Неукротимый: Бездна

От нахлынувших чувств и потрясения, Ван Цзи опешил, не в силах произнести ни звука. Перед ним стоял Сы Чжуй, его названный сын. Тот, кого он воспитал достойным мужем, любящим и с чутким сердцем, хотел убить его - Хань Гуан Цзюня. -Отец, прости… - прошептал юноша, печальным взглядом одаривая мужчину. - Мне пора уходить… -Сы Чжуй… Но юноша уже не ответил. Его глаза накрепко закрылись и, словно душа его покинула. Бездыханное тело свалилось на Лань Чжаня и тот, подхватив сына, ощутил, как по коленям прошлась неприятная слабость. И тут же стремительно свалился на колени, поддерживая юношу. -Сы Чжуй. Сы Чжуй, очнись! -Поверить не могу, как это ребёнок мог такое сотворить? - начал Цзян Чэн, наблюдая за этими двумя. -Глава Цзян, прошу прощение за беспокойство. Мы сейчас же удалимся. -Нет, я не отпущу вас в таком состоянии. Не позволю Вам. Сы Чжуя нужно незамедлительно осмотреть. А позже выясним, что произошло. Цзян Чэн был в замешательстве. Но видя перед собой тех, кто был дорог Вэй У Сяню, не мог оставить их в беде. Одно дело - Хань Гуан Цзюнь. Но Сы Чжуй - невинное дитя. И, возможно, он ступил на скользкий путь. Цзян Чэн не уберёг Вэй Ина. Но Сы Чжую не позволит пойти тем же путём и снова подвергнуть себя опасности. **** 3 дня и 3 ночи Лань Ван Цзи не отходил от сына, пока самые лучшие лекари Юнь Мэна пытались определить внезапный недуг Сы Чжуя. Некоторые говорили, что душа покинула его тело. Лань Чжань, чувствуя своё бессилие, мог лишь молиться о том, чтобы история не повторилась вновь. Сидя у кровати юноши, он невольно вспоминал тот последний день, когда вот так же сидел у кровати, на которой лежало бездыханное тело Вэй Ина, пытаясь вылечить его от яда. В тот день Вэй Ин исчез. А теперь Сы Чжуй, ступив на скользкий путь, повторяет судьбу младшего отца. Ван Цзи не мог позволить и сыну исчезнуть. Спустя ещё какое-то время, юноша очнулся. Повернув голову, он слегка прикрыл глаза, смахивая невидимую пелену, мешающую ему разглядеть того, кто склонился над его кроватью, нежно и едва-едва касаясь ладонью его лба. -Папа Вэй…я не смог ему помешать…-прошептал Сы Чжуй, едва сдерживая свои эмоции. Как внезапно, невидимая пелена спала с глаз его, и он увидел лик своего старшего отца. Сы Чжуй напрягся. Но тут же понял, что не сможет уйти от ответа. Он не хотел рассказывать Хань Гуан Цзюню всю правду. И боялся его осуждения. И того, что может последовать после. Последствия его действий всё ещё продолжали расти, тёмной мглой накрывая близких. -Сы Чжуй…-заметив неуверенность во взгляде сына, Лань Чжань вновь его осмотрел. Тело юноши все эти дни было ледяным и бледным, словно тело мертвеца. Но сейчас он выглядел намного лучше. -Отец, прости…-вновь повторил Сы Чжуй. - Мне так жаль. -О чём ты говоришь? -Это моя вина. Сы Чжуй виноват…- в глазах юноши читалась печаль и вина, которую Лань Ван Цзи не мог понять. Маленькие слезинки скатились по виску, и Сы Чжуй вновь тихо прошептал: -Я - Лин И. -...- Лань Ван Цзи молчал. Он не хотел верить в услышанное. Это было невозможно. Но Сы Чжуй, запечатывая свой страх глубоко в сердце, продолжил: -Я отнял тело папы Вея. Это я занял его место. -А- Юань. Ты…нет, как ты посмел ступить на тёмный путь? - мягко, но строго спросил Лань Ван Цзи. - Нет, это всё Чжао И? -Мне жаль, отец…-словно мантру, всё повторял Сы Чжуй. -Хань Гуан Цзюнь. - Лань Ван Цзи повернулся на зов. Один из адептов оповестил заклинателя о том, что Глава желает видеть его, и поспешно удалился. Тихо вздохнув, мужчина повернулся к сыну. Но, увидев перед собой пустое ложе, сердце его вновь пропустило удар. Сы Чжуй исчез. Неужели, история вновь повторяется? И о чём говорил Сы Чжуй? Ведь это совершенно невозможно. *** -В чём дело, Глава Цзян? - Подняв руки в приветственном жесте, Лань Ван Цзи поклонился, проходя в светлую залу, оттеняющую пурпурными оттенками. -Хань Гуан Цзюнь, вы поистине похожи на семью. Что отцы, то сын - все пошли по скользкому пути. - Протянул Цзян Чэн, спрятав руки за спиной в длинных рукавах. Цзи Дянь тихо сверкала на его руке, ощущая все истинные чувства своего повелителя. -Глава Цзян вновь бездельничает. - Повёл бровью Лань Чжань. И только тот в ответ собирался вновь произнести свою очередную “Великолепную” острую фразу, как услышал: - Раз вы решили напомнить мне о былом…- Лань Ван Цзи ступил шаг вперёд, проходя мимо мужчины. Но, остановившись наравне с Цзян Чэном, он медленно повернул голову, прожигая того ледяным взглядом. - Не напомните, кто положил “Начало” всем бедам Вэй Ина? По чьей вине он ступил на скользкий путь? Цзян Чэн вновь хотел что-то возразить, но все слова, будто ударившись о каменную стену, так и растворились за закрытыми вплотную устами. Ведь он чётко видел намёки Верховного заклинателя, ему и труда не составило понять, о чём тот хочет напомнить. Слегка приподняв уголки губ в мимолётной ухмылке, Лань Чжань, принимая победу в этом кратком словесном сражении, развернулся, ступая прочь. -Если он жив, верните его. - Произнёс ему вслед Глава. Лань Ван Цзи хотел молча уйти, не отвечая. Ведь Цзян Чэн в его глазах не был достоин ответа. Неужели этот глупый глаза сейчас про Вэй Ина вспомнил? Но, вновь услышав голос позади себя, сердце его успокоилось: - Мы не должны позволить Сы Чжую повторить судьбу Вэй У Сяня. *** Тьма покрыла собой просторы Пристани Лотоса. Сияющая величественная луна, призывая к себе весь свой свет, потухла, прячась за тёмным густым дымом, нависшим над Юнь Мэном. Медленно ступая шаг за шагом, юноша, облачённый в тёмные парчовые одеяния, ступил к подножию горы Луан Цзан. Сжимая кончиками пальцев чёрную вуаль, он медленно поднял руку, опуская взгляд на неё. Вуаль скользнула между длинными тонкими пальцами, легко и медленно опускаясь к его ногам. Сы Чжуй, тяжело дыша, опустился вслед за вуалью, падая на колени. -Папа, я не смог…-прошептал он, вынув меч из ножен и поднимая его перед собой. Молниеносно блеснув сиянием, Сы Чжуй взглянул на тусклое и тёмное своё лицо, едва видимое на острие лезвия. Глаза его были полны печали, беспокойства и вины. - Я не смог его остановить. - Будто мантру, вновь и вновь повторял юноша. Наблюдая за своим отражением, он снова заметил, как глаза, смотрящие на него из острия, становятся иными. Облегающие тёмные одеяния покрылись тёмной мантией, а на лице появилась маска. -Лин И?.. Услышав глубокий тихий голос позади, Сы Чжуй вздрогнул. Но, убедившись, что он снова превратился в Лин И, тихо вздохнул с облегчением и медленно повернулся. -Хань Гуан Цзюнь. - Произнёс Лин И, поднимаясь. -В чём дело? - Недоумевал Лань Ван Цзи, увидев стража на коленях перед мечом. -Хань Гуан Цзюнь такой проницательный. Однако…- начал Лин И, - Беспокоиться нужно вовсе не мне и отвечать вам я не обязан. -Знаю. - произнёс заклинатель, проходя мимо. - Поторопись. Сы Чжуй, находившейся в теле Вэй Ина называл себя - Лин И. Как иронично. Какое может быть объяснение тому, что он захватил тело младшего отца? Как он будет объясняться перед старшим отцом, когда придёт время? Но вовсе не по своей воле Сы Чжуй оказался в таком положении. И вовсе не из-за страха ему приходилось скрывать своё истинное обличие, и оставлять отца в неведении. Спустя мгновение, земля под ногами дрогнула. Над влажной травой, будто из-под земли выплыл густой дым. И хотя эти двое стояли в кромешной ночи, дым этот был темнее ночи, всё поднимаясь ввысь. Хань Гуан Цзюнь поднял руки, сложив печать. Ожидая, когда же раскаты подземного грома пролунают, и между травой пробегут алые молнии. Но его ожидания были напрасными. Врата подземного царства не желали отворяться перед ним. Заклинатель, заподозрив странное, слегка повернул голову, бросая пронзительный взгляд через плечо. -Лин И, в чём дело? -Вход в Призрачное царство запечатан во время трапезы. -Какой трапезы? - повёл бровью Лань Ван Цзи, опасаясь услышать ответ. Но мимо пролетел только лёгкий свист гуляющего ветра. Лин И не собирался посвящать в это заклинателя и отвечать.