Each of us has our own color.

Каждому ребёнку присваивают свой цвет, связанный с их патологией. Мир разделён на ранги. В самом низу — зелёные, обладающие повышенным интеллектом. Чуть выше — синие, способные к телекинезу. Жёлтые управляют электричеством. Но самые опасные находятся на вершине этой иерархии. Красные и оранжевые. Их сила — власть над разумом. Они могут управлять людьми. Джину всегда, всегда рассказывали эту историю. Говорили, что у него никогда не будет способности. Ведь такие, как он, — почти вымерший вид. Почти как динозавры. Но вот наступает его шестнадцатилетие. И вместе с ним приходит сила. Все дети и подростки, получившие способность, обязаны пройти проверку. После этого они становятся собственностью государства. Им не оставляют выбора. Их превращают в оружие. Убивать — не думая, подчиняться — без возражений. Они больше не дети. Они — машины для убийств. Джин не хочет туда. Он не хочет быть, как все. Не хочет стать таким, как сверстники, которые уже приняли свою судьбу. Сокджин боится. Боится силы. Боится тюрьмы, куда бросают тех, кто отказывается служить. Боится, что его жизнь превратится в бесконечный бег, страх, одиночество. Он просто хочет быть нормальным. Но в день рождения он получает метку на запястье. Красная линия. А это значит только одно. Джин — один из самых редких. И его могут убить, не задумываясь. Тихий стук в дверь. За ней виднеется седая голова. Волосы его бабушки всегда были прекрасны — серебристые, как чистый снег, нетронутый зимой. — Да, бабушка? Что-то случилось? — Джин поспешно закрывает запястье рукой. Она внимательно смотрит на него, затем берёт его худую руку в свою. Держит крепко, как будто вся её оставшаяся сила сконцентрировалась в этом единственном прикосновении. — Джин, тебе нужно бежать. Я знаю про твою метку. Они скоро придут. Беги, мой дорогой. Не встречайся с ними. Если увидишь - используй свою силу. Она защитит тебя. Но будь осторожен… Ты можешь стереть им память. Она целует его в лоб на прощание. А затем уходит. Закрывает за собой дверь, давая ему время сбежать через окно. Джин бросается к шкафу. Хватает самое необходимое - аптечку, тёплую одежду, что-то длинное, чтобы скрыться от посторонних глаз. Внизу раздаётся вой сирен. —Прибыли. — мысль бьёт в голову, словно удар тока. Окно открыто. Он прыгает. Прощай, дом. Прощай, бабушка. Она умирает, шепча ему последние слова на прощание, истекая в луже крови. Ким бежит, не оглядываясь. Лёгкие горят от быстрого бега, но он не может остановиться. Петляя между деревьев, он старается не оставлять следов, натягивает капюшон глубже, скрывая лицо. Теперь никому нельзя доверять. Каждый сам за себя. Джину придётся выживать одному, как бы ему этого ни хотелось. Но выбора у него нет. Жить — значит скрывать, кто он такой. Не раздумывая долго, Сокджин направляется к старому домику на окраине города. К счастью, ключи при нём. Это единственное место, куда он может пойти. Здесь безопасно… или, по крайней мере, должно быть. Дом перешёл ему по наследству от бабушки. Теперь он принадлежит только ему. Но мысли не дают покоя. Перед глазами снова и снова вспыхивает картина: его родители — улыбающиеся, счастливые… ещё несколько минут назад. А теперь их больше нет. Путь до дома длинный. По дороге он встречает людей в чёрных масках. В руках у них оружие, а взгляды хищные, цепкие. Ким замирает в тени, едва дыша. Они проходят мимо. Не заметили. Пока что. Но он знает - долго скрываться не получится. Эти твари всё равно найдут его. Рано или поздно. Вдалеке наконец появляется старый, заросший дом. Деревья вокруг него словно тянутся к небу, переплетаясь, создавая гнетущую атмосферу. Джин заходит внутрь. Дом встречает его тишиной. Он осматривает знакомые комнаты, замечая, что здесь неожиданно чисто. Ни паутины, ни следов запустения. Будто кто-то до сих пор ухаживает за этим местом. На втором этаже раздаётся скрип. Джин замирает. Бабушка никогда не говорила, что в доме кто-то живёт. Аккуратно он поднимается по лестнице, стараясь не шуметь. Руки напряжены, готовые к любому исходу. Если на него нападут, он должен быть готов применить силу. Но не успевает он сделать и шага, как кто-то резко закрывает ему рот рукой, не давая издать ни звука. Джин не может обернуться, не видит нападавшего. Остаётся только одно – его способность. Он хватает незнакомца за запястье и, используя силу, приказывает: — Отпусти меня. Незнакомец замирает. В глазах пробегает вспышка удивления - он сам не понимает, почему подчиняется. Рука ослабляет хватку. Джин отступает на шаг, разглядывая его. Парень перед ним не похож на врага. Он высокий, с серебристыми волосами и серёжкой в ухе. Его одежда идеально сидит на стройном теле, а взгляд изучающий, слегка насмешливый. Мгновение Джин смотрит на него, забывая обо всём, но грубый голос резко возвращает в реальность. — Кто ты такой? — Это я должен спросить! Кто ты такой?! Как ты попал сюда? Я внук бабушки Ким! Ким Сокджин! Незнакомец ухмыляется, поправляя волосы. — Твоя бабушка приютила меня. Сказала, что меня могут поймать. Если не ошибаюсь, ты здесь по той же причине, верно? Тебя нашли. Ты сбежал. Джин напряжённо смотрит на него. Теперь всё становится ясно. Бабушка никогда никого не приглашала просто так. Этот парень - такой же, как он. Такой же беглец. Такой же напуганный. Такой же особенный. Сокджин тяжело вздыхает, отпуская незнакомца и опуская взгляд. — Прости… Я не думал, что здесь кто-то есть. Ты меня напугал. Незнакомец смотрит на него внимательно, затем мягко кивает. — Я Ким Намджун. Ким пожимает ему руку — жест простой, но значимый. Он не уверен, можно ли доверять этому парню, но хотя бы на мгновение ощущает, что не один. Намджун кивает в ответ и, не говоря больше ни слова, уходит на первый этаж. — Заварю себе кофе. Ты что-нибудь будешь? — его голос доносится снизу, спокойный, будто они знакомы уже много лет. — Чай! — без раздумий отвечает Джин, оставаясь наверху. Он не спешит спускаться. Вместо этого медленно проходит по комнате, впитывая каждую деталь старого, забытого дома.