Противоречивая

Она неслась по крышам Чикаго, одетая в серую одежду изгоев, волосы были спрятанны под кепи, а половину лица скрывала черная маска, только яркие зелено-карие глаза сверкали в предрассветных сумерках. Она бежала и чувствовала себя свободной. Здесь она была никому не известной, никому не нужной, она была одной среди многих и при этом абсолютно одинокой. То, что так требовала ее душа, нашлось в разрухе и хаосе, в полном беспорядке и беззаконии. То, что ей не могла дать ни собственная фракция, ни система в целом, нашлось за ее пределами. Эн искренне любила Эрудицию и ни за что не променяла бы ее на другую фракцию, она намеривалась выбрать именно ее и посвятить свою жизнь изучению чего-нибудь максимально интересного. Но порой сердце рвалось из груди прямо на улицы Чикаго, желало свободы, чувства полета и не ощущать никакого контроля и надсмотра. Бывало Эн всерьез задумывалась о Бесстрашии, но четко понимала, что из-за одного только желания чувствовать иногда адреналин в крови не было смысла уходить в эту дикую фракцию. Все же она была эрудитом и могла анализировать свои чувства, эмоции и желания, и она знала - без настоящего и сильного желания попасть в Бесстрашие ей там не выжить, а такого желания у неё на самом деле не было. Поэтому девушка нашла выход из ситуации способом, достойным эрудита: еще лет в 11 она нашла брешь в стене, отделяющей безопасную родную фракцию от буйного и неизвестного мира афракционистов, но сразу же туда попасть она не пыталась - девочка готовилась. Маленькая Эн проверила камеры слежения и убедилась, что проход не виден ни на одной из них; в той части здания находились лишь старые прачечные и комнаты с инвентарем, так что люди ходили там не часто; а попасть туда можно по запасному коридору о котором вообще мало кто знал. Сама девочка нашла его случайно: неудачно споткнувшись, она покатилась кубарем по комнате и врезалась в стену, с которой упал гобелен. За ним находилась дверь, что вела в коридор, и решившись Эн вышла прямиком к прачечной. Решение держать свою находку в секрете было обоснованным, в Эрудиции не очень любят у детей жажду приключений и авантюризм. Вообще девочка, будучи ребенком урожденной эрудитки и урожденного бесстрашного, перешедшего во фракцию ученых, была одновременно и умной не по годам, и слишком свободолюбивой. Однако воспитываясь с детства в Эрудиции она быстро научилась скрывать свою буйную сторону и стала одной из лучших в своем классе, идеальной дочерью, хорошей подругой. Но про свободу она никогда не забывала. И сидя сейчас на крыше многоэтажки, Эн встречала рассвет и чувствовала лишь спокойствие и уверенность в своей распланированной жизни. Она сама себе ее выбрала и была в этом выборе уверенна. Девушка знала, что система фракций не идеальна, особенно часто бывая на территории изгоев, знала, что многие правила пишутся чисто для верхушек власти, для укрепления их влияния, но она также видила и многое хорошее, что давало такое деление людям и обществу в целом. Эн вообще много, что понимала в свои 16, кое-что уже повидала, возможно далеко не такое страшное как у некоторых людей, но это повлияло на нее, и теперь она смотрела на жизнь по-другому. Она живет и радуется жизни, но никогда не тешит себя ложными ожиданиями. Верит, но отделяет фантазии от реального мира. Знает, где можно попытаться что-то изменить, а где просто стоит принять отвратительную реальность и научиться с этим жить. Часы на руке противно запипикали - пора возвращаться, если она не хочет быть пойманной. Но прежде, чем девушка поднялась, ей на колени упала маленькая книжка в бумажной обложке, а рядом на парапет облокотился мальчишка. - Эта была очень увлекательной, хочу ещё что-нибудь такое, - его глаза восторженно сверкали и смотрели с мольбой. Эн лишь усмехнулась и покачала головой. - У нас был уговор, Эд, одна интересная потом одна умная. Принесу тебе что-нибудь про природу - и познавательно и, надеюсь, будет не очень скучно. - Она подмигнула ему и, спрятав книгу в рюкзак, встала на ноги. Парень лишь расстроенно надул губы и отвернулся к рассвету. - Когда ты придешь в следующий раз, Катастрофа? Говорят, что сегодня вечером добрячки из Отречения приедут с бесстрашными! Вроде будут давать лекарства, поэтому и охрана нужна, хотя какой в этом толк? - Эд весело галдел, радуясь, что сможет увидеть бесстрашного так близко, не боясь, что тот может отлупить за такое внимание. Мальчишке было всего 13, но будучи изгоем с рождения, он многое что повидал и Эн было легко и приятно с ним общаться. Девочка встретила его случайно, это была ее вторая вылазка на территорию афракционистов, и она понимала, что ей просто жизненно необходима одежда изгоев, а не ярко синий пиджак Эрудиции. Подготовившись заранее, она взяла с собой деньги, немного конфет, книжку и стянутую у разных людей, чтобы не попасться, одежду - мало ли на что изгой захочет обменять свою одежду. И первый, кого Эн встретила почти у самой стены, был маленький мальчик, тогда ему было 8. Он с любопытством разглядывал постройки эрудитов, которые были видны с пустынных разрушенных улиц. Договорилась она с ним быстро, парень был согласен уже за конфеты отдать свою одежду, а когда увидел книгу, и вовсе готов был проводить девочку куда ей только захочется. Дом Эда, как он представился, был недалеко, и через 10 минут бега дети были уже у старой, но явно добротной двухэтажной постройки. Взрослые, увидив своего сына держащего за руку девочку-эрудита, не знали, что им делать. Но Эн с присущим ей спокойствием, объяснила, что сама пришла и желает лишь немного прогуляться, поэтому ей нужна одежда. Родители же Эда желали лишь отправить неспокойную девочку обратно в стены ее фракции. Но она же упрямая, и умная. На 5 ее приход, Ксана и Дрю, сдались и дали ей одежду Эда, но строго-настрого сказали спрятать волосы и лицо для ее же безопасности. Через год они стали ей второй семьей, Эн носила мальчику разные книги, игрушки, иногда сладости, которые ели уже и взрослые, порой лекарства, если кто-то из них болел. Они же оберегали девочку на улицах изгоев, прекрасно понимая, что либо с ними, либо одна, но она продолжит сюда приходить. Ксана была бывшей дружелюбной и порой учила девочку что-нибудь готовить или рассказывала о медицине, так как в молодости была медсестрой. Дрю же был из фракции Бесстрашия и тренировал теперь не только своего сына, но и приблудную девчонку, понимая, что выживет на улицах беззакония только сильнейший. Ксана и Дрю познакомишлись, когда бесстрашные помогали Дружелюбию отбиваться от нападения афракционистов на их поля. Но браки между фракциями запрещены, и поменять фракцию у них уже не было возможности. И тогда победила любовь, как в тех книжках, что Эн считала сопливыми и глупыми, но втайне желала, чтобы все, описанное в них, оказалось правдой. Ксана и Дрю выбрали быть изгоями, но завести семью, и ещё ни разу не пожалели о своём выборе. Их история стала для Эн ещё одним доказательством несовершенства существующей системы. И надеждой на настоящую любовь в будущем. И теперь прошло уже почти четыре года, как девочка из Эрудиции начала свою вторую жизнь на территории изгоев под именем Катастрофа. Такое прозвище она получила еще в первый раз как только пробежалась по улице. Правда пробежала она только первую половину пути, а вторую пролетела кубарем, зацепившись о собственную ногу. Чтобы летать по крышам и чувствовать себя уверенно и свободно, ей потребовалось почти три года. Три года упорных тренировок, три года падений, синяков, ушибов и даже сломанной руки, а уж сколько она наслушалась от своих родителей. Но Эн сумела сохранить свою тайну, и её усилия не прошли даром - сейчас она парит над домами, а изгои в шутку называют Ангелом Смерти, что следит за их несчастными головами и помогает нуждающимся (кажется в роду Эн точно были отреченные). Сейчас же эрудитка снисходительно слушала Эда, изредка кивая головой или опровергая уж слишком глупые сплетни о военной фракции. Она то в Эрудиции бывало видела целые отряды, которые приезжали на собрания или за новыми разработками. И хоть многое Бесстрашие держало в секрете от других фракций, Эрудиты знали достаточно, чтобы не только не бояться, но и успешно с ними сотрудничать. - Только для того, чтобы проследить за твоей неугомонной душонкой, я постараюсь прийти. Родителям привет передавай, в следующий раз зайду к ним. И не смей без меня начинать глазеть на бесстрашных, мелкий, - с этими словами Эн спрыгивает по лестнице вниз и бежит в сторону стены, слыша вдогонку возмущенные возгласы Эда. Она и так засиделась, а сегодня у нее ещё и экзамен в классе, следует хоть немного поспать. Утро было тихим и безмятежным, день обещал быть простым и приятным, а вечер должен был быть интересным и веселым. Но, кажется, судьба любит шутить свои глупые шутки в самый неожиданный момент.