сезон дождей.

Все в царстве демонов знают, что их Владыка более всего благосклонен в сезон дождей: тот был слишком разморенным, чтобы давить на подчиненных тяжелым шквалом феромонов, слишком ленным, чтобы двигаться, и чрезвычайно спокойным, чтобы, как бывало раньше, сметать все на своем пути, дабы достичь цели. Негласно, среди демонов всех возрастов и сословий начало дождей стало своеобразным праздником — вместе с их правителем, казалось, отпускала удушающая жара, уходила напряженность, сковывающая тело, а леса, становясь свежее и зеленее, облегченно выдыхали. Но, в то же время, это событие заставляло все сливки общества демонов буквально драться за аудиенции с Владыкой; все хотели попасть в его милость и попросить о чем-нибудь, вырывая себе место под солнцем (или, лучше сказать, дождевыми тучами), поэтому каждая минута его времени была расписана, а дни перенасыщены событиями и встречами. Но Ло Бинхэ хотелось лишь одного. Спать. Просто, блять, расслабиться и отдохнуть. Казалось бы, стал Владыкой демонов, так будешь ходить в дорогих шелках, и, пригубив вино, лениво черкать законы, валясь на обитой кожей тахте, и наслаждаться жизнью. Но нет, вы же наш повелитель, мы без вас ничего не можем! Подпишите этот документ, встретьтесь с представителем демонических племен на востоке по поводу поставки новой ткани (Господин, как вы считаете, какой цвет подойдет для вашего нового парадного одеяния?), а еще решите вопрос с засухой, какие-то ничтожные твари на юге подыхают! Расстроенный, что он не может просто посидеть на улице под деревьями и побалдеть от запаха дождя, он незаметно уходит со званого ужина, на которые его теперь часто приглашали, пользуясь его безотказностью. Он прибывает на пик Цинцзин, желая как можно быстрее забыться от важных дел. Хотя, по сравнению с нежными руками, моментально обхватившими его, и усилившимся любимым запахом, вся их важность пропадает. — Бинхэ, — Цинцю погладил его по голове с еле заметной улыбкой и нежностью во взгляде. — Учитель, — вышло немного жалобно, но ему все равно. — Этого ученика хотят до смерти замучить глупыми бумажками, — на самом деле, это было не так, Ло Бинхэ прекрасно осознавал их ценность, но сейчас на них так плевать. Шэнь Цинцю тяжело вздохнул. — Бинхэ, этими «глупыми бумажками» ты правишь Миром демонов, — несмотря на недовольный тон, он подтянул Ло Бинхэ ближе к себе, нарочно выпуская небольшую порцию феромонов и слыша довольное ворчание над ухом. — Этот ученик понимает, — Цинцю хмыкнул: в голосе не слышалось ни капли раскаяния. — Но он просто не может сопротивляться. В частых побегах Ло Бинхэ есть и его вина, думал горный Лорд. Запах бет, к которым ты привык, имеет успокаивающее и усыпляющее воздействие; он не мог на него за это сердиться. — Ты очень напряжен, знаешь? Пошли, я налью тебе чаю. Они вышли на специально построенную веранду и уселись в плетеное бамбуковое кресло, заваленное теплыми подушками. Ло Бинхэ прикрыл глаза от наслаждения, когда понял, что до его прихода Учитель сидел здесь. Шэнь Цинцю вынес вторую чашку и наполнил ее чаем из небольшого светло-серого чайничка с зеленой росписью, похожей на листья бамбука. Ло Бинхэ с благодарностью во взгляде принял маленькую чашечку и с удовольствием отпил пару глотков, тут же почувствовав еще большую сонливость. Ло Бинхэ уткнулся носом в затылок Шэнь Цинцю, устраивая его поудобнее на своих коленях, чувствуя, как его с невероятной скоростью уносит из реальности. Дождь не перестает мелко накрапывать, пропитывая сухую и жаждущую землю, разнося по округе запах влажной почвы и озона. Мерно барабаня по бамбуковой крыше домика, он скатывался вниз, убаюкивая Владыку демонов. Он наконец позволяет себе расслабиться и забыться.