Анонимный чат

      Прошла ровно неделя с выпуска и с малоприятного случая в квартире Чу Ваньнина. Сказать, что Мо был удивлен тому, что после его дядя ещё три с семи дней читал ему морали и винил в том, что из-за него Чу теперь даже с Чжэнъюном не общается – это ничего не сказать. Но, а ведь как Мо Жань мог поступить когда его дядя начал аннулировать его чувства и спихивать их на пьяный бред? Конечно он разозлился и спалил их с старшим Сюэ договоренность.       Но теперь, спустя неделю Мо решил попытать удачу. Да и не просто удачу, он решил, чтобы все не было столь печально, прийти на пересдачу. В пятницу, как это и должно происходить.       Преждевременно взяв с собой букет цветов, которые бы отлично смотрелись в квартире Чу, и обязательно без шипов, а так же свежую справку от нарколога, что в его крови кроме никотина других веществ не обнаружено. Все же зная Ваньнина, после случая на выпускном он вряд ли захочет слушать парня, списывая все на то, что он все ещё пьян.       Вот только, ожидание казалось ужасной пыткой. Пообщавшись с бабушками-соседками Чу, парень узнал, что тот буквально за пять минут до прихода Мо, он ушел в магазин. Делать признание в магазине – крайне глупо, поэтому задница Вэйюя протирала ступеньки в подъезде. Уже прошло около двадцати минут, почти пол часа Ваньнина не было дома, это слегка пугало.       Поэтому парень отвлекался тем, что пролистывал множество лент в соцсетях, делал фотографии и проверял написаный ночью текст в виде признания. Сейчас текст казался до ужаса глупым и похожим все же на пьяный бред, а не на романтическое признание и откровение.       — Ты?! Что ты здесь делаешь?!– мысли Мо оборвал холодный, словно сталь, голос. Подняв темные глаза на владельца этого голоса, парень не заметил, как его улыбка растянулась на все лицо, а он тут же поднялся на ноги, позабыв о букете.       — Профессор Чу, а я то вас и жду! Как так, опаздываете на пересдачу,– парень без злобы желал подколоть мужчину, чтобы тот не смотрел на него так хмуро или же, чтобы не ударил связкой ключей прямо по лицу.       — Во-первых, я тебе не профессор, во-вторых ты больше не студент,– коротко ответил Ваньнин сквозь зубы. Он и вправду котик, однажды наступишь ему на хвост, а потом ходи и извиняйся, чтобы тот подошел к тебе.       — Разве? Что же, раз так, тогда,– Мо Жань обернулся и за пару секунд поднял букет цветов и протянул преподавателю его, перекрывая рукой дверь. Все же ему не хотелось вновь разговаривать с этой дверью, в особенности после того, как лоб два дня болел из-за неё.       — Тогда позволите пригласить вас на свидание?       — Ты… ты вовсе сдурел?!– Чу шустро покраснел от услышанного, но его взгляд все ещё кипел злостью и страхом. Конечно же он будет бояться, ведь Мо уже однажды заставил его отойти, заставил вкусить плод злости и ненависти.       — Я приглашаю вас на свидание, а что не так?– после чего Вэйюй обратил внимание на тяжелый бумажный пакет в руках мужчины. Он легко мог удерживать пакет за сжатые края одной рукой, поэтому без особых проблем отобрал его, вручив Чу букет.       — Вот, теперь то лучше.       — Да ты сумасшедший! Ваша с Ши Минзюнем шутка уж слишком затянулась,– от упоминания о Ши Мэе, улыбка бывшего интернет любовника только искривилась.       — Профессор Чу… Вернее теперь Чу Ваньнин, здесь такая ситуация… Как бы это не было противно, но все это не шутка.       — Видишь, ты сам только что признал, что тебе противно!– от этих слов Мо хотел стукнуть себя по лбу. Все же он умудрился забыть насколько порой бывает резкий Ваньнин.       — Да нет, не это противно, а противно то, что у меня ещё один конкурент есть. Тот кого ты любишь и Ши Мэй,– после чего парень решил, что терять ему уже не чего, поэтому слегка толкнув мужчину, он прижал старшего к стене. Загорелое лицо тут же озарила нежная улыбка и мягкий прищур глаз.       — Вот только, Ваньнин, мои чувства горячее огня. Не скрываю, я поначалу ненавидел тебя, но потом ты появился в моей жизни, как Ся Сыни, язвительный и безумно привлекательный аноним. Как же я был поражен тому, что это оказался ты, но ещё больше я поразился тому, что узнав правду я не отрекся от своих желаний,– голос парня становится тише, а лицо только ближе к перепуганной мордочке Чу, который вжимался в стену, а рука сжимающая букет уже готовилась к тому, чтобы отхлестать цветами наглого Вэйюя.       — Даже наооборот. Похотливые желания переросли в жаркие чувства. Я уже не просто хотел трахнуть неприступного профессора Чу, я хотел оберегать вас, просыпаться с вами, делить каждую трапезу, а после засыпать мягко обнимая ваше тело,– Мо Жань слегка отстранился от мужчины, который покрылся густым румянцем. Взгляд раскосых глаз перестал быть суровым, в нем поселилось недоверие к тому, что происходит и что он слышал.       — Ты лжешь… Ты лжец…       — Конечно нет, как бы я посмел врать о подобном?– слегка резко произнёс парень, не понимая, как его могли обвинить во лжи.       — Такое не возможно… Я старый… Уродливый… Скверный…       — Что? Ваньнин, ты ведь такой умный человек, так откуда в твоей голове подобные мысли,– Мо Жань обхватил пальцами точенный подбородок преподавателя, заставляя того посмотреть ему в глаза.       — Посмотри на меня, ведь я сейчас смотрю на самого красивого мужчину, к которому даже не смеет прикасаться время, а его характер пусть и сложный, но такой хороший и добрый, что даже не верится.       — Ты…       — Я люблю тебя Чу Ваньнин. Люблю так, как никто не сможет полюбить. Я знаю, что тебе нравится, а что злит, знаю о твоих мечтах, о твоих трудностях. Я знаю то, что другие и представить не могли,– Вэйюй приблизился к Чу, который все так же без веры смотрел на него, а его прекрасные глаза покраснели по углам.       — Ваньнин, если мои чувства не пустой звук для тебя, так скажи мне чем я хуже того твоего возлюбленного? Чем он достоин занимать место в твоем сердце, а я даже рядом не могу находиться?       — Дурак…       — Прости, что?– голос Чу был слишком тихим, чтобы его бывший студент мог услышать его фразы, но вот тяжесть руки с букетом оказалась поразительной. К тому же отсутствие шипов не ослабило боль от удара, заставляя щеку тут же краснеть.       — Да за чт… О небо,– Мо только сейчас заметил, как темные глаза обрели соленый блеск, а крепко сжатые губы дрожали. Он впервые видел, чтобы его профессор был настолько слабым и дрожащим от одних лишь слов.       — Ваньнин, прости… Я не хотел задеть твои чувства, все же если я тебе не приятный то просто… Ай! Да прекрати меня лупить им!– Мо не понимал из-за чего его сейчас лупят букетом, который потерял свой внешний вид.       — Вэйюй, лжец!– крикнул Чу дрожащим голосом, бросая букет из ослабевших рук.       — Ты.. Ты просто… Из-за дрожи, Ваньнин, не мог выдать нормально ни одного предложения. Но это и не нужно было, Мо Жань знал эту дрожь, знал это волнение. Он ранее и сам испытывал подобное, испытывал по отношению не к тому человек, не к тем чувствам, но испытывал. От столь глупой мысли, парень расплылся в улыбке дарований надеждой.       — Ваньнин, признаю, я врал тебе. Врал когда не признался, что знаю кто такой на самом деле Ся Сыни, врал когда говорил, что желаю тебя пригласить куда-то как студент, а не как любовник, но сейчас я не вру,– широкая ладонь Вэйюя скользнула по холодной скуле мужчины, опуская к подбородку вынуждая старшего поднять на парня взгляд.       — Ты лжец…,– тихо пробубнил Ваньнин, опустив голову. Вскоре узкая ладонь прикрыла лицо, в попытках скрыть тихие всхлипы.       — Вэйюй, что я сделал тебе такого, что сейчас ты так издеваешься? Что мне сделать ради того, чтобы ты это прекратил? Для тебя так весело сводить меня с ума?       От услышанного Мо Жань, даже не смог дышать. То ли от шока, то ли от боли, что его чувства считают ни чем более чем способом издеваться над кем-то. Чу считал, что он специально все это делает ради потехи, но даже не подозревал о тех безличных дней беспокойства о нем и о том, как эти чувства пожирали самого Мо Жаня.       — Ваньнин, ты серьезно? Ты думаешь, я настолько плох? Ты думаешь, я бы заходил настолько далеко ради потехи? Я пришел сюда, получил букетом по лицу не ради того, чтобы потом смеяться с тебя, я…,– Мо перевел дух, чувствуя, что вскоре отойдет от темы признания.       — Я просто хочу, чтобы ты знал о моих чувствах, хочу чтобы ты дал мне самый крошечный шанс и я не стану отступать…,– после этих слов Мо упал на колени перед Чу.       — Это все не правда… Я старый… Уродливый… У меня ужасный характер, я совершил ошибку…,– бормотал Чу, прикрывая лицо ладонями, пока тело била мелкая дрожь страха.       — Ты старый и уродливый? Что за бред?! Чу Ваньнин,– Мо Жань с силой оторвал хрупкие ладони от лица, которое мерещилось в его снах, не давая покоя.       — Ты самый красивый человек, которого я только мог видеть. Твои прекрасные черты лица напоминают небожителя, который столь светлый, что мне даже стыдно, что я касаюсь тебя своими грешными руками,– после чего Мо легко улыбнулся.       — А возраст и ошибки это вовсе пустяки. Мне не десять, я уже взрослый парень, совершеннолетний как и ты, поэтому не будет никаких проблем в наших отношениях. Я ведь даже не твой студент, а ошибки… Все их совершают, я тоже, поэтому какой смысл на них зацикливаться?        Мо покорно ждал ответа, хотя видел сомнения в раскосых глазах. Но ответа так и не последовало, да и не та была ситуация для него, ведь в какой-то момент вжатый в стену Ваньнин, стал медленно по ней стекать, от того как ноги предательски начали отказывать.       — Эй, профессор, нельзя падать!– Мо Вэйюй ловко подхватил Чу, перекинув его руку себе через плечи, теперь уже замечая, что его возлюбленный не совсем хорошо себя чувствует.       Парень решил пока не допытываться до мужчины, а вместо этого помог тому добраться до квартиры, с трудом заполучив ключи для того, чтобы открыть дверь, перед которой он совсем недавно стоял на коленях.        Усадив Ваньнина на диван, Мо Жань отнес пакет продуктов на кухню удивляясь тому, насколько же чисто в этой квартире, словно Чу и вовсе никогда здесь не жил. Вот только книги и грязные чашки после чая напоминали о своём жильце.       — Я Вам сейчас приготовлю чай, наверное где-то простыли!– кричал парень, в попытках перекричать шум воды, пока мыл чашку.        Пустота холодильника и полный пакет полуфабрикатов очень сильно резали сердце Мо, но тот решил, что заполучив необходимый шанс всерьез займется питанием мужчины. Все же даже сейчас волоча того к двери он вовсе не понимал, как тот может спокойно функционировать с таким весом.       — Вот, ваш чай,– протягивая чашку к дрожащим рукам, Мо обратил внимание на баночку таблеток, на которых четко написано имя «Чу Ваньнин»       — Так ты и вправду болеешь? Это что-то серьезное?– поинтересовался парень, подхватив яркую баночку с таблетками внутри. Он не узнавал название препарата и по составу вовсе не мог понять, что это за таблетки.       —Это психотропный препарат. Антидепрессанты,– сухо отвечал Чу, отхлебывая немного чая, пряча взгляд за шустрыми ресницами и паром.       — У профессора депрессия? Это серьезно?       — Да, может теперь ты уже наконец-то уйдешь? Клянешься в любви больному человеку, а теперь узнав правду готов отречься от своих слов?– но Чу совершенно не ожидал, что парень пересядет с кресла на диван, приобняв того, словно в попытках утешить.       — Нет, я больше не уйду и не отрекусь от своих слов. Я готов быть с вами до конца, только дайте мне шанс, один единственный шанс,– тихо шептал в макушку парень, не упуская мужчину из объятий.       — Ты ведь не успокоишься?       — Дайте шанс и успокоюсь…

***

      Прошло лишь пару месяцев с начала отношений Чу и Мо. Мо Жань все еще с радостью вспоминает, как Ваньнин все же дал ему шанс, а после колотил крича, что тот его задушит. Но, что уже поделаешь, когда эмоции бьют за край.       Отношения не были из самых гладких. Ваньнин всегда бурчал, когда с самого утра замечал Вэйюя у себя на пороге с пакетом продуктов, но после с интересом рассматривал, как тот готовит что-то на его кухне, так легко, так просто и самое главное вкусно. А Мо Жань радовался, что после мог надоедать Чу и тому, что тот позволял порой лежать возле него или у него на коленях, когда мужчина читает, порой позволяя себе зануриться рукой в копну непослушных волос. Так проходили их дни.        Порой Вэйюю удавалось вытащить мужчину на прогулку или на последний сеанс в кино. Чу Ваньнин тогда впервые был в кино, где и отдал свой первый поцелуй, хватаясь за плечи Мо, словно боясь что тот сейчас испариться. Конечно же потом, Мо пришлось долго успокаивать своё возбуждение у себя же дома. Чу Ваньнин не разрешал у себя ночевать, а о интиме и речи не шло. И профессору было плевать на то, что они уже делились и своими фантазиями, и фотографиями тел. Нет, все равно нет. Даже когда Мо Жань принес справку о том, что полностью здоров и поклялся быть самым внимательным и безопасным. Его лишь выпхали за дверь, отговариваясь мол, уже поздно.       Но при этом Чу Ваньнин был заботливым. Аккуратно заклеивал палец, который Мо случайно порезал ножом, после чего читал морали о безопасности. На вечерних прогулках всегда застегивал куртку и бурчал, что парень вовсе о себе не заботится. А когда Вэйюй случайно уснул на диване в гостиной Ваньнина, тот аккуратно подложил под его голову мягкую подушку и укрыл пледом, хотя и не признавал этого.       А сейчас, Мо стоял под тенью дерева, ожидая пока пары закончатся. Сегодня первый учебный день в университете, поэтому здание вновь полно людей, новых историй и этапов взрослой жизни. Каждый из новоприбывших только начинают познавать совершенно новое место для себя, старые компании вновь будут собираться на дворе или же в столовой, а преподаватели за чашками дешевого кофе в кабинетах.       И вот через пару минут после звонка из кабинета выходит самый лучший преподаватель. Неизменный костюм тройка, который Мо видел на протяжение многих лет, аккуратно уложенные волосы и неизменно ровная осанка.       Вэйюй тут же подхватился и подбежал к мужчине, останавливая того на пол пути, прикрывая свое лицо пышным букетом гортензий.       — Что ты здесь…       — Решил сделать сюрприз и впервые за все время подарить букет самому лучшему профессору,– с улыбкой говорил Мо, наблюдая как бледные щеки заливал румянец.       — Чушь…!       — Вовсе не чушь, держи,– нагло всунув мужчине букет, Мо Жань так же подхватил того под локоть, что вывести на свет и сделать селфи.       — Наша с тобой первая фотография, разве не замечательная,– Мо показывал фото, где сам широко улыбался, а Чу неловко прятался за букетом, словно не понимая происходящего.       — Ты просто большой ребенок,– бубнил Ваньнин, спускаясь по сходам на выход из территории университета.       — Ну и что? Ты же меня любишь? Потому что я тебя люблю,– не отставал Мо, хватая Ваньнина за руку.       — Как прошел твой день? Как новые студенты, уже запугал их?       — Обычно, спокойные ребята, нет каких-то,– Чу обвел взглядом Вэйюя.       — Просто обычные,– робко произнёс тот, перепелетая свои пальцы с пальцами Мо, держа того крепче, что заставило младшего просто сильнее светиться от счастья.       — Мо Жань, слушай. Можешь придти ко мне сегодня вечером, на пересдачу.       — Это приглашение на ночевку?– радостно говорил Мо Жань, даже остановившись на пол пути.       — Воспринимай как хочешь, главное зайди по пути в аптеку,– покраснев произнёс мужчина, продолжая идти.       — Эй, профессор, вы куда?! А на который час пересдача?– смеясь говорил Мо, в попытках догнать Ваньнина.