Addicted to Bad Ideas

      Недалеко от твоей квартиры находился ночной ресторан, в котором подавали рамен, и именно туда тебя повел парень из парка — нет, Томура, теперь ты это знала, — как только ты опустила подробности его весьма сомнительного появления в твоей квартире.       Пока вы шли, на задворках твоего сознания вертелся целый список вопросов, начиная от расплывчатых (серьезно, какого хрена?) и заканчивая конкретными (как он попал в твою квартиру?). И все же вы оба шли молча. Ваше молчание ничем не напоминало приятное тихое предвкушение, к которому ты успела привыкнуть, и ты почувствовала себя неловко. Ты была готова смотреть куда угодно, только не на молодого человека, который шел рядом с тобой.       По крайней мере смотреть на других людей было легко. Время было позднее, поблизости не было развлекательных заведений или районов красных фонарей, но по улицам все еще сновали одинокие пешеходы. Большинство из них, скорее всего, шли за выпивкой или, как и вы двое, собирались провести вечер вне дома. В конце концов, на дворе все еще была суббота, а ночной воздух в это время года уже был теплым и приятным, хоть до полноценного лета и оставалось еще несколько недель. Люди брали все лучшее, что предлагала им смена времени года.       Они немного тебя развлекали, и было более чем приятно отвлечься от атмосферы, которая царила между тобой и твоим приятелем — эта атмосфера напоминала тебе вашу последнюю встречу и дезориентировала своей беспрецедентностью. Конечно, вы гуляли вместе и раньше, вы даже ели вместе, технически говоря (ну или как минимум ты ела, а он смотрел). Но сейчас контекст был совершенно иным, по сравнению с вашими предкоитальными прогулками или разговорами о Мускуле в закусочной.       Ты чувствовала напряжение по нескольким причинам. В твоей голове звучал голос, который все еще призывал разозлиться на Томуру: во-первых, за то, что он вломился в твою квартиру, во-вторых, за то, что он позвал тебя на свидание по совершенно неправильной причине.       Поведение Томуры тоже не особо спасало ситуацию. Он накинул на голову капюшон и засунул руки в карманы, продолжая украдкой поглядывать на тебя краем глаза. Сложно было сказать, нервничал ли он или причина такого поведения скрывалась в другом. Если причина была в другом, то на это "другое" он не давал никаких намеков, что было для тебя облегчением — все-таки тебе не слишком-то хотелось возвращаться к теме того, чем (или кем) ты занималась в течение последних двух недель. А эта тема казалось тебе единственной причиной, по которой он выглядел таким подозрительным и нервным.       Когда вы наконец пришли в ресторан, ты решила, что он все же нервничал. Он остановился у входа, проводя кончиками пальцев по шее. Казалось, в этот момент он впервые задумался о том, что он мог бы посоветоваться с тобой о месте назначения. Такие слабые признаки неуверенности напоминали о его неопытности. Конечно, он достаточно быстро освоился в спальне, но то был совершенно иной вид деятельности.       — Это место сойдет? — спросил он.       — Да, — кивнула ты, — Я иногда беру здесь еду на вынос. Тут правда неплохо.       Ресторан не предполагал каких бы то ни было излишеств — ты просто подходишь к стойке и делаешь заказ. Персонал там был не особенно дружелюбным, но еду там подавали шикарную, а порции были щедрыми. Когда ты выходила из своей квартиры, ты была немного голодной из-за алкоголя, но в тот момент, когда твой спутник (Томура, его зовут Томура) провел тебя внутрь, все изменилось. Твой нос наполнился запахом свинины и пареной пшеницы и паром от умами (*Умами — вкус, характерный для высокобелковых продуктов и блюд — прим.), и внезапно твой живот заурчал, а рот наполнился слюной.       Когда вы заказали себе еду — рамен сею (**Японский суп сёю — это японский суп, состоящий из бульона, чаще всего куриного, и лапши — прим.) для тебя и цукемен (***Tsukemen — это рамэн блюдо в японской кухне, состоящий из лапши, которую едят после того, как ее опускают в отдельную посуду с супом или бульоном — прим.) для твоего приятеля, плюс холодный чай для вас обоих, — вы нашли маленький столик в задней части заведения и сели друг напротив друга. Несколько минут вы провели в тишине: он барабанил пальцами по столешнице, а ты медленно пила свой чай. В ресторане, в котором тишина смягчалась голосами болтающих посетителей и звуками шипящей еды и гремящих кастрюль на кухне, молчание ощущалось куда менее неловко.       В конце концов, ты все-таки заговорила:       — Итак. Был занят, да?       Его взгляд перебежал со стола на тебя и он перестал ерзать на стуле.       — Да. Я был...       Он нахмурил брови и замолк, но выглядел он скорее задумчивым, нежели обеспокоенным. Маловероятно, что он не хотел тебе отвечать, скорее всего он просто изо всех сил пытался найти правильные слова. Тебе показалось, что так и должно быть, поскольку раньше он никогда не думал дважды, прежде чем отмахнуться от твоих вопросов. Но ты не могла придумать никаких веских причин, по которым он мог бы говорить с тобой настолько осторожно, поэтому ты прервала его размышления, прежде чем он сформулировал ответ.       — Знаешь что, не рассказывай мне об этом. Наверное, мне лучше ничего не знать.       К твоему удивлению, после твоих слов он действительно начал выглядеть взволнованным. Уголки его рта опустились, и он немного заерзал на стуле, ковыряя пальцем шею.       — Я не думал, что тебя это так беспокоит, учитывая, где ты работаешь. И кого ты... — он махнул рукой. — Ты понимаешь, — последняя часть предложения больше походила на бормотание, и он демонстративно отвел свой взгляд от твоего.       — Мм, мне одновременно все равно и не все равно. Я целенаправленно избегаю некоторой информации. И я точно так же отношусь к своим клиентам. В баре с этим куда сложнее, потому что некоторые из посетителей орут слишком громко, — ты замялась, прежде чем перейти к той части его заявления, которая не относилась к твоей работе, поскольку хорошо знала, что говорить о прошлых любовниках на первом свидании считается дурным тоном. Но он сам поднял эту тему, так что в конце концов ты решила, что спокойно можешь продолжать. — И некоторые из моих клиентов, или просто похожие на них люди, с которыми я виделась вне работы... Ну, давай просто скажем, что ты первый, кто угостил меня ужином. Узнавать о них чуть больше было не так опасно, понимаешь?       Ты все еще помнила всех, с кем ты виделась больше одного раза. А многие из твоих мужчин на одну ночь были лучше, чем молодой человек, который сидел напротив тебя. Но лишь потому, что он установил чрезвычайно низкую планку для близких отношений. Обычно тебе удавалось узнать хотя бы какие-то подробности из жизни своих партнеров, и никогда раньше ты не имела дело с людьми, которые зашли бы настолько далеко, что даже отказывались бы называть тебе свое имя.       Он медленно кивнул, не меняя задумчивого выражения лица.       — А что насчет твоего бывшего?       Этот вопрос заставил тебя беспокойно заерзать на стуле. После сцены ревности, которую твой приятель не так давно устроил в твоей квартире, тебе показалось, что он не захотел бы слушать о твоем бывшем. Хоть он и поднял эту тему сам, ты все еще немного беспокоилась, что он снова будет выглядеть кисло, если ты расскажешь ему слишком много. Поэтому ты ответила кратко:       — Из-за него мне не нужно было беспокоиться, правда. Думаю, он был сомнительным парнем, но не в криминальном смысле, — просто со временем он стал недоволен твоей работой и твоей же склонностью к мошенничеству, и он решил сделать свои проблемы твоими проблемами. Но ты оставила эту часть истории при себе, — И девушка, с которой я встречалась до него, тоже была вполне нормальной, — честно говоря, она была самым нормальным человеком из всех, с кем ты имела дело. Почему-то она была достаточно скромной, чтобы не ставить тебе ультиматумов по поводу твоего образа жизни.       Томура снова кивнул, как бы взвешивая эту информацию, но больше он ничего спрашивать не стал. И это снова было облегчением — и дело было не только в странном выборе тем для разговора, но и в необходимости сказать прямо, что ты обычно не встречаешься с людьми вроде него. Конечно, ты могла пригласить их домой или предварительно сходить с ними выпить, но не более того.       Было бы неплохо иметь возможность побольше узнать о твоем странном приятеле, прежде чем тебе пришлось бы по-настоящему задуматься о том, как твое желание вести себя беспечно с сомнительными типами было связано с его неожиданным предложением начать встречаться. В конце концов, он пригласил тебя на свидание по прихоти, но только потому, что ему не нравилось, когда ты трахалась с другими людьми. Тебе не слишком-то тебе хотелось начинать отношения на таких условиях. Особенно если учесть, что как только угроза конкуренции перестанет быть актуальной, он может решить, что отношения приносят слишком проблем.       К счастью, вам наконец подали еду, что предоставило тебе естественную возможность перевести разговор на более подходящую тему и на время отложить свои мысли. Ты терпеливо ждала, пока официант расставлял перед вами тарелки, а твой менее терпеливый желудок уже урчал в ожидании. Пока ты возилась с палочками, ты решила, что пришло время проверить, действительно ли ваш разговор может пойти в двух направлениях.       Ты начала с малого.       — Так чем же ты занимаешься? Помимо сомнительных вещей? — спросила ты, копаясь в дымящейся миске, которая стояла перед тобой. Ты не смогла сдержать довольный вздох, когда соленый, острый вкус бульона попал тебе на язык.       Томура перевел на тебя взгляд. Ты могла бы поклясться, что как только он открыл рот, на долю секунды его губы сложились в знакомое начало слова "забей". Затем он пожал плечами и уставился на миску, макая лапшу в какой-то соус:       — В основном играю в игры.       Подумать только — это же адекватный ответ! И при этом многое объясняющий, потому что теперь его спонтанные комментарии о "снаряжении" и "мультиклассах" имели гораздо больше смысла. Принимая во внимание его бледную кожу и сильную привязанность к своей толстовке, капюшон которой все еще прятал большую часть его волос, ты решила, что ты не слишком-то удивлена таким откровением.       — О, правда? Компьютер или консоль?       Когда он услышал твой вопрос, он быстро втянул лапшу в рот и вытер его тыльной стороной ладони.       — В основном компьютер, — быстро ответил он, — А что, ты играешь?       — Не так чтобы много, в какие-нибудь симуляции или что-то типа того. Когда-то я спа… — ты прочистила горло, чтобы скрыть резкое изменение формулировки, поскольку ты уже более чем достаточно рассказала о своих бывших, —Дружила с девушкой, которая увлекалась играми, устраивала стримы и все такое. Я до сих пор иногда смотрю ее канал и еще несколько других.       Его редкие брови слегка приподнялись, а затем он задал тебе еще несколько вопросов — Какая у тебя система? В какие симуляции ты играла? Ты смотрела этого стримера или того? — и внезапно ваш разговор стал похож на тот, который состоялся во время вашей первой полноценной встречи. В воздухе все еще витало небольшое напряжение, поскольку вы пока что не знали друг друга достаточно хорошо, но становилось уже не так сложно двигаться дальше.       Он был неплохим собеседником, несмотря на всю его былую сдержанность. Ты думала, что ему потребуется время, чтобы избавиться от привычки уклоняться от ответов, но ты была не права. Ему оказались не чужды разглагольствования и бессвязные речи. Он рассказал тебе о своей обширной коллекции игр и настройках ПК — сложно было не отметить, что стоило это удовольствие немалых денег. А потом разговор естественным образом перешел в аналогичные области. Вы сравнили свои впечатления от фильмов или шоу, которые вам нравились (ему нравились научная фантастикой и ужасы, что не было удивительно, как и его любовь к играм), и слегка коснулись других увлечений (которых у него было не так уж и много), и к концу встречи выяснилось, что твой таинственный юноша был...       Немного задротом.       Хотя он был довольно милым задротом. Он стал вести себя намного более оживленно, чем раньше (если иметь в виду ваши взаимодействия за пределами спальни). Когда он говорил, он ухмылялся и оживленно жестикулировал, а к тому времени, когда вы оба в закончили с едой, ты почувствовала облегчение от идеи продолжать видеться с ним снова. Тот факт, что он пригласил тебя на свидание только потому, что не хотел, чтобы ты трахалась с кем-то еще, был не самым приятным. Но ты, говоря по правде, все равно не стала бы этого делать, пока он продолжал появляться. И да, он был сомнительной личностью, но было трудно представить, чтобы человек, который только что целых десять минут рассказывал о своем персонаже в популярной MMO, мог бы заниматься чем-то слишком напряженным.       Где-то на задворках твоего разума остался только один вопрос, который касался его профессиональной деятельности. Когда в вашем разговоре наступило затишье, ты воспользовалась моментом и задала его.       — Ты когда-нибудь работал с Мускулом? Я знаю, я говорила, что не хочу ничего об этом знать, но мне просто любопытно. Он уже несколько недель не заходил в бар.       Томура так сильно поморщился, что ты, как человек, который провел много времени с Мускулом, могла ему посочувствовать. Было очевидно, что ответом было "да".       — Я работал с ним, а теперь не могу от него избавиться. Почти все свое свободное время он околачивается в моем баре. Наверное, поэтому ты его и не видела.       Ты застыла с бутылкой чая, не успев поднести ее рту. На твоем лице проявились признаки замешательства.       — В твоем баре?       Он посмотрел верх и проглотил остатки еды.       — Да, а что?       — Он твой в том плане, что ты там работаешь, или...?       — Он принадлежит мне, — небрежно ответил он. Похоже, твое замешательство его смутило, — В основном.       Его откровение проливало свет на множество деталей, которые заслуживали отдельного внимания. Например, на тот факт, что он владел каким-то бизнесом. Но ни одна из этих деталей не имела значения, когда с твоих губ быстро и недоверчиво сорвались следующие слова:       — Так какого ж хрена ты никогда не знаешь, что ты хочешь выпить?!       Ты задала свой вопрос так громко, что пара за соседним столиком бросила на тебя презрительный взгляд. Но ты только продолжила пялиться на молодого человека, который сидел напротив тебя. От твоего восклицания он еще шире раскрыл глаза, но почти сразу же стряхнул с себя этот испуганный взгляд и беззаботно пожал плечами.       — Я обычно просто пью то, что наливает Курогири, — он выпрямился и сердито проворчал, — И я знаю некоторые напитки из тех, которые мне нравятся.       Ты понятия не имела, кем или чем был Курогири, но ты была слишком зациклена на его проблеме с напитками, чтобы спрашивать.       — Например, что?       — Виски. Некоторые сорта.       Ты вспомнила, как подавала ему виски во время вашей последней встречи, и как он пил коктейли на их основе. Но он ни разу не просил именно виски, на что ты ему и указала.       — Ты никогда их не заказываешь.       Он нахмурился еще сильнее, а его пальцы снова принялись чесать шею. Ты почувствовала себя немного неловко из-за того, что ты, сама того не желая, заставила его оправдываться. Но было сложно не относиться скептически к человеку, который на протяжении нескольких недель позволял тебе выбирать для него напитки.       — В вашем баре нет того сорта, который мне нравится, — решительно ответил он.       — И какого же?..       Легкий скептицизм перешел в откровенное недоверие, когда он пробормотал название бренда, хотя на этот раз шок был вызван совершенно другими причинами. Название, которое он упомянул, было тебе знакомо, и в вашем баре виски этой марки действительно не продавали. Это был алкоголь высшего качества, и никто из ваших посетителей никогда бы не стал заказывать его в таком заведении, как ваше. Еще несколько секунд назад ты бы подумала, что твой светловолосый приятель был бы с ними солидарен.       — Это дерьмо стоит 40 000 иен за бутылку, — выпалила ты, но потом пожалела о своих словах. Но ему, кажется, было все равно — его губы только изогнулись в задумчивом выражении, как будто он впервые об этом слышал.       И все равно он выглядел равнодушным к таким новостям:       — Правда? Хм.       Ты моргнула, не отводя от него взгляд, в попытках понять, как тебе обрабатывать новые биты информации. Поначалу они едва ли соответствовали его образу, который сформировался в твоей голове. Но после пары минут тщательного обдумывания ты смогла найти смысл в странном сочетании черт, которые были присущи этому парню.       Он был юн, это правда. Но он располагал большими финансами, учитывая его любовь к дорогой выпивке и инвестиции в свое игровое хобби. Оглядываясь назад, ты решила, что его отношение ко всему соответствовало богатому человеку. Он не знал, сколько стоит виски... Он был дерзким и самонадеянным... А эти его насмешки, когда ты спросила, живет ли он в твоей части города, и его небрежное "деньги не имеют значения", когда ему нужна была информация о Мускуле... И это если не принимать во внимание скорее всего незаконный бизнес, которым он владел (или "в основном" владел — уточнение, которое казалось важным в данной ситуации).       Может быть, он был мальчиком с трастовым фондом или его криминальным эквивалентом?       Стоило признать, что он был немного необычным — Томура выглядел как представитель поколения NEET (****NEET — Not in Education, Employment or Training, или поколение ни-ни — поколение молодых людей, которые в силу различных факторов не работают и не учатся — прим.), а не как избалованный плейбой. Но можно было подумать, что его внешность, причуда или какая-нибудь другая особенность, которая выбивалась из обычного сценария богатых детей, могла стать причиной такого несоответствия. Ты уже сталкивалась с таким раньше — с молодыми парнями, которым передали долю в незаконном предприятии, объясняющем богатство их родителей. Владение баром могло быть прикрытием для любого семейного бизнеса.       Это объясняло, почему он всегда был таким чрезмерно молчаливым. В этом был бы смысл, будь он вдвойне параноидальным по поводу своей преступной деятельности и угрозы нарваться на жаждущую богатства женщину, о которой богатые мужчины, как правило, предупреждают своих сыновей.       Когда ты закончила обдумывать его бэкграунд, ты начала тихо посмеиваться. Но потом ты почувствовала на себе тяжесть алых глаз, которые сердито смотрели на тебя в ответ. И тут ты поняла, что ты слишком долго молчала.       — Что? — огрызнулся Томура, когда ты снова переключила на него внимание. Его явно бесило твое веселье, и ты не могла его в этом винить, поскольку с его точки зрения ты просто смеялась над ним за то, что он не знал, сколько стоит бутылка виски.       — Извини, — поспешно ответила ты, прекрасно понимая, что выглядишь по-идиотски, — Ты просто полон сюрпризов сегодня. Но не в плохом смысле! — добавила ты, когда его глаза сделались еще уже, — В основном не в плохом смысле. Я не могу назвать вторжение в свою квартиру приятным сюрпризом.       Возможно, ты могла бы назвать его появление возвращением, теперь, когда все было уже сказано и сделано.       Он смотрел на тебя еще какое-то время, после чего его лицо снова приняло спокойное выражение. Он издал тихий смешок, едва ли громче, чем хриплый вздох, и смущенно отвел взгляд:       — Хорошо, — пробормотал он.       Небольшой проблеск стыда успокоил тебя, хотя его все еще было недостаточно, чтобы заставить тебя забыть про последний вопрос, на который ты хотела — нет, страшно жаждала — получить ответ. Как раз настало подходящее время, чтобы задать его:       — И все же как ты это сделал?       Ты приготовилась вытягивать из него ответ во что бы то ни стало. Ты не могла позволить этой тайне исчезнуть во второй раз, учитывая, что ты снова напоролась на его трюки пару часов назад. К твоему удивлению, он не стал уклоняться от ответа. Какое-то время он задумчиво стучал пальцами по столешнице, а затем встал.       — Пошли, — сказал он, кивая в сторону двери, — Я тебе покажу.