Antithesis

Где Гарри просыпается, знакомится с ещё одной неблагополучной семьёй и обрушивает свой гнев на человека с крысиным лицом

Гарри проснулся от пронзительного визга и крепко сжатых пальцев вокруг своего горла. Он взмахнул руками, чтобы схватиться за запястья, ломающие его шею. — О, я люблю это! Оно восхитительно! — чуть ли не прокричал возбуждённо-высокий женский голос. Гарри сжимали и поворачивали, тянули туда-сюда в странной пародии на объятия. — Он не щенок, — проворчал кто-то за пределами поля зрения Гарри, на этот раз более низким голосом, определённо мужским. Пальцы сразу же разжались, и Гарри упал на деревянный пол под ним. Он закашлялся и поднял руки, чтобы потереть ушибленное горло. В поле зрения показались две изящных на вид руки с чёрными ногтями. Гарри видел только их, волосы закрывали ему весь остальной обзор. — Привет? — прощебетал голос женщины. Она опускалась пока её маниакальное лицо не остановилось на уровне глаз Гарри они встретились взглядами. — Привет! Гарри отпрянул. Женщина встала перед ним на колени и рассмеялась над его реакцией. Её глаза сразу же загорелись от удовольствия перед его инстинктивным страхом. Она была высокой и худой, с длинными, густыми и растрёпанными чёрными волосами, резко контрастировавшими с её бледным лицом. Её щёки и челюсть были украшены почти аристократической красотой, которую Гарри кажется узнавал. У неё были тёмные глаза с тяжёлыми веками, из-за чего Гарри казалось, будто она смотрит на всё сверху вниз. В то же время эти тёмно-серые глаза весело заблестели, Гарри не совсем был уверен, что хочет знать, что она находит таким смешным. — Кто… — прохрипел Гарри. Губы женщины озабоченно поджались, и она с ошеломляющей скоростью выхватила свою палочку и ткнула ею в сторону Гарри. — Episkey! Казалось, что его шея и горло заполнились ватой. Гарри закашлялся, пытаясь избавиться от ощущения удушья. Затем это ощущение сразу же исчезло. — Лучше? — проворковала женщина, взмахнув длинными ресницами и засунув палочку обратно в рукав. Она усмехнулась, повернувшись, чтобы взглянуть на двух мужчин, стоявших у двери. Гарри узнал их, это были те самые люди, которых он встретил в приюте. Тот что слева, короче и толще, имел длинные волосы и аккуратно подстриженную бороду. У него было квадратное лицо, нахмуренное, когда он внимательно наблюдал за Гарри. Его глаза злобно блеснули, он вызывал у Гарри беспокойство, хотя и ничего не делал. Он засунул руку в карман своей мантии и очень осторожно вытащил какую-то длинную тёмную веревку… — Лютен! — выпалил Гарри, почти бросившись к безвольной фигуре своего фамильяра, останавливаясь только тогда, когда увидел, что женщина с любопытством смотрит на него. — Это та самая маленьпусинькая змейка? — детским голосом спросила она мужчину, моргая и глядя на блестящие тёмные чешуйки Лютена. — Отпусти его, — тихо сказал Гарри, тщательно обдумывая, насколько сложно будет поджечь комнату. — Осторожно, — предупредил мужчина, опуская змею на пол. Лютен был неподвижен, и на мгновение Гарри вспомнил мать-змею и то, что Дэвид сделал с ней. — Она опасна. Один укус убил какого-то мальчишку быстрее змеи Господина, — добавил его напарник. Он был выше двух и худощавым. Было очевидное семейное сходство с его партнёром. У них были одинаково тёмные глаза. Однако он держал свои волосы короче и был аккуратно выбрит. — Правда? — спросила женщина с радостным огнём в глазах, она посмотрела на змею в новом свете. Она внезапно развернулась, снова схватив Гарри и с сокрушительной силой прижала его к своей груди. — О, ты намного лучше мелкого сопляка Цисси! Гарри сглотнул. Если бы Лютен не спал, у него был бы хоть какой-то рычаг воздействия… — Ой! — женщина ахнула, откинулась назад и выглядела так, будто только что что-то поняла. В её глазах было почти пугающее и головокружительное рвение. — Я Белла! А ты мой новый сопляк! — Что? — Гарри зашипел и запоздало сообразил, что говорил на парселтанге. — Твой новый сопляк? Женщина, Белла, преувеличенно надула губы. — Что ж, у Цисси есть один. Почему у меня тоже не может быть? Гарри был ошеломлён. Она серьёзно? — И ещё ты будешь сопляком Владыки. Белла тут же схватила Гарри и притянула ближе. — Ну, его здесь нет, — заскулила Белла. Она маниакально ухмыльнулась Гарри. — Ты хочешь остаться здесь? Будем веселиться! — Я… я не… — начал Гарри. — Я научу тебя всяким забавным вещам! Заклинаниям и тому, как драться, и… — она ахнула, внезапно снова загудя от возбуждения. — И проклятиям! Проклятиям? Он должен был признать, что был очень заинтересован, но… Было что-то в этой женщине, что его отталкивало, что-то и в этих двух мужчинах тоже. Он попытался вспомнить имена людей, о которых родители предупреждали его, когда он был ребёнком. — Как тебя зовут? — Белла! Беллатрикс Лестрейндж! — она хихикнула, проведя накрашенным в чёрный цвет ногтем по растрёпанным волосам Гарри. — Могу я называть тебя Септимусом? — Что… — начал Гарри, на мгновение его мысли отвлеклись на попытку осознать что спрашивает Белла. — Нет! У меня есть имя! — Он Поттер, второй близнец, — сказал худой мужчина. — Та, что его семья… — Они не моя семья! — Гарри сердито зарычал, временно забыв, насколько шатким было его положение. — Ты был в приюте, а я тебя усыновила. Ты мой. Готово! — сказала Беллатрикс с радостным выражением лица, когда она снова опустилась на каблуки под своим длинным пышным чёрным платьем. — Ты будешь здесь жить. Гарри застыл, когда у него в голове начала складывать полная картина. Беллатрикс Лестрейндж… Беллатрикс Лестрейндж… Имя было таким знакомым. А потом его осенило. Она была родственницей Сириуса, кузиной или кем-то в этом роде. Он только несколько раз говорил о ней, и то с пренебрежением. Он никогда не говорил ничего хорошего о «невменяемом Лестрейндж». Но сейчас… она действительно проявляла к нему огромный интерес и действительно хотела его… Это было ново. Раньше Гарри никто никогда не хотел. — Я буду держать тебя в безопасности, — ворковала она, прижимая его голову к своей груди, где под корсетом и оборками громкое ритмичное сердцебиение ударилось в такт почти когтистой руке, гладящей его волосы. — Я дам тебе всё, что хочешь, и я могу научить тебя всему, и ты станешь таким сильным! На самом деле это прозвучало для Гарри проникновенно, как будто она действительно хочет ребенка. Нет, — прошептал его разум. — Она хочет тебя. Но Сириус никогда не говорил о ней ничего хорошего. И Гарри был почти уверен, что она Пожиратель Смерти. Было так много причин, по которым он должен был сделать всё возможное, чтобы сбежать от этой безумной женщины, но все эти причины становились всё более бессмысленными, если смотреть на тот факт, что она действительно хотела его. — Останься со мной, — сказала она, её голос привёл Гарри в растущее чувство удовлетворения, — я буду тем, чего у тебя никогда не было. Гарри понравилось, как это звучит.

[-<•>-]

Рабастан, самый высокий из двух мужчин, поспешно провёл Гарри в другую комнату. Его относительно осторожно протолкнули в большие двери, прежде чем они тихо закрылись за ним. Комната, в которой теперь оказался Гарри, была большой и пустой, если не считать большого камина и съёжившегося в углу невысокого приземистого человека. Лицо этого человека напомнило Пирса. Посреди комнаты напротив низкого зелёного камина стояло большое кресло с высокой спинкой. Гарри поёрзал, чувствуя себя невероятно неудобно без ощущения тепла Лютена. Он ощутил, как что-то шевелится, что-то глубокое в его разуме, что утешало его тело. Он расслабился, скорее против своей воли, но внезапно что-то щёлкнуло, чувствовал себя ненормально правильно в этой комнате. Это напугало его, хотя он не хотел это показывать. — Я чую добычу, — шептал отчётливо женский тихий голос, похожий на голос питона, которого несколько жизней назад Гарри случайно освободил. Раздалось мягкое шарканье, знакомый звук чешуек, скользящих по ковру, и из-за камина выглянула самая большая змея, которую Гарри когда-либо видел и посмотрела на него глазами, которые, казалось, светились. — Детёныш. Большой детёныш, — она фыркнула, — Сложно будет съесть. Мужчина в углу тихо захныкал, шевелясь и выглядя испуганным. — Зачем тебя сюда привели? — голос был хриплым и в то же время высоким. По спине Гарри пробежала дрожь страха. Он сглотнул и каким-то необъяснимым образом понял. Это был Лорд Волдеморт. Гарри не знал, что делать. Ему казалось, что он сейчас заплачет. — Дай мне съесть его, — прошипела большая змея. — Зачем, — требовательно повторил вопрос Волдеморт — в том, что это был он, Гарри не сомневался, — тебя сюда привели? Гарри ёрзал под непоколебимым взглядом огромной змеи, которая следила за каждым его движением. На краю сознания всплыли слова Лютена: «Сделай себя необходимым.» Гарри выпрямился, успокаиваясь вздохнул и согнал свой ужас. Он знал, что сказать. — Меня зовут Гарри Поттер и у тебя красивые чешуи, — Гарри знал, что Лютену всегда нравились комплименты по поводу его охотничьего мастерства. — Твои глаза, должно быть, очень хорошо пугают добычу. Змея отпрянула так внезапно и неожиданно, что казалось, что она собирается удрать. Она приподнялась, высоко поднялась, почти до плеча Гарри и несколько раз попробовала воздух, словно пытаясь понять, что только что произошло. — Гарри Поттер… — протянул Волдеморт, будто бы смакуя слова. — И ты говоришь на парселтанге. Очаровательно. — Ты не добыча, — решила змея, опускаясь и скользя к Гарри. Она снова с любопытством попробовала воздух. — Ты говоришь. Ты знаешь других, которые говорят? — У меня есть близкий друг. Его чешуя тёмная, а удар молниеносен, — сказал Гарри, с каждой минутой чувствуя себя всё более комфортно. Змея казалась довольной и повернулась, чтобы скользнуть обратно к камину, где было тепло. — Гарри Поттер, — снова прошипел Волдеморт. Теперь его голос звучал иначе. Это звучало почти так, как будто он смеялся, — Мальчик-Который-Выжил. — Н-нет, — выпалил Гарри, на этот раз по-английски. Он сделал несколько бессознательных шагов вперёд, несмотря на то, что его разум кричал: «БЕГИ!». — Это… это Скайлар. — Ты думаешь, — начал Волдеморт холодным голосом, отчего у Гарри снова пробежал мурашки по спине. — Что я не знаю, какого ребёнка я пытался убить? Гарри почувствовал тяжесть на своих плечах. — Скайлар… — Нет, — засмеялся Волдеморт. Гарри понятия не имел, что в этой ситуации было смешного. — Старый дурак… ошибся. Дамблдор ошибся. Скайлар не был особенным. С самого начала Скайлар никогда не была особенным. Гарри никогда не должен был… Он не мог осмыслить это. Лили и Джеймс ошибались, все ошибались. Мужчина в углу, казалось, нашёл свой позвоночник. Он усмехнулся, тоже находя ситуацию забавной. Он издал серию гнусавых смешков, которые раздражали больше, чем Гарри мог ожидать. Гарри выбросили… а он должен был быть защищён! Внезапно Гарри почувствовал, как волна неописуемой ярости захлестнула его. Депрессия, гнев и мощная ненависть к себе захлестнули его, и пока невысокий, лысеющий мужчина продолжал раздражающий смеяться над несчастьем мальчика, Гарри почувствовал, что хочет причинить кому-то боль. Гарри как будто со стороны наблюдал, как лысеющий мужчина перестал смеяться и ахнул. Его глаза выпучились. Он упал на пол, всё его тело подёргивалось, содрогаясь от спазмов. Он тяжело дышал, но не мог кричать, не мог издать ни звука. Дамблдор ошибся, жизнь Гарри была ложью. Комната наполнилась пронзительным смехом, нарушившим концентрацию Гарри. Гарри моргнул, гудение в его ушах прекратилось, и ныне хнычущий на полу мужчина облегчённо вздохнул. Гарри понял, что сделал. Он был зол и хотел причинить боль. — Такой высокий потенциал, — подумал Волдеморт вслух. Маленькая костлявая рука медленно постучала по подлокотнику, и теперь Гарри задумался, почему Волдеморт не повернулся к нему лицом. Что-то в этой руке выглядело не так… — Нагини, приведи… — Волдеморт внезапно остановился. — Мальчик! Гарри вздрогнул, паника снова нарастала. Затем что-то взорвалось у него в голове, и Гарри упал на землю, схватившись за лоб обеими руками. Что-то двигалось в его сознании, принося жгучую боль, прежде чем оно внезапно сменилось на успокаивающе и расслабляющее, как дождь на обжигающей коже, ощущение. Гарри ошеломлённо моргнул, чувствуя, как по его лицу текут слёзы. Большая змея, теперь он знал, что её зовут Нагини, была очень близка к лицу Гарри, пристально глядя на него сверху вниз. — Нагини, приведи Беллатрикс. Она покажет нашему новому… гостю его новый дом. Гарри отстранёно размышлял, как большая змея собирается общаться с ведьмой. — Теперь ты друг, — Нагини довольно зашипела, скользнула к двери и толкнула её своей тупой мордой. — Ещё и детёныш, на мою голову. Придётся учить тебя охотиться. Лысеющий мужчина всё ещё дёргался на полу, оставив Гарри наедине с существом в кресле. Каким-то образом та его часть, которая чувствовала себя расслабленной, внезапно обрела смысл. Гарри не мог этого объяснить, но какая-то его часть чувствовала себя так спокойно в присутствии Волдеморта, что шептала милые глупости о том, что это правильно быть здесь. Его разум был в смятении. Скайлару суждено было стать Избранным мальчиком. Скайлару пророчили стать Избранным. Это никогда не был Гарри. Это никогда не был Гарри. Прозрение, наконец, погрузилось в глубину разума Гарри — все разветвления информации поразили его в один ясный момент. Он заставил человека с крысиным лицом умолять о пощаде.