Не исключается

Кот открывает один глаз. Голубой. Им лучше видно, в каком мире сейчас находишься. Кот ставит торчком одно ухо, слушает ветер. Принюхивается. Хорошо, что сегодня он проснулся в поле. Можно размять лапы и поохотиться. И лучше поскорее. Котабриану никогда не нравилось спать под боком у Джастина Лоу. Тот ведь ни на минуту не выключал свою ужасную музыку. И неприятные вибрации шли по каждой его косточке и по земле под ним. Интересно, если бы Джастин обнимал во сне Джемму, ей бы тоже неприятно было, что тяжёлый ритм отдаётся по всему телу? Но это не проверишь. Между напарниками всегда хватит места для немаленького и пушистого кота. Хоть бы и бесхвостого. Джемма вздыхает во сне. И даже не просыпаясь старается не вертеться, чувствует под боком своего мохнатого помощника. Его тепла ей откровенно мало, но она ценит то, что есть. Совсем ещё не так давно Котабриан был всего лишь одним из зверей, которыми Прекраснейшая и Милосердная населила свои сады. Потом юный Рино Болла выбрал бобтейла с разными глазами в единственные любимцы, забрал с собой, когда мать уводила его из небесных чертогов. Но сам-то Котабриан выбрал Джемму. И не переставал за неё переживать. Джастин Лоу пахнет холодной сталью, этот запах перебивает все. Кот даже предпочёл бы нотки ладана – но молитвы Джастина всегда беззвучны, всегда прямо в бою. И, кажется, ему не нужен никто, кроме его Бога. Или так думает сам молодой священник. Джемма же, например, считает, что ему нужно на терапию. Только вот не убедишь. Хоть она и старше, хоть и знает, как ломаются мужчины, когда переоценивают свои силы. Вот саму себя не знает она до конца. Уверена, что ей хорошо одной, но в душе тоскует. По ком? Понимает ли, что Джастин и близко не вариант? Кот закрывает голубой глаз и открывает зелёный. Так он видит развилки, все возможные миры. …В одном из грядущих вариантов он проснулся бы на кровати. И, видимо, не на Джемминой. Мелани Уилкс пахнет нездоровьем. Нет, не слабостью, она сильнее многих. Но уважающий себя кот не сможет не лечь хоть на какое-нибудь из её больных мест. Выбрать сложно, придётся исходить из того, где самому будет удобнее. И не забыть о том, что Мелани беременна. Слушать два сердца, мурчать на заживляющих, обезболивающих частотах. И не мочь уйти в ноги к Джемме. Потому что, конечно же, Джемма и Мелани лучшие в мире подруги, но даже по-дружески они никогда не будут делить ложе. Кот бодает Мелани, требуя ласки, громко мурчит – и снова жмурит голубой глаз.  …Хоакин Мурьета пахнет очень банально – кровью и порохом. Он не слишком любит кошек, но при виде Котабриана каждый раз чуть ли не присвистывает восхищенно. И даже вслух пару раз высказывался, что, мол, с таким котом никакой собаки не надо. Кот дёргает спиной. Мол, какое счастье, честь какая. Всё равно Мурьета его даже не погладит. Может, накидал бы костей, да Джемма не разрешает. Считает, что он, Котабриан, настолько глуп, что подавится, что, обгрызая мясо, намельчит кости на острые осколки... Ещё, правда, Джемма говорит – не порти мне зверя, мол, в поле он охотник, пусть ловит мышей и кишинов, а баловать лакомствами его будет Рино и дома. С этим Котабриан согласен, он не любит и не умеет лениться, его жизнь должна быть приключением. А вот оставлять ли Джемму с этим условно благородным разбойником? Доверить ли ему её хрупкое сердце, когда его собственное изрешечено пулями, превращено в кровавое кружево?  Хоакин и Джемма – как двое выживших после кораблекрушения на одном маленьком острове. Вроде и обречены друг на друга. А вроде друг другу и не нужны.  Джемма привыкла, что горячие южане не оставляют вниманием, держатся вплотную, обжигают каждым взглядом. Кажется, подсознательно она этого ждёт. А тут вроде и есть что, а вроде Мурьета ни при чём, он отдельно, рефлексы отдельно.  Ему просто надо искупить грехи и заслужить вечность. Найти в ней тех, кого он любит, семью. Входит ли в искупление верность? И что она для Хоакина? Долг или естественное состояние?  А Джемма ничего уже и не ждёт. Она ушла оттуда, из вечности. Котабриану ли не знать, он тоже долго там прожил. Она не найдёт того, по ком сердце томится, а помирится ли на том, кто рядом? Кто просто похож, но не он?  Кот выдаёт в адрес Хоакина что-то не слишком цензурное – тот точно уловит. Кот мимолетно трётся о ноги Джеммы – и ускользает в следующий мир.  …Дуняша Недоля пахнет… Даже и сказать сложно, чем. Прежде всего, наверно, солнцем. Такая юная, и вот у неё действительно горячие южные глаза. Тёмные, каких не бывает у кошек, каких нет ни у кого из всех этих, кто рядом с Джеммой в других мирах. И Дуняша любит котиков, она всегда огорчается, когда Котабриан переходит от Рино к Джемме, в поле. А это ведь часто и надолго. И стоит матери или сыну привезти кота снова в Академию – Дуняша тут же начинает его тискать. И жалеть – вот, опять насидится бедный зверь в четырёх стенах, ни побегать, ни кошку встретить… Дуняша сама такая же, ей легко дышится только в поле. Хотя вот в кавалерах недостатка нет, в неё, похоже, трепетно влюблены аж двое, Ю-ю и собственно Рино Болла. Только она не замечает. Она ведёт себя как мальчишка, так проще, а кем она хочет, чтобы её считали… Наверно, на этот вопрос она ответила бы – Оводом. Собой. Не замечает Дуняша и ещё кое-чего. Сама за собой же. Как восхищается Джеммой, вплоть до обожания. Как, гладя Котабриана, будто ищет следы её рук в разноцветном кошачьем меху. А зарываясь лицом в шерсть, надеется, быть может, почуять запах её духов. Что ж, кот понимает девочку. И позволяет обращаться с собой как с игрушкой. Ей единственной кроме Рино. Может быть, только Дуняшу Котабриан и подпустил бы к своей женщине – Овода, который её любит и будет за неё сражаться. Овода, которого она заслуживает. Если только Дуняша ещё подрастёт и осознает. Если, например, не соберётся замуж из любви к свекрови, бывает ведь и такое. Надо, что ли, задуматься о том, чтобы найти Рино ещё кого-нибудь, жалко парня. Ю-ю тоже жалко, но его Котабриан совсем мало знает. Но решать всё, конечно, Джемме. Да, она вздрагивает всякий раз, когда видит Дуняшу вживую или на экране смартфона, да даже когда Рино просто упоминает напарницу. И вздрагивает Джемма сильнее, чем когда её взгляд падает на лицо Мурьеты. Потому что внешнее сходство не так цепляет и тревожит, как внутренний дух, подхваченное знамя. Но всё же Дуняша подруга сына, почти ребёнок, вряд ли Джемме приходит в голову думать о ней именно как об Оводе. По крайней мере, пока. Может быть, самодовольно думает Котабриан, его женщине необходимо и достаточно общество одного отдельно взятого кота. В конце концов, его она знает давно, а весь этот оружейный склад – без году неделю.