Мирис

Ми́рис Хол медленно брëл сквозь толпу, выискивая подходящую цель. Последние деньги закончились ещё несколько дней назад, и парень был на грани отчаяния. Если и сегодня он ничего не добудет, то… Мирису стало дурно от перспектив. Парень стал ещё усерднее выискивать подходящую цель, хотя это и было чрезвычайно трудно. А всему виной его внешность, сильно бросающаяся в глаза: слишком красивое для семнадцатилетнего подростка лицо было спрятано под слоем грязи, волосы цвета воронова крыла стали тусклыми от пепла и земли, как и пухлые алые губы, но вот глаза… Глаза цвета весенней травы, переливающиеся на солнце. Яркие, нечеловеческие. Их приходилось закрывать отросшей грязной челкой, что не способствовало хорошему обзору. Каждый раз, идя на дело, ему приходилось договариваться с совестью. Каждый раз, получая деньги таким способом, ему было невыносимо больно и стыдно от своих поступков. Каждый раз… Парень и рад был бы устроиться на работу, пусть даже грязную и тяжёлую, но честную. Но его не брали. А если и случалась удача, то больше двух-трех дней он нигде не задерживался. Нет, работал Мирис на совесть, ничего не крал и не портил. Он лишь перешёл дорогу сильным мира сего. Он приносит слишком мало денег, ведь ему приходится слишком осторожничать. Он не имеет права на ошибку ведь работать приходится в одиночку, без поддержки, как многие воровские банды трущоб. Если с ним что-то случится, то его серьезно подорвавшая здоровье на тяжёлых работах мать и пятилетняя сестра долго не протянут. Вот подвернулась подходящая цель: воин в простых и удобных одеждах, но явно на службе у богатого господина, и, скорее всего, потеря нескольких монет для него не будет критична. Парень осмотрелся, не нашёл ничего и никого подозрительного и затерялся в толпе, следуя за примеченным воином. Подобрался почти вплотную и уже сунул руку в кошель, ухватив несколько тяжёлых монет, когда его руку вдруг будто зажало железными тисками. Мирис хотел было закричать, но от ужаса не мог издать ни звука. Перед ним стоял высокий молодой мужчина, довольно красивый, если не обращать внимание на красный цвет его радужки. — Как интересно, — протянул вампир.— теряешь хватку, Стефан. — Что за? — воин воин повернулся и шокировано посмотрел на руку у себя в кошельке а затем и на хозяина этой самой руки. — Мальчик, тебе никто не говорил, что воровать плохо? — нехорошо прищурившись, начал было вампир, но наконец-то почувствовал запах парня. — Хотя… По правде говоря вампир был удивлён скоростью и ловкостью паренька, а ещё… Божественным ароматом его крови. Он был сейчас для вампира как глоток воздуха для утопающего, как кристально чистая ледяная вода оазиса для путника на пороге смерти от жажды среди пустыни. Лорд Дайáн Изóро впервые встречал какого-то с такой восхитительной кровью. И это могло означать лишь одно... А ещё, через прикосновение вампир смог ощутить чужие эмоции: ужас, боль и просто море стыда. Он впервые видел человека, промышляющего воровством, который испытывает стыд. Необычно. Хотя, глядя в дивные зелёные глаза, он засомневался: человека ли? — Хотя, — повторил вампир, окидывая паренька новым заинтересованным взглядом. — как зовут тебя? — Мирис Хол, господин, — едва слышно и будто против воли смог выдавить из себя перепуганный парень, но лорд всё равно его услышал. — Так вот, Мирис, заработать хочешь? — дождавшись несмелого кивка, вампир продолжил. — мне нужен новый донор, надолго, можешь не опасаться за свою жизнь. Не отвечай сейчас. Если надумаешь, приходи сегодня в семь вечера в Золотое кольцо. Скажешь стражникам на воротах, что ты к лорду Изоро, тебя проводят к моему дому. Платить буду хорошо, и чтобы бы ты не сомневался в моих словах, держи. Дайан вложил в руку, которую все еще держал, маленький жёлтый кругляш. И был погребён под лавиной эмоций. Страх, неверие, дикая надежда и ещё много всего, что не поддавалось распознаванию. Вампир отпустил руку, прервав контакт. Теперь он был уверен в том, что парень придет. — А пока можешь идти. Паренёк отмер и побежал. В лавку лекаря, что была неподалёку. Неожиданно, но теперь стала понятна его реакция. Похоже, что кто-то из его близких людей болен. — Узнай о нем всё, что сможешь, — сказал лорд, обращаясь к Стефану, и тот понятливо кивнул. — и подготовь всё как обычно. — Вы так уверены, что он придет? — Думаю, у него нет выхода. Мирис сейчас был почти счастлив. Теперь ему хватит не только на еду, а ещё и на дорогие для него лекарства и пару теплых одеял! О том, что будет делать потом, парень старался не думать. *** — Что узнал? — лорд с удобством расположился в любимом кресле, взяв в руки бокал превосходного вина и приготовившись слушать доверенного слугу и друга. — Парень живёт с матерью и малолетней сестрой в трущобах, хотя раньше их семья была представителем твердого среднего класса. Отец мальчишки, хотя, скорее всего, не родной, был довольно известным ювелиром, но умер три года назад при довольно странных обстоятельствах. Причём у него на тот момент был довольно дорогостоящий заказ со странными условиями договора, и после смерти его на его семью были повешены огромные долги, на погашение которых ушло всё имущество вместе с домом, — помолчав, Стефан добавил. — тёмная и подозрительная история. — Они смогли погасить долги, но сами остались совершенно без средств к существованию. Мать с сыном брались за любую работу, но тут парня заметили знающие люди. Рой Фарн, владелец элитных борделей и игорных домов, имеющий довольно сильное влияние на теневой рынок. И тут у матери паренька появляется довольно тяжёлая болезнь. Неожиданно, да? — Думаешь, он приложил к этому руку? — Не могу утверждать, но случилось это довольно вовремя. Видимо Фарн уже в курсе кто он, и также он знает, что фейри нельзя взять силой, так как для насильника все закончится довольно быстро и мучительно. Вот и обложили его со всех сторон так, что его даже золотарём за медяк не возьмут. И теперь им остаётся только ждать, когда парень сам прибежит к ним от отчаяния. Дайан кивнул. Секс с фейри… Не так, добровольный секс с фейри может излечить почти любую болезнь, прибавить лет жизни и увеличить внутренний резерв мага. Ненамного, но зато навсегда и для этого не нужно проводить долгие ежедневные медитации в течение всей жизни. А уж если повторять процедуру достаточно часто… Но добровольный секс ещё не значит, что самим фейри это нравилось. Но они очень трепетно относятся к своей семье, поэтому заставить из выполнять свои приказы довольно легко, лишь основательно пригрозив кого-нибудь из них убить. Но вот беда, в неволе волшебный народ живет недолго: года два-три, максимум пять. Просто зачахнут, лишившись желания жить. Но даже за два года Фарн получит столько золота, что хватит на безбедную жизнь даже его праправнукам. По сравнению с возможной прибылью, затраты на слежку за пареньком и подкуп с запугиванием всех его возможных работодателей кажутся сущим пустяком. Но вот почему тогда Мирис ещё не в борделе? Всего-то и надо пригрозить, например, жизнью его сестры. А может Фарн пытается продлить срок его жизни? Вроде того, что он сам сюда пришёл, и никто никого тут не принуждает? Фейри… Ему крупно повезло, что он встретил парня именно сейчас. Судя по бездне отчаяния в его эмоциях, ещё бы день-два и, скорее всего, Мирис бы был вынужден отправиться в бордель. — Я распорядился приготовить комнату в крыле для прислуги для родни мальчика и приказал Форису быть готовым. Думаю, если его мать действительно так сильно больна, то лекарь может понадобиться уже в дороге. — Хорошо, проводи Мириса ко мне сразу, как только он появится. *** Мама, увидев покупки, всё поняла. Она прекрасно знала всю ситуацию с её сыном, видела как он мучается каждый раз после удачного рейда и сразу смогла понять, что это не ворованная деньги, а значит был только один путь которым он мог их получить. — Мирис, сынок, ты не должен, не такой ценой, — она обеспокоенно заглянула в глаза сыну. — Всё хорошо, мам, мне предложили работу, и я уверен, что в этот раз всё будет по-другому. Меня позвали слугой к очень влиятельному господину. Парень как мог излучал уверенность, он не хотел чтобы его мама переживала, ведь это может ухудшить её и так слабое здоровье. Да, всё не совсем так, как говорил Мирис, и он совсем не испытывал той уверенности, что хотел показать. И парень знал, что мать ему совсем не верит, но был благодарен за то, что она больше не стала ему ничего говорить. Всё уже было сказано до этого и не один раз, но он уже всё для себя решил. — Давай, тебе нужно поесть и набраться сил, — парень нежно погладил её по руке. — Я ем вполне достаточно, это у тебя уже кости через кожу просвечивают, — ворчливо сказала она. Мари корила себя, что, пытаясь вытащить семью из трущоб, стала обузой сыну. Вот если бы она могла ему помочь, но всех её сил хватало лишь на несколько взмахов ложки, а потом приходилось несколько минут отдыхать. — сам и не ел ничего ещё. Да это было правдой, как обнаружил Мирис, он мог не есть довольно долго, при при этом оставаясь довольно бодрым и почти не испытывая чувство голода. Сейчас парень не ел уже три дня, отдавая свою порцию младшей сестрёнке Мирте. Скрывал это от семьи, говоря что поел по дороге домой. Мирис сварил мясную похлебку, накормил семью, но сам при этом не смог съесть и ложки. Его мучали мысли о предстоящем, а также не уходящее чувство вины. Ведь если бы он не отказал тому мужчине, его родным не пришлось бы голодать и жить в нищете. У него были бы деньги и он смог бы купить лекарство для мамы намного раньше, не запуская болезнь так сильно. Он должен был согласиться, ведь от простого секса ещё никто не умирал. Однажды он уже даже пришел в элитный бордель «Красотка», решив согласиться на предложение. Видел его работников вполне сытых и довольных жизнью, у некоторых даже были дорогие украшения. Увидел клиента, мужчину, что полез щупать бордельного мальчика, сидящего у него на коленях. Сама открывшаяся картина не вызвала почти никаких чувств, но… Но вот как только он представил, что также будут трогать его: обнимать, целовать, трогать везде чужие руки. Много чужих рук. А потом и… Его охватило отвращение, стало так мерзко, что он подумал, что сейчас умрет. Но отвращение было в том числе и к самому себе: что эгоистично не может переступить через свои чувства, заставляя свою семью страдать. Выбежал из борделя, стараясь не приближаться больше к пугающему зданию. Это было около года назад, но тогда он ещё надеялся найти нормальную работу. Но сейчас надежды уже не было, и если бы не господин Изоро, то завтра ему бы пришлось соглашаться в любом случае, дальше тянуть он не мог. Маме становилось всё хуже, да и маленькая, но такая взрослая Мирта не должна расти в таких условиях. Нет, было бы наивно полагать, что вампир не станет его трогать, ограничившись только кровью. Мирис лишь надеялся, что вампир окажется собственником, а не станет его подкладывать под всех своих друзей. За переживаниями время прошло незаметно, но вот уже показались врата Золотого кольца — элитного района столицы. Юноша долго не решался зайти, но его проблему решил стражник. — Мирис Хол? — спросил он, скорее всего узнав по глазам, а дождавшись подтверждающего кивка, привёл к дому лорда Изоро. Парень изумленно смотрел на дворец. Назвать это сооружение домом язык не поворачивался. Он бы так и стоял перед дверью, не решаясь постучать, если бы она внезапно не открылась. На пороге его уже ждал Стефан, тот самый воин. Мужчина отвел его в покои лорда и приказал ждать. Ожидать долго не пришлось. Через несколько минут открылась вторая дверь из комнаты, и на пороге показывался лорд. С мокрыми светлыми волосами и в одном полотенце. Парень шокировано раскрыл глаза, но вспомнив на кого пялиться, отвёл взгляд и стал разглядывать причудливый ковёр под ногами, не видя его. Но вампира нагота, похоже, ничуть не смущала. Он прошёл мимо ошарашенного мальчика и присел на край стола, скрестив руки и стал рассматривать юношу, будто хотел в нём что-то найти. — Мои условия просты, — через минуту проговорил он. — я даю защиту тебе и твоей семье, гарантирую достойные условия жизни, а взамен ты даруешь мне свою верность и становишься моим Источником. Мирис разволновался. Утром ему предлагали совсем другое, и что ему грозит теперь совершенно непонятно. — Я вижу у тебя много вопросов, можешь их задать. — Что такое источник, и почему не донор? — Донором можно стать временно, на месяц или год, не важно. А вот Источник… Он может быть только один, причем на долгие столетия, между вампиром и его Источником образуется связь. Если ты вдруг окажешься в беде, я всегда смогу найти тебя и быстро прийти на помощь. Вампир не принуждал и не торопил, давая достаточно времени для обдумывания. — А почему я? Вы ведь можете выбрать любого, а не мальчика из трущоб. — Ну как тебе объяснить… Вот если бы у тебя была возможность каждый день есть с королевского стола, ты бы стал жевать один лишь чëрствый хлеб? Он, конечно, даст чувство насыщения, но смысл? — И моя кровь… — Пахнет просто божественно, и я уверен, что на вкус она не хуже, — Мирис испытал смешанные чувства, когда ему сказали о его вкусовых качествах. С одной стороны приятно, но сам факт… — А зарплата? — стало неловко, ведь какая зарплата может быть у еды? — Семь золотых в неделю для начала, без учёта содержания тебя и твоей семьи, его я целиком и полностью беру на себя, включая услуги лекаря и затраты на обучение. Предложение выглядело замечательно, но будет ли всё так же хорошо в жизни? — А если я захочу уйти? — набравшись храбрости всё же спросил Мирис. — Если у тебя будет достаточно веская причина, то удерживать тебя против воли я не стану. Но я постараюсь сделать всё, чтобы мой, — вампир особенно выделил это слово. — Источник остался со мной. — Только ваш? — Только мой. Мирису показалось, что они вкладывали разный смысл в эти слова. Но парень всё же немного успокоился. — А что будет входить в мои обязанности? — Быть всегда рядом и хранить мне верность. Предавать человека, то есть вампира, который без преувеличения спас его, Мирис не собирался. А его нахождение рядом пусть обеспечивает сам господин. Стало страшно, но уже придя сюда, Мирис Хол знал, что примет предложение. — Я согласен. Мне нужно что-то подписать? — парень решился посмотреть в глаза своему господину. — Нет, Мирис, — лицо вампира преобразила приятная улыбка. — твоего согласия вполне достаточно. — Сколько тебе лет? — пришел черед вампира задавать вопросы. — Через пару месяцев будет восемнадцать, господин, — Мирис напрягся, ему совсем не понравился этот вопрос. — Мне казалось, ты младше. Но раз так… — вампир довольно улыбнулся, а в его глазах Мирис увидел заинтересованность. А если бы парень соврал, снизив себе возраст, мужчина не стал принуждать его сексу? — Ты ведь уже большой мальчик, Мирис, и должен понимать, что я взял тебя не только ради твоей крови. — Да, господин, — парень опустил голову, глядя в пол. — Подойди ко мне. Мирис подошёл на расстояние вытянутой руки и замер, боясь пошевелиться под взглядом алых глаз. — Расслабься, не съем же я тебя, в конце концов, — насмешливо произнес лорд и вытянул вперёд правую руку, едва касаясь кончиками пальцев тонкой куртки непонятного из-за пыли цвета. Сначала Мирис почувствовал дуновение ветерка, а потом от чужих пальцев по телу прошла волна тепла. Но тут он заметил, что вся пыль и грязь пропала с его рук, а значит и вся маскировка. Парень похолодел. Хотя, его всё равно бы отмыли, так что это лишь вопрос времени. А лорд Дайан Изоро просто застыл в изумлении: под слоем грязи оказалось божество. Совершенство. Чёрные как ночь волосы, прекрасное живое лицо, на котором легко читаются все эмоции, ярко зелёные нечеловеческие глаза и пухлые алые, словно две вишни, губы, которые так и манили, просто требовали поцелуя. Да, фейри созданы для любви и страсти, и эти губы тому подтверждение. А ещё заклинание диагноста показало, что парень вполне здоров, хоть и истощëн. Несмотря на это его запах будил в нём не только жажду крови, но и вполне определенный плотский голод. И если пить его кровь лорд пока не собирался, то вот отказывать себе в удовольствии не видел причин. Тем более, что ему было жизненно необходимо удостовериться в том, что парень действительно фейри, а сделать это можно только одним способом. Даже поразительные глаза не могут являться убедительным доказательством. Положив руку на хрупкое плечо, несильно, но с намеком потянул вниз. Намёк был понят правильно, и Мирис опустился на колени, впервые оказавшись так близко к мужчине. Он мог рассмотреть путь каждой капли по рельефному телу, сорвавшейся с кончиков белых волос, видеть как сокращаются и расслабляются сильные мышцы под тонкой, чуть золотистой кожей. Картина завораживала и пробуждала лёгкую зависть из-за того, что Мирису никогда не добиться подобных результатов. Но тут взгляд упал на встопорщенное полотенце прямо перед его лицом, и дыхание перехватило то ли от страха, то ли от волнения. — Твоё сердце стучит так громко. Ты боишься меня? — рука на плече слегка сжалась, не больно, больше успокаивая. — Я не причиню тебе вреда. — Я… — Мирис не мог найти нужных слов чтобы описать что он сейчас чувствует, но всё же нужно было взять себя в руки.— Я никогда ещё этого не делал. — Я расскажу что нужно делать. Дайан отпустил плечо и погладил большим пальцем правой руки манившие его губы, провёл по нижней губе, и немного запрокинул его голову так, чтобы парень мог смотреть только ему в глаза и не мог отвести взгляд. Дальше палец проскользнул между послушно приоткрытых губ и потерся о язык. Мирис вздрогнул и задышал чаще, его тело будто объял огонь. Что-то странное происходило с ним: хотелось убежать, уйти от прикосновения; хотелось остаться, чтобы продлить это чувство. — Оближи, — короткий но смущающий приказ, которому нельзя воспротивиться. Откуда-то пришло понимание, что если он сейчас остановится, не станет выполнять, то всё это сразу же закончится. Но если даже такое простое действие вызывает в нём столько эмоций, то что же будет дальше?! Парень начал вылизывать подушечку пальца, но вдруг почувствовал как по телу мужчины прошла дрожь. — Умница, — тягуче медленно прошептал вампир. — а теперь пососи. Парень плотно сомкнул губы и начал действовать. От каждого приказа всё внутри будто обрывалось. Тело горело всё сильнее и покрывалось потом. Одежда стала неприятно липнуть к телу, раздражала разгоряченную и очень чувствительную сейчас кожу. Хотелось скинуть мешающую ткань немедленно, ощутить прохладный воздух комнаты. Казалось, ещё бы немного, и тело сгорит, не оставив после себя даже пепла. Но при этом нельзя даже пошевелиться, чтобы не нарушить это странное состояние, не отвести взгляда от алых глаз. — Дай руку, — новое требование, но парень с готовностью протянул конечность, и её тут же перехватили, положили на полотенце, всё ещё прикрывающее бедра лорда. Всё ясно, ему ненавязчиво предлагают перейти к более решительным действием. А Мирис вдруг понял, что уже сам этого хочет. Хочет узнать, чего же он так сильно боялся всё это время, и решительно потянул полотенце вниз. Взгляд сам с собой переместился вперёд. «Во мне это не поместится! " — было первой его панической мыслью. Но тут его голову снова повернули наверх, заставляя вновь посмотреть в глаза. И снова юноша попал в ловушку алого взгляда. — Не бойся, приласкай рукой, — уже не приказ, почти просьба, но парень все равно её выполнил. Положил правую руку на чужое колено, и провёл ею по бедру, чувствуя как напрягаются от прикосновения мышцы. Дальше к паху, где наткнулся на жёсткие светлые волосы, зарылся в них пальцами. Наконец, обхватил член, чем вызвал короткий сладкий стон, но даже не смог сомкнуть пальцы. Снова движение и снова стон, и Мирис осознал свою власть над господином, от чего внутри что-то сладко ëкало. Вампир стал двигать пальцем в такт движению руки на своём члене, каждый раз проходясь по языку и вызывая дрожь в теле юноши. Мирису показалось, что еще немного и он просто взорвется от переполняющих его чувств, что не находят выхода. Внезапно палец изо рта убрали, и юноша почувствовал странную пустоту в груди, которую хотелось немедленно заполнить. И тут на затылок легла рука, зарываясь в волосы, а к губам прикоснулось что-то большое и теплое. Тянуть больше не было смысла, да и, чего врать самому себе, Мирису уже самому хотелось большего. Он приоткрыл губы и лизнул головку, почувствовал на языке терпкую и соленую смазку. К своему удивлению, отвращения не было. Наоборот, хотелось приласкать доверившегося ему господина, и парень начал посасывать крупную головку, сильнее двигая рукой по стволу. Вампир не двигался, предоставляя ему полную свободу. Действовал Мирис неумело, да и неоткуда было взяться подобному опыту. Но зато эмоции… Такие чистые, обжигающие, что Дайана переполнял восторг. У него было много партнёров, но такой отзывчивый и искренний был впервые. Парень не только выполнил то, что ему приказали. Он сам хотел его, хотел доставить удовольствие, которое сам испытывал. Дайан почувствовал, что проходит к краю, и Мирис прочитал это в его глазах. Это стало последней каплей, и юноша застонал от затопившего его удовольствия. Но тут сильная рука впервые проявила себя, потянув за волосы назад, отрывая от тела. Что-то теплое расплескалось по губам. Мирис ещё не успел ничего понять, как почувствовал дуновение ветерка и через миг на лице парня не осталось следов страсти господина. Мирис смотрел на довольную улыбку вампира и вдруг понял: ему не показалось, ему и вправду давали возможность всё прекратить, причём в любой момент. А значит, что всё это время он хоть и следовал чужим приказам, но выполнял всё сам. Потому, что этого хотел. И вампир это прекрасно знал. Фейри созданы для любви, но дарить её, они готовы только одному. Чувства парня не остались для вампира загадкой. Он кончил! Кончил только от того, что Дайану было хорошо. Невероятно. Но ещё невероятнее казалось то, что стало с вампиром: через него прошла такая волна энергии, что хотелось кричать от счастья и восторга. Хотелось поделиться с кем-то полученной энергией, рассказать о ней миру. Но нельзя, нельзя ещё и по той причине, что следствием произошедшего является на целую пятую часть увеличившийся резерв магии, который даже среди вампиров считался очень и очень достойным. Хотя, кое-что лорд всё же мог сделать. Вампир прокусил большой палец своей правой руки и снова вставил его в рот юноше, другими же поглаживая левую щёку. Из маленькой ранки появилось лишь несколько капель крови, прежде чем та зажила, но и этого было вполне достаточно. — Глотай. Ужас вспыхнул в глазах парня. Он замер, не в силах исполнить приказ, однако и ослушаться он не мог. — Не вздумай выплюнуть, — строго сказал лорд, — это всего лишь кровь. Даже не семя. Хотя тебе это было бы даже полезно, — Дайану понравилась представленная картина, но глаза парнишки все сильнее распахивались и вампир побоялся, что тот упадет в обморок от избытка пережитых чувств, и решил всё же его немного успокоить. — но, пожалуй, не в этот раз. Это в первую очередь вопрос твоей защиты, благодаря крови ты приобретëшь мой запах. Несмотря на твой привлекательный аромат, тебя больше никто не тронет. По древнему договору ни один вампир не тронет донора, и, тем более, Источник другого. И не бойся, тебе от этого плохо не будет, даже наоборот, усилится регенерация, проживешь на сотню-другую лет больше, если не решишь от меня уйти. Видя как изумрудные глаза мальчишки от удивления округляются все больше, хотя казалось, что больше уже просто некуда, Дайан усмехнулся: — Да, наша кровь стоит очень дорого, а тебе она достанется бесплатно. Цени это, — Ну тут вспомнил какие слухи об их крови ходят в народе и понял причины страха мальчишки, особенно в свете предыдущих слов. — и нет, вампиром ты не станешь, им можно только родиться. Протянув руку, лорд помог ему встать, но тут юноша стыдливо прикрыл ладошками мокрое пятно на серых штанах. Вдоволь налюбовавшись, решил, что смущения с мальчика достаточно, он убрал мокрый след. — Сейчас Стефан проводит тебя на кухню и проследит, чтобы ты хорошо поел, моя кровь ускорила твоë восстановление, но чтобы работать в полную силу, ей нужен строительный материал. — А разве вы не будете пить мою кровь? — невероятные зелёные глаза удивлённо раскрылись. — Я дохляками не питаюсь. Откормить тебя надо для начала, а уже потом что-то с тобой делать, — он окинул худощавую фигуру скептическим взглядом. — далее ты вместе со Стефаном заберёшь свою семью. Пока они поживут в крыле для слуг, но я скоро возвращаюсь домой и думаю, что их стоит убрать из столицы для их же безопасности. Лорд прочитал незаданный вопрос в глазах парня: — Что же касается тебя, ты не должен надолго меня покидать, поэтому ты будешь жить со мной и спать в моей постели. Щеки Мириса покрылись легким румянцем. Глядя на эту картину, Дайан Изоро не смог удержаться и притянул парня для поцелуя. Губы мальчика сладкие, мягкие, со вкусом его собственной крови. Почувствовав, что снова начинает возбуждаться, вампир отстранился. Поймав поплывший взгляд, он сказал: — Ладно, иди. А то не выйдешь из этой комнаты ранее завтрашнего утра. Мальчишку как ветром сдуло. Но ничего, у них ещё все впереди.