Each of us has our own color.

Сонная тяжесть окутывала тело, но сознание медленно пробуждалось, выталкивая его из беспамятства. Джин с трудом разлепил веки, сразу же столкнувшись с блеклым светом, пробивающимся сквозь мутное, пыльное окно. Глаза резало, и он на секунду зажмурился, прежде чем осмотреться. Серая, холодная комната давила своей пустотой. Грубые бетонные стены, облупленная краска, мебель, словно собранная из случайных деталей. Рядом с кроватью стояла небольшая тумбочка, а на ней тусклый белый светильник, который едва испускал свет. Напротив возвышалась массивная дверь, потёртая временем, с тёмными царапинами по краям. Ким вздохнул, попытавшись собраться с мыслями, и машинально потянулся рукой к плечу. Повязка. Она была чистой, но под ней ощущался тупой ноющий дискомфорт. На щеке пластырь песочного цвета, слегка неровно приклеенный. —Где я? — голос едва не ломает от сухоты во рту. Слабость пронзила тело, но он заставил себя подняться с кровати, чувствуя, как суставы болезненно отзываются на каждое движение. Пошатываясь, он сделал несколько шагов и заметил кое-что странное. На стене, чуть выше его роста, были выцарапаны аккуратные палочки, сложенные в группы. Какой-то заключённый считал здесь дни. Четыре года. К горлу подступил ком. Сколько здесь пробыл я?Мысли разрывались на части, но прежде чем он успел углубиться в панику, массивная дверь с противным скрипом начала открываться. Тяжёлые массивные шаги. А затем голос от которого Джин поморщился. — О, ты проснулся! Ура!— слишком громкий, слишком радостный. — Я уже начал волноваться. Не перестарались ли мои подчинённые. Как тебе спалось, Ким Сокджин? Голова не болит? Как твое плечо? Видок конечно у него был так себе, когда тебя сюда привезли весь бледный почти не дышащий. Ну ничего мы тебя подлатали. И ты посмотри ни единой пока кровинки. Парень вздрогнул, вскинув голову. В дверном проёме стоял блондин, излучая странное, почти болезненное веселье. Он широко улыбался, обнажая ровный ряд зубов, и в его тёмных глазах плясали тени чего-то опасного. Одежда парня была тёмной, защитного типа. За пазухой чётко очерченный силуэт пистолета. На голове чёрная повязка, а левое ухо украшала серебряная серьга. Ким сжал кулаки. Этот человек не излучал дружелюбия. — Кто ты? — голос прозвучал хрипло, но он попытался сделать его твёрже. Юнги тут же фальшиво вздохнул, закатив глаза. — Как обидно. Ты, значит, встаёшь, и первое, что говоришь своему спасителю, это "кто ты?" Как грубо аж сердце щимит! Ким не ответил, продолжая сверлить его взглядом. Блондин вдруг хлопнул себя по лбу. — Ах, да, я же и правда не представился! — он театрально поклонился. Ну актер. — Мин Юнги. Правая рука нашего главаря. По совместительству твой провожатый в этот милый новый мир. — Правда? — скептически бросил Джин. — Абсолютная правда. Разве я похож на лжеца? Сокджин нахмурился. Да. Очень похож. Но прежде чем он успел что-то сказать, Юнги шагнул ближе и протянул руку для пожатия. — Рад знакомству, Джинни. Ким заколебался, но затем всё же пожал руку, чувствуя, как слабый электрический разряд пробежал от руки до плеча.. — Ой, прости! — Юнги театрально прижал ладонь к губам сжимая сильнее чужую руку. — Совсем забыл про твоя плечо. Наверное, больно, да? Он улыбнулся шире, пристально глядя ему в глаза. Ким стиснул зубы. Этот человек наслаждается его болью. — Пойдём, красный. Он тебя уже заждался. Юнги резко развернулся и пошёл по коридору, насвистывая какую-то беззаботную мелодию. Сокджин сжал кулаки. Этот человек пугает. Но выбора у него не было. Он сделал глубокий вдох и вышел из комнаты. В коридоре пахло чем-то стерильным, напоминающим больницу. Люди в форме здоровались с Юнги, кто-то даже смеялся в ответ на его шутки. Он выглядел здесь своим, любимчиком, которому всё сходит с рук. Но Джина больше всего интересовало другое. Где Намджун? Он молчаливо шагал за Юнги, пока тот не остановился перед широким балконом и распахнул руки. — Добро пожаловать в тюрьму для одарённых! Ну, а для тебя это новый дом. Дом милый дом да, Джин? Сокджин подошёл ближе и посмотрел вниз. Замер. На огромной территории находились десятки людей. Их одежда отличалась по цвету: зелёные, синие, жёлтые. Однако красных и оранжевых среди них не было. Ким нахмурился. Что означали эти цвета? Юнги, не оборачиваясь, бросил ему через плечо: — Красные здесь долго не живут. Ким сжал челюсть. Мин уже зашагал дальше, весело насвистывая. Но внимание Джина привлекло кое-что другое. Лаборатория. Через стеклянное окно он увидел людей в белых халатах. Они сновали туда-сюда, неся пробирки и заполняя документы. На одном из столов стояла пробирка с густой, переливающейся синей жидкостью. Она выглядела как кровь. Но почему она была синяя? Юнги вдруг замер и повернулся к нему, склонив голову набок, словно наблюдая за зверьком в клетке. — Интересно, да? — ухмыльнулся он. — Ты бы лучше на людей там посмотрел. Они интереснее. Особенно когда кричат. И словно подтверждая его слова, из лаборатории донёсся протяжный, полный боли крик. Сокджина пробил холодный пот. Юнги засмеялся да так заливисто. — Ох, кого я вижу! Сам Мин Юнги наконец-то снизошёл до визита! — Хосок расплылся в широкой улыбке, лениво раскинувшись в кресле, но в глазах его читалась лишь тень веселья. Юнги демонстративно закатил глаза и, не теряя привычной ухмылки, показал ему средний палец. — Не драматизируй, Хосок. Я привёл к тебе наше новое, мощное орудие. Кстати, звать его Джин. Он сделал шаг в сторону, словно со сцены представляя публике долгожданного гостя. Сокджин почувствовал, как к горлу подступает неприятный ком. Хосок встал и, прищурившись, медленно обошёл его кругом, что-то едва слышно хмыкая себе под нос. Он был спокойным, но в его взгляде скользило что-то цепкое, почти исследовательское. В какой-то момент он без предупреждения ткнул Джина в то самое плечо, затем резко развернул его в сторону, внимательно изучая осанку, руки, черты лица. Как товар на аукционе. Наконец, Хосок сделал шаг назад и бросил на Юнги недоверчивый взгляд. — Не уверен, что он справится. Тело молодое, хрупкое. Не думаю, что он выдержит. Он снова посмотрел на Джина и вдруг подмигнул. Сокджин не успел сдержать лёгкий румянец, что тут же окрасил его щёки, но быстро отвёл взгляд, недовольный собственной реакцией. Юнги хмыкнул. — Какая разница? Я его притащил, как ты и просил. Что с ним делать дальше - твоя забота. — Хосок скептически качнул головой, словно предчувствовал, что это не приведёт ни к чему хорошему. Джин же не особо слушал их разговор его взгляд снова вернулся к лабораторному столу. На нем лежала пробирка с синей жидкостью. Ким медленно двинулся к ней, стараясь не привлекать внимания. Его пальцы уже коснулись прохладного стекла, когда вдруг. — А что это мы тут делаем? Резкий голос, тёплое дыхание на шее. Он вздрогнул. Неизвестный появился бесшумно, как тень. Сильные пальцы сомкнулись на его запястье, и прежде чем он успел что-то сделать, пробирка выскользнула из его руки и с мелодичным звоном разбилась о пол. Густая синяя жидкость растеклась по холодному полу, а комната замерла в зловещей тишине. Тысячи глаз уставились на него. Джин сглотнул. Тёплое дыхание на его шее стало более ощутимым. Запах вишнёвого табака заполнил лёгкие, заставив поморщиться. Вопросы закрались сами в его голову. Этот человек был странным не естественно тихим. Будто змея, которая неспешно подбирается к своей жертве, нашёптывая смертельные заклинания, а затем, что хладнокровно убивает свою жертву. — Не знал, что у тебя тут завелись крысы, Хоби, — голос незнакомца был низким, опасно спокойным. Хосок ничего не ответил, лишь нервно отвёл взгляд, прикусив нижнюю губу. — Чонгук! Юнги вдруг налетел на незнакомца, с лёгкостью забираясь к нему на руки, как ребёнок. Тот, даже не моргнув, подхватил его под бёдра, словно это была привычная сцена. И на их лицах. Были настоящие улыбки.Только вот они были ложными. Они играли друг с другом, каждый пряча за этой фальшивой теплотой нечто тёмное. Чонгук знал секрет Юнги. Тот секрет, который Мин никогда никому не расскажет. Парень аккуратно поставил Юнги обратно на пол и, не сводя змеиных глаз с Джина, медленно протянул руку. — Я не представился. Чон Чонгук. Главарь этого места. Джин, подавляя дрожь в пальцах, сжал его руку. Она была тёплой. Но холоднее смерти. — Где ты откопал такого симпатягу? Джин даже пискнуть не успел, как его резко схватили за талию и крепко прижали к чужому, пугающе тёплому телу. Резкий запах вишнёвых сигарет ударил в нос, вызывая неприятное жжение в лёгких. Отвратительно. Ким тут же попытался вырваться, но хватка была железной настолько, что в груди больно хрустнули рёбра. Слишком крепко. Слишком близко. Паника подступала всё сильнее, холодными пальцами сжимая сердце. Он попытался ударить Чона локтем в бок, но тот лишь усмехнулся, будто даже не почувствовав удара. — Такой хрупкий, а дерзкий уже. Его голос был низким, с лёгкой хрипотцой, и в этом тембре читалось что-то хищное. Как у зверя, что играет со своей жертвой перед тем, как перегрызть ей горло. Но через секунду всё изменилось. Металл вспыхнул. По воздуху со свистом пронеслись острые лезвия, направленные прямиком в горло Чонгука. Они застигли его врасплох, замерев в миллиметре от кожи. Тишина. Все, кто находился в лаборатории, застыли, боясь пошевелиться. Даже Хосок, всегда полный лёгкости и энергии, словно окаменел. Джин сделал пару шагов назад, тяжело дыша его глаза пылали алым светом радужка засветилась. Чонгук молчал, не шевелясь. Но его тёмные глаза загорелись алым светом заинтересованности, и Джин понял. Все понял. — Только попробуйте меня тронуть, и я отправлю вас всех на луну первым же рейсом. Его голос звучал ровно, но в нём чувствовалась угроза рана пульсировала, но Джин не обращал внимание на ноющую боль сейчас нужно было сосредоточиться и не выпустить из виду их всех. Но он просчитался.На этот раз тишину нарушил приглушённый звук удара. Ким пошатнулся и рухнул вперёд, с глухим стуком ударившись лицом об холодный кафель. Позади раздалось низкое, ленивое: — Отнесите его в комнату. Чей-то грубый рывок, и его бесчувственное тело подняли с пола. А Юнги медленно достал сигарету из кармана, закатил голову назад и, сунув её в зубы, покинул лабораторию. Ему нужно было забыться. Забыть этот момент слишком много эмоций за сегодняшний день.