На темной стороне

Небольшая кофейня выдержанная в молочном цвете показалась Гарри очень уютной. Раньше он никогда не был в подобных заведениях: своих денег у мальчика никогда не было, потому как всякие подработки были строго запрещены, а просто так ему денег никогда не давали. Кто ж знал, что достаточно узнать о существовании магии прямо у него под боком, чтобы стать богачом. Он вопросительно посмотрел на Марволо, которому явно не в новинку было посещать такие высококлассные места. Колдун повёл его за собой и усадил за один из небольших деревянных столов. Через полминуты не напряженного молчания, заполненного улыбками и переглядываниями, к ним подошла симпатичная официантка с бейджиком «Эльвира» на груди. Волшебник широко и весело улыбнулся ей, заказывая полноценный обед и два молочных коктейля. Когда девушка ушла, Гарри спросил: «Расскажешь, кто такой этот Дамбледор, о котором ты говорил Дурслям?» Вообще-то, вопросов было много, любопытство переполняло мальчишку, но он решил не доставать Марволо своими долгими расспросами и начать с малого. -- Его зовут Дамблдор. Так зовут человека, который оставил тебя Дурслям в ту Хэллоуинскую ночь, когда Лили и Джеймс Поттеры скончались. Я понимаю твоё любопытство, но вряд ли сразу соображу, что стоит тебе сказать, так что не стесняйся задавать вопросы. -- А кто такой этот… Дамблдор, правильно? -- Он и есть тот мой недруг и старый манипулятор, о котором я тебе говорил. Заодно он директор единственной в Англии «Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс», в которую ты отправишься, когда тебе исполнится одиннадцать. Кроме того, в странах Европы есть ещё несколько волшебных школ. Наиболее известны французский Шармбатон, болгарский Дурмстранг, немецкий Лицей и русский Колдотворец. Но лично я учился в Хогвартсе, и уровень образования там аховый. Так что я найду тебе учителей, и в школу ты поедешь хорошо подготовленным. -- Здорово! А какие дисциплины нужно будет изучать? -- За эти два года тебе придётся выучить заклинания, трансфигурацию, то есть превращение одного предмета в другой, анимагию, это перевоплощение в животное, латынь, на которой говорят все ученые мира, основные виды магических существ, травологию, астрономию, тёмные и светлые искусства и защиту от них, расоведение, философию, зельеварение, легелименцию и оклюменцию, это про чтение мыслей, ведение бизнеса, управление родом, дуэлинг, владение кинжалом, мечом и ещё одним видом оружия на твой выбор. Ну и другие немагические науки вроде химии, физики, математики, биологии, английского и ещё одного иностранного на выбор, информатики, права обоих миров, географию мира, рисование, игра на музыкальном инструменте и, конечно, этикет. – На мальчишку жалко было смотреть. Казалось, что по нему сверху проехал катафалк, вышибив весь дух. Он так жалобно посмотрел на своего будущего мучителя, что Марволо всё-таки пояснил: «Часть этих знаний я смогу вживить в твою голову автоматически, хотя так обычно не делают, скажем, этикет тебе останется только попрактиковать, так же, как географию и некоторые другие. Не тушуйся, у нас есть больше двух лет, успеешь всё выучить! -- А что из этого мне нужно будет в Хогвартсе? – робко спросил Гарри. -- Нужно- всё, но учить будут мало и некомпетентно. Кстати о школе, в ней есть распределение на четыре факультета по чертам характера: Гриффиндор для храбрых и отчаянных, готовых голову положить за правое дело, Пуффендуй для старательных, верных, они – отличные работники, Когтевран для умных и необычных людей, чьё мировоззрение отличается от других, и Слизерин, в котором учатся хитрые, незаурядные, амбициозные и родовитые. Этот факультет принял и меня много лет назад. На самом деле, я являюсь главой родов Слизерин и Мракс. И ещё, в школе учатся семь лет, полное правовое совершеннолетие в магическом мире наступает в 17, частичное магическое – в 11. Но есть одно но, если ты являешься признанным главой магического рода, то становишься полностью совершеннолетним. Сейчас мы немного поговорим и отправимся в банк. Там ты пройдешь проверку и узнаешь, наследником каких родов являешься. Это быстро и не больно. – Опередил он вопрос встревоженного Гарри. – Верь мне. Если хочешь, я могу поклясться тебе, что никогда не обижу и намеренно не причиню тебе вреда. Но только если ты окажешь мне ту же услугу. Это не сложно. Нужно просто сказать нужные слова и обратиться к магии. Лучше сделать это позже. Всё равно в течение ближайшей недели мы вряд ли успеем навредить друг другу. Ты же не собираешься тут же бежать и отправлять письмо Дамблдору, жалуясь на злого Воландеморта? -- Нет, конечно! Я… я даже ночью пытался сотворить заклинание! И у меня вроде даже получилось! – Тут он прервался, потому что подошла официантка с заказанной едой и чеком, а затем продолжил. – Я хотел сотворить зелёный светлячок, как у тебя. Он у меня раза с восьмого нормальный получился. Провисел секунд двадцать и исчез. Могу показать! Марволо удивленно посмотрел на мальчика. Неужели врёт? Нет, вроде, сам ведь предложил показать. Но неужели у этого малыша силы столько же, сколько было и у него в детстве? Ведь он является самым сильным магом Англии, не считая Дамблдора. Хотя, кто их знает, в отделе тайн такие кадры работают. -- Покажи, пожалуйста. Хотя нет, я сейчас полог невнимательности накину. Марволо махнул рукой вокруг столика, и вокруг них словно появился полупрозрачный барьер, похожий на вуаль. Он слегка колыхался под действием только ему ощутимого ветра. Гарри протянул руку и осторожно притронулся ею к вуали. Прошла насквозь. Вот только показалась или нет прохлада и мягкость, как от шёлковой ткани? Впрочем, вспомнив, для чего нужна была подготовка, он тут же отдёрнул руку и сосредоточился, представляя всё тот же шарик. Открыл один раз глаза. Не вышло. Марволо с любопытством смотрел на юного кудесника. Гарри добросовестно попробовал ещё раз и изо всех сил сжал кулачки, чтобы получилось, а волшебник вдруг вздохнул и сказал: «Открывай глаза, волшебник, у тебя получилось!» И вправду, перед лицом мальчика висел зеленый светящийся шарик. Кажется, он был даже ярче, чем ночью. Малыш расплылся в довольной и гордой улыбке и разжал пальцы. Оказалось, от волнения он умудрился проколоть кожу, из-за чего по запястьям его потекли маленькие струйки крови. Марволо вдруг стал очень серьёзным и командным тоном приказал Гарри протянуть ему обе руки. Когда тебе что-то говорят таким тоном, ты повинуешься ни о чем не думая. Так и мальчик тут же протянул обе ладони и стал со смесью страха и любопытства смотреть на волшебника: вдруг решит проучить, чтобы больше не важничал, ударит прямо по больным рукам! Гарри чуть шевельнул руками, которые под действием мановения странной тонкой палки в руках волшебника словно огнём ожгли. Потом, правда, боль сменилась на приятное покалывание, а ранки стали зарастать. -- Сейчас я тебе ранки залечил за счёт скрытых резервов твоего организма, но имей в виду, твои сейчас почти на исходе. Пришлось свои добавить. Так что подожди немного, прежде чем снова серьёзно калечиться, понял. – Мальчик виновато кивнул. На глаза набежали слёзы и он принялся извиняться. – Ну, ну что ты? Чего ревешь, после боя кулаками не машут! Просто будь осторожнее. Ладно, что ты хотел ещё узнать? -- А… да, что это за палка была у тебя в руках и куда ты её спрятал? – Тряхнув головой, спросил Гарри. -- Этот предмет называется волшебная палочка. Он служит для концентрации силы мага в одной точке. Обычно я применяю его для тонких манипуляций. Иногда волшебники пользуются посохами, тростями, наручами. Маги, у которых силы кот наплакал, используют её постоянно. Полусквибы несчастные! – С досадой сказал Марволо. Это была его больная тема. Он ненавидел этих слабосилков, корчащих из себя Мерлина с Создателями и пытающихся запретить все ритуалы и заклинания, которые у самого не получаются. -- Кто, ещё раз? Какие полусквибы? – Переспросил Гарри, похоже, не заметивший его задумчивости. -- Ах да, совсем забыл объяснить тебе классификацию. Смотри. – Он отодвинул уже опустошённые тарелки и принялся, рисовать на столе узоры для концентрации. – Людей, которые не умеют колдовать и не могут использовать артефакты, называют магглами. Например, твой чудесный дядюшка. Тебе нужно объяснять, что такое артефакт? – Увидев кивок и наполненные любопытством взгляд, он улыбнулся и пояснил: «Это предмет, в котором заключена часть силы мага. Он и отличается от амулета, потому что для его изготовления нужно много сил, тогда как для амулета хватит и крохи. Так вот, дальше по классификации идут сквиббы. Это люди, которые по прежнему не могут колдовать, но могут использовать разного рода артефакты. К примеру, порталы. Сквибы, как правило, рождаются в семье двух волшебников. Потомок сквибба и маггла скорее всего будет сквиббом, а ребенок двух сквиббов – не очень сильным магом. Иногда бывает и так, что ребёнок двух магглов становится магом. Таких детей называют по-разному: кто-то грязнокровками, что считается дурным тоном, другие -- обретёнными и любят возиться с ними. Есть люди, которые считают, что все магглорожденные являются потомками выродившихся чистокровных родов, но я так не думаю. Слишком уж их много, больше, чем оставшихся чистокровных. Кстати о них, чистокровные маги – это чародеи, в предках которых как минимум пять поколений значатся только потомки волшебных родов. Их не так уж много: около 20. Большая их часть давно выродилась из-за близкородственных браков. – Он остановился, увидев непонимание в глазах внимательного слушателя. – Что ты знаешь о генетике? – Мальчик лишь недоумённо пожал плечами. -- Вроде бы, это наука, близкая к биологии, и изучающая родство. – Отрапортовал Гарри. Марволо нахмурился. -- Гарри, ты знаешь о том, что нельзя жениться или выходить замуж за своих близких родственников? – Малыш сосредоточился, но затем кивнул. -- Да, я слышал про это, но я не знаю почему. У нас ещё не было биологии в школе. – Попытался оправдаться он. -- Ох, ну ладно. Значит так, в клетках каждого человека есть молекулы ДНК. Они нужны для того, чтобы хранить информацию о том, какой должна быть эта клетка. Это почти как наша память. Но иногда бывает, что появляется генетический дефект. Есть быть точным, он есть в каждой клетке в скрытом виде. Когда рождается ребенок, он берёт у своих родителей поровну, поэтому ребенок часто похож на папу, и на маму. Но берет он не только внешность, но и дефекты. Когда они разные, то есть у дальних родственников или вообще не родственных людей они разные, а значит остаются в скрытом виде. А вот если получается, что дефекты одинаковые, скажем у троюродных брата и сестры, отца и дочери, то их становится слишком много, и они проявляются. Это случается и в обычном мире, и в магическом, хотя у нас это и не афишируется. Проявляются по-разному: отсутствие конечностей, сумасшествие, отсталое развитие и так далее. Напомни мне когда-нибудь дать тебе книжку по генетике. Это очень интересно. Например, буквально 10-20 лет назад большое влияние имел род Блэк. Вот только одна проблема: поскольку одна из его продолжательниц, Вальпурга, с которой я учился, внезапно решила объединить династию и вышла замуж за троюродного брата. Вот и получилось, старшая дочка, Беллатриса, одна из моих вернейших сторонниц, кстати, с годами сошла с ума, пришлось волочь её к магу-менталисту, едва выправили. Вторая, Андромеда, внезапно сбежала из семьи и вышла замуж за серую обыденность – магглорожденного Тонкса. Никто так и не понял, тронулась ли она умом или таким образом хотела выразить протест засилью чопорных чистокровных. Сын, Сириус, кстати, твой магический крёстный, вдруг тоже сбрендил, бросил больную матушку, в те года потерявшую мужа, демонстративно расплевался со всеми своими бывшими друзьями и пошёл на Гриффиндор, хотя ещё полгода назад отчаянно этого боялся. Потом произошла одна мутная история, о которой я расскажу тебе позже. Так он и сидит в магической тюрьме, Азкабан, уже 9 лет и по-волчьи воет. Потом родилась красавица Нарцисса. Эта абсолютно нормальна, тоже кстати, состоит в числе моих вернейших сторонников, одна из первых леди всея Англии. Ну и последний сын – Регулус. Мать на него уже молиться была готова, все уши ему прожужжала о том, что Гриффиндор -- это конец жизни, а Слизерин – мечта. Так он и пошёл к нам, потом долго пытал магглов под одобрительные крики Вальпурги. Затем, видимо, настало просветление, и он попытался меня уничтожить. Не получилось, я тогда тоже был не в лучшей форме, убил его без разговоров и всё тут. Вальпурга сошла с ума от горя и через пару лет, проведённых в уединении в своём особняке, тихо скончалась. – Он замолчал и принялся медленно потягивать черничный молочный коктейль через трубочку. Всё-таки, умеют магглы делать хорошие вещи! -- Ужас какой! – Наконец подал голос мальчик. – А вы… то есть ты… упомянул о магическом крёстном. Что это значит? – Марволо усмехнулся. Вот же любопытный мальчишка. Так похож на самого Тома в первые году Хогвартса. Помнится, тот тоже тогда прошерстил всю замковую библиотеку из любопытства. -- Это значит, что Сириус Блэк поклялся своей магией и жизнью, что никогда не причинит тебе вреда. Правда, об этом мало кто помнит, была одна странная история, мол, однажды он пришёл ко мне и рассказал мне о том, где найти Поттеров, тем самым предав их. Вот только, скажу тебе честно, этот тупой гриффиндорец никогда в жизни не предал бы своих друзей, понимая остатками мозгов, что они -- всё, что у него осталось. Было там ещё странное пророчество, но об этом позже. -- Так хочется побыстрее узнать об этом как можно больше! И ещё, расскажи, пожалуйста, больше о своих последователях. Ведь, скоро мне придётся с ними познакомиться! -- Мои последователи делятся на две группы: дальний и ближний круг. Во втором состоят лишь приближённые и, соответственно, доверенные люди. В их числе, например, упомянутая мною ранее Беллатриса Лестрейндж, бывшая Блэк, её муж Рудольфус и его брат Рабастан, Антонин Долохов, учившийся в русском Колдотворце, но потом сбежавший в Англию от преследований местной полиции. Ещё в список моих доверенных людей входят Нарцисса Малфой с её мужем Люциусом, которые сейчас имеют большое влияние в Министерстве магии, Александр Нотт, жену которого убили последователи светлой стороны в лице Альбуса Дамблдора, Август Руквуд, работающий в Отделе тайн и некоторые другие. Позже я дам тебе список, чтобы ты внимательно прочитал о них и узнал, кто из них и в каком родстве с тобой находятся. У части из них, кстати, есть дети твоего возраста, например, у Малфоев, Нотта, Крэббов, Гойлов. А близнецы Кэрроу – веселая парочка лишь на пару лет старше тебя. – Отвлекшись от рассказа, Марволо заметил, что Гарри зевает, старательно закрывая рот рукой и держит глаза широко открытыми, чтобы не закрывались слишком уж явно. Он с усмешкой покачал головой и позвал мальчика. – Гарри, пошли. На улице проветришься. К тому же, я покажу тебе улицу с волшебными магазинами. – Ребенок тут же подскочил, сон куда-то улетучился и вот, он уже готов к путешествию в поисках волшебной улицы. -- А что продают на волшебной улице? – Спросил он, когда, расплатившись, волшебники вышли из кофейни. – Ковры-самолёты как у Алладина? Джиннов, исполняющий три самых заветных желания? Цветики-семицветики? Волшебные палочки? Ну расскажи! -- Как же я скажу, если ты мне и слова вставить не даёшь? – С улыбкой возразил Тёмный лорд. – Там есть ингредиенты для зелий, парадные и повседневные мантии, мётлы, на которых можно летать. Если очень попросишь, могу купить тебе! -- А левитировать самостоятельно невозможно? – Немного разочарованно переспросил Гарри. -- Это возможно, но сложно. Хотя, думаю, шутник Эйвери научит тебя этому, если захочешь. -- И ещё вопрос: а далеко находится эта волшебная улица? -- В центре Лондона. И запомни, она называется Косой Аллеей. Рядом с ней есть ещё несколько улиц, например, Дрянн Аллея, но Косая является самой известной. -- Как же мы до неё доберемся? До Лондона часа полтора на электричке, а потом ещё метро. – Может быть, тогда оставим это на завтра? -- Нет, Гарри. Сейчас мы аппарируем. – Мальчик-который-выжил вопросительно посмотрел на него. – Мы, как бы это объяснить, телепортируемся прямо на Аллею. Вот только найдём переулок, куда никто не заходит, чтобы не обнаружить себя перед магглами. -- Понятно. А тебя не поймают, если увидят? Там ведь наверняка много волшебной полиции? – Мальчик волновался за чудесного волшебника, который забрал его и ещё ни разу не ударил и не накричал. -- Да, это возможно, поэтому сейчас я открою тебе один страшный секрет, о котором ты не должен говорить никому. -- Ты умеешь менять свой облик? Или ты используешь для перевоплощения зелье, состоящее из кишок трёх волшебников и толченого рога единорога, убитого в полнолуние високосного года? – Марволо аж поперхнулся от таки фантазий. --Нет, Гарри, всё намного более прозаично. Я просто воспользуюсь маггловской косметикой. Тебе, кстати, советую сделать тоже самое: твой шрам на милю вокруг видать. Через пару минут мальчик ошарашенно смотрел, как Воландеморт, гроза всех английских волшебников и магглоненавистник, профессиональными движениями наносит на лицо и руки какой-то крем, из-за чего его кожа словно покрывается загаром. Затем он профессиональным движением надел на глаза линзы, и каряя радужка стала ярко-синей. Затем он жестом фокусника извлёк из кармана волшебную палочку и пробормотав что-то, подозрительно похожее на ругательство, отрастил себе волосы до лопаток. Затем он с весёлой усмешкой поманил Поттера к себе, взмахом палочки отрастил ему волосы до плеч, затем пробормотав что-то изменил их цвет на тёмно-зеленый. Затем он использовал ещё какой-то крем из-за чего через пару минут Гарри стал выглядеть настоящим аристократом, то бишь бледным, как поганка. Оценив внешность бурными восторгами, мальчик взялся за руку мага. Земля в тот же миг ушла у него из-под ног, мир перед глазами слился в жуткую смесь всех цветов радуги, а затем перед ним предстала Она. Косая Аллея. Когда Гарри перестало мутить и штормить, он начал восторженными глазами оглядываться вокруг. Мимо них ходили люди, не обращая ни малейшего внимания на колоритную парочку, стоящую посреди широкой разноцветной улицы. Практически на каждом шагу блестели витрины, на которых был разложен товар. Марволо схватил растерявшегося мальчишку и повёл его к массивному зданию банка. Это был огромный дом в 5 этажей высотой с колоннами из светлого и тёмного мрамора. Войдя внутрь, Тёмный Лорд остановился, позволяя Гарри оглядеться. Они стояли в огромном длинном холле. У стены стояло множество конторок, в которых сидели странные существа. Похожие на маленьких человечков с загнутыми в сторону ушами и морщинистыми лицами. Марволо тут же направился к одной из них. Подойдя к человечку, как потом узнал Гарри, это был гоблин, волшебник очаровательно улыбнулся, от чего его лицо по мнению мальчика тут же осветило полутёмное помещение, и сказал: «Здравствуйте, уважаемый Крюкохват. Полагаю, вы узнали меня. Я пришёл сюда с наследником рода Поттер, чтобы засвидетельствовать вашему народу наше почтение, а также узнать о делах и вопросах рода. Это возможно?» Крюкохват с прищуром посмотрел на того, кого знал под именем главы родов Слизерин, Гонт, Когтевран и Мракс. Что он делает здесь вместе с мальчишкой, который восемь лет назад чуть не убил его. Неужели он хочет забрать все средства юного Поттера? Но ведь и в его сейфах немало золота и артефактов. Нужно проверить, на самом ли деле этот мальчишка- юный Поттер. И лучше всего с этим справится проверка крови. --Приветствую вас, лорд Мракс. Полагаю, предложенное вами возможно. Пройдемте за мной. – Гоблин встал из-за конторки, аккуратно спрыгнул с высокого стула, который помогал ему оставаться на равных с клиентами и, не оборачиваясь, направился к одной из незаметных дверей за ним. Клиенты направились за ним. Войдя, Гарри внимательно осмотрелся. Он находился в огромной, по сравнению с его чуланом уж точно, комнате. Помещение было оформлено в бежево-золотых тонах: деревянный стол напротив двери и несколько шкафов с книгами, папками и бумагами. Большое окно с низким подоконником, зашторенное коричневыми шторами, молочного цвета стены и потолок и огромная коллекция оружия, развешенная на стенах. Большей частью мечи и что-то изогнутое, кажется, сабля. Несколько кинжалов в богатых ножнах с изумрудами, опалами, рубинами и даже бриллиантами. От рассматривания убранства комнаты мальчика отвлёк Марволо, с лёгкой улыбкой помахавшего ладонью у него перед лицом. Крюкохват уже сел за стол и взмахом руки предложил гостям места в креслах напротив. После этого начался разговор. Сначала гоблин предложил для удостоверения личности предложил малую проверку крови. Марволо был не против, но приказным тоном попросил сделать полную проверку с целью выявления всех родов, принадлежащих мальчику. Данная проверка стоила дорого, Крюкохват обрадованно сверкнул клыками, чем немало удивил юного наследника. Лишь из-за стеснительности и страха разочаровать Воландеморта, ну и имечко же у него непроизносимое, мальчик не стал просить у человечка потрогать его зубы. Затем Крюкохват принёс лист плотной бумаги с огромным количеством надписей мелким шрифтом и попросил Гарри капнуть на него кровью. Мальчик-который-выжил вопросительно посмотрел на гоблина и отказался делать что-либо, пока ему не объяснят, что тут к чему. -- Наследник Поттер, дело в том, что для удостоверения вашей личности нам нужно получить отпечаток вашей магии, а кровь- один из её проводников. Получив его, мы сможем сказать, к каким родам вы принадлежите. Таким образом вы получите доступ к их имуществу, а также получите титулы. – Гарри посмотрел на волшебника. Тот тепло ему улыбнулся и подал один из кинжалов, лежавших на столе. Мальчик осторожно полоснул себе по безымянному пальцу. Когда-то он слышал, что так меньше вероятность заразиться. На лист тут же начали падать багряные капли. Одна, вторая, третья. Четвёртая не упала, так как Марволо подлетел к мальчику, взял его за руку и одним заклинанием излечил порез. Гарри повесил голову. Он ведь обещал волшебнику не травмировать себя. Однако его отвлёк голос Крюкохвата, который каким-то сдавленным голосом сказал: «Вам принадлежит главенство над родами Поттер, Блэк и Певерелл. Также вы можете претендовать на род Гриффиндор.» -- Вот это да! – Произнёс Марволо каким-то опасным тоном. – Не ожидал. Думал приютить наследника одного небольшого рода, а оказался на равных. – Он улыбнулся с насмешкой, но мальчику почему-то показалось, что она относилась к самому волшебнику, а не к Гарри. Затем Том тряхнул головой и сказал, снова обращаясь к Крюкохвату: «Каким образом Гарри может подтвердить свое главенство над перечисленными вами родами перед лицом магии? Также я хотел бы получить данные об их собственности и несколько книг в качестве руководства по принятию дел рода. И тут гоблин удивил его. Он вдруг посмотрел на Гарри и сказал: «Я предоставлю вам все требуемое, но только с согласия мистера Поттера.» -- Я поднял брови, но тоже вопросительно посмотрел на мальчика. Он на миг прикрыл глаза, а затем твердо сказал: «Сначала мы должны принести друг другу клятвы о непричинении вреда, отсутствии обмана и домыслов с обеих сторон. Только тогда я смогу дать тебе своё согласие, Марволо.» Гарри чуть виновато посмотрел на волшебника. Воландеморт очень много для него сделал, но вдруг это всего лишь попытка манипуляции, и произнесенные ранее слова ничего не значат. Тут Марволо понял, что что-то не так. Он ведь должен злиться на недоверчивого мальчишку, угостить его Круциатусом за пренебрежение. Однако он был горд. Действительно горд! Теперь он точно понял, что именно Гарри он хотел бы видеть своим преемником. Реддл улыбнулся. -- Я не против, Гарри. – И уже гоблину: «Предоставьте нам, пожалуйста, стопку чистого пергамента и самопишущее перо. Думаю, обсуждение будет долгим.» Затем волшебник взмахом палочки воспроизвел на листе стандартную формулировку клятв о непричинении вреда обеими сторонами, а также клятву об отсутствии лжи и домыслов между родами. Затем, в три голоса они соединили их в одну и упростили язык, доведя его до современного. Марволо пояснил: «Понимаешь, Гарри? Произнося клятву, человек должен верить и удостоверять каждое сказанное им слово. Только тогда магия примет его слова. И вот эти строки о том, что нельзя причинять вред намеренно, очень важны. Что, если я случайно, например, во время обучения тебя владению холодным оружием пораню тебя. Не хотелось бы получить за это магический откат! Наконец, после получаса обсуждений Марволо взял в одну руку тот самый кинжал, а в другую лист, и сказал: «Я, Томас Марволо Риддл, лорд Воландеморт, лорд Гонт, лорд Слизерин, клянусь своей магией и жизнью, что никогда и ни при каких обстоятельствах, кроме тренировочных поединков, намеренно не причиню вреда и буду всячески помогать Гарольду Джеймсу Поттеру, лорду Поттеру, лорду Певереллу с того момента, как он принесёт мне ответную клятву. Также я, как лорд Слизерин, признаю Гарольда Джеймса своим наследником. Да будем Магия мне свидетелем!» -- Последнюю фразу они не оговаривали, а потому Гарри уже открыл рот, чтобы уточнить, о чем Марволо говорит, когда мир вокруг мальчика сверкнул и осыпался на пол лавиной ярких, жалящих глаза и ослепительно светлых звёзд. Затем воздух стал неожиданно плотным, осветился серебристо- зелёными искрами и понёсся к груди Гарри, чтобы впитаться в неё без следа. Затем магия опустила теперь уже наследника рода Слизерин на землю и, мягко провела по его запястьям, от чего на них полыхнули и впитались в кожу причудливым рисунком серебряные браслеты с изумрудами. Откуда-то в голове Гарольда, а теперь его звали именно так, появилась цитата из книги Мерлина: «После того, как магия свидетельствует клятве, на запястьях обоих сторон появляются браслеты. Их цвет, отделка и форма соответствуют роду, к которому относятся клянущийся и принимающий. Эти браслеты невозможно снять, пока не будет выполнена клятва. Чаще всего, они являются бессрочными и исчезают сразу после смерти одной из сторон.» Мальчик кивнул самому себе и, не посмотрев на зрителей, зачитал свою часть клятвы: «Я, Гарольд Джеймс Поттер, лорд Поттер, Лорд Певерелл… -- Здесь он чуть не ошибся в произношении и сделал небольшую паузу. – Клянусь своей магией и жизнью, что никогда и ни коим образом, за исключением тренировочных поединков, намеренно не причиню вреда и буду всячески помогать Томасу Марволо Риддлу, лорду Воландеморту, лорду Гонту, лорду Слизерину. Клянусь защищать его от внешних и внутренних врагов, от случайных заклятий и демонов преисподней, быть для него щитом и сердцем, душой и телом. Да будем Магия мне свидетелем и покровителем! – И снова мир померк, и они остались вдвоём. Одни во всём мире. Связанные навеки клятвой и душами. До и после смерти. Навсегда. Когда Гарольд очнулся, он понял, что лежит на полу в кабинете Крюкохвата посреди обломков. Вокруг лежали осколки стекла и куски дерева, валялось холодное оружие в драгоценных ножнах и листы бумаги, исписанные мелким аккуратным почерком». Рядом лежал Марволо. Его глаза были закрыты, но приглядевшись, можно было понять, что он дышит. Привстав, Гарри заметил и то странное существо, похожее на эльфа из сказок о Санта-Клаусе. Он тоже, казалось, спал. Тогда мальчик встал и, отряхнув с одежды деревянные опилки и строительную крошку, легко потряс Воландеморта за плечо. Тот тут же открыл глаза и, извернувшись, как змея, через секунду уже стоял, направив на мальчика-который-выжил раскрытые ладони, мерцающие красным от непроизнесенных заклинаний. Впрочем, прежде, чем Гарольд успел возмутиться, Марволо уже расслабился и чуть улыбнулся мальчику. Затем он огляделся и почти весело поднял брови, показывая своё удивление окружающей обстановкой: «Гарри, с тобой всё хорошо?» Мальчик кивнул и неожиданно обнял его, доставая только до груди. Лорд судеб осторожно взъерошил его покрытые побелкой волосы и спросил: «Что тут… А впрочем, спросим у хозяина кабинета! Крюкохват!» Гоблин зашевелился под обломками и медленно встал, прижав руку к спине и непрестанно кряхтя о ноющей спине, которой назойливые люди не дают покоя. Впрочем, заметив сжавшиеся губы Марволо, он тут же склонил голову, принося извинения, заметил обломки и испуганно вытаращился на обстановку в кабинете: «Как… Что здесь произошло?» -- Это мы должны спросить у вас, мистер Крюкохват! Почему после произнесении обычной клятвы магия разнесла кабинет, а мы с мистером Поттером потеряли сознание? – Гоблин вздрогнул и испуганно посмотрел на лорда Слизерина. Он опасался открыто спорить с потомком основателя Хогвартса, но и сам ничего не понимал. Впрочем, разобравшись с мыслями, он попытался ответить: «Лорды, как я понимаю, произошедшее можно объяснить знаком любви и одобрения матери нашей Магии. Я встречал упоминания о подобном в библиотеке банка. Таким образом богиня увеличивает ваши способности и дарует новые магические возможности. Я порекомендовал вам пройти в хранилища ваших родов для уточнения информации из родового гобелена.» Марволо величественно кивнул, словно одним своим взглядом сделал гоблину величайшее одолжение и проследовал за Крюкохватом. Гарри не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ними. Они шли по узкому тёмному коридору без единой лампы. Гарри вообще заметил, что электричество здесь было не в почёте: ни единой неоновой вывески, электрической лампы, компьютера или телефона. О последних двух мальчик и сам знал лишь понаслышке: в доме Дурслей стоял телефон, предмет их личной гордости, но самому Поттеру нельзя было подходить к нему ближе, чем на два шага. Даже вытирала его тётя Петунья самостоятельно, хотя вся остальная уборка была среди обязанностей Гарри. Неужели волшебники совсем-совсем не пользуются техникой? Или у них есть магические телефоны? Вот бы поглядеть! А может быть этот самый таинственный гобелен и есть колдовской компьютер? Хотя зачем им. Телепортировался, и звонок уже не нужен. Задумавшись, Гарри и не заметил, как они пришли. Вокруг стало заметно светлее, хотя ламп не было видно. Гоблин открыл вычурную дверь, покрытую позолотой, а может, и вовсе золотую, вдруг для волшебников это не проблема. Они вошли в небольшую комнату с высоким потолком и белыми стенами. Здесь были только ажурный металлический столик с четырьмя жутко неудобными на вид стульями и разноцветный ковёр на стене. Вопреки ожиданиям Гарри, Марволо сразу направился ко второму. Подойдя ближе, Гарри с удивлением увидел на нем своё изображение, потом разглядел и другие. Рядом с фотографиями были написаны имена и странные слова. Под своей Гарри увидел надпись: «Гарольд Джеймс лорд Поттер, лорд Блэк, лорд Гриффиндор, Лорд Певерелл; Анимагия, Трансфигурация, Парселтанг, Артефакторика, Боевые искусства». Марволо подошёл к мальчику, положил ладонь ему на плечо и стал объяснять: «Смотри, Гарри. Это гобелен рода Поттер. Здесь изображены все его члены, в том числе и ты. Сначала написано твоё полное имя, так представляется на важных приёмах аристократия. Также так ты должен называть себя на суде и наедине с магией, то есть, когда клянёшься ей именем или приносишь ей дары. О подробностях потом. Потом написаны твои дары, то есть способности, которыми обладает каждый член рода, признанного магией. У каждого они свои, но иногда совпадают. Например, к моим дарам также относятся парселтанг и боевые искусства. Ты обязан раскрыть таланты, данные магией, иначе ты попадёшь в немилость и станешь сквибом, помнишь, я рассказывал?» -- Гарри кивнул. -- -- А что означают эти странные слова: тран-сфигу-ра-ция, арте-фак-торика? -- Давай я расскажу о них позже. Пока что просто запомни эти слова. – Мальчик кивнул. – Выше ты можешь видеть изображения, а также полные имена своих отца и матери, и их предков. Гарри подошел к гобелену и вгляделся в фотографии, которые висели на расстоянии вытянутой руки от его головы. Неожиданно он почувствовал, как сильные руки схватили его и поднесли повыше. Оглянувшись, мальчик посмотрел прямо в глаза светло улыбающемуся ему Марволо. В ответ Гарольд подмигнул и снова посмотрел на портреты людей, которых совсем не помнил. Даже на этой официальной фотографии его мама, Лилиан Джейн Поттер (Эванс), солнечно улыбалась, пряди её волос выбились из пучка и придавали ей ещё больше шарма. И столько доброты было во взгляде её зелёных глаз, которые мальчик нередко видел в зеркале при взгляде на самого себя, столько тепла, что Гарри почёл за лучшее чуть отвернуться, чтобы не расплакаться. Его отец, если верить надписи, Джеймс Карлус Поттер, чуть склонив голову набок, смотрел прямо на Гарри. Он тоже улыбался, а карие глаза смотрели чуть с вызовом, а волосы смешно топорщились. Над именем матери он увидел пустоту. «Похоже, это потому что они не были членами рода Поттер» -- решил он. А вот над изображением отца висели две фотографии. На одной был изображен седой мужчина. Он не был стар, но карие глаза смотрели на мир серьёзно и вдумчиво. Рассмотрев его, Гарри понял, что он очень похож на сына чертами лица, но из-за разных выражений лица это было сложно разглядеть. Под его фотографией значилось: «Флимонт Августус Поттер». Рядом с ним была изображена хорошенькая стройная темноволосая женщина с резко выделяющимися ярко-синими глазами. Её взгляд мог бы показаться пронизывающим и неприятным, если бы не весёлая улыбка, чуть тронувшая её уста, и смешинки, спрятавшиеся в уголках глаз. Её звали «Юфимия Анабель Поттер» Внезапно Гарри вспомнил: как эти чудики из банка могли получить его фотографию, если его воспитывали тётя с дядей, которые даже не знали о существовании Гринготса? Он опустил взгляд на своё изображение и с удивлением увидел фотографию его самого. На ней он чуть печально смотрел на зрителей. Но как так? Он ведь не фотографировался ещё, наверное, со смерти родителей? Дав неподвижно стоявшему Марволо знак отпускать его, Мальчик задал волшебнику вопрос. Тёмный Лорд чуть улыбнулся и с интересом посмотрел на стоявшего рядом Крюкохвата, ожидая от него ответа. -- Фотографии на гобеленах появляются сами с рождением человека. Магия сама следит за тем, чтобы фотография росла и изменялась под стать росту и внешности человека. Например, если вдруг вы решите побриться налысо, изображение вскоре изменится. – Обстоятельно ответил гоблин. Гарри передёрнул плечами: «Нет уж, спасибо, тётя уже пыталась побрить меня, хорошо, хоть отрасли к утру.» Повисшее молчание прервал Марволо: «Благодарю за помощь, Крюкохват. Я доволен визитом в банк. Ах да, к началу следующей недели мне нужен портключ в Слизерин-мэнор с привязкой на крови. Лучше всего, в виде кольца со змеёй с изумрудами и малахитом. Сами сообразите. И ещё, я надеюсь, ты помнишь о клятве неразглашения. Если хоть одна посторонняя живая душа узнает о том, что я жив…» -- Угрожающе зашипел он. --Нет, нет, Лорд Слизерин, гоблины не вмешиваются в дела людей. – Поспешно сказал Крюкохват. – Кольцо наследника Слизерина будет готово в понедельник. --Хорошо. До свидания, Крюкохват. – Марволо величественно кивнул, взял Гарри за руку и что-то пробормотал. Мальчик едва успел пробормотать прощание, как мир вокруг снова закрутился и исчез в разноцветной вспышке.