Они идут за нами...

Тайлер на автомате искал левой рукой сзади себя давеча покинутый стул, чтобы вновь сесть на него и прийти в себя, но рука не слушалась, а конвульсии продолжались. Дыхание упало в низ живота, создалось впечатление, что кто-то насильно избивает парня в области кишечника, но на самом деле это был приступ. Приступ самого, что ни на есть, настоящего невроза. Джозеф не смог в один момент более держаться на ногах и его безсознанное тело откинуло на холодный пол. Глазки захлопнулись и закатились. Во рту пересохло, горло заболело, но Тайлер не мог этого ощутить, потому что его сознание покинуло организм. Далеко, совсем далеко от нашего героя горел золотой фонарь. Искры от огня метались из стороны в сторону, создавая впечатление фейерверка. Тайлер ощутил долбящую и острую боль в задней части головы, переходящей перепадами к вискам, стукая, точно гром в штормовую ночь. В глазах вспять темнело, огонь отдалялся. Вдруг, откуда-то сверху донесся томный шепот: — «Восток... Восток там... Сверху... » Тайлер не мог осознать конструктивность полученной информации из-за нестерпимой боли в голове, в районе участка мозга, отвечающего за осмысление данных. Пересилив самого себя, парень, сильнее надавив на виски, резко вскинул голову вверх. Над ним была кромешная темнота. Сердце колотилось от страха все быстрее и быстрее. Дыхание учащалось с каждой секундой вместе с нарастающей мигренью и паникой. В один момент маленькая, красно-желтая точка вдалеке с неимоверно быстрой скоростью полетела в сторону Джозефа. Он был готов умирать, но судьба решила иначе. Это всего-навсего дурной сон под воздействием потери сознания и нервного расстройства. Парень очнулся довольно скоро. Ветер снова рвал итак порванные, серые занавески на балконе, разгонял хищных стревятников, вырывая им из хвостов пучки их мазутных перьев. Ветка засохшего тополя будто ломилась через балкон в квартиру Тайлера, но сквозняк не давал ей это сделать. Все те же серые, исцарапанные стены; деревянная, высокая кровать со старым и разрезанным постельным бельем и до жути скрипучим матрацом; и небольшой комодик с одним только заполненным ящиком – остальные были пусты. В этом ящичке был символ свободы Джозефа – желтые хризантемы. Именно этот цвет сопровождал людей, желающих выбраться отсюда, это был цвет вольной души заключенных. Епископы не могли видеть желтые оттенки. В их глазных рецепторах выгорел элемент, вырабатывающий просвечивание абсолютно всей палитры цветов. Желтый – для епископов – серый. Тайлер собирал эти знаки. Каждую субботу, в очередной день неповинного заточения, он приходил к восточной части мощенной стены, где в самом верху была пробита молнией уделка, лет так сто назад. По наступлению шести часов утра, пока епископы затаскивали всех своих посвятителей под саму Дему, на утренний обет, Джозеф ждал сигнал. Ближе к окончанию обряда, в прорубленой части крепости из старых, табачного цвета кирпичей, появлялась чья-то голова. Тайлер по виду был рад этой голове, вот только чья она? В желтой маске, походящей на шарф-бандану и в комбинезоне с желтыми полосками из строительного скотча. И таких людей было девять. Таким темпом они сливались с атмосферой тюрьмы, но все же не пересекали её границ, ведь за проявление Бандито на территории Демы, им бы всем не поздоровилось, а уж тем более Тайлеру, которого за связь с этой шайкой могли убить. Бандито – давно образовавшаяся группа из девяти молодых людей. Они были противниками Мерцающей Девятки, проживающих в окружении штата Аризона, чтобы не вызывать лишних вопросов и подозрений у Нико и его сообщников. Главнокомандующим был целеустремленный и амбициозный парень по имени Джошуа Дан. Его не шипко высокий рост, но крепкое телосложение позволяли без проблем передвигаться вокруг стен Демы и спасать своих людей. В их руках были жаркие факелы, с реальным огнем, означающим привязанность к жизни, веру в настоящую дружбу и боязнь показаться слабыми. Джозеф привязан к ним из-за Джоша. Они давние друзья, причём лучшие. Дан решил заключить договор с госпожой Справедливостью и спасать души угнетенных, то есть, невиновных заточенников города-тюрьмы. Никто не знает насколько далеко их завели их пестрые огни, но что безусловно точно – они спасли жизнь от неминуемой гибели внутри и снаружи. В этот момент их желтые банданы развивались на морском ветру, проходя по побережью золотого моря. Совсем недалеко виднелась для них Дема. Страшное с виду место, дикие стены крепости заставляли ноги рвануть назад, но сила духа держала всех ближе. Ужасающие трубы возвышались над полем вокруг города, пожирали своими весящими тенями каждую невинную травинку и камушек. Создавалось ощущение, что все живое поблизости Демы умирало. Гибло и изжигалось. Желчь гасила все надежды выжить. Тайлер неуверенно поднялся на локтях, согнул левую ногу в колени и опустился вновь спиной на холодные доски от жгучей боли в руках. Сухожилия пульсировали, особенно в запястьях и на стыке локтя на внутренней стороне. Перекатившись на левый бок он схватился одной рукой за ноющую и такими темпами, щурясь и стоня от боли, парень перекуверкнулся на живот. Джозеф неудачно коснулся кончиком носа обдолбанной доски при совершении неожиданного переворота, из-за чего на "хрустальном" носике образовалась достаточно глубокая рана.