Antithesis

Где Гермиона в отчаянии, Адриан отказывает Драко, встречает Калума и теряет время

Сириус Блэк, глава сектора авроров, а также близкий друг Джеймса Поттера, вместе с Лили Поттер, специалистом по оберегам и заклинаниям, отправились в Хогвартс на следующий день после того, как тролль был схвачен. Тролль был найден через три коридора от гостиной Слизерина. Каким-то образом всем стало известно, что ему нанесли ожоги второй степени на руки, вывихнули правое плечо, а также, что он получил лёгкое сотрясение мозга. Тролль был осторожно зачарован и доставлен небольшой командой авроров в неизвестное место. Тот факт, что травмы тролля стали достоянием общественности, быстро заставил студентов бесконтрольно измениться. Студенты стали подозрительно относиться друг к другу, а напряженность между домами приближалась к критической. Даже Хаффлпафф начал грызся с Рейвенкло тем временем, как один старшекурсник Гриффиндора на днях оказался в больничном крыле после того, как скатился по лестнице. Адриан был благодарен Лютену, что не укусил это существо, если бы всё-таки он сорвался, то круг подозреваемых сузился бы. Драко находил ситуацию забавной, особенно увеличило его самодовольство то, что Адриан наконец попал под гнев Снейпа. Адриан чуть не получил наказание за то, что ворвался в гостиную в такой неподходящий момент. Единственная причина, по которой он не был покаран на месте, была его безупречная репутация. Как только тролль невзирая на официальные заявления был найден с ожогами, начались шепотки. Его таинственное опоздание наряду с травмами тролля сделало его единственной мишенью для подозрений в глазах его товарищей по дому. Конечно, в замке, полного студентами, некоторые из которых по закону могут считаться взрослыми, со стороны преподавателей и авроров было бы глупо допрашивать одиннадцатилетнего мальчика. Это не остановило Драко, который считал своей личной миссией узнать правду от Адриана. — Забавно, что в замке оказался тролль, — протянул Драко, продвигая шахматную фигуру на одну клетку вперёд. Блейз нахмурился и глядя на своего противника, быстро думал, как противостоять этому ходу. — Наверное, потребовалось какое-то очень мощное заклинание, — заметил Тео, выглядя так же нервно, как всегда. — Вряд ли тролль так изловчился, что снял его. — Если бы это было заклинание, — Драко замолчал, его серебряные глаза снова скользнули по Адриану и его записной книжке в которой хранилась информация по его торговле. — Вы все упускаете суть, — вздохнул Адриан, двумя пальцами рассеянно переворачивая страницу. — Кто-то, не студент или преподаватель, провёл живого горного тролля в Хогвартс мимо защиты. Блейз закатил глаза. — Успокойся, Гарри. Адриан внезапно, напрягая всё своё тело, дёрнулся. — Как ты меня назвал? — спросил он, несмотря на нарастающую волну беспокойства и ярости стараясь казаться небрежным. Его ноги судорожно напряглись в грубой попытке удержаться от прыжка и удара по лицу соседа. Как Адриан хотел видеть, как Блейз задыхается — этот сценарий промелькнул перед его глазами: Адриан с примитивным рычанием сжимает его горло… Блейз лениво моргнул, ему стало скучно. — Гарри. Тебя зовут (Г)Адрианус, не так ли? Сокращение Адриан устаревшее. — А мне кстати нравится эта маггловская верс… — Тео вздрогнул при виде лица Адриана и быстро поменял своё мнение: — то есть, э-э-э, нет? — Ты меняешься комнатой с Ноттом. Блейз замолчал. — Как чёрт возьми, я… — Колтелло, — прошипел Адриан, с треском захлопнув книгу. Его сдерживаемая ярость рисковала вырваться наружу выльясь в жестокость. Глаза Блейза расширились, а ноздри раздулись. — Нет? — спросил Адриан подозрительно высоким голосом. Челюсть Блейза напряглась, но он резко кивнув согласился. Не подозревая об опасности приближения, старшекурсник вышел вперёд с другой стороны гостиной Слизерина. — Адриан Селвин? — либо высокомерный, либо ненаблюдательный, старшекурсник небрежно обратился к группе. Тео безмолвно указал на Адриана, его худое лицо всё ещё выражало лёгкую тревогу. Блейз оправился первым, громко застонав от разочарования, когда Драко снова загнал его в угол. Вопрос будто бы разрушил невысказанное заклинание, атмосфера треснула и растворилась. — Чем могу помочь? — монотонно спросил Адриан, расслабляя сжатые кулаки и трижды моргая, чтобы прийти в себя. — Ты делаешь что-то для людей, верно? — спросил мальчик, чувствуя себя неловко, поскольку он только что понял, насколько немногословны были все четверо. Адриан слегка кивнул, подтверждая то, что уже было почти общеизвестно. — Не мог бы ты встретиться с этим, э-э, таким же студентом и сделать кое-что для меня? — спросил мальчик, пытаясь скрыть инстинктивное смещение веса. Учитывая, насколько сомнительно это звучало, не потребовалось долго гадать, кого имел ввиду парень. — Я должен нанести визит Калуму? — Адриан вздохнул. — Я не делаю ничего от великодушия своего сердца. — Какого сердца? — пробормотал Драко, перемещая ладью, чтобы съесть коня Блейза. Мальчик покраснел от смущения или раздражения. Он полез в сумку, по видимому зачарованную на расширение пространства. Погрузив руку до локтя в глубину коричневого мешка, он достал свёрток, завернутый в коричневую бумагу. — Два флакона зелья сна без сновидений, мне удалось их недавно спереть из больничного крыла. Они всё ещё хороши, — посоветовал мальчик, Адриан сорвал сверток и рассеянно потрогал бумажную окантовку. — Разве старшеклассники не умеют их варить? — Адриан приподнял бровь, разочарованный предложением: — Чем это лучше, чем то, что я могу и так получить? — Это зелья Помфри, — ошеломлённо моргнул мальчик, — она получает их из Святого Мунго! Адриан подозревал, что она закупает у компании-поставщика зелий, а не напрямую у Святого Мунго. Что даже лучше. Было бы неплохо иметь высококачественные зелья, а не полагаться на зельеварские способности студентов. Адриан положил свёрток рядом с собой на диван, достал палочку и изящно протянул её концом в сторону слизеринца. Тот сначала растерялся, но потом неловко протянул свою. — Peddlemus. Я буду придерживаться нашей сделки. Когда и где? — Адриан продолжал расспрос, пока не получил всю нужную ему информацию. После допроса он уже знал, что слизеринца зовут Дириком. — Это то, что ты делаешь? — спросил Драко, гораздо более заинтересованный, увидев этот обмен воочию. — Работаешь за копейки? — На данный момент я заработал более пятидесяти галеонов, и это даже не каникулы, — заметил Адриан, приподняв бровь от ошеломлённого выражения Драко. — Это отличный бизнес.

[-<•>-]

Адриан быстро и аккуратно поднялся по ступеням. Его обувь, уже с мягкой подошвой, позволяла ему практически бесшумно подниматься по ступеням. Достигнув вершины лестницы, он повернул направо и увидел слабый отблеск заходящего солнца, освещающий крытый мост. Высокая фигура прислонилась к одной из арок, глядя на Чёрное озеро. — Давно не виделись, Калум, — Адриан вежливо улыбнулся, проходя мимо точек с чарами обогрева. Холод скорой зимы безжалостно пробивал его плащ. Калум резко повернулся, нахмурившись, глядя на Адриана. — Что ты здесь делаешь, малыш? — Дирик передаёт привет, — объяснил Адриан, протягивая два галеона, которые Калум неуверенно схватил. В свою очередь, Калум вытащил и передал два флакона с чем-то тёмным. Адриан своими мелкими на фоне парня руками схватил колбы. — Осторожно, это всё, что у меня есть, — предупредил Калум. — Хорошо, зельедилер, — Адриан усмехнулся, сунув два флакона в карман. Калум нахмурился, собираясь сказать что-то ещё. Вместо этого он пронёсся мимо Адриана обратно в тепло замка. Адриан последовал за ним вскоре после этого, хотя вид с моста был потрясающим. К сожалению, он был не в подходящей по погоде одежде, так бы остался полюбоваться. Он спускался по лестнице, когда столкнулся с Гермионой. Девушка быстро покраснела, но казалась самодовольной решимостью. — Адриан, — фыркнула она, драматично кладя руки на бедра, что напомнило ему Драко. — Я хочу сделать ставку! Адриан моргнул, сильнее сжимая пузырьки в кармане. — Сделку. Я заключаю сделки. У тебя есть деньги? Она мгновенно сдулась, гриффиндорская бравада покинула её тело также быстро, как вода раковину после того, как вытащили пробку. Она закусила губу — ужасная привычка с такими зубами, как у неё, — нерешительно качая головой. Адриан почувствовал прилив отвращения, неужели люди и вправду не могут контролировать своё выражение лица? Белла послала бы ему что-нибудь незабываемое, если бы он хоть раз попробовал так скорчиться. — Я могу заключать сделки с оплатой в виде услуг. Что тебе нужно? — спросил Адриан, с любопытством наклонив голову. — Я… я пытаюсь найти что-нибудь про имя, — она неуверенно закусила губу. Похоже, у неё не было причин давать ему больше информации, пока у них не было согласия. Адриан вытащил свою палочку и протянул Гермионе конец. — Держи кончик, я наложу заклинание. Если я тебе не смогу помочь, то не ты будешь обязана в будущем мне помогать, — Гермиона кивнула и осторожно приложила его палочку к своей. — Peddlemus. Её глаза расширились, когда она почувствовала тёплое покалывание, Адриан сунул палочку обратно в карман. — В чём нужна помощь? — Николас Фламель, — выпалила, слишком жаждущая его помощи, Гермиона. — Я… я знаю имя, но не могу вспомнить, откуда! Фламель, Адриан вспомнил это имя. Древний человек работал вместе с тёзкой Лютена, обычно он создавал заклинания для трансмутации. Ингредиенты для алхимии и металлургии. — Я узнаю. Где находится гостиная Гриффиндора? — спокойно спросил Адриан, Гермиона послушно объяснила, что комната находится за портретом Полной дамы, рядом с лестничными клетками. Теперь всё, что нужно было сделать Адриану, — это выяснить, почему Фламель был настолько важен, что Гермиона заключила с ним сделку.

[-<•>-]

Адриан двигался в сторону большого красного поезда, готового отвезти студентов обратно на станцию Кингс-Кросс. Снег только начал сыпаться — приятное зрелище, которое Адриан видел редко с тех пор, как переехал из Северной Шотландии на Юг Англии. Он отвёл глаза, когда вылез из кареты. Фестралы громко фыркали, но пар из их ноздрей не поднимался. Адриан снова нашёл для себя одиночное купе. На этот раз он волочил за собой свой сундук, лёгкий и слегка уменьшенный для лучшего маневрирования. — Едем домой? — спросил Лютен, осматривая купе и дико щёлкая языком. — Домашние крысы на вкус лучше. — Ты избалован, — пробормотал Адриан себе под нос и полез в карман, чтобы достать перо, которое он сломал заснув ночью в библиотеке. Он расслабленно крутил стержень, раскалывая лопасти между пальцами. Он осторожно потянул за шелестящий шёпот под кожей, пальцы покалывали, пока почти не обожглись прямо под ногтевыми ложами; перо зашипело, изменяясь и искажаясь в гротескной медленной трансформации. Острые края дрожали, прежде чем окраситься в коричневый цвет. Масса пера увеличивалась, а затем сжималась, пузырясь на поверхности, как неудавшиеся зелья Крэбба. Он содрогнулся от неуклюжей мешанины магии, чего-то дикого и безудержного, вынужденного и скованного, чтобы подчиняться сосредоточенности и желанию Адриана. Он осел и быстро остыл, полностью и безвольно лежа в позе мёртвой мыши. Ну и если говорить о мыши, то давно было пора покормить Лютена. Змей тут же почувствовал запах добычи, его голова повернулась и заколебалась, когда язык просунулся в маленькую дырочку во фронтальной челюсти и начал непрерывно дёргаться. Адриан безмолвно улыбнулся, его разум был насыщен, как и не немного истощен, адреналиновым возбуждением, возникшим после высвобождения магии. Прошло мучительно много времени с тех пор, как он мог давать свободу своей магии и делать что-то ради своего удовольствия. — Моя? — нетерпеливо спросил Лютен, инстинктивно танцуя в ожидании грызуна. — Моя, даже если ты скажешь «нет». Она моя. Дверь открылась. Вошедший стал свидетелем милой картину расцепляющейся челюсти Лютена и поглощения им безвольного грызуна, а также озадачивающей беззаботной улыбки на лице Адриана. — Чёрт, — выдохнул Драко, — это омерзительней, чем тройная отработка с Филчем. Улыбка Адриана мгновенно пропала, а выражение его лица вернулось к нормальному оттенку затуманенного тупика. Он повернул голову, бросив на Драко один из самых сухих взглядов; волосы Адриана всё ещё были взлохмачены, что частично подорвало его вновь обретённое самообладание. — Почему ты здесь? — поняв, что Адриан проигнорировал вопрос Драко, некоторое время понаблюдав за Лютеном, сел на сиденье напротив однокурсника. — Мой отец каждый год устраивает бал в честь Йоля, — Драко вздрогнул, высоко подняв голову. — Я не смогу присутствовать, — оборвал его Адриан Драко, поспешно добавив: — Ничего оскорбительного в адрес твоего благородного дома. Это было бы приятно, хотя, к сожалению, в моей семье традиции Йоля более… — Адриан замолчал, прежде чем криво улыбнуться. — Это трудно объяснить. Глаза Драко затуманились, хотя он понимающе кивнул. Он встал чопорным и правильным, а затем подошёл к дверям купе и там остановился. — Я с нетерпением жду подарков на праздники от тебя, Адриан. Очевидно, они будут взаимны. Адриан едва заметно кивнул. — Очевидно.

[-<•>-]

Адриан был встречен в доме Лестрейнджей с громким визгом Беллы и грубым приветствием её мужа с зятем. Беллатрикс столь же взволновано, сколь и грубо схватила его руку, что на его коже вскоре появились синяки. Он ненадолго вырвал конечность, сделав шаг назад, когда глаза Беллатрикс скользнули по его лицу, чтобы увидеть его новую внешность. — Твои волосы слишком длинные, — она прищурилась, грубо схватив длинные пряди, которые он заправлял назад, чтобы они не закрывали обзор. — Ты похудел? — Вряд ли, учитывая невероятное количество пудинга и пирожных при каждом приёме пищи, — возразил Адриан, заставив Беллатрикс изогнуться от радости. Она была нетерпеливой, уже накладывая заклинания вверх на скрипящие и стонущие опоры над их головой. Адриан держал при себе палочку, готовый в случае чего спасти их, если заклинание Беллы всё-таки сломает крышу. Хедвиг с радостью вернулась и устроилась на ночлег в совятне. Она даже ворвалась в столовую и доставила Лютену ещё дышащую мышь, чтобы выразить своё удовлетворение. Змей поел раньше, но Хедвиг не возражала против его отказа, она и сама с удовольствием подкрепилась живой крысой. Йольские праздники не были особенно насыщенными, хотя по сравнению с ежедневным расписанием Хогвартса они были наполнены непрерывной серией уроков и драк. Беллатрикс лично была непреклонна в том, что Адриан забыл всё, что ему удалось узнать, и не торопилась снимать болезненные проклятия, пока Адриан не начинал хныкать на земле. На третий день зимних каникул Адриану удалось применить оглушающее заклинание, хотя оно было элементарным и слабым по силе, оно застало Беллу врасплох настолько, что красный луч чиркнул её по локтю и заставило её улететь на несколько метров. На четвёртый день она была полна решимости сверлить ему голову этим заклинание до тех пор, пока оно не станет для него интуитивным, независимо от того, сколько раз ей придётся его будить. Адриан рухнул на землю, схватившись рукой за кровоточащее от проклятья плечо. Беллатрикс скрестила ноги и с жестоким взглядом в глазах села прямо напротив него. Она ткнула пальцем в его рану, игнорируя шипение боли, и слизнула кровь с своих тёмных ногтей. — Твой отец хочет, чтобы ты изучил окклюменцию, — после этого сообщения Адриан замер; боль в руке внезапно стала очень далёкой. — Что? — выдохнул он, подтягивая колени к груди и осторожно сжимая их. — Я не знаю, как это сделать, — призналась Беллатрикс, — он сказал, что твой мозг слишком… — её глаза загорелись сводящим с ума огнем, — слишком сбивающий с толку. — Когда я должен обучиться ей? — Адриан сглотнул, чувствуя, как тревога поднимается у него в горле и тошнотворно гудит в животе. — Сколько у меня времени? — Лето? — неуверенно сказала она, наклонив голову и прищурившись. — До лета, я думаю. — Совсем не много, — прошептал Адриан, сжав руку в кулак. Беллатрикс вела себя так, будто информация не была новой, она могла бы дать ему больше времени. Она могла бы сказать ему. Он почти почувствовал, как что-то появилось в его глазах, что-то тёмное, скрывшее его обычный взгляд. Он посмотрел на Беллу, так глубоко холодно и, щёлкнув костяшкой пальцев, она внезапно оказалась в ловушке хаотической смеси криков и смеха. — Почему ты не сказала мне раньше? — выдохнул Адриан, что-то среднее между истерией и яростью. — Ты могла бы дать мне больше времени. Он отпустил её, давление исчезло, когда руки, давившие на его череп, ослабили хватку. Она упала на землю, продолжая смеяться, хотя только что казалась запыхавшейся. — Потому что, — её голос бурлил из-за до сих пор подёргивающихся губ, — это забавно, когда ты делаешь это. — Думаешь, это смешно? — спросил Адриан поразительно холодным голосом; он повернул голову, пытаясь заставить её шею сжаться, но долгие секунды ничего не происходило. Наконец у него вышло надавить на её глотку, в его груди начало что-то сжиматься, когда её дыхание заблокировалось. Она корчилась на земле, не в силах смеяться, ибо воздух вырывался из её лёгких. — Ты меня подставила, Лейстрейндж, — голос Адриана был столь же ледяным, как и дрожащим. Он отпустил её и ушёл.

[-<•>-]

Рождество Адриан провёл с Лютеном, устроившись на тёплом ковре тем временем, как Хедвиг ухала с ветвей отвратительно большого дерева в гостиной. Рудольфус и Рабастан часто пропадали в дни, предшествующие празднику, очевидно, с заданиями по вербовке или шантажу волшебников. На Рождество у них были сломанные кости и почерневшие глаза, они оба находились в разной степени исцеления. — Давай проигнорируем это, — выдернула из размышлений мальчика Беллатрикс, подвигая ему опасную на вид коробку. — Открой её! Адриан так и сделал, потянул за ленту, чтобы развязать бумагу. Это был ящик, а внутри был единственный ключ. Он вопросительно поднял его. Беллатрикс пояснила, что это ключ от дома её детства. Она не понимала стремление Адриана к каждой книге в его поле зрения, но зато могла дать доступ к огромной коллекции фолиантов и свитков, принадлежавших семье Блэк. Рудольфус подарил ему дневник, толстый и чёрный. Адриан немедленно назначил его для записи всех заключенных им сделок. В комплекте к дневнику от Рудольфуса шло много самых разнообразных вещей, что было мило, но демонстрировало абсолютное незнание Адриана. Носки, пара новых ботинок, угощение для Хедвиг и зелье для Лютена, которое помогает во время сброса чешуи. Рабастан пошёл немного дальше, подарив ему чернильницу, сделанную из когтя какого-то волшебного существа, и коллекцию зелий в маленьких пузырьках; скорее всего, это были не очень милые зелья. Был ещё один подарок в маленькой коробке с серебристой тисненой бумагой. Как только Адриан разглядел коробку поближе он понял, что узоры на бумаге были сделаны из павлиньих перьев. — От Малфоя? — спросил Адриан, взглянув на Беллу, которая пожала плечами и посмотрела на газету. Адриан открыл её, снимая чёрную крышку, пока не заметил мерцающую чёрную ткань. Он осторожно вытащил её, ткань ощущалась почти как шёлк, но, вероятно, была намного прочнее. — Зачем Малфою дарить мне что-то подобное? Он вынул всю ткань из ящика, застыв, когда расшифровал витиеватый почерк на пергаменте в самом низу коробки. ‘Ты ещё покажешь свою ценность.’ Подарок не был подписан, да и не обязательно. Он вытащил ткань и развернул, это была мантия. Отделка была серебряной, с застежками из слоновой кости, похожими на маски Пожирателей Смерти. Низ мантии был в несветлых узорах и касался пола. Вряд ли она сможет испачкаться от соприкосновения с грязью. Материал внутри был шелковистым и пугающе холодным по сравнению с остальной мантией. — Адриан, — сказала Беллатрикс низким голосом, наклоняясь, чтобы он её услышал, — Тёмный Лорд назвал тебя своим преемником, — её губы почти коснулись его уха. Адриан почувствовал, как толстые спирали чего-то под его кожей сжимаются от напряжения, словно змея, готовая нанести удар. В конце концов, он оказался вне времени.