На перекрестке миров.

На их фоне все превращаются в пыль. Так оно и было. Джонатану не хотелось и смотреть ни на кого, кроме Эми, а Хантеру — кроме Ким. Это были уникальные отношения. Каждый из них был уверен в том, что больше такого человека они и в жизни не встретят. И они не ошибались. Мэтьюс и Дэвидсон вновь поняли это, когда направились к началу трассы, откуда стартуют участники, и, обернувшись, увидели переживающие лица своих возлюбленных, что не отрывали от них взглядов. — У тебя был большой выбор, — обратилась Саманта к Джо, что стоял рядом с ней в тот момент, когда та спрыгнула с трибуны. — Блондинка - неплохой вариант, но почему ты выбрал именно её? Я не знаю, зачем она заговорила со мной. Не знаю, почему именно об этом. Но я хотел ей ответить, хотя обычно разговоры с семейством Купера вызывают у меня отвращение, доходящее чуть ли не до рвотных позывов. — Вариант? — спросил Джо, не поворачивая голову в сторону собеседницы. — Она не может им быть. Эми всегда будет выбором, причиной и приоритетом, но вариантом - никогда. На последнем слове Мэтьюс наконец взглянул на темноволосую девушку, что стояла рядом с ним. Юноша еле заметно улыбнулся и продолжил стоять со скрещенными на груди руками, поглядывая, как его лучший друг готовится к первому туру. Не знаю, как Саманта отреагировала на мой ответ, но она тут же развернулась и ушла прочь, возвращаясь на трибуну, и занимая место около своего отца. Когда речь заходила об Эми, мое сердце приятно сжималось, а когда о ней отзывались так, как это сделала Саманта, то сердце сжималось уже болезненно, а мысли застилала некая агрессия. Потому что это была ложь. Я не знаю, что будет после первого тура, дойду ли я до финала, но я точно знаю, что должен постараться ради неё. Она все ещё верит в меня. — Объявляю начало первого тура, — начал один из организаторов гонки, стоящий на сцене. Сразу после его слов, девушки с красными флагами подняли их вверх. — Старт! Выкрикнув последнее слово, флаги резко опустились вниз и все присутствующие вновь услышали дикий рев мотоциклов и стук мелких камней, что подскакивали и бились об асфальт вместе с пылью. Хантер участвовал в первом туре вместе с Уэйном и остальными тринадцатью людьми. Он вырвался вперед, чего и следовало ожидать. Дэвидсон был хорошим человеком, но мотоциклистом — еще лучше. Его не тревожило, что происходит позади. Может, это и было ошибкой, ведь всегда нужно контролировать ситуацию, но Хантер просто наслаждался моментом. Сейчас ему казалось, что он на трассе один, что он — победитель. Ким смотрела за гонкой с замиранием сердца, не смея даже моргать, ведь боялась что-то пропустить. Сейчас я по-настоящему живу. Очень часто думая о таком даре, как свобода, волей-неволей не можешь жить без неё. И сейчас я не могу без этого, как и Джо с Крисом. Без чувства свободы мы ощущаем себя зверьми, прикованными цепями, что ежесекундно душат нас, впиваясь в кожу. Этот ветер, чувство контроля в руках, наклон мотоцикла при малейшем моем движении, рёв мотора, пыль, летящая позади меня, стирающийся асфальт и проносящиеся мимо меня со скоростью света силуэты предметов, деревьев или людей. Это — словно воздух для меня. Когда Хантер первым пересек финишную черту, то сразу освободил путь остальным мотоциклистам, что приехали спустя почти десяток секунд. Хантер стянул с себя шлем и вскинул руки вверх, после чего его имя и номер участника высветились на огромном экране у сцены, а рядом с его инициалами красовалась почетная цифра «1», определяющее занятое им место. — Вот, о чем я говорил, — послышался мужской голос со стороны, когда Дэвидсон вернулся к началу трассы. — Теперь ты снова нашел себя. — Мартин, — узнав голос, юноша тут же обернулся и подошел к мужчине, тренеру и просто другу. — Вы пришли. — Как я мог пропустить такое событие, — заулыбался хозяин тренажерного зала, в котором занимался молодой мотоциклист. — Я болею за вас с Джо, не подведи. Мужчина похлопал Хантера по плечу и направился в сторону трибун, на которые ему указал сам Дэвидсон. Он понимал, что первый тур окончен и он оказался первым, но впереди было ещё множество заездов, больше десяти туров, в которых будут участвовать по пятнадцать — двадцать человек. Во втором туре участвует Джо и Зак. К всеобщему несчастью, вместе с Джеффри Купером. Чтобы пройти в следующие туры, необходимо попасть в первую тройку прибывших к финишу, так что Хантер не переживал о том, что его лучший друг не пройдет дальше. Но в том, что парень займет первое место, можно было и засомневаться. Мэтьюс удачно завершает второй тур, пересекая финишную черту вторым, сразу после Купера, почти наравне с Кевином, но, вернувшись к началу трассы, сразу же спрыгивает с мотоцикла и бросается на поиски Хантера. Сердце бешено колотится, ноги сводит от длительной ходьбы и напряжения, но взгляд остается сосредоточенным и холодным. Мысли смешались в кучу, а кожу покрывают мурашки из-за того, с чем пришлось столкнуться Джо на трассе. Тяжелым шагом парень приближается к Дэвидсону, что чувствует настрой лучшего друга и сразу же хмурится. Схватив друга за руку, Мэтьюс оттаскивает его в сторону, пока тот в недоумении глядит на Джо. — Да что случилось? — вопросил Хантер, выжидающе глядя на друга, что встал перед ним. Оглядевшись по сторонам, тот наконец выдохнул и ответил. — Меня хотели сбить. Опять.

***

— Черт, — ругался Крис, не в силах усидеть на одном месте, так что тот спрыгнул с трибуны и принялся расхаживать из стороны в сторону, полностью погруженный в свои мысли. Что значит «Купер собирался сбить его или кто-то другой»? Не может быть, чтобы мы настолько облажались. С того момента, как Хантер и Джо сообщили ему об этой новости, прошло немало времени. Оно близилось к финалу. Количество людей на территории практически не уменьшилось и все это невозможно сильно давило на Криса, друг которого в любой момент мог пострадать от рук Джеффри, что пришел явно не без плана по устранению Джо. Парни блестяще справлялись на всех турах, переживая лишь о том, что в любую секунду Джонатан может слететь с трассы, как в тот день, когда попал в больницу. Возвращаясь к началу трассы, юноши сразу же слезали со своих мотоциклов и бежали к Крису, что ждал их неподалеку. Они не приближались к трибунам, чтобы никто из присутствующих близких людей не переживал по этому поводу. — У нас не остается других вариантов, кроме как ехать прямо за Джо и не подпускать к нему Джеффри, — пожал плечами Зак, обратив на себя внимание раздраженного Криса и рядом стоящего Кевина. — Видимо, да, это единственный план, — вздохнула Хлоя, что спустилась с трибун, чтобы успокоить Криса. — Они справятся, скоро все закончится. — Мы не можем допустить его проигрыша, понимаете? — слегка нервно выдохнул Крис, взглянув на друзей. — Поэтому, мы сделаем все, чтобы помочь ему, — ответил Зак, хлопнув Криса по плечу, и разворачиваясь в сторону трассы, где совсем скоро начнется финальный заезд. — Донести на Купера мы не можем. Вы сами понимаете, почему. Мухлевать тоже не вариант, — сказал Кевин Крису перед тем, как направится вслед за Заком. — Все будет в порядке, доверься мне. Доверие. В нашем мире мало кому можно по-настоящему доверять. Кристофер нашел людей, которым может доверить абсолютно всё. И когда что-то угрожает этим людям, он просто не может спокойно стоять и ждать момента, когда всё пойдёт наперекосяк. Хадсон мог довериться Джо и Хантеру. Но сейчас он с трудом мог довериться Кевину и Заку. Они уважали Джо, но кто сказал, что им под силу повернуть ситуацию в свою пользу? Никто. Сидя на трибунах, бывший мотоциклист прокручивал в голове все слова, сказанные ему ранее Хантером и Джо. — Меня хотели сбить. Я не знаю, кто это был, я не смог увидеть, я не помню. Я не смог проконтролировать ситуацию. — Он не должен был приехать намного позже тебя, в таком случае, — предположил Хантер. Кто это мог быть?

***

Я запаниковал. Впервые ситуация не в моих руках целиком и полностью. Меня чуть не сбили с трассы. Я снова мог пострадать, и на этот раз травмы могли быть намного серьезнее, чем в прошлый раз. Ноги гудели от нескольких часов напряжения в виде ходьбы и сидения на мотоцикле. Те травмы дают о себе знать, но я не могу ничего с этим сделать. Мне остается только вновь сесть на мотоцикл и финишировать первым. Другого исхода событий я просто не приму. Вновь усевшись на мотоцикл, и проведя по рулю ладонью, обтянутой перчаткой, юноша прикрыл глаза и устало вздохнул. Скоро это закончится. Нужно продержаться и в конце выжать максимум. Постараться так, как никогда до этого. Пускай мои ноги отвалятся от боли и напряжения, руки сведет судорога, глаза перестанут видеть, но я должен сделать всё, что в моих силах. Иначе чего я стою? Финал приближался с неимоверной скоростью. Ещё несколько туров и последний официальный заезд. Заезд, на котором Джо рискнёт и разрешится спор не на жизнь, а на смерть. Ещё несколько туров и Мэтьюс увидит или невероятную победу, или убийственное поражение. Ещё несколько туров и на лицах всех его близких появится широкая улыбка и сияющие от радости глаза, или они опустят взгляд и мысленно выругаются. Может быть, ситуация повернется так, что им придется нестись по трассе к Джо, лежащему в отключке, что слетел с неё и прокатился лицом по асфальту, а может, они прибегут, чтобы порадоваться его победе вместе с ним. Мэтьюс мысленно вновь оказался на перекрестке миров, в которых были разные исходы сегодняшнего дня. Его сердце сворачивалось в клубок и болезненно ныло. Но он лишь завел мотоцикл и рванул по трассе с шлейфом из пыли и гравия. Хантер стоял у первых трибун, нервно сжимая в руках бутылку с водой, готовую вот-вот лопнуть от образовавшегося внутри давления. Он не мог подойти к Ким. Он не мог поговорить с Крисом. Он не мог попросить совета у Эми. Он не мог ничего. Ему оставалось лишь переживать о своем друге и думать лишь о том, что он может сделать для него. Джо — один из тех, кто был со мной в самые трудные времена. Я не могу вновь позволить ему пострадать, находиться на грани жизни и смерти, а уж тем более позволить себе его потерять. Я знаю, как тяжело ему. Я знаю, как тяжело девочкам, что сидят в десятке метров от меня, явно не понимая, почему мы с Джо не приходим к ним. Но я не знаю, что делать дальше. Мы пришли в точку невозврата. Остается лишь пустить ситуацию на самотек и ждать следующего шага от Купера. Больше мы сделать ничего не можем. Мы не знаем, сколько человек в сговоре с Купером. Мы не знаем, что он может выкинуть в финале. Мы не можем рисковать Кевином, Уэйном, Заком, или кем-либо другим, кто доверился нам и согласился помочь. Мы не можем идти против правил. Мы не можем доказать, что была попытка сбить Джо, ведь Крис сказал, что этого не показали на большом экране. Мы в тупике. Джо ехал с бешеной скоростью, не отрывая взгляда от дороги, и совершенно не заботясь о том, что происходит вокруг. Его мысли были погружены в воспоминания. Он вспоминал своего отца на фотографиях, своего дядю, что любил его как родного сына. Парень вспоминал свою мать, что отказалась от него, а потом вернулась, прося прощения. Джо все еще не понимал, почему она вернулась именно в этот момент. Все еще не понимал, как ему поступать дальше. Неужели он действительно будет ждать момента, когда все пойдет наперекосяк?

***

Время шло медленно, а напряжение с каждой секундой нарастало. Встречаясь взглядами, между Джо и Джеффри словно воздух электризовался, а глаза готовы были метать искры. Все окружающие Мэтьюса мотоциклисты были, как и днем, навеселе, но самому парню было не до этого. — Это невозможно, — продолжал бубнить себе под нос Хадсон, сидя на самом нижнем уровне трибуны подальше от подруг, друзей и отца. — Что я упустил? Кристофер внес огромный вклад в создание плана. Он просчитывал все до мельчайших деталей, но где-то всё сошло со своего изначального пути. Ему оставалось лишь понять, где, чтобы исправить ситуацию и не допустить того, чтобы случилось непоправимое. Мозг вскипал, ноги потрясывало так, что подошва обуви с глухим стуком часто билась о землю. Взгляд был сосредоточен в одной точке, а в голове крутились все шестеренки разом. Оставалось мало времени, а юноша ни на шаг не приблизился к разгадке. — Эми, — Джо все-таки решился подойти к трибуне, и все тут же потянулись в его сторону, продолжая сидеть на трибунах. — Что происходит? — серьезно и быстро спросила девушка, глядя на своего парня с хмурым выражением лица. — Почему вы не приходили? Все в порядке? — Просто верь в меня, хорошо? — словно с мольбой проговорил юноша, держа светловолосую девушку за руку, и глядя ей прямо в глаза. Просто верь в меня так, как ты верила в меня в день заключения нашего договора. Как в день, когда я впервые встал на ноги. Когда я впервые прошел весь тренажер, сел на мотоцикл, проехал первые несколько метров, и прошел первый тур в этой чертовой ежегодной гонке. Прошу, просто верь в меня. — Хорошо, — кивнула девушка, явно обеспокоенная просьбой Джо, но внешне никак не показывающая этого. — Я верю в тебя, как и раньше. Джо слабо улыбнулся и, наступив ногой на край трибуны, поднялся выше так, что их лица были примерно на одном уровне. Юноша приложил ладонь, скрытую под кожаной черной перчаткой, на шею девушки, и притянул ту к себе, резким движением впившись в её губы своими. Поцелуй был отчаянным. Словно последним. Он целовал её то страстно, то спокойно. То нежно сминая её алые губы, то покусывая. Девушка чувствовала, что за ураган у него на душе и в мыслях, но уже не могла ничего сделать. Не тогда, когда их мотоциклы выставляли у линии старта. Не тогда, когда Хантер все ещё не появлялся перед ними. Не тогда, когда наступил финал. И не тогда, когда Джо лишь попросил верить в него и целовал, словно на прощание. На вечное прощание. Отстранившись от девушки, Джо лишь взглянул на неё, улыбнувшись, а затем оглядел всех, сидящих рядом, что обеспокоенно смотрели на него в ответ. В глазах Ким отражалась грусть, переживание и… Сожаление. Словно она поняла, к чему всё ведёт. Но это было не так. Никто не знал, что произойдет через несколько минут. Кажется, даже сам Бог не знал. Хлоя сидела, поглаживала свой уже более видимый живот, и с сожалением смотрела на меня, словно прощаясь и желая ему удачи взглядом. Мама Эми смотрела на меня, опечаленно сведя брови к переносице. Итан и Кей кивнули мне, словно мысленно пожелав удачи, и заверив в том, что у меня все получится. Отец Криса и тренер Хантера, которых я знаю столько же, сколько своих друзей, смотрели на меня, как смотрят отцы на своих детей во время их футбольных матчей в школах. Так же на меня смотрел мой дядя. Подойдя к Крису, что сидел в стороне ото всех, в самом низу, Джо положил руку ему на плечо. — Джо, — начал Крис, но сразу замолк, взглянув на друга, что смотрел на трассу, у начала которой уже собрались почти все участники финала. — Знаешь, — спокойно начал Джо, продолжая смотреть на происходящий вокруг ураган. — Я никогда не прощу тебя, если ты просто так сдашься. Кристофер смотрел на лучшего друга с непониманием. Он не сказал ни слова, ожидая продолжения. — Я хочу снова прокатиться с тобой по одной трассе, как и раньше, — наконец повернулся к другу Джо, с улыбкой на лице и глазами, полными надежды и страха. — Мы прокатимся, — кивнул бывший мотоциклист, давая обещание, которое не смеет нарушить. Теперь не смеет. — Если ты победишь. — Теперь я просто не могу облажаться, — издал смешок парень, трогаясь с места, напоследок взглянув на друга. — Ну смотри, ты мне пообещал! Юноша зашагал вдоль трассы, к её началу. Его ноги горели от боли. Его руки были в мозолях, хоть на них и были перчатки. В мыслях была путаница. Но глаза горели так, как никогда раньше. Финал. Джо не прощался. Его не могло не стать. Он знал, что Джеффри может уничтожить его. Убить. Прикончить. Но он не мог попрощаться с близкими людьми. Это единственное, на что у него не хватило сил и мужества. — Еще раз, что он говорил… — Кристофер продолжал терзать себя мыслями и попытками придумать новый план, хоть Джо уже и был в двух шагах от своего мотоцикла. Усевшись на уже привычное для него, слегка переделанное Хантером, сиденье мотоцикла, Джо держал в руках свой черный шлем с красными деталями по бокам. Справа от него стоял мотоцикл Хантера, который только что подошел к нему. Слева от юноши был мотоцикл Уэйна и Зака, а за ними — Купера. — Мы справимся, — выдохнул Хантер, «оседлав» свой мотоцикл, и вытянул сжатую в кулак ладонь в сторону друга. — Как всегда. — Да, — лишь кивнул Джо, стукнувшись кулаком об кулак Дэвидсона. — Он не мог приехать раньше, все верно…- Кристофер сидел на трибуне, сминая одной рукой пальцы другой руки от напряжения. — Дэвидсон, — обратился к парню Джеффри, что проходил за мотоциклами участников. — Ты сказал, что ждешь от меня худшего, и чтобы я не разочаровал? Мэр города вышел на подиум, начиная свою завершающую речь перед последним туром. Решающим раундом. У начала трассы собрались все участники-финалисты. 20 человек сидели на своих мотоциклах, со шлемами в руках, смотря строго перед собой. — А если… — все не унимался Кристофер. Это финал. Тот момент, которого Джо ждал все эти месяцы. Каждую ночь до этого дня он размышлял о том, что же может произойти, как ему пройти через это. Этот момент настал, а в голове у Джо ни одной мысли. Он видел раздраженного Криса, обеспокоенную Эшли и Ребекку, Кейджи и Итана, что, нахмурившись, сидели и не отрывали глаз от Купера. И он видел Эмилию, на лице которой он впервые видит такие эмоции. Она вот-вот готова расплакаться. Джо понимал, что она чувствует. Он ощущал в её взгляде этот неизмеримый страх и чувство переживания. Он знал, что она хочет ему сказать, что ей тяжело наблюдать за этим. Мне тоже тяжело. Финалисты заняли свои позиции. Двадцать человек сидели на своих мотоциклах параллельно друг другу. Рядом с Джо был сверкающий, черный мотоцикл Хантера, в котором отражались красные блики от мотоцикла Мэтьюса. Его сравнивали с огнем. Сам Джо в глазах знакомых ему мотоциклистов — вечный огонь. Сколько его ни туши, он не сдастся и будет гореть. Он будет идти к своей цели, даже если придется рискнуть всем, что он и сделал. Много кто посчитал его идиотом, раз он пошел на этот спор. Много кто советовал ему сдаться и просто забросить мотоциклы. Но он — этот самый вечный огонь. — Двадцать финалистов… Джо пропускал мимо ушей речь Мэра, объявляющим начало финального заезда. Последнего. Решающего. В голову отдавало лишь некоторые его фразы. — Ежегодный заезд… Сердце бешено колотилось. Мне казалось, что Хантер спокоен как никогда. Он смотрел строго перед собой, не смея отводить взгляд от дороги. Я еще никогда не видел его таким сосредоточенным. Я понимал, что он думает о том, что он может сделать, чтобы помочь мне. — Денежный приз… На рукоятке руля моего мотоцикла был закреплен амулет удачи, который мы сделали с друзьями на пикнике. Это была идея Ким, которая решила, что это поможет мне во время гонки. Она оказалась чертовски права. Я видел слова, которые они написали на обеих сторонах амулета. Они словно грели мне душу и раскладывали мысли по местам, не давая забыть о том, для чего я все это делаю. — Не будем задерживать… — Погодите, что… — Кристофер застыл на месте, тут же взглянув на мотоциклистов. Я должен справиться. Рядом со мной мои друзья, а на трибунах — лучшая поддержка, которая когда-либо у меня была. Я должен выжать из себя максимум, даже несмотря на то, что сейчас мои ноги вновь трясутся, как перед тренажерами и в студии, во время первого нашего танца с Эми. — Так вот, Хантер, — наконец продолжил Купер, глядя на двух друзей. — Когда люди ждут от тебя худшего, то ты уже ничем не можешь их разочаровать. — Финал ежегодной гонки объявляется открытым! — Стоп! — выкрикнул Хадсон, резко вскочив со своего места, но даже сам не услышал своего голоса, так как рев мотора ударил по барабанным перепонкам. Красные флаги опустились вниз и ветер вокруг байкеров взвыл, поднимая позади мотоциклистов клубки пыли. Финальная гонка началась. Пазл собрался.