймон, уперев руки в бока.       — Спал. Это — статуя бога. Где, как не здесь, усталый путник может найти безопасный приют и ночлег? — я насмешливо вскинула бровь.       Девочка на это высокомерно фыркнула. Мой ответ ее явно не устраивал. Да и как-то плевать на эту писклю.       Пока мы говорили, Итэр подошел ближе к статуе и коснулся ладонью узора лепестков на колонне, прикрыв глаза. Юноша стоял рядом, напряженно хмуря брови явно в мысленном обращении к богу. Я чуть склонила голову к плечу, ощущая, как под спиной слегка завибрировал от резонирующей энергии камень. Он потеплел, а следом, от переполнения, ярко вспыхнуло голубым, божественной силой у нас над головами, где застыл образ крылатого юноши, протягивавшего сферу.       Я помнила, что должно было произойти.       И в свое время встречала много теорий на этот счет — мол, Барбатос даровал Путешественнику силу Анемо. Или же наш герой выкачал ту лично. А может, дело рук Селестии.       Сейчас же, сидя под боком от Итэра, который ощутил ответ статуи и отошел на пару шагов от пьедестала, запрокинув голову, я видела и чувствовала, что Барбатос в этом не принимал участия.       По крайней мере, в теле Венти никаких изменений не наблюдалось, от него не исходило ничего. Лишь легкий резонанс с самой статуей, когда та наполнилась божественной энергией.       Паймон восхищенно вздохнула, когда от сферы в руках статуи Архонта отделился воздушный символ стихии и влетел в грудь Итэра. Юноша от неожиданности покачнулся и отступил на шаг, ошарашенно смотря перед собой. Затем осторожно коснулся ладонью груди и тяжело выдохнул.       — Похоже, Анемо Архонт услышал тебя! Ты получил его благословение! — со вздохом верещала Паймон, колотя от радости руками и ногами в воздухе, а я скептически вскинула бровь.       Если ты продолжишь и дальше так кричать, то ваш Анемо Архонт еще и оглохнет. Точнее, исполняющий обязанности Анемо Архонта…       — Давай, Итэр! Мы должны попробовать твои новые способности! — не затыкалась фейка, крутясь вокруг ошеломленного юноши.       Девочка, отстань от него. Ему надо переварить новые ощущения и прийти в себя, а ты зачастила.       — Только давайте где-нибудь подальше отсюда тренируйтесь. Не хотелось бы попасть под руку новичку, — предупредила я, опасаясь, как бы такие эксперименты не зацепили и меня.       — Если умный такой, то показал бы пару трюков! — возмущенно завелась Паймон. — У самого ведь Анемо Глаз Бога, — и она махнула рукой мне на пояс.       Я, как и Итэр, тоже глянули вниз. И если юноша с интересом, так как, возможно, раньше никогда не видел такие, то я заодно со всеми.       И с трудом сдержала эмоции, лишь на мгновение вскинув брови и тут же поджав губы.       Перед сном жаловалась на одежду, да? И встреча с путниками не давала обратить на себя должное внимание, перебивая то на ребят. Так вот… На месте колготок были гольфы до колен с золотыми ромбами по бокам, а шорты стали бриджами ниже колен с подогнутыми краями и парой карманов по бокам.       Стоп. Как это работает? Почему все остальное не поменялось, а то, что смущало и мешало, изменилось? Появление главных героев немного ошеломило, и задаваться вопросом, как вообще очутилась во сне Барбатоса, было некогда. А тут еще и такая смена одежды…       Как? Могу ли я этим осознано управлять? Связано ли это с тем, что Архонты могли принимать любой внешний вид, и сила, повинуясь моему желанию, все поменяла, пока я спала?       Можно так сделать с полом, пока в этом теле я? Мне немного неуютно находиться в мужском теле, тогда как больше тридцати лет была женщиной. Конечно, это не так критично, но было бы желательно — все-таки привычка.       — За бесплатно не работаю, — хмыкнула и пожала плечами, отвечая Паймон.       За всеми этими разговорами голод совсем разыгрался.       А ведь я посреди леса, и искать тут дикие яблоки, ягоды или закатники не так легко, как в игре. Не говоря уже об охоте — я городской житель и в лесу лишь гуляла, а не добывала пропитание, так что даже грибы не отличу.       Все очень плохо.       Я бездомная.       Безработная.       И беспомощная.       Благо что в теле бога.       Ладно. Не время для рефлексии и впадения в уныние от глубокого осознания реальности. Пока не время.       Человек — тварь ко всему быстро привыкающая. Так что адаптируемся, силушку подтянем, всем наваляем и будем пить винцо в таверне Дилюка. Может, даже на лире научусь играть — с ходу каверы на любимые песни сделаю. Как раз в голове крутятся несколько тематических песен про ветер.       — Грубиян! — фыркнула на меня Паймон и обиженно отвернулась к Итэру.       Мне даже немного жаль парня — мы с ним в чем-то похожи, по крайней мере тем, что оказались в схожих ситуациях. Очнулся в чужом мире. Никого и ничего не знает. Слонялся тут по окрестностям, пока не встретил эту болтушку. И теперь та взяла его в оборот. Вроде и направила на верный путь, поддерживает и помогает чем может, но если бы не ее привычка лезть туда, куда ее не просят, то была бы полезным напарником. А так…       А так хорошо, что не я ее подцепила. Бросила бы назад туда, где нашла.       — Пойдем отсюда, Итэр, — пробурчала Паймон и потянула юношу за собой с островка. — Все равно этот бродяжка ничего полезного не скажет нам.       Парень на такое своеволие только вскинул брови, глянул на меня, на что я развела руками и усмехнулась. Но на прощание помахала. Он тоже вяло ответил и зашагал за девочкой.       Ладно, пусть свои проблемы они решают сами, между собой, а мне пора уже заняться полезными делами.       Умыться хотя бы. Благо, что озеро под боком, и освежиться проблемой не будет. Что я и проделала, когда дуэт местных спасителей мира затерялся между деревьями. Итэру повезло — у Итэра сапоги, а Паймон летает, так что через брод прошли без проблем. А мне снова раздеваться.       Стоило перебраться на берег, как ощутила, как по телу прошла будто рябь, а ветра резко изменились. С севера рванул мощный поток холодного воздуха. Листва на деревьях обеспокоенно зашелестела. Птицы раздались разномастными голосами полными испуга, разлетаясь в стороны стаями.       Я напряженно замерла, ощущая бурлящие ветра, которые будто начали сходить с ума.       Странное чувство… потоки проносились мимо, оставляя легкие бирюзовые ленты за собой, едва касались кожи и несли с собой чужую боль и ярость.       С широко открытыми глазами, придерживая одной рукой беретку, а второй ботинки, куда затолкала гольфы, стояла на берегу озера, вскинув голову на потемневшее небо.       С немым ошеломлением смотрела как из-за туч показалась темная крылатая тень, а ветер раньше донес грозный рев, чем сам дракон разорвал небо, проносясь над горами Буревестника… в мою сторону.       Блядь.       Ботинки не выронила только чудом.       И с долей обреченности стояла и смотрела, как дракон сделал круг над озером, мощными крыльями поднимая ветра, а те сор, листья, будоража воду, вздымая волны.       Не знаю, какие силы меня в воздух-то не подняли от мощи потоков, даже не шелохнули. Как вкопанная была.       Я щурила глаза и внимательно следила за движениями ящера, лихорадочно раздумывая — бежать с криком или молча, чтобы мусор в рот не попал? И когда? Можно уже сейчас? А догонит ли? Ему точно нужна я? А зачем?..       Глупые вопросы роем проносились в голове, пока дракон накручивал виражи, явно в поисках подходящего места для посадки.       И почему сейчас?       Почему сюжет так спешил догнать меня?       Почему я?!       О, Архонты, я не ела с самого пробуждения вчера днем, только воды пила из ручья и озерца, так как выбора не было. Я не знаю, когда вообще в ближайшее время доберусь до еды. Ну, почему вы все не могли дождаться, когда хотя бы по-человечески поем, и дать мне время?..       Я беспомощно смотрела на то, как дракон все-таки приземлился, по пути повалив парочку деревьев и сотрясая землю, и обратил внимание на меня.       Двалин был невероятно огромен — я по сравнению с ним выглядела чуть больше блохи. Ящер тяжело дышал, яркие глаза помутнели от боли, а на затылке и хребте торчали уродливые лиловые шипы, оскверненные чужеродной энергией. Даже я ощущала их влияние, схожее с мерзким привкусом безумия, что обдавало волнами, заставляя передергивать плечами и морщиться.       Дракон двигался с трудом — из-за излишнего напряжения фиксировала каждый шаг благородного существа.       Было просто по-человечески жалко смотреть на его страдания.       Он замер в десятках метрах от меня, тяжело втягивая воздух и шумно выдыхая. Дракон так же внимательно, с настороженностью смотрел на меня. А я медленно понимала — он целенаправленно искал Архонта.       Может, ощутил активацию статуи, потому рванул сюда? Проверить?..       — Двалин… — осторожно позвала его, стискивая в левой руке ботинки. С языка чуть не сорвался глупый вопрос «как ты», но вовремя закусила губу.       Дракон на мой зов дернулся и вытянул шею, нависая сверху вниз. Я настороженно, на негнущихся ногах сделала шаг навстречу — хоть ящер и был переполнен безумием, но никакой угрозы от него не ощущалось, только боль. Он очевидно боролся и преодолевал помутнение рассудка, пытаясь сохранить разум.       Признаться, я боялась. Вот так идти по факту в пасть к дракону. Но не могла и сбежать, будто интуицией понимая, что он не простит, и будет только хуже. Я знала это. Чувствовала.       В конце концов, Двалин был привязан к Барбатосу.       Хоть сейчас перед ним не его старый друг, которого он так долго искал. Как и его помощи.       — Ты не он, — тихо пророкотал ящер, резко дернувшись, отпрянув и отведя голову. Он подозрительно щурился и раздувал зло ноздри.       И на этот упрек ощутила такую вину, будто лично стояла за всеми подменами, а заодно и страданиями дракона.       Я вскинула свободную руку в успокаивающем жесте и нервно улыбнулась, боясь еще хоть как-то шевелиться перед разъяренным ящером.       — Двалин… если ты выслушаешь меня, то узнаешь, что случилось с твоим другом, правда, — я старалась говорить искренне, не зная, может ли нервный дракон в таком состоянии что-то ощущать.       Вдруг мои недомолвки взбесят его?       Ящер молчал, и я посчитала, что он готов выслушать оправдания.       — Барбатос жив, — говорила медленно и осторожно. — Он в ловушке. Что-то не дает ему проснуться и выбраться. Он… попросил меня присмотреть за всем и по возможности справиться, пока он разбирается и пытается выбраться.       — В… ловушке? — недовольно рыкнул дракон, приблизив голову и внимательно следя за мной.       — Да, — я кивнула. — Мы в ловушке. Я здесь, в его теле. А он… заперт в своем сне.       — Хм-м, — Двалин выдохнул, опустил голову и прикрыл глаза. Выглядел он болезненно утомленным. Наверняка рассчитывал, что найдет Барбатоса и тот избавит от мучений. И вот. Нашел тело своего друга, но самого его нет — и ему тоже требовалась помощь.       Я сочувственно свела брови.       — Я… я могу как-то помочь? — рискнула спросить, кинув взгляд на видневшийся край шипа, что торчал из затылка.       — Ты… — дракон резко оборвал себя на полуслове и вскинул голову, смотря мне за спину.       Я вздрогнула и обернулась, натыкаясь взглядом на Итэра и Паймон, которые огромными от изумления глазами смотрели на нас. Девчушка крепко вцепилась в руку юноши, явно до этого пытаясь увести спутника в лес, но тот упрямо стоял и следил за нами.       Долбанный сюжет!..       Двалин разочарованно взревел, кинул на меня озлобленный взгляд и резко взмахнул крыльями, поднимая в воздух пыль и взмывая стрелой в небо. Я невольно раскашлялась, прикрывая лицо и глаза от песка.       Черт.       Вот надо было им прийти?       — Ты говорил с ним! — в обвинении ткнула в меня пальцем фейка, будто я совершила какое-то преступление и была застигнута на месте с поличным.       Стоило пыли улечься, а мне отчихаться, как этот дуэт уже стоял тут как тут. И если Паймон кидала в меня претензиями, то Итэр задумчиво осматривал землю, где до этого был дракон.       — А почему я не мог поговорить с одним из Хранителей этих земель?! — раздраженно бросила я, провела ладонью по лицу в бессмысленной попытке смахнуть грязь и бросила на землю ботинки, куда и села, обуться.       Плевать уже — испачкаюсь сильней или нет. И так уже вся пропыленная. Цветочки жалко на беретке — их теперь лишь выкинуть.       От моей яростной вспышки Паймон отпрянула, смотря с опаской, будто наброшусь на девочку. Она даже покосилась на Итэра, в поисках поддержки.       Вот что за жизнь? Что за день?..       Напасть за напастью…       — Что это? — юноша хмуро смотрел на блестевшую алым драгоценность, лежавшую в его ладони.       — Слеза Двалина, — даже не обернувшись, лишь кинув косой взгляд, ответила ему, уже зная, о чем речь. — К сожалению, один из Хранителей сейчас заражен. Орден Бездны взял под контроль его разум, и эти слезы — слезы страданий.       Вроде так, да? Если и сгущала краски, то не так сильно. И вроде даже не переигрывала — хотелось в это верить.       Паймон, подлетевшая к Итэру, услышала мои слова и боязливо отскочила от парня, явно испугавшись «заражения».       — Но почему жители Мондштадта ничего не делают для его освобождения? — разумно спросил юноша и выпрямился, переведя взгляд на меня.       — Возможно, они не знают, как решить проблему? — я пожала плечами, поднялась на ноги, бесполезно отряхнув шорты и накидку, и поморщилась. Снова скрутило живот от голода.       — А ты знаешь? — любопытно склонила голову Паймон и моргнула своими бездонными глазищами.       — Возможно. Все-таки у него на шее были уродливые шипы. Явно не для красоты носит, — ровно ответила и устало вздохнула. День только начался, а уже охота все и всех послать известной дорогой. — А вы зачем вернулись?       — Мы остановились недалеко на поляне потренироваться, — пустился в объяснения Итэр.       — Неожиданно ветер усилился. И после услышали странный звук, похожий на рычание. Я вспомнила, что ты тут остался, поэтому мы поспешили проверить, не нужна ли помощь. И… увидели дракона, — девочка поежилась и передернула плечами. — Он такой пугающий. О чем вы говорили?       Я удивленно вскинула бровь.       Они на самом деле бросили все и побежали к незнакомцу, чтобы помочь? Даже не задумываясь, справятся ли с угрозой? Серьезно?..       Теперь понятно, как Путешественник ввязывался во все опасности на передовой…       — Предлагал помочь. Но вы его спугнули, — моя очередь кидаться обвинениями и хмурить брови.       — Ух-х, неловко вышло… — дернулась Паймон, нервно почесала макушку и грустно протянула, прижав ладони к животу. — Давайте поспешим в Мондштадт, пока не стемнело. Кушать уже хочется…       Ловко же сменила тему.       Итэр убрал Слезу в карман штанов и кивнул на слова спутницы. Они вдвоем уставились в ожидании на меня.       Спрашивали — с ними ли я?..       — Я вообще со вчерашнего дня не ел, — пожала плечами, состроив на лице безразличное выражение.       — Кошмар! — пришла в ужас девочка. — Как ты так? Вот, у меня было яблоко, — она сунула руку в карман и вынула красный спелый фрукт, протягивая.       Я удивленно моргнула, а Итэр улыбнулся.       — Угощайся.       Так. Ладно. Меня подкупили.       А яблоко — божественно. Ничего вкуснее не ела! Правда!       Паймон тихо хохотала, прикрывшись ладошкой, а Итэр усмехался.       Вместе и двинулись по дороге, пока я смаковала каждый кусок.