Я тебя никогда никому не отдам!

"Зачем весны вода ручьями льется? Ведь ты проводишь вечер не со мною. А за окном все надо мной смеется Обломок, мне оставленный луною… Как нелегко казаться безразличным К твоим словам и встречам не со мною. Как твой холодный взгляд уж мне привычен, Но откровенен только лишь с луною..."

"Я откровенен только лишь с луною", группа "Ласковый май"

      Ильин вернулся в зал, держа кассеты в руках. Олег все ещё рылся в своей старенькой коробке, подбирая музыку. Он увлекся и был настолько поглощён этим занятием, что не сразу заметил, как Артем появился у него за спиной. У Ильина было время немного прийти в себя. Ему показалось, что в комнате, залитой солнечным светом, он провел, по крайней мере, полчаса, любуясь спящей девушкой, но бросив взгляд на свои наручные часы на металлическом браслете (подарок друзей, которые провожали его два года назад в армию), убедился, что прошло всего-то около десяти минут.       - Ну, что? - обернулся к нему Олег. - Попросил кассеты? Я вот тут тоже кое-что нашёл. Тебе понравится, думаю. Смотри, я нашёл здесь "Bon Jovi"*, "CC Catch"**… Давай послушаем. Клёвая тёлка "CC Catch"! Классно поёт! Или "Deep Purple"*** поставим?       - Сестра твоя спит. Я не стал ее будить. Выбрал вот... - Ильин кивнул на аудиокассеты. - Ты скажи ей, что я возьму на время, перепишу и отдам ей.       - Ну-ка, - заинтересовался Олег, - покажи, чего взял? Клевый хотя бы музон?       Ильин понятия не имел, хорошая ли была музыка на кассетах, которые он взял второпях с полки над столом и даже не посмотрел их названия. Мысли его в ту минуту были заняты вовсе не содержимым кассет. Но он подумал, что любая музыка, какой бы она ни оказалась, будет хороша для него, ведь эти аудиокассеты держала в своих руках девушка, в которую он влюбился... Кассеты стали для него почти священными, их касались ее тонкие нежные пальчики, она вставляла их в магнитофон и слушала. Вероятно, она сама записывала эти песни. А все, что нравилось ей, уже не могло не нравиться ему. Он любил ее. И он любил теперь все, что, так или иначе, относилось к ней. Он любил ее комнату, стену в этой комнате, пестрящую фотографиями и постерами, даже ее ленивого и недовольного кота он уже любил, хотя не знал его клички.       Сердце его билось неровно, дыхание перехватывало, стоило ему только подумать о ней, стоило только вспомнить ее, спящую. И что скрывать, он уже хотел ее, он желал ее страстно. Вот бы ещё раз увидеть ее перед тем, как уйти. И он подсознательно тянул время в разговоре с Олегом, он согласился послушать музыку, лишь бы отдалить момент, когда он уйдет отсюда, лишь бы дождаться, когда она проснется!       О чём он говорил с Олегом, он не мог потом вспомнить в подробностях, так как вся душа его жаждала только одного: услышать ее лёгкие шаги. Он перебирал кассеты, говорил о музыке и певцах, но думал только о ней. О ней одной думал он.       Минуты тянулись бесконечно. Он уже отчаялся: наверно, придется все-таки уйти, так и не дождавшись ее. Наконец, его терпение было вознаграждено. То и дело, прислушиваясь к малейшим звукам, доносившимся со стороны ее комнаты, он услышал негромкий стук её двери, услышал, как она выходит из комнаты, и сердце его стремительно подскочило и забилось где-то в горле, а потом рухнуло куда-то вниз. Он нервно сглотнул. И тут она вошла в зал. Он вскинул голову и посмотрел на нее в упор, хотел поздороваться, но смог только кивнуть - голос почему-то перестал слушаться его в данный момент.       Она стояла в дверном проёме, как в раме картины, опершись рукой о деревянный косяк, с любопытством глядя на Ильина своими голубыми глазами - она совсем не ожидала его увидеть. И была так чертовски хороша в коротком летнем светлом халатике, который подчеркивал смуглый загар ее кожи, вся какая-то домашняя, своя в доску, румяная от недавнего сна! Ильину захотелось притянуть ее к себе, поцеловать ее. Эх, будь они одни, он, пожалуй, не смог бы удержаться. Но рядом был Олег...       - Привет, Артём, вернулся из армии? - Ленка спокойно и небрежно кивнула Ильину (она и не подозревала, какой вулкан страстей пробудила в нём) и повернулась к брату. - Олежка, - сказала она, и звонкий девичий голос ее отозвался сладкой музыкой в ушах Ильина, - ты не видел мою деревянную расческу? Куда я ее задевала? Не могу найти. Потеряла, наверно. Дай свою, расчешусь. Мне на дискотеку собираться надо. Скоро Ольга зайдёт за мной. А я ещё не готова. Мне завиться надо. Не пойду же я туда такой лохматой лахудрой… - Густые чёрные волосы её и впрямь слегка растрепались после сна, что, по мнению Ильина, ей даже шло. - Я плойку включила уже... Сейчас перегреется она. Дай, говорю, мне расчёску.       Она говорила, чуть растягивая слова. В её манерах чувствовалась нарочитая небрежность и привычное высокомерие, она будто снисходила до разговора с собеседником. Но это абсолютно её не портило, а, наоборот, придавало ей некое своеобразное очарование.       Олег достал из кармана джинсов расчёску, бросил ей. Ильин смотрел на то, как тело её легко и сильно извернулось внутри халата, когда она на лету ловко поймала её.       - Одни дискотеки и мальчики у тебя на уме, - сказал ей Олег. – Лучше бы уроки учила. Скоро конец учебного года, надо об оценках думать. Опять ведь две двойки получила на той неделе.       - Ай, перестань ты со своими оценками, - отмахнулась от него Ленка. – Скука сидеть над учебниками, когда на улице такая классная погода… И вообще, я учебник английского потеряла…       - Всё ты теряешь, растяпа, то расчёску, то учебник... Как ещё голову свою не потеряла? Вот приедут предки, вернутся домой от тёти Маши, зададут тебе хорошую трёпку.       - Они к тёть Маше в Минск на два месяца уехали, - беспечно произнесла Ленка, стоя возле большого трюмо и накручивая чёлку на плойку. – А ты, Олег, как старый дед, вечно ворчишь. Как Дашка перестала с тобой гулять, ты вообще сделался ужасно невыносимым ворчуном… Слушай, Олежка, - с лёгкостью перевела она разговор на другое, видя, как нахмурился брат при этих словах, - а можно я твой ремень с пряжкой возьму? Я в «мальвинах»**** пойду и в блузке с люрексом… Мне твой широкий ремень нужен… чтобы выглядеть круто на дискаче! – Ленка мечтательно прищурилась.       - Бунтарка ты! – Олег картинно пожал плечами. – Сумасшедшая… Ладно, бери, пока я добрый... Тебя Костя проводит после дискотеки? Чтобы в одиннадцать часов дома уже была! Ясно?       Ленка осторожно отставила горячую плойку, аккуратно, чтобы не повредить лаковую поверхность трюмо, и радостно подлетела к Олегу, чмокнула его в щёку.       - Спасибо, Олежка! Я знала, что ты мне не откажешь…       - Осторожно, сумасшедшая, не измажь меня своей помадой… Иди уже… Собирайся на свою дискотеку. Сейчас Ольга придёт. От Кости не отходи там, поняла? Не ищи приключений на свою задницу. До одиннадцати гуляйте, а в одиннадцать…       - Знаю, знаю, - весело перебила его Ленка. – В одиннадцать домой… А Костю я на дискотеке встречу. Мы с ним договорились. Не бойся, никто меня не утащит…       - Кто тебя знает… - Олег помолчал немного. – Я сегодня к Артёму пойду, его дембель будем отмечать, вернусь поздно… Когда приду, чтобы ты уже спала и видела десятый сон!       - Так точно, товарищ командир! - Ленка приложила руку к голове, шутливо отдавая честь.       - К пустой голове руку не прикладывают, когда отдают честь, - усмехнулся Олег. – Правда, Артём?       - На голове должен быть воинский убор, - подтвердил Ильин, не отрывая своего взгляда от Ленки, которая, покрасовавшись перед зеркалом и расчесавшись, соорудив на своей голове нечто вроде взрослой причёски, красиво уложив волосы, накрасив ресницы и нанеся на губы яркий блеск, умчалась в свою комнату переодеваться.       Спустя несколько минут она, уже переодевшись, снова появилась в раме дверного проёма в «дискотечном» прикиде и боевом раскрасе.       - Ну, как я выгляжу? – лихо и задорно спросила она, явно напрашиваясь на комплимент.       - Просто отпад! – искренне сказал ей Ильин.       - Ну, тогда я готова… О! Вот и Ольга уже пришла за мной, - сказала Ленка.       В дверь и в самом деле звонили.       Через пять минут девчонки умчались. Их словно ветром сдуло.       - Одни парни и дискотеки на уме у моей сеструхи, - снова сказал Олег.       - А сколько ей лет? Шестнадцать?       - Да, шестнадцать, - подтвердил Олег, - боюсь, её легкомысленная голова до добра её не доведёт…       - А кто такой Костя? – не смог удержаться от ревнивого вопроса Ильин.       - Костя-то? Это Костя Уткин. Помнишь его? Живёт в соседнем подъезде. Её парень. Она с ним ходит.       Ильин сразу помрачнел при этих словах.       Он поднялся.       - Ладно, я пойду, Олег. К ребятам ещё зайти надо. Ты подтягивайся к восьми часам. Спасибо за кассеты. Перепишу, отдам. И ты, если что, обращайся… За мной не заржавеет, ты знаешь…       - Слушай, Артём, мы Ленке-то забыли сказать, что ты её кассеты взял. Ну, ладно. Я ей потом скажу… Они ей сейчас всё равно не нужны…