Я тебя никогда никому не отдам!

"Славная девочка, платьице в клеточку, Что же ты делаешь, глупенькая? Он же возьмет тебя, хрупкую веточку, Больно сломает и бросит шутя. С легкой руки он обманчивой внешностью В душу залезет и там наплюет. Можешь поверить, с такой же небрежностью, Родная, сердце твое разобьет..."

группа "Комиссар", "Лёха"

      - Ну, иди сюда, чего ты… – Андрей снова привлёк её к себе. – Не бойся! Можно же закрыться изнутри. Никто не войдёт. Не бойся же. Это не страшно. Наоборот, тебе будет хорошо, очень хорошо. Ты же меня любишь, сама говорила. Если любишь – докажи…       - Я ничего не боюсь! Ну, да! Я согласна! Но я не могу сейчас, понимаешь, нельзя! – Ленка опустила глаза, щёки её пылали. - Подожди немного. Пожалуйста!       - Не пойму, чего ждать, когда можно здесь и сейчас? – пожал плечами Андрей.       - Ты со Светкой ходишь, я с Костей…       - Ну, и что?       - Но ведь надо им сказать, что мы…       - А зачем сейчас им говорить? Придёт время – скажем. Ничего пока им не нужно говорить. Меньше знают – крепче спят.       - Кстати… - Ленка ухватилась за его слова и вскочила с его колен. - Я совсем забыла. Костя там спит. Помоги мне его поднять… Уже поздно. Скоро Олег вернётся…       - Ну, вот, облом! – недовольно сказал Андрей и тоже поднялся.       Она уловила разочарование в его голосе.       - Ты не сердишься на меня, Андрей? – Ленка положила ему руки на плечи, на мгновение прижалась к нему, заглядывая ему в глаза, пытаясь понять, не злится ли он. – Послушай, я согласна быть с тобой... Совсем быть... Только потом, не так быстро... Не сердись на меня, ладно?       - Да я и не сержусь, глупышка, - сказал Андрей, немного остывая. - Когда же мы встретимся? В субботу я жду тебя… ну, где?... Скажем, в беседке буду ждать, часов в восемь. Придёшь?       - Приду! – Ленка радостно и с облегчением вздохнула. – А Светке своей, что скажешь?       - Ну, это уж моя забота, что я ей скажу. Но пока не надо говорить ни Светке, ни Косте, что мы с тобой встречаемся. На это время нужно. Поняла?       - Да, поняла. Андрей, скажи… - Ленка немного помолчала, потом спросила: - Я нравлюсь тебе хоть немного?       - Нравишься, - вполне искренне, без тени колебания сказал Андрей. И она счастливо засмеялась.       Она и правда нравилась ему, он открывал для себя её с новой стороны. Ему нравился её задор, её горячность, её смелость, с какой она сама призналась ему в своих чувствах. Ему это безмерно льстило. Его привлекали её откровенные поцелуи, её раскрепощённость в ласках, он чувствовал гибкую податливость её тела, когда обнимал её. «Какая зажигалка! Где это она научилась так здорово целоваться?» - несколько удивлённо спрашивал он себя, не подозревая, что именно любовь к нему придавала девушке такую отвагу.       Но ей вовсе не обязательно было сейчас знать, что и от Светки он не собирался отказываться. Он не был против того, чтобы иметь их обеих – одну в качестве будущей жены (Светка подходила ему во всех отношениях, он давно решил когда-нибудь жениться на ней, у них была договорённость о браке), а с другой можно было хорошо развлечься, приятно провести время, почему нет, если она сама не против, любит его? Угрызения совести, время от времени поднимавшиеся в его душе, он старался запрятать куда-нибудь подальше, в самый дальний уголок своего сознания.       Ильин же в это время ужасно страдал. Он поджидал благоприятного случая, хотел поговорить с Ленкой. Он приходил к ним в гости, будто к Олегу, а на самом деле имел в виду эту цель. Но благоприятный случай всё не представлялся. Она никогда не оставалась одна. Всегда с ней рядом кто-то был. Он видел её с Костей, иногда она сидела в своей комнате с Ольгой. Ильин слушал её заливистый смех, когда они о чём-то весело болтали. Её сравнительная недоступность для него только разжигала Ильина сильнее. Он больше не видел её вдвоём с Андреем. Но он знал её тайну. И ревновал. Ревновал ужасно. Ленка и не подозревала, какой огонь она вызвала в нём. Разговаривала с ним иногда, но всегда в присутствии других. Не проявляла к нему особого интереса. И это его страшно мучило.       Ночи его были наполнены горячими и вместе с тем чрезвычайно приятными, но тягостными сновидениями. В своих снах он часто видел её, то наедине с собой, то в эти сновидения совсем некстати вклинивался Андрей и уводил её за собой. Он просыпался посреди ночи весь в поту, вставал с кровати и в одних трусах шёл на кухню курить, вспоминая, как во сне держал её в своих объятиях и жалея, что это всего лишь сон…       Но однажды, недели две спустя после той вечеринки, когда он видел их с Андреем целующимися в полутёмной прихожей, совсем неожиданно для него самого, получилось так, что он обнял и поцеловал её наяву.       Случилось это так…