Schwagenwagens family

Лидия вернулась в дом так быстро, как смогла. - Что-то случилось, мисс Лидия? - неожиданно донёсся голос дворецкого. Тот стоял на лестнице, и смотрел на неё с высока. Ей казалось, что у него просто шею заклинило, поэтому он не может её опустить. - Э...Д-да... Рофт. - ответила Лидия, пытаясь сохранить самообладание, но голос предательски выдавал её. Дворецкий пристально на неё посмотрел. - Как скажете. - молвил он. - О, Рофт. Принеси чистые полотенца. Сейчас! Дворецкий спустился, зашёл в кладовую, и вынес чистые, белые полотенца. Лидия взяла их, почувствовала запах свежей лаванды. Быстрым шагом девушка направилась на второй этаж. Единственной её мыслей было: "Он лапал меня! Эта грязная бродяга меня трогала!". Она взяла из комнаты свежие бельё и бирюзовое платье с белым воротником и рукавами ниже локтей. Платья она надевала не часто, но сейчас, из обычной одежды, только оно было чистым. В ванной комнате было прохладно. Девушка включила горячую воду, залила пену для ванны, и ждала, пока ванна наполниться. Сидя в горячей воде, натирая мочалкой тело, руки и ноги до красноты, Лидия говорила себе под нос: "Он меня трогал. Он посмел ко мне притронуться! Этот недостойный! Смердящий БОМЖ! ФУ! Я должна отмыться. Смыть с себя эту грязь! Если отец узнает..." Вдруг в дверь раздался стук. - Мисс Лидия, вы там не уснули? - раздался противный голос дворецкого. - Всё в порядке, Рофт! - крикнула девушка. Как грязная дворняга , всё вынюхивает, подумала она. Лёжа в ванне, она задумалась, где же она видела этого бродягу. Его лицо показалось знакомым, но не могла вспомнить, откуда она его знает. Лидия вылила на руку шампунь, и начала усердно вымывать волосы. Надо всё хорошо вымыть, чтобы и следа нигде не осталось. Девушка начала вычёсывать ногтями голову. Она не хотела подхватить вшей. После ванны, девушка закуталась в полотенце, взяла ещё одно для волос, и вытерла их. Она взяла расчёску, и начала расчесывать. Из-за вьющейся структуры волос ей было больно. Она чувствовала, как вырываются волосы, но их надо хорошенько расчесать, чтобы точно вшей не осталось. Грязные вещи и полотенца она бросила в корзину для белья. Завязав влажные волосы в хвост, Лидия вышла. Благо Рофт не поджидал её у двери, хотя с чего это ему её ждать? У него полно работы по дому. Ещё и за Себастьяном следить. Интересно, каково брату сейчас? Нет! Не думай об этом! И всё же... Девушка зашла в свою комнату, и легла на кровать. В голове прозвучали слова того бродяги: "Ты ведь сестра Глэма?" Глэм... Что за глупое прозвище? Но кого же он имел ввиду? Она вспомнила, где видела это лицо. Это тот, кто был на вступительном экзамене в консерватории. С которым Себастьян ещё познакомился возле помойки, и который его обошел. Неужели он имел в виду её младшего брата? Хм... А ведь я в действительности старшая сестра. Обычно она принимала это как данность, и не сильно об этом задумывалась, но сейчас эта мысль не давала ей покоя. Я так боюсь, что отец будет ко мне относится также, как к нему, что сама начала проходить на него. Странно, почему она раньше не задумывалась об этом. Ей вспомнилось, как в детстве Себастьян поранил руку и она подошла к нему с пластырем. Ей показалось забавным наклеить пластырь под нос, как усы их отца. Он начал его изображать, и они вместе смеялись. Вскоре отец об этом узнал, и наказал Себастьяна. А Лидие сделал выговор, чтобы она не забивала его сыну мозг ненужной чепухой, иначе последствия будут для неё плачевными. С тех пор они не смеялись вместе. Столько времени прошло. Она ведь помнит его таким маленьким, когда он только родился, хотя ей самой тогда было только три года. Когда мать держала его, а он повернулся к ней и любопытно смотрел. А когда отец начал учить его, и бить из-за малейшей ошибки, она ничего не делала. Просто стояла в проходе и наблюдала. Хотя нет, не просто. Она начала относится к нему, как отец. А сейчас Себастьяну должно быть ещё хуже. По её щеке покатилась слеза. Лидия села, вытерла слёзы. “Я больше не буду это терпеть! Оставаясь в стороне, я ничем не лучше отца! Себастьян не заслуживает подобного отношения. А рыдая здесь, ничего не делая, я точно такая же, как мать. Жалкая и никчемная.” Чувство едкой горечи, застрявшее в горле, оставило её. Вместо этого, она была полна решимости. Девушка твёрдым шагом вышла из комнаты, подошла к двери кабинета, и силой её открыла. В самом кабинете стояли отец и брат. Первый как раз бил второго по запястью линейкой. Лидия посмотрела на Себастьяна, на его побагровевшее запястье, которое не раз и не два перебинтовывали, на кровавые следы от ударов, которые никогда не проходили. На мгновение она почувствовала боль в руке. Соответственно отец и брат посмотрели на неё. Лицо мальчика выдавало его мысль, которую Лидия сразу поняла:“Зачем ты сюда пришла? Насладиться шоу? Посмотреть как меня бьют, и получить удовольствие?” Девушке стало неприятно от этого понимания. А вот Густав Швагенвагенс напялил привычную для него суровую, холодную маску. Чего тебе, Лидия? Ты не видишь, что я сейчас занят? - в холодном гневе молвил он. Вся решимость превратилась в прах. Девушка почувствовала гнев и страх, которые неприятно отзывались в нутре. Сердце отчаянно забилось, на лбу появились капли холодного пота. Отец, спрятав руки за спину, подошёл к дочери и посмотрел в глаза. - Ты что, рыдала? У тебя глаза красные и на мокром месте. - Нет…я…У меня…просто что-то в глаз попало, вот и всё. - растеряно ответила она.Это то, из-за чего ты меня потревожила? - П…прости отец. Я не подумала. - В следующий раз думай. А теперь - за дверь. Живо. - от холода и ненависти в голосе отца стало ещё хуже, и пробежали мурашки по коже. “Идиотка! На что ты вообще надеялась?! - подумала Лидия, когда услышала хлопок двери. - Что ты вообще собиралась делать?” Действительно - ничего! Девушка прекрасно знала, что она никогда не сможет противостоять отцу. Никогда не выскажет свою позицию. Никогда не сможет заступиться за Себастьяна. Но помочь ему она всё-таки сможет. После ужина Лидия, старалась сохранить привычное спокойствие. Подходя к комнате брата, девушка обдумывала, что сказать, как всё объяснить. Однако её раздумья прервал дворецкий: - Мисс Лидия, вы вновь к брату? - Да! Так что пропусти. - жёстким голосом приказала девушка. Рофт прищурил глаза, словно что-то заподозрил. Лидия держалась уверенно: прямая спина, подбородок слегка приподнят, холодный взгляд и твёрдый голос. Но лёгкий страх того, что прислуга что-то заметил в ней был. - Я уже не в первый раз говорю, что вы как-то слишком часто начали наведываться к Себастьяну. - Он ведь мой брат, как-никак! - Раньше вас это так не заботило. - В любом случае, тебя, дворецкий, это никак не касается. Так что прекращай со мной препираться и пропусти! Наступила неловкая пауза. Лидие стало не по себе. Время будто остановилось, а взгляд дворецкого давил на неё сверху. Казалось, будто он господин, а она - никто. Он любил подобный приём, девушка это понимала. Ровд всегда старался вести себя выше чем положено, и будучи обычным слугой, это выглядело нелепо. Лидия это прекрасно осознавала, так что в основном это на неё не действовало. Она сохраняла уверенность. Лишь бы он ничего не заметил, сказала она в мыслях. Вдруг послышался голос из недр дома: - Рофт! - агрессивно крикнул отец. - На кухне с крана идёт фонтан! Живо займись им, пока он не затопил нам половину дома! Не заставляй меня идти к тебе и повторять, у меня и так много работы, а тратить время я не хочу! Дворецкий с недоверием посмотрел на Лидию, та прищурила глаза и ухмыльнулась. Затем, он быстро пошёл вдаль по коридору, повернул в сторону лестницы. Есть! - подумала девушка - Всё прошло так, как я и планировала. Лидия медленно открыла дверь и вошла в комнату, сразу заметив решетки на окнах, которые добавляли гнетущее ощущение замкнутости, и контроля. Она обернулась и увидела брата, сидящего на кровати, одетого в белый халат. Мокрые пряди волос почти покрывали его глаза, которые смотрели в пол. Лидия заметила, что его руки дрожат. - Чего тебе, Лидия? - угрюмым голосом спросил брат. Его взгляд всё также был направлен вниз а не на неё. Лидия оттянула воротник платья, достала сверток листов бумаги и карандаш, и протянула их Себастьяну. В глазах брата сверкало невероятное удивление, и он недоуменно покачал головой. - Где ты это взяла? - шёпотом спросил он. - В комнате для рисования, где оно и находится. - с улыбкой ответила девушка. - Я понял это. Но зачем тебе это? Или это отец тебя подослал? Чтобы меня проверить? - юноша в страхе попятился назад. На сколько этот подонок тебя запугал, пролетело в голове девушки. - Что? - возмущенно спросила Лидия. - Думаешь я бы стала танцевать под флейту отца?! По взгляду она поняла, что он в действительности так думает. Девушку охватил гнев. Ей вмиг перестала нравится данная идея, она хотел вырвать листы, отвернуться и уйти, со словами “Не хочешь и не надо! Разбирайся сам!” Собственно, как обычно. Как хочет отец. Он всегда ставил клин на их отношениях, настраивал друг против друга. Я была его любимицей, и боялась разочаровать папочку. Вроде в этом нет ничего плохого, но не тогда, когда страдают другие люди. Лидия сдержалась, она всё прекрасно понимала. Сделала глубокий вдох и выдох, и сказала: - Нет, Себастьян, я хочу тебе помочь, правда. Хоть раз доверься мне. Как сестре. - У…у меня нет д…денег. - заикающееся ответил брат. - Мне не нужны твои деньги! - крикнула Лидия. Но затем увидела угнетенный взгляд брата и шёпотом она добавила. - Извини. Я хоть раз хочу себя повести как нормальная сестра, а не как… Подобие отца. Брат некоторое время просто сидел и смотрел на неё ошарашенным взглядом. Затем он поднялся, и резко у него на лице появилась странная улыбка. Девушке она показалась знакома, не из-за того, что она видела её раньше на его лице, на чьём-то ещё тоже. Улыбка была лишь на мгновение, после Себастьян вновь стал угрюмым собой. И вдруг резко обнял её. Лидия совсем не понимала, что происходит. Брат начал… плакать? - Спасибо тебе… - сквозь слёзы проговорил он. Это в край выбило девушку из колеи. Её никто и никогда не за что не благодарил. Странное чувство. - Та что ты… - неуверенно молвила Лидия и ответила на объятия брата. Затем Себастьян взял листы, встал напротив окна, поставил на подоконник листы и начал писать. Лидия сидела на кровати, но решила проследить, вдруг кто-то будет идти. Девушка подошла к двери, приоткрыла, никого не было видно. Это её немного успокоило, она начала прислушиваться. Рофт в любом случае придет, когда разберётся с поломкой. Ещё хуже, если это будет отец. Девушка не хотела, чтобы их вновь поймали. Отец и так стал ей куда меньше доверять, а от того разговора у неё до сих пор мурашки по коже. Надо всё успеть! Но Себастьян писал и писал, уже сменился лист, и начался с другой, при том брат писал с обеих сторон, и не собирался останавливаться. Видимо у него много мыслей накопилось. Внезапно Лидия услышала шаги, у неё предстал выбор: Посмотреть, кто идёт, или сообщить Себастьяну, что кто-то идёт. Но времени на раздумья не было. - Себастьян! - обратилась девушка к брату, когда подбежала. - Кто-то идёт! Надо спрятать листы! Себастьян положил карандаш в середину листов и сложил их пополам. Девушка быстро их взяла, и трясущимися руками спрятала под одежду. - Прошу, - взмолился брат. - не читай их. - девушка кивнула. Послышался скрип двери. Девушке пришла мысль в голову. - Просто знай своё место, Себастьян! - властно проговорила она, брат стоял в недоумении. - Иначе ты об этом сильно пожалеешь. О, доброго вечера, Отец. - обернувшись молвила Лидия, - Я тут провожу воспитательную беседу с братом. - Я вижу. - ответил отец и зашёл в комнату. - Оставь нас, теперь я хочу побеседовать с сыном. - Как скажешь. - Девушка направилась к выходу, завернула в коридор и вздохнула спокойно. И тут раздался приказной голос Густава: - Стоять! Подойди сюда. Чёрт, чёрт, чёрт! Что делать! Тут девушка увидела фарфоровую вазу на подоконнике. Обернулась, отец был в комнате и не видел, что творится в коридоре. Достав листы Лидия решила спрятать их в вазу, времени не было, надо было действовать быстро. Когда листы были в вазе, девушка зашла в комнату брата. Тот с волнением смотрел на неё. Отец осмотрел её, но ничего не нашёл, и отпустил её. Дверь в комнату он закрыл. Но в коридоре уже был Рофт. Тот нагнулся, и поднял карандаш. Нет! Видимо он выпал из листов, пронеслось в голове девушки. Затем дворецкий зашёл в комнату, и сказал: - Сэр Густав, в коридоре я нашёл карандаш. - Что? - в холодном гневе поговорил отец. - Лидия! Сюда! Живо! Страх сократился внутри Лидии змеёй, но девушке пришлось подчиниться. - Я… Я не… - она попыталась оправдаться, но слова не шли. Всё, это конец. - Это я оставил. - резко выпалил Себастьян. - Он выпал, когда я шёл после рисования. Лицо отца потемнело от злобы, он достал линейку - брат закатал рукав. Удар! Девушке стало неприятно от вида. - Я ведь тебе запретил выносить инструменты для рисования вне соответствующей комнаты! - крикнул отец. Удар. - Сколько раз мне нужно об этом просить! - удар. - Сколько раз повторять, чтобы в твою упрямую голову наконец-то дошло! - Удар! - Твоё непослушание вредить только тебе! Я хочу тебе лишь хорошего! - Удар! Лидию переполнял ужас от увиденного. Отец был занят братом, дворецкий за этим наблюдал со странным умиротворением. Девушка воспользовалась моментом, и выбежала из комнаты и направилась в свою, не замечая ничего вокруг. Лишь когда она успокоилась и перед тем, как уснуть, она вспомнила о листах в вазе… Сон был беспокойным, девушка встала в 6 утра. Она даже не успела причесаться и в пижаме выбегала в коридор. Старалась идти быстро, но тихо, чтобы никого не потревожить и не привлекать внимание. Лидия дошла к вазе, заглянула внутрь. Фух… Листы были внутри. Она взяла их, и быстро спрятала в рукав ночной сорочки. Где-то в доме слышались шаги дворецкого. Главное не попасться ему на глаза! Затем она пошла в свою комнату, и её чуть не заметил Рофт, но всё о обошлось. Девушка начала осматривать свою комнату. Куда можно спрятать листы? Под матрас? Нет, слишком очевидно. Идиотка! Думай! Лидия подошла к зеркалу, посмотрела в него, увидела себя с растрепанными волосами, а синяк на лице почти прошёл. Надо было бы причесаться, но сейчас не до этого. На часах 6:25. Она начала быстро ходить по комнате, и внезапно стукнулась ногой о ножку кровати. Точно! Девушка открутила верхнюю часть ножки, закрутила валиком листы, спрятала внутрь и прикрутила всё на место. Надеюсь отец не станет проверять. Лидия взяла расчёску, и стала причесываться. Это давалось трудно, как и каждое утро. Волнистая и жесткая структура волос никогда ей не нравилась. Особенно когда приходилось расчёсывать. Расчёска жестоко вырвала часть волос, но эту процедуру нужно было сделать. Если бы не слова отца, что длинные волосы признак женственности, она бы давно их подстригла примерно до уровня плеч. Может когда-нибудь, но не сейчас. Она оделась и вышла на завтрак. Видимо листы правда никто не видел. Отец и дворецкий вели себя как обычно. Себастьян тоже, как ни странно. Он выпил свои таблетки и принялся завтракать. День продолжал быть однообразным. Лидия лежала в своей комнате, а что ещё ей оставалось делать. Подруг, с которыми она могла общаться у неё не было. Уроками музыкой отец занимался только с Себастианом, и эмоции по данному поводу она испытывала разные. То злость, от того, что отец уделяет больше внимания профессиональным навыкам брата, а не её; то радость, зная как проходят эти уроки; а с недавних пор и жалость, по отношению к брату. Хотя раньше подобных чувств к нему не было. В целом она поняла что до последнего времени она не воспринимала Себастьяна как брата. Больше как конкурента. За внимание отца, навыки, так как её никто всерьез не воспринимал. “Она девушка” говорил отец, подразумевая “Что с неё взять?”. Но тем не менее, это всё часть воспитательного процесса, так ведь? Прошло пять дней. Она продолжала приносить Себастьяну листы и прятать их у себя в комнате. Но делала это не каждый день, чтобы не возникло подозрений. И вручать их Себастьяну было трудно, и приходилось придумывать новые способы, зная что отец не ленится каждый вечер проверять комнату брата, и Рофт, который всё время следит. Однако держать всё время под присмотром было не возможно, и Лидия могла незаметно подсунуть их в места, где брат мог их достать. Внутри рулона из под туалетной бумаги, или внутрь часов в гостинной. Она давала намёки, к примеру, гл Также, Лидия заметила, что Себастьяну стало с ней даже приятнее находится. Вдруг Лидия захотела узнать своего брата по лучше. А что может рассказать о нём лучше, чем его собственные мысли. ”Прошу…не читай их” вспомнила она мольбы брата. Лидия понимала, что это не правильно. Но ничего не могла поделать со своим желанием. Она достала листы, и её удивил корявый почерк. Раньше брат всегда писал аккуратно, видимо спешил, развернула их и начала читать с трудом распознавая почерк. Первое на что она обратила внимание, это даты. Её брат аж настолько дотошный. “18 августа. Наконец-то у меня появилась возможность писать. Но я даже не знаю с чего начать. Столько произошло… Столько накопилось… После того, как отец из-за Рофта меня поймал за этим делом и насильно всыпал в рот таблетки, я считал, что мысли придётся держать внутри себя. Я бы точно сошёл бы с ума. Перенос мыслей на бумагу своего рода освобождение. Но Лидия каким-то образом смогла пронести листы, и теперь я смогу написать всё что думаю. Если бы не это, я бы точно совершил бы с собой не поправимое. Я НЕ ВЫДЕРЖИВАЮ….Я НЕ ВЫДЕРЖИВАЮ… ” - эти слова были написаны ещё двенадцать раз большими буквами. - “Я просто этого не выдерживаю. Я не знаю как мне быть, как мне существовать? Ведь это не жизнь, в этом доме, с этими людьми, с отцом… Каждый день занятия музыкой, оскорбления и избиение линейкой, и это куда больше, чем было раньше. Но хуже всего - это таблетки, которые заставляют пить. От них, пропал аппетит и появился тремор. Да, именно от них.Также хочется просто лежать и ничего не делать, но я не могу себе днём это позволить. Отец, чтобы я больше не вытворял глупостей, поставил решётки на окна, и теперь моя комната действительно похожа на камеру. Я не смогу больше глотнуть свободы, гулять по заводскому району с Чесом, играть музыку, которую Я хочу. Всё! Этого больше не будет. Отец это у меня отнял. Но и я сам, ради всеобщего блага не должен что-либо вытворять. Чес… Он ведь ещё жив! Я знаю это! Отец просто пытался меня запугать, но у него это не выйдет. Но мне надо… Нет! Я должен держаться от него подальше. Быть может, когда я стану старше я смогу ” и тут обрывается. На листы упала капля. Лидия только сейчас поняла, что плачет. У неё просто не было слов от того, что она прочитала. Она и доли не знала о своём брате. Видимо теперь настал шанс того, что-бы их отношения наладились. Лидия взяла следующий листок но вдруг услышала шаги, приближающиеся к комнате. Девушка резко встала, и начала прятать листы под матрас. Откручивать ножку не было времени. Дверь резко открыл отец. Лидия мигом встала прямо, подняла голову, и смотрела на Густава. На его лице она не смогла точно прочитать эмоции. Это была смесь холодной сдержанности и раздражения. Отцовский взгляд был суров и прожигающий, губы были сомкнуты в прямую линию, осанка прямая, руки спрятаны за спину. Лидия старалась выглядеть уверенно. Однако первой говорить не стала. - Лидия. - озлобленно начал отец. - Хватит притворяться! Я всё знаю! Сердце девушки начало колотится. Удары были слышны даже в ушах. - Ты о чём, отец? - пытаясь сохранить спокойствие спросила она. - Хватит притворяться! - Густав перешёл на крик. - Ты действительно принимаешь меня за идиота?! - гнев и ненависть просто извергались из отца. - Я не знаю о чём ты. - нервно ответила девушка. Гнев отца всегда заставлял её переживать. Резко отце замахнулся и ударил ближайшую стенку. Лидия дернулась. Сердце начало вырываться из груди. - Ты врешь! - на всю комнату прокричал отец. - Ничтожная девчонка! Ты прекрасно знаешь, о чём я говорю! - Я…я… П-правда не понимаю, о чём ты.- кое-как выдавила из себя Лидия и попятилась назад. Она не знала, что теперь ожидать - Честно, отец. Прошу, поверь мне! - Нет! К тебе больше нет доверия. И именно ты его подорвала. Сколько можно скрывать от меня правду и так нагло врать. Ещё и за деньги. Разве мы с матерью так тебя воспитывали?! Лидия потеряла дар речи. Её глаза наполнились слезами и неудержимо хлынули по щекам. Стыд и страх охватили её полностью, и она опустила голову, не в силах больше смотреть на разъяренного отца. - Ты ничего не желаешь мне сказать? - надменно спросил Густав. Лидия не смогла найти в себе сил, чтобы хоть как-то ответить. - Вот как, значит. - продолжил отец. - Не думал, что скажу это, но я в тебе разочарован. И очень сильно. Я был куда лучшего мнения о тебе, дочка. Ты долгое время была моей гордостью, а что сейчас?! - последнее слово эхом прошлось по комнате. Девушка сделал ещё один шаг назад и упала на кровать. - А ты, между прочим, девушка и обязана держаться достойно. Ты становишься всё хуже и хуже. Не то, что твой брат, Себастьян. - Себастьян? - Да, Лидия. Себастьян. Ведь он, с недавних пор, хороший сын. Он сам мне рассказал о ваших выходках. Естественно, он уже получил свое наказание. Однако он признался, значит с ним не всё потеряно, и он идёт по верному пути. Но ты. Я тебя предупреждал, а ты снова меня разочаровала! От всего услышанного почва ушла из под ног. Лидия не могла понять, как и почему Себастьян это сделал? Почему он её так подставил? Зачем ему это? Он ведь ненавидит отца, как он мог это ему рассказать. Нет, этого просто не может быть. Он не мог себя так предать. Он не мог меня так предать… - С…Себастьян тебе всё рассказал? Да, Лидия. Всё! - Нет! Он не мог рассказать о листах. Это ведь важно для него! И я искренне пыталась ему помочь. А он… Как он мог меня предать?! - Лидия закричала. Держаться уже не было сил, она начала рыдать. - Уймись сейчас же! - заорал отец. - Нет! - на этот раз она встала. - Я ведь хотела как лучше для него! Он так страдал, а я устала быть в стороне и относится к нему также как ты! Я хотела исправить это! Облегчить его существование, пока не случилось непоправимое! - Лидия! Хватит реветь! Ну ка живо замолчала и успокоилась! - Нет! Это всё ты виноват! ТЫ довёл до такого состояния! Ты просто трус, который боится… Резкий удар прилетел в лицо по щеке. Лидия упала на кровать. Кажется вновь по тому самому месту, что и в прошлый раз. - Руку! Живо, Лидия! Руку! - Отец уже не сдерживал себя. Девушка еле пришла в себя, но Густав сильно схватил её и потянул на себя. Ноги были ватные. В ушах был невыносимый звон, и голова просто гудела, девушка закрыла глаза. Мужчина крепко взял за руку, вырваться не получилось бы, и линейкой начал бить по запястью. Рука покраснела и начала печь, но всё продолжалось. Удар за ударом. Она просто кричала, не могла держать всё в себе, а отец бил. Точно так-же, как и её брата. Она не заслужила этого, в отличии от него. Зря она вообще решила помочь этому ничтожеству. Он её предал, но она правда хотела, как лучше. Напрасно она вообще за него начала переживать. Надо было волноваться только за себя! Тут Густав отпустил Лидия. Та упала на пол, открыла глаза и посмотрела на верх. Отец с ненавистью смотрел на неё сверху вниз. - Надеюсь, ты усвоила урок, дочка. - Д-да. - с трудом проговорила она. - И что же ты поняла? Скажи это. - Я… Не должна была… Помогать Себастьяну… Этому жалкому червяку! Я не должна была вестись на его уловки и жалость к нему, промелькнуло в её голове. - Очень хорошо, Лидия. Я всегда знал, что ты умна, как для девушки. Ну а теперь ответь, где листы? Она притронулась к матрасу не увечной рукой, и продолжила смотреть в пустоту сидя на полу. Отец встал рядом. Силой убрал одеяло, оно упало на пол, затем поднял матрас, взял листы. Матрас грубо стукнулся об доски кровати. Густав оставил дочь одну в комнате. Лидия вновь облокотилась. И только сейчас почувствовала влажность, на правой руке. Это была кровь.