Клан Гонконгских змей

Гонконгские змеи, разодетые в фирменные куртки с разными повязками на рукавах, стояли около заброшенного здания, поглядывая то друг на друга, то на капитанов. Бейгуан в это время нервно посматривал на часы и отсчитывал секунды до приезда коммуняг. Как бы им не хотелось устраивать драку, но за нарушение, хоть и условных, договоренностей надо было ответить и только затем отплатить той же монетой за жестокое избиение Байхуа, который и являлся причиной сегодняшнего побоища. С такой мыслью Цзиши посматривал на друга, потом переводил взгляд на своих парней. «Но семья всегда готова тебя защитить, верно, Цзиши?». — спросил он сам себя. Бейгуан кинул взгляд на металлические двери, которые через секунду распахнулись и оттуда показались самодовольные лица коммуняг. Однако былого азарта на лице Хушана никто не заметил. — Снова приволок с собой толпу людей? — подал голос парень с фиолетовыми волосами и обернулся. Байхуа встрепенулся, когда заметил черные короткие волосы и юбку. «Неужто этот урод ее сюда притащил?». — пронеслось у него в голове. — За тобой должок, фиалка… — ехидно начал тот. — этот мерзавец, помимо того, что ошивался на нашей территории, так еще и избивал моих парней. — Он за это уже ответил, разве нет? Пятеро на одного… — глава клана усмехнулся. — только такие подонки как вы, способны на такое. — у него на секунду появилась та ужасная картина, где друг неподвижно валялся в собственной крови на грани от смерти. — Вы чуть было не отправили его на тот свет… а знаешь, что это значит, Хушан? — тот поднял голову. — Покушение на моего друга — это покушение на меня, а я такое не прощаю… — все внимательно наблюдали за ними и ожидали команды. — Однако то, почему я здесь, касается только нас троих, ведь так, братец? — обратился парень к альбиносу, и тот вышел к нему, поравнявшись с главой. — Как ты в себе не уверен, раз на семейные разборки приводишь такую толпу… — ловко подметил Цзиши. — совсем уже разучился решать дела лично? — Ты тоже пришел не один. — От такого как ты, можно ожидать чего угодно. — он поправил волосы. — К тому же, у меня были другие мотивы. Избить до полусмерти капитана моей группы… — он не успел закончить фразу, как Хушан истерично выкрикнул: — Эта мразь получила за дело… — теперь его черные глаза устремились на альбиноса, стоявшего с хладнокровным лицом. — ты можешь ненавидеть нас, меня, нашу семью, но не смей приближаться к ней! — прошипел он. Байхуа сделал шаг вперед и ладони его машинально сжались в кулак. — Или он не посвящает главу в свои грязные делишки, а, Цзиши? — парень с фиолетовыми волосами кинул укоризненный взгляд на друга, который вот-вот мог сорваться. — Разве он не рассказывает вам, как трахает нашу сестру? — услышав это, Бейгуан ошарашенно повернул голову в сторону альбиноса и заметил, что никого, кроме него самого, эта новость не шокировала. — А, братец? — Байхуа, стой! — выкрикнул Цзиши, но тот уже налетел на парня, замахнувшись рукой. Коммунисты подскочили к своему старшему и хотели оттащить нападавшего, но их остановили. — Это их личная ссора, не вмешивайтесь! — крикнул глава клана и к удивлению ребят, коммуняги шагнули назад, приготовившись в любой момент сорваться с места, однако были и те, которые его не послушали. — Ну же, братец! Ты мечтал заполучить ее с самого детства! — успевал выкрикивать Хушан, пока удар за ударом прилетал ему по лицу. — И каково это? Сколько раз она уже раздвинула перед тобой ноги, м? — Никакой ты мне не брат… — рычал Байхуа в порыве гнева, не замечая никого вокруг и даже не догадываясь, с каким страхом за ним наблюдала Инланьхуа. — Ты мне никто, ублюдок! — Хушан, не втягивай парней, прикажи своим остановиться! — рявкнул Цзиши, тот, пока еще мог это сделать, улыбнулся и вытянул руку. — Отставить! — взвизгнул он неузнаваемым голосом и закашлялся собственной кровью. Сводные братья взглянули друг другу в глаза, чуть ли не скалясь, каждый по-настоящему горел желанием убить другого. Они невзлюбили друг друга с их первой встречи, когда будущий отчим пришел знакомиться с Байхуа, который по-ребячески противился воле матери, почувствовав угрозу быть брошенным. Но всё изменилось, когда он получше узнал девчонку и, кажется, влюбился в нее по уши; до 12 лет это хорошо получалось скрывать, но как только Инланьхуа начала отвечать взаимностью, ситуация усложнилась. Эта была та самая чистая детская любовь, которой любят только дети. Они скрывались, держась за ручки по дороге в школе, не замечая презрительных взглядов со стороны Хушана. Даже будучи подростком в разгаре полового созревания, он не смел трогать ее и пальцем без разрешения. Чуть позже об этом прознали и родители, отчим, с самого начала возненавидевший паренька, тогда его хорошенько отколотил, несмотря на протесты матери. Так он и стал изгоем в семье, но их любви были посильны любые препятствия. Поступив в среднюю школу первой ступени, Байхуа начал подрабатывать и, перейдя на вторую ступень, съехал из родительского дома в другой округ, Ваньчай, перешел в новую школу и встретил там своих друзей. На некоторое мгновенье их судьбы разошлись, пока в один день не раздался звонок от сестры с просьбой о встрече. Сейчас уже Байхуа учился на втором курсе, но всё также любил девушку, как никого другого, впрочем, как и она его. Их запретные отношения были невыносимой болью и в какой-то мере позором для семьи, за это Хушан и ненавидел сводного брата, ему казалось, что именно альбинос совращал его сестру и склонял к проявлению такого рода любви, не свойственной для брата и сестры. Они бежали друг на друга с криками и руганью, сначала никто не уступал и дрались, как показалось Бейгуану, они на равных, но в один момент Байхуа подпрыгнул, захватил ногами противника и повалил на бетонный пол, после чего продолжил избивать его по лицу, пока черноволосый не прекратил сопротивляться, отключившись. Альбинос не стал прекращать мутузить парня по лицу, не подчинившись приказу главы. — Байхуа, прошу… — услышал он жалобный писк и его руки словно отдернуло; никто не был так властен над ним, как Инланьхуа, вот была какова сила ее слова. Прерывисто дыша, пропитавшись кровью своего сводного брата, он медленно встал на ноги и взглянул на девушку исподлобья. По ее щекам ручьем текли слезы, он никогда не видел столько боли и разочарования в ее глазах, хотя… может быть однажды, когда ее отец избивал его, узнав о поцелуе. Но даже сейчас, зная, что произойдет дальше, поцеловал бы ее вновь. Девушка с воплями толкнула Байхуа в грудь и склонилась над братом, придерживая его чернявую голову, от которой исходил резкий запах металла. Альбинос покачнулся и сознание его помутнело, ведь он совсем недавно выписался из больницы, после того, как его до полусмерти отмудохали пятеро коммунистов. К нему мгновенно подскочил Лонвей, ловя его рукой под грудью. — Забирайте Хушана и валите отсюда, ублюдки! — твердо крикнул Цзиши. — Не будем раздувать из мухи слона! — те неохотно подобрали раненного. Напоследок Инланьхуа неодобрительным взглядом окинула бледнокожего парня, чье лицо было измазано в чужой крови, и поспешила на выход. Как-то резко стало тихо и Байхуа обмяк в руках друга, всё-таки травмы давали о себе знать, но сознание он не потерял. Парень с фиолетовыми волосами уверенными шагами приближался к нему. — П-прости… — жалобно прохрипел альбинос, не сумев поднять глаза. — я… виноват. — Ты ослушался моего приказа, Байхуа, — парень почти висел на руке Лонвея, поэтому они с разницей в росте почти в 20 сантиметров могли смотреть друг другу в глаза. — простыми извинениями тут не отделаешься. — Цзиши… — влез Вейшан, но моментом заткнулся, встретившись со свирепым и хладнокровным взглядом друга. — Простите, глава… — Что-то в последнее время вы отбились от рук… — тихо произнес глава. — У кого-то будут еще возражения? — крикнул он, взглянув на толпу в тридцать человек через плечо. Те склонили головы и молчали. — Я временно отстраняю капитана 2-й группы. — среди парней прошла волна ажиотажа, но Цзиши вновь заставил всех смолкнуть. — Есть тот, кто недоволен решением главы клана? — они вновь склонили головы, поджав губы, никто никогда не смел ему возражать, потому что заканчивалось это плачевно, и совсем не для паренька с фиолетовыми волосами. — Мне плевать, кто она и что между вами, я могу закрыть глаза даже на то, что ты спровоцировал конфликт, — обратился он к парню, которого уже двумя руками поддерживал Лонвей. — но ослушавшись меня, ты нарушил установленный порядок… что бы было, если бы в нашем клане не было строгой дисциплины? — задал он вопрос к толпе и тут же на него ответил. — Правильно, мы бы скатились до их уровня… — он кивнул подруге. — Расходимся! Все свободны! — воскликнула Хоше и ее голос эхом раздался по заброшенному зданию. Лонвей кое-как дотащил друга до своего байка, еще труднее было его на него усадить. — Потерпи еще немного. — тот сделал что-то похожее на кивок, и рыжеволосый одним махом оказался на сиденье. — Обхвати меня. — хватки альбиноса не хватило бы на первом резком повороте, поэтому Лонвею пришлось одной рукой придерживать друга, а второй управлять мотоциклом, что было достаточно трудно. — Бейгуанчик, садись ко мне! — махнул рукой глава клана и брюнет не стал ему противиться. — Сейчас к Вейшану заскочим на пару минут. — Бейгуан примерно прикинул во сколько он вернется домой и хмыкнул. Луна совместно с маленькими фонариками у забора уже вовсю освещала дом друга, 4 байка заехало в гараж. Верхушка клана сразу же поднялась на второй этаж, уложив Байхуа на диван. Бейгуан вызвался позаботиться о парне, т.к. был у него в долгу за то раннее утро и «мягкую» поездку до дома. — Цзиши, — шепотом обратилась к нему подруга. — может, всё-таки не… — Скажи спасибо, что я не наставил ему новых синяков перед парнями, — перебил он ее и окатил холодным взглядом. — а за такое, между прочим, я серьезно наказываю… — Но… — их лица оказались лишком близко. — Хочешь, чтобы я и тебя отстранил? — прошипел он ей прямо в губы. — кажется, вы начинаете забываться… как правая рука клана смеет мне перечить? — Прости… — она опустила голову вниз, но даже не взглянув на нее, Цзиши прошел вперед. — Бейгуан, оставь его, мы уезжаем. — скомандовал он, бросив суровый взгляд на друга. Где-то внутри ему совсем не хотелось так поступать с другом, хоть Байхуа и был капитаном второй группы, но именно эта группа была основным звеном в любых разборках и беспрекословно выполняла любые распоряжения, за что Цзиши был ему благодарен. Однако сейчас его личные проблемы чуть не переросли в серьезный конфликт, так к тому же, он его ослушался. Всем было предельно ясно, что между Хушаном и Байхуа были еще семейные проблемы, которые тянулись с самого детства, и зная своего друга, Цзиши понимал, как тому было тяжело сдержаться в тот момент. Никого из верхушки не волновала личная жизнь альбиноса и с кем именно она у него была, каждый прятал в шкафу собственного скелета, и никто из них не был безгрешным. После того страшного дня, когда он увидал безжизненное тело друга, он пообещал, что отомстит этим подонкам, обязательно отомстит, только чуть позже. И каждую ночь, засыпая на кухонном диване за стенкой от Байхуа, он с ужасом вспоминал ту картину перед тем, как провалиться в сон. Они остановились у неизвестных Бейгуану домов, поднялись на 13 этаж; Цзиши нервно крутил ключом в замочной скважине, и та никак не поддавалась. — Да епт вашу мать! — шикнул он, стукнув по двери ногой. Брюнет осторожно выхватил у него ключи и открыл дверь, пропустив его вперед. — Я пока живу с Байхуа. — Чего так? — поинтересовался Бейгуан. — Надеюсь, ты мне не скажешь, что вы там любовники или еще что-то… — Цзиши засмеялся, усаживаясь за стол. — Ничего такого, это временно. — Тебя выгнали из дома? — он на секунду представил каким надо быть бесстрашным, чтобы выставит главу целого клана на улицу. — Это долгая история. — буркнул тот в ответ. — А я никуда не тороплюсь. — пальцы Цзиши дернулись, и он выдохнул, успокаиваясь. Бейгуан пока не отличался такой смекалкой, как Хоше, понимающая всего его намеки. — Я же сказал: история долгая. — брюнет кивнул. — Тогда зачем я здесь? — он заглянул в глаза другу. — Мне показалось, у тебя есть вопросы ко мне. — Хушан и Байхуа — родные братья? — Бейгуан чуть не выскочил из-за стола, парень с фиолетовыми волосами медленно покачал головой. — Сводные. Его отца казнили, когда ему было 6 лет. — брюнет вытаращил глаза. — Нет, он не был преступником, борьба за свой суверенитет — это не преступление, только вот уголовный закон посчитал иначе. — глава усмехнулся. — затем его мать женилась ну мужчине с двумя детьми, они, кстати, близнецы. Байхуа было где-то 9 или 10, я уже не помню, отчим его с первой встречи не возлюбил, альбинос у нас своенравный, конечно, так еще выглядит необычно… не как все. — Это да… — согласился он. — хотя не такой он уж и бледный. — Отчим так не посчитал и старался контактировать с ним только на семейных посиделках за столом, оправдывая неизлечимой болезнью бледную кожу мальчика. Плюс он тот еще коммунист, и узнав за что казнили отца мальчишки, возненавидел пуще прежнего. Ну, а потом, — Цзиши пустил смешок. — в его сердце ворвалась она. — Сводная сестра? — Ты ее сегодня видел, Инланьхуа… — загадочно протянул он. — и полюбили они друг друга запретной любовью. Представь, какой позор был бы…. — Бейгуан промолчал, расчерчивая пальцем стол. — Первым заметил это дело Хушан, за что и возненавидел брата, их отец насторожился, когда этот чернявый подонок их слил, но решил присмотреться сам. Ну, а потом и родаки прознали… отчим тогда его избил похуже тех пятерых. — Ахереть… — вылетело у брюнета. — На второй ступени средней школы он перешел к нам, да и вообще переехал сюда. И с тех пор Хушан и Байхуа помимо наших ведут и свои личные счеты, что, конечно же, сказывается и на нас, например, как сегодня… — А что его мать? — Цзиши отвел взгляд. — Она от него отказалась. Вся семья, узнав об этом инциденте, отвернулась от него, кроме сводной сестры. — на секунду брюнету стало так сильно жаль парня, что сердце его сжалось. — От девчонок нет отбоя, а она его никак не отпустит, да и он не хочет уходить, любовь такая штука… — Он еще круче, чем я думал: накопить на собственное жилье, будучи обычным учеником средней школы. — воодушевленно протянул Бейгуан. — Знал бы ты какой ценой… — шепнул Цзиши. — Зато у него появилась семья, куда получше. — брюнет улыбнулся, тем временем друг, так и глядя в окно, пролистывал у себя в голове отрывки из прошлого и помрачнел, когда перед его глазами появилось безжизненное тело с белоснежными волосами, валявшееся на земле.