Вместе сильнее

      Да, Изуку согласился съездить завтра домой к Бакуго, чтобы всё объяснить его маме, взбешённой вышедшим из-под контроля приколом. Реально, а не перестарался ли? Если честно, немного переживаю, что я ей скажу… Хотя она прекрасно знает, какой у неё дикий сын, который постоянно доставал меня своими нападками, я думаю, узнав, что это просто моя проделка — ничего плохого мне за это не выскажет. Разве что, скажет, что засунутая в рот сигарета была огромным перебором. А пока вечер ещё не закончился, и предложенное Бакуго действие, которое окончательно скрепит их договор о сохранении будущего нейтралитета — вдруг оказалось просто ужасным. Деку до вступления всё волновался, как бы ему снова не попасть в какую-нибудь передрягу… Собственно, именно неприятностей он и отхватил, ведь Кацуки, с плохо скрываемым злорадством в голосе, сообщил, что им нужно выполнить это.       А что? Кацуки сегодня стал звездой города, а им с Шинсо предстоит стать всего-лишь звёздами академии ЮЭЙ. Ведь дресс-код свободный, приходите в чём хотите.       И они пришли.

21:49, танцевальный зал, вечеринка, посвящённая вступившим первогодкам

      Бакуго нашёл связи, узнал, где можно достать ещё один костюм горничной и кошачьи ушки на территории ЮЭЙ, ведь академия — огромная, здесь периодически проводятся ученические разнообразные представления и концерты. В школьной гримёрке оказались нужные предметы.       Кацуки остался в общежитии, попросив Мидорию вести трансляцию из зала, чтобы знать наверняка, что эти два дебила выполнили часть своего обещания, которое гарантировало для всех в последствии спокойные годы обучения без издевательств со стороны блондина.       А они и правда вошли в зал. Эпично в распахнутых дверях появились два силуэта — один повыше и крепче, другой — пониже и тоньше. Из открытой двери начал медленно выползать на улицу туман, скрывающий ноги веселившихся учеников, выпускаемый из специальных машин и служащий исключительно для создания тусовочной атмосферы. Шинсо своим коронным безразличным взглядом осмотрел всех в одно мгновение: заулыбавшихся танцоров, просто застенчиво стоявших в стороне ребят, и обсуждающих что-то своё небольших компаний школьников. Мидория же растерянно опустил голову, показывая часть вечеринки Бакуго по телефону.       — Чё встали?! Дальше идите! — Заорал Бакуго так громко, что его слышали не только Мидория с Шинсо, а ещё несколько рядом стоявших учеников.       Среди толпы пошли шорохи и забавные смешки в сторону вновь пришедших. Мидория внутри был жутко подавлен. Бакуго тупица, сравнил, то ли его в городе в этих тряпках видели, то ли мы здесь — в школе! Где каждый потом будет тыкать в нас пальцем, о боже. Стыд. Позор. А может, не стоило вообще мириться с ним этой ценой? Может, всё вообще станет куда хуже из-за этой выходки? Шинсо улыбнулся Мидории и подмигнул.       — Забей, давай повеселимся лучше, музыка классная, — крикнул Шинсо Деку на ухо: голоса было плохо слышно из-за громких музыкальных басов.       — Реально, послушай этого бледного, — подбодрил Бакуго Изуку с издёвкой. — Ого, у вас первые фанаты! — Кацуки залился смехом, когда к ним направились несколько одноклассниц.       — Мидория, Шинсо! Ах-ах-ха! — Девушки начали осматривать мальчиков, наряженных в костюмы горничных, к тому же с ободками в виде кошачьих ушей. — Ребята, у вас такие взрывные образы, дайте с вами сфоткаться!       Девочки ободрили парней и сделали с ними несколько селфи. Хитоши, кажется, быстро примирился со своим костюмом и перестал обращать на него внимание. Он в этом наряде выглядел куда лучше Изуку, на котором костюм слегка болтался из-за недонабранной мышечной массы. Изуку выдавливал из себя улыбку на камеру, но никак не мог прийти в себя, когда рядом стали появляться всё новые люди, просящие их ники в инстаграме, чтобы отметить их для своих публикаций. Они правда не стремятся унизить нас? Они смеются, но не по злому, им всё это нравится. Чёрт возьми, они спокойно отнеслись к этому приколу! Бакуго по другую сторону телефона начинал раздражаться планом, вышедшим из-под контроля. Вообще-то, честно говоря, срать он хотел, что там произойдёт с репутацией парней после этой вечеринки — то ли она упадёт на дно, то ли вырастет, ему по барабану, он просто хотел чтобы они испытали его участь. И действительно, слава всем богам мира, что он не помнил, что помимо хождения в этом костюме, ему приходилось неоднократно бранить себя и танцевать всякие странные детские и взрослые танцы. Телефон Изуку хранил в себе всё, а голова Бакуго помнила лишь то, что он был одет в эти, задевающие его мужское достоинство, тряпки.       Шинсо танцевал в кругу небольшой группы людей из параллельных классов, веселящихся и снимающих его на видео. В какой-то момент он вырвался за круг и, хватая Мидорию за запястье, вывел танцевать вместе. Деку сгорал от стыда, как-то неловко двигаясь, пытаясь повторять движения друга, который уже давно вошёл во вкус. Никто не унижал их, никто не говорил, что они — полные кретины, что они выглядят как гомосеки, что они — дно. Все только веселились, подначивали их к более интенсивным танцам, и с лёгкостью присоединялись к их движу. Одна из девочек настолько вдохновилась их поступком, что с помощью своей причуды создала несколько кошачьих ободков и раздала их всем желающим юным танцорам. Это же кошачья вечеринка, получается!       Кацуки поставил свой телефон с трансляцией на тумбу, устав держать телефон в руке, и продолжал с интересом наблюдать за тем, что будет дальше. Блондин никак не ожидал того, что, вступив в ЮЭЙ, слабак Изуку сразу же покажет свои, скрываемые многие годы за закрытым ртом, клыки. Мысль, что всё это время Мидория прятал от него свой настоящий потенциал, приводила Кацуки в ярость и одновременно давала чувство какой-то удовлетворённости, что с этим придурком ещё не всё кончено, что он годится на гораздо большее, чем кажется на первый взгляд. Чёртов Деку утёр ему нос, поравнялся с ним. Разумеется, всё не за счёт себя, многие коррективы внёс Шинсо, видимо, нехило подняв Изуку самооценку и дав понять, что он поможет тому во всех начинаниях.       — Что ж, они точно — два пидора. Пусть идут с миром, — подытожил Кацуки про себя. — Я всё равно круче, нет смысла обращать на них внимание.       Яркие вспышки и синие, зелёные, жёлтые, красные фонари диско-шара ярко освещали огромный зал, кружась вокруг своей оси, и кружа всех присутствующих. Громкая музыка заглушала дальние чужие разговоры, Шинсо и Изуку продолжали танцевать, уже оба, улыбаясь искренне, ценя этот странный, но очень весёлый и приятный момент. Иногда телефон, оставленный на углу столика-буфета, который вёл непрекращающуюся трансляцию, заслоняли мимо проходящие люди, и Бакуго начинал беситься, пока в один момент просто не выключил звонок с Изуку, оставляя раннюю злобу и унижения в его счёт где-то позади.       Он больше не обращал внимания на этих двоих, навсегда оставив насмешки далеко в прошлом. Отныне он был равнодушен к этим двоим, но посты в инстаграме, почему-то, всё равно лайкал и был подписан на обоих.       Деку так сильно боялся при поступлении в ЮЭЙ ввязаться в неприятности, навсегда портящие его будущую репутацию и возвращающие на прошлый путь — школьный буллинг. Но они Шинсо ввязались во что-то похожее вместе, Изуку больше не был один. И дорога эта была не столь печальная, как ранее, а напротив, очень даже привлекательная. Дорога обучения, в которой было всё самое лучшее: полно поддержки, друзей, интересных тусовок и прогулок.       Хитоши с Мидорией не просто вошли в ЮЭЙ, они ворвались мощнейше.